- g o n e -

Я завидую, что ты можешь обходится без меня, У меня нет этой привычки…

Люди полны противоречий. Это даже забавно. Мы хотим быть любимыми, не желая любить в ответ. Ищем недостатки в окружающих, не замечая собственных. Часть нашего подсознания стремиться построить отношения, основанные на доверии, в то время как весь мир состоит из лжецов. Необязательно замышлять что-то масштабное, чтобы причинить боль родному человеку. Все начинается с малого: безобидные недомолвки, желание уберечь, казаться чуточку лучше…и вот мы здесь…едем в никуда, отчаянно полируем свои цепи из боли и притворства, в попытках спасти несущийся на бешёной скорости автомобиль, что непременно вылетит с шоссе в ближайшую канаву. Но зачем? Неужели мы настолько боимся признавать свои ошибки?

…

Последние лучи весеннего солнца еле освещали лиловые стены небольшого кабинета. Сквозь открытое окно доносились звуки оживленной автострады, в сопровождении душистой прохлады приближающегося вечера. Порыв ветра сбросил стопку аккуратно сложенных листов, слегка потрепав занавески. Удивительно, что это, пускай и незначительное, событие не привлекло внимания владельца. Стройный, высокий мужчина средних лет продолжал сидеть неподвижно, прожигая глазами экран своего телефона. Если бы слово «нерв» имело человеческое воплощение, трудно представить более подходящую кандидатуру. Часы пробили семь. Недвижимая доселе фигура теперь нервно постукивала шариковой ручкой по столу из орехового дерева, пальцы периодически взъерошивали густые черные волосы, сжатые уголки губ и хмурые брови выражали беспокойство. Из состояния транса его вывел нерешительный стук в дверь. Он вздрогнул. – Войдите. – слегка потерянно ответил мужчина. Негромкий скрип отворяющейся двери в третий раз прервал тишину в этой комнате. Вошла девушка. Серая, слегка помятая кофта, небрежно выглядывающая из-под нее рубашка и узкие джинсы черного цвета нисколько ее не портили. Каштановые локоны обрамляли бледное, немного детское лицо. Что-то в ее взгляде выдавало сильную усталость, карие глаза слегка покраснели. Очевидно, она не спала. – Чеён, рад что вы заглянули. Стоит признаться, после 2 часов сверхурочного ожидания я начал беспокоиться. – он встал и сделал пару шагов навстречу, приветствуя свою посетительницу. – Вы не могли знать, что я приду. – с ноткой недоверия ответила девушка, машинально скрестив руки на груди. – Я надеялся. Почему бы нам не присесть и продолжить разговор в более комфортных условиях? – мужчина указал на бежевый диван в дальнем левом углу комнаты. Взгляд Чеён последовал за его жестом в ту часть помещения, где находился мягкий уголок, состоящий из двухместного дивана и небольшого кресла. Усталое тело опустилось на мягкую обивку, но глаза продолжили исследовать комнату. Неброский ковер серого цвета приятно разбавлял интерьер. Большой шкаф напротив аккуратно заполнен книгами по психологии и саморазвитию. На ближней стене висят два диплома, бережно помещенные в рамы. – Могу я предложить вам чай, кофе…? – реакции не последовало. – Возможно коньяк? Эта колкость помогла вернуть присутствие гостьи. – Я бы не отказалась от чашки кофе. Мужчина вежливо улыбнулся и направился к письменному столу, попутно наступив на пару опрокинутых листов документации – последствия сквозняка. С помощью небольшого офисного телефона он дал знать секретарю о пожелании клиентки. Момент, выигранный непродолжительностью этой беседы, подарил еще одну возможность осмотреться. Рабочее пространство было воплощением минимализма. Помимо телефона на нем находились лишь пара семейных фотографий и маленький лэптоп. На краю виднелась именная табличка с инициалами: «Пол Аллен Хванг». Отдав необходимые указания, мужчина поспешил вернуться на привычное место – уже знакомое нам кресло, расположенное прямо напротив уголка, где сидела Розэ. – Итак, мисс Пак, о чем Вы бы хотели со мной поговорить? – начал Аллен Хванг спокойным, медитативным голосом. Потухшие глаза девушки продолжали смотреть на именную табличку, казалось, упуская суть происходящего. – Это как-то связанно с молодым человеком, о котором мы говорили ранее? И снова ничего. – Чеён?! – более настойчиво проговорил мужчина, слегка поддавшись вперед. Девушка медленно перевела взгляд на собеседника. – Простите я…я немного отвлеклась. – она растерянно поправила волосы, сомкнув пальцы у подбородка. – Не могли бы вы начать с начала? – Я хотел бы узнать, что в эти дни заставляет Вас чувствовать себя тревожно? – Что заставило вас думать о том, что мне тревожно? – слегка прищурив глаза поинтересовалась девушка. – Как бы мне не хотелось верить в силу старой дружбы, люди редко заходят в этот кабинет в поисках непринужденной будничной беседы. Легкая ухмылка исказила черты гостьи, но только на мгновение. Минуту царило молчание. – Чеён, я не смогу помочь если мы не начнем разговаривать. – он сделал небольшую паузу, после чего продолжил спокойно и с расстановкой. – Понимаю, вам сейчас нелегко, но мы не можем ждать понимания от окружающих, замыкая все в себе. – Возможно, я просто не знаю, с чего начать. – Почему бы не сфокусироваться на настоящем. Что вы чувствуете в данный момент, беседуя со мной в этой комнате? – Я чувствую, что пропустила все приемы пищи за сегодня и вытяжка из кафе напротив не помогает решить эту проблему, так что…кхм…я была бы благодарна если бы вы закрыли окно. – с долей иронии в голосе ответила Чеён. – Неплохо для начала. – он направился в сторону письменного стола, намереваясь закрыть окно. – Есть ли что-нибудь еще? – Усталость, злость на саму себя за то, что согласилась прийти. – она усмехнулась во второй раз. Но, что пугает больше всего, – боль. Это…как падение в воду с огромной высоты. Пытаешься захватить как можно больше воздуха, пытаешься не задохнуться, но, – она остановилась, – каждый раз, когда ты выбираешься на поверхность, что-то утягивает на дно снова и снова. И я больше не понимаю, как это прекратить. – Вы помните, при каких обстоятельствах впервые испытали это чувство? – Мне…, – она оборвала предложение, перевела взгляд в сторону, чтобы сделать глубокий вдох, – мне сказали, что его больше нет. Дверь снова приоткрылась. Ассистент внес в кабинет небольшой поднос с кофе. И снова наступила тишина.