Как приручить дракона

Наруто ёжился и ерзал под одеялом, пытаясь закрыть руками уши и глаза одновременно. Ему было холодно под давно отключенными, если вообще когда-то работающими, батареями. Но главной проблемой была бушевавшая за окном синяя гроза. Узумаки видел сие грозное природное явление всего раз до этого. И как не парадоксально, но было это именно в ту ночь, когда Шино сломал его, осквернил тело и душу. Парень, совсем как маленький ребёнок, заглядывающий поздней ночью в шкаф, жался в одеяло и искал у него защиты. Но это совсем не помогало. Поэтому, всхлипывая и скрепя сердцем, он вылез из под холодной ткани и побрел к кровати Учихи. Слава богу, тому было сложно спать в драконьем обличии, иначе у Намикадзе был бы большой шанс стать шашлыком. -Мада-а-ар,-Лис потряс то место на одеяле, где предположительно находилось плечо,-Ма-ада. В следующую секунду у его горла сверкнул метал, а руки оказались заломлены за спину. -Т-ты чего?-Наруто всхлипнул. -Лисёнок?!-Нож сдвинулся с горла Узумаки, а конечности были опущены,-Так это ты в темноте елозил? Почему ты плачешь? -Я... я... можно к тебе пожалуйста, я очень боюсь грозы-Парень поднял на него свои большие голубые глаза,-Пожа-а-алуйста. Учиха улыбнулся, ложась обратно и хлопая рукой по месту рядом с собой. Наруто юркнул туда, с наслаждением чувствуя как его закрыли тёплым одеялом и прижали ближе. Его лицо оказалось на груди Учихи, пахнущей неизменно сандалом и водопадом. -Ты вкусно пахнешь,-Честно сказал лис, зарываясь носом в его волосы, спавшие на грудь,-Совсем как... как бурый мишка. -Странные у тебя ассоциации, лисёнок,-Мадара чмокнул его в макушку,-У тебя тоже приятный запах. Цветущий репейник, кажется. -Хорошо, что не крапива хоть,-Буркнул парень, натягивая одеяло на себя,-Комплимент сделал, называется. -Репейник правда очень вкусно пахнет,-Брюнет потащил ткань обратно,-Так что ты обижаешься почем зря. -А вот и не зря!!! Наруто запустил в Учиху подушку, и та, сопровождаемая аккомпанементом его громкого смеха, улетела в распахнутое окно. Узумаки под игру начисто забыл и про грозу и про холод. Он смеялся и улепётывал от «злого» Мадары. Но ровно до тех пор, пока его не схватили и не запеленали в одеяло, как чёртову мумию. -Сиди тут,-Дракон коснулся своим носом его,-А то больно ты шустрый. Наруто покраснел от такой близости. Он сидел в коконе на коленях Учихи и чуть ли не таял от наслаждения. -Ах да, совсем из головы вылетело. Драконы чувствуют природную энергию и эмоции людей. И ты чертовски возбуждён,-Мадара ласково и нежно прикусил кожу у основания шеи, улавливая ушами тихий стон, полный наслаждения. -М-м-мха.-Наруто выгнулся, когда светло-розовые цветы поцелуев перешли с его шеи на ключицы, в паху сладко заныло, а ноги будто стали ватными,-Ма-ада. Одеяло, как осенний ураган, слетело на пол, давая Учихе больший простор для «творчества». Он аккуратно переложил парня на кровать, нависая сверху и опаляя дыханием его губы и нос. Тёмно-синяя футболка долго не задержалась на теле мужчины, перекочевав куда-то в угол комнаты. Брюнет коснулся языком затвердевшего правого соска, в то время как левый получал удовольствие от его руки. Наруто постанывал, выгибаясь и хватаясь руками за простынь, в попытке набрать в грудь больше воздуха. Каждое движение Мадары словно эхом отдавалось внизу живота, волнами поднимая доселе не виданную, словно животную, страсть. -Ха-а-а.-Наруто тяжело выдохнул, когда чужие губы с привкусом кислой рябины накрыли его собственные. Чужой язык протиснулся через неплотно сомкнутые губы и провёл по его зубам, зацепляясь за клыки и чуть надавливая на них, словно проверяя на прочность. А потом вдруг соскользнул, проникая глубже в рот и касаясь то нёба, то языка мальчишки. -Мада-а-ара-а,-Застонал Узумаки в губы Учихе, когда его рука коснулась плоского живота, поглаживая и чуть сжимая,-Про... прошу... сни... ах... ми их. -Хороший мальчик,-Брюнет потянул вниз пижамные штаны с рисунками ящериц и змей,-Ты уверен в своём решении? Наруто, это серьезно. Я старше тебя на... на несколько веков. Да и к тому же, ты был травмирован и... Но договорить ему не дали. Блондин резко подтянулся на руках, хватая Мадару за шею и притягивая для поцелуя. -Уже то, что ты волнуешься об этом, делает тебя совершенно другим. Не сравнивай себя с Шино, ведь я бы не позволил тебе даже коснуться меня, если бы сам этого не хотел,-Прошептал он в губы мужчине, через штаны сжимая и поглаживая его член. -М-ф-ф-фх... Нару-у...-Брюнет снова опрокинул парня на простыню, наваливаясь сверху и просовывая руку под его спину,-Потерпи чуть-чуть. В глазах у Узумаки заплясали разноцветные фейерверки, когда на его члене сомкнулись чужие губы. Мадара водил языком по всей длине, распределяя только-только взятую смазку и слюну. Парень едва мог держать глаза открытыми от накатившего наслаждения. Он уже и сам толкался в рот Учихи, желая лишь разрядки. Но не тут-то было. Буквально за пару секунд до конца, мужчина остановил руку, переворачивая Узумаки на спину в коленно-локтевую позу. -Оо-оох...-Парень почувствовал, как его ануса касается горячий язык,-Оо-аа-х. Мадара ухмыльнулся. Он осторожно протолкнул язык чуть глубже, прислушиваясь к стонам, что были ему самой настоящей наградой. Узумаки то и дело прогибался в пояснице, даже не подозревая, какую бурю эмоций у Учихи вызывает этими движениями. -Ячччх,-Парень зашипел, когда мышцы анального отверстия раздвинул первый палец. Он и забыл, как это больно. Но Мадара за четыреста лет научился всем тонкостям, скажем так, «постельного дела». Он увлёк Наруто в долгий, полный страсти и желания поцелуй, да так, что очнулся только тогда, когда в нем спокойно хозяйничали уже три пальца. Стоны стали очень громкими, они будто отскакивали от стен, заполняя всю комнату. Учиха свободной рукой поддерживал тело парня, иногда проводя по оставшимся после не особо приятных событий шрамам. Лис был уже готов, но Мадара понимал, что подобные насилию вещи не забываются так просто. Он готов был вообще справляться с собственным возбуждением самостоятельно, лишь бы Наруто был спокоен. -Да... да... давай уже,-Блондин качнул бёдрами, и пальцы с тихим хлюпом выскользнули из разработанной дырочки,- Мада, я не хрустальная ваза, не разобьюсь. Учиха сглотнул. Открывшаяся ему картина была столько прекрасна, что самообладание не просто рукой махало, оно, издевательски виляя задом, уезжало на электропоезде. Все тормоза отказывали. Все, кроме одного: ни за что не причинять мальчишке боль. -Только скажи, и я остановлюсь,-Мужчина подался вперёд, придерживая Наруто за талию. Намикадзе протяжно застонал, когда его ануса коснулась горячая головка. Эти ощущения невозможно было сравнивать с тем адом, что он испытал несколько лет назад. Не-воз-мож-но. Ведь тогда никто не прислушивался к его желаниям. -Готов?-Почему-то шепотом Спросил Мадара, и Наруто кивнул, заранее сжимая пальцами простыни,-Потерпи чуть-чуть, котёночек. Учиха медленно вошёл до предела, слыша тоненький полу-стон полу-вскрик. Тельце под ним задрожало, но, стойко выдержав первый, всегда самый болезненный толчок, Узумаки качнул бёдрами, призывая к движению. Первые двадцать секунд движений боль была нечеловеческой для обоих. Но в какой-то миг, мужчина задел ту самую точку нервов, и этот момент отдался в теле блондина истомой, на секунду окрасившей окружающее пространство в его глазах во все цвета радуги и не только. Мадара начал двигаться быстрее, постепенно набирая амплитуду толчков. Узумаки извивался, едва стоя на подкашивающихся ногах, стараясь подстроиться под просто бешеный темп. Но вскоре и этого стало недостаточно, ему хотелось глубже, быстрее, резче. Боль уступила место сладкому наслаждению, такому, что глаза закатывались не в силах больше помогать своему хозяину. -Я с-с-с-е... йяяяя...ко-н-нчу-у...-Намикадзе выгнулся сильнее, подаваясь назад всем телом и делая один, самый сильный качок взад-вперёд. -Аааах,-Наруто кончил себе на живот, так ни разу и не прикоснувшись к собственному члену. Мадара сделал несколько медленных толчков в сжимающейся дырочке и с таким же хриплым стоном, излился внутрь. -Это было... потрясающе,-Учиха лег рядом с парнем, укрывая их обоих одеялом,-Лисёнок, ты-нечто. Прекрасное нечто. Наруто лишь улыбнулся, закрывая глаза и прислушиваясь к сердцебиению любимого человека. Так хорошо, как сегодня ему не было ещё никогда.