ТРЭВИС, или как перестать быть личностью.

"В жизни много счастья, разочарования, а также собственной ассоциации с миром. Про это и ведётся история... На свете был человек, живший от рождения Маркграфом*. Казалось - весь мир был у его ног, но не понятие равенства с окружающими, как в моральном, так и в явном плане. Парень выкуривал тонны папирос, говорил с людьми, как со своими же окурками и смеялся над судьбой, считая, что он еë хозяин. Почтенные люди, дорогой алкоголь, сигаретный дым и брак по расчету... Это вся жизнь юного Маркграфа. Так могло длиться вечно, если бы к 27 у него не родился сын. После рождения наследника своего поместья - Маркграф гулял по самым темным уголкам окрестностей этим вечером, вдыхая снова этот горький медовый запах табака. Мимо него пробежал сын библиотекаря, с охапкой цветов (Ромашки, тысячилетники, цикорий и прочие носители жуков, не яркого запаха). Ребенок уронил веточку от персикового дерева, которая недавно цвела у забора местной пекарни. Она упала на сапоги Маркграфа, рядом с которыми лежал потухший пепел и пару еë лепестков оторвались от стебля, разлетевшись в разные стороны. Молодой человек посмотрел на ноги. Он поднял ветку и потушил об неë бычок на глазах мальчика. Через минуту Маркграф обратил внимание и на самого пацаненка. - Будь добр, не разбрасывай мусор, малой, - сказал он, бросив стебель на землю вместе с папиросой. Мальчик кивнул, быстро поднимая пострадавшую от человеческой жестокости ветку. - Прошу прощения, - он быстро сгинул с глаз Маркграфа, пропав в другом переулке. Юный Маркграф фыркнул. *** Спустя семь лет, в поместье М. Сильвэра. Единственный наследник Маркграфа заболел дизентерией, так как не мог пользоваться мылом. А дело было в том, что у парнишки была врожденная аллергия на глицерин. А мыло в большинстве случаев всегда было из данного ингредиента, примерно в 92% случаев. Парфюмеры пожимали плечами, когда у них спрашивали о создании этого средства гигиены, а плыть в Марсель* Маркграф не мог, так как времени не было. Однажды вечером, он явился к последней парфюмерной лавке в городе. Дверь распахнулась и мужчина влетел в помещение, отряхиваясь от городской пыли, после чего позвал хозяина лавки. К нему спустился юноша 19-и лет. Тот нес на плече связку веток сирени, иногда поглядывая на полки парфюмами. - Добрый вечер, - сказал он. - Вижу, вы не просто так неслись средь темных дорог... Парень нечаянно уронил одну из веток уже к ногам Маркграфа. Стоило парню присесть, как тот сказал: - Мне нет дела до ваших мыслей, - он топнул ногой по полу, давая понять, что с ним лучше не спорить. - Мне нужно, чтоб вы смогли осуществить заказ за два дня... Поднявшись, юноша хмыкнул. В нём, Маркграф узнал сынишку библиотекаря. - Вам бы для начала понять, чего вы хотите, - заметил Парфюмер. - Я высказал свои намерения, - холодно ответил мужчина. Уложив упавшую ветку в связку из букета сирени. - Про болезнь и ваш случай я уже слышал от конкурента, - продолжил он. - Есть у меня идейка, но... - Сколько вы хотите?.. Парень ядовито усмехнулся. - Мне не нужны ваши деньги, - он положил связь сирени на стойку прилавка. - Принесите мне бутон розы, которую побила жизнь и положите завтра на прилавок. Как найдете - то поймете сразу, если в вас осталась человечность... Дальше - я сам. Парень ничего больше не сказал и ушёл за дверь, оставив Маркграфа в непонимании. В саду Маркграфа было около тысячи роз. Белые, как снег немого января, розовые, как перелив заката во ржи, а также красные, как кровь грешника. Много сортов и видов... Из прислуги никто не нашёл побитого цветка, поэтому разгневанный Маркграф сам побил самый красивый бутон в саду, наступив на него каблуком сапога. До своей смерти - роза была желтой, как лимонный джем на завтрак Маркграфа, а по краям лепестков был абрикосовый оттенок. Убитая часть жестокого сюжета, которая страдала больше своего тела... Когда мужчина принёс прошенное Парфюмером, то тот лишь загрустил и пошел было в свой кабинет, но остановился, шепнув Маркграфу: - Я и не ждал от вас ничего человеческого... *** Спустя месяц Кусок мыла и вправду спас мальчика. Отец был так счаслив, что выпил больше приличного и пошел прогуляться в сад. Было красиво и не забываемо. В руке мужчины плескался бокал бренди, а в другой дымилась папироса с опиумом. Так и могло продолжаться, пока в груди не закололо. Лавку, на которой и сидел мужчина - охватили розовые кусты и лозы цветов. Они оставляли увечия на ногах Маркграфа и пошли по его бедрам, царапая кожу через ткань. Мужчина начал кричать и рваться, но лозы с треском ломали ему ребра, туша папиросу. Потом - они зажали ему легкие, и сгустки крови посыпались на землю. *** На утро, труп Маркграфа нашли на скамейке в кустах роз. "