Гетероотчёт

— Восьмое марта для многих — день солидарности женщин в борьбе за равные права и эмансипацию; символ начала чего-то очень желанного и прекрасного, как утверждала Ляйсан Утяшева в своем инстаграмме. С этим всем трудно не согласиться, однако есть куда более значительный праздник для всех нас. Этот день подарил нам такого восхитительного человека, как Оксана Суркова! — радостно произносит Арсений, держа в руке изящный бокал с вином.       Раздаются аплодисменты собравшихся — действительно хорошо сказано! Однако Попов поднял в воздух указательный палец, давая понять, что он ещё не договорил. Все с интересом посмотрели на мужчину, в особенности, сама Оксана. — Благодаря этому человеку мы оказываемся на съёмках вовремя! Она всегда напомнит о том, что нужно выходить на сцену, а если ты не захочешь, — он много значительно посмотрел на улыбающуюся девушку с прекрасными ямочками на лице, добавляя, — даст волшебный подзатыльник, который тут же отобьёт нежелание работать!       Послышались множественные одобрительные смешки, полностью подтверждающие слова импровизатора. — А все остальное хотелось бы сказать лично имениннице, — Попов лучезарно улыбается, подмигивая, — Окси, с днём рождения! — Спасибо, Арс, — обнимая того, отвечает Суркова, — это было шикарно. — Да, потрясный тост, — подтверждает Антон, хитро прищурившись.       Арсений садится рядом с улыбающимся во весь рот Шастуном, будто невзначай мимолетно дотронувшись до его плеча; все чокаются, выкрикивая многочисленные пожелания в сторону Оксаны. Все выглядят достаточно счастливыми, непринужденно общаясь между собой.       Только одна мадам, Ирина Кузнецова, уныло глядела на собравшихся, ковыряясь вилкой в салате. Ведь она относительно недавно загубила свое же «счастье», о чем теперь бесконечно жалела. Но было уже поздно. А случилась достаточно типичная ситуация: Антон Шастун вернулся с гастролей пораньше. Уже рядом с подъездом он заприметил дорогущий чёрный Ларгус, который, кажется, где-то смутно видел. Он не придал этому особое значение, и зря. Чтобы не испортить сюрприз, он как можно тише зашёл в квартиру. Дальше — немая сцена. Он услышал доносящиеся слова из спальни, которая явно говорила Кузнецова: — Он меня обеспечивает. Конечно, я люблю тебя, сладкий.       Антон резко распахнул дверь спальни и застал Иру с другим. Крики, ссоры, скандалы — на все это пыталась спровоцировать девушка Антошу. Благо он сдержался, лишь вышвырнув дружка Иришки за пределы квартиры. Он действительно был обижен услышанным, сделанным Кузнецовой. Для него она навсегда упала в глазах, как полноценная сформировавшаяся личность. Конечно же, Шаст не собирался прощать ее и продолжать отношения. Однако последнюю вещь она обязана для него была сделать, дабы никто не узнал о настоящей причине разрыва их без того недолговечных, шатких отношений.       По правде говоря, Шастун давно думал о расставании потому что не видел той самой искры, которая была в са-а-а-амом начале отно… Да кого он обманывает! Антон искренне и безоговорочно полюбил своего коллегу, хорошего друга — Арсения Попова. Он тогда совершенно не был уверен в своих чувствах к этому удивительному человеку, не знал как все это преподнести… Тоша был поражен харизмой Арсения, его подачей и шутками, его изящными руками и манерными штучками, которые стали индивидуальной особенностью Попова, его милой улыбкой и забавной челкой, его безупречными глубокими голубыми глазами… А измена Иры стала окончательной точкой непонятных отношений, в которых Антоном нагло пользовались, словно кошельком, набитым яркими банкнотами.       Арсений первый признался в любви, причем сделал это изящно, красиво, по-своему. А случилось это под Новый Год. Не зря говорят — в Новый Год чудеса должны сбываться. После съёмок выпуска шоу«Контакты» Арсений остался дожидаться Антона и Серёжу, чтобы вместе пойти в бар отпраздновать шикарный конец 2020 года, который в целом был очень не очень. Попов стоял у окна и смотрел на многочисленные яркие точки, мерцающие на темном ночном небе. — Серёга сказал, что ему надо по делам, — раздался голос Антона, который заставил выпутаться из своих мыслей Арсения и обернуться, — странно, на самом деле, он никогда не пропускает бухач. — Весьма, — отвечает Попов, вновь уставившись в окно. Шастун подошел ближе, да так, что проницательный Арсений чувствовал каждый вздох Антона. — Пошли?       Арсений будто проигнорировал эту реплику, собираясь с мыслями. Антоша непонимающе смотрит на Попова, который на секунду замер. — Позволь задать один вопрос, — неожиданно сказал Арсений, корпусом разворачиваясь к парню. — Валяй, — широко улыбнулся Шастун, радуясь тому, что Арс наконец-то что-то произнес.       Попов выдержал лирическую паузу и со всей серьёзностью спросил: — Антон, луна сегодня красивая? — Арсений очень боялся, что Антон не так отреагирует, переведет все в шутку, и тогда Попов станет посмешищем, в первую очередь, для самого себя.       Антоша с изумленным видом глянул сначала на небо, потом на Арсения и подумал: «Какая, блять, луна, Арсений… На небе же кроме звёзд ни… ».       И тут, кажется, до Шастуна дошло, что это такое было. Его ладони вспотели от волнения, лицо покраснело. Неожиданно ему стало невыносимо жарко. Машинально Шастун расстегнул первую пуговицу белоснежной рубашки. Попов, сердце которого уже бешено колотилось, услышал, как участилось дыхание Антона… Арсений поймал взгляд обожаемых зелёных глаз и смущённо отшатнулся, словно перепугавшись, приближающегося ответа парня. После минуты тягостного молчания, дребезжащую тишину нарушил Шаст, тихо отвечая: — Такая красивая, что умереть можно.       Арсений наклонил голову в бок, не стремясь разрывать опасный глазной контакт, Антон, сам не замечая того, поддался вперед, Попов хитро прищурившись, улыбнулся парню. Сверкнув глазами, не в силах больше сдерживаться, Арс притянул за ворот рубашки Антона, аккуратно обхватив ладонями лицо Шаста. Сначала целовал нежно, затем настойчивее, но сохраняя размеренный мучительно сладкий темп, от которого все ощущения казались в десятки раз ярче. Когда воздуха стало совсем не хватать, парням пришлось отстраниться друг от друга. — Это значит… Все возможно? — с надеждой в глазах спросил Арсений, будто бы не веря в происходящее.       Ответом на этот вопрос стал, не менее проникновенный и чувственный, новый поцелуй. На этот раз инициативу взял Антон. Арсений и не был против. Он чувствовал себя самым счастливым человеком на планете. Хотя нет, не чувствовал, он и был самым счастливым. С ним мог посоревноваться только Шастун.       О своих отношениях ребята заявили не сразу. Что уж и говорить, Шеминов до сих пор об этом не знает — его бы точно хватил сердечный приступ. Реакция Димы и Павла Воли была ожидаема: ну наконец-то вы это поняли! Сережа долго думал, как это прокомментировать, ведь ему все подобное не нравилось. Он был приверженцем гетеросексуальной ориентации. Однако потом он с этим смирился, аргументируя тем, что ребята, Антон и Арсений, бесконечно счастливы друг с другом. Матвиенко был уверен, что оба попали в надёжные мужские руки. — Та-а-ак! А теперь общее фото! — крикнул кто-то из собравшихся. Друзья, коллеги, все собрались около стола. — Ну, а я, — обращая внимание на себя, говорит Попов, — под стол. — Ты тоже должен быть на фотке! — возражает Суркова. Он улыбнулся и ответил: — По сути, я буду на фотке, только под столом. Чтобы никого ни на что не провоцировать. — Дурак, — комментирует лучезарно улыбающийся Антон.       Ира встала недалеко от Шастуна, чтобы показаться, что вот, она тут есть, все хорошо, и максимально фальшиво улыбнулась. Ира понимала, что сейчас она — лишь прикрытие для артонов. — Фото готово! — Ира, спасибо. Теперь наши пути точно расходятся, — тихо говорит Антон девушке на ухо и отворачивается от нее, — Арс, зай, вылезай.       Арсений выглядывает из-под стола, усмехаясь, — придумал, кажется, новую шутку. — Ну что, Шаст, сделал свой гетероотчёт? — Ой, ну тебя, — Шаст отводит взгляд, сдерживая улыбку, — не выпендривайся. — Как скажешь, Антош, — шепчет Арсений Шастуну на ухо, улыбаясь, — все только для тебя.