Темная сторона любви

…Маленькая крепкая попка, бледная и такая нежная кожа подтянутых ягодиц. – Ты в хорошей форме, Кисе-сан. Я не сдерживаясь поцеловал манящую половинку, и следом вторую. Шота млел под моими руками, отзывался на каждое прикосновение. Прямо как какая-то героиня сёдзе-манги, отдавшаяся впервые в руки завоевавшего ее ухажера. Но между нарисованной идеальной девушкой и моим редактором есть существенная разница. И это не возраст, с его-то мордашкой восемнадцатилетнего. И лишь отчасти отличие в том, что передо мной распластался парень. Дело в его распустившейся розе, которая совсем не походила на нетронутый тугой бутон девственницы. Я развел ягодицы, с интересом уставившись на анус моего любовника. В своих прежних отношениях в постели с девушками анальный секс пробовать не доводилось. А вот растраханная дырочка Кисе не оставляла места сомнениям: дает, любит, практикует. Я провел по выпуклому отверстию большим пальцем – Кисе застонал. – Я даже не предполагал, что ты такой развратник, Кисе-сан, – завороженно наблюдая за собственным пальцем, погружая его в анус, заметил я. – Я тебе таким не нравлюсь? – с тревогой спросил Кисе, даже попытавшись уползти из-под моих ладоней. Конечно, я ему не позволил, одним движением загоняя указательный палец в его попку по вторую фалангу. Он вздрогнул от внезапного вторжения, руки подкосились и Кисе распластался на простынях. Я усмехнулся, довольный достигнутым эффектом. Добавив на пальцы еще смазки, вставил сразу два, вынул, снова толкнулся в него. Раздвинул пальцы внутри Шоты, свел, согнул и надавил аккуратно. В награду мне был протяжный стон любовника. – Ты чудесный. Но, пожалуйста, Кисе-сан, больше никому не позволяй так играть с собой. Теперь ты только мой. Гладкие стенки прохода ощущались странно, но зрелище было возбуждающим. Я чувствовал, что могу сделать с ним что угодно и Кисе мне это позволит. – Юкина, прошу тебя, приступай уже. – Чего ты хочешь, Кисе-сан? – Тебя. Я хочу тебя, – чуть ли не прохныкал Шота. Я склонился над его лицом, продолжая насаживать его зад на свои пальцы и прошептал, согревая дыханием мочку покрасневшего уха: – Скажи, что именно тебе нужно и я это сделаю. Он мучительно застонал и прорычал: – Трахни меня, Юкина. Мне нужен твой член в моей заднице, иначе я умом тронусь. – Маленькая голодная шлюшка. Я вынул пальцы из полностью раскрытой дырки и поставил Кисе раком. Между стройных ножек у него торчал кончик возбужденного члена, но Шота даже не пытался к себе прикоснуться, всецело вверяя свое желание мне. Я тоже до безумия хотел его и мне не требовалось дополнительной стимуляции, чтобы член окреп. – Рад, что ты хорошо разработан и я могу не сдерживаться. Я вхожу, Кисе-сан. Лицо не единственное мое достоинство. Член у меня длинный и толстый. Я не стал врываться в тело подо мной, предпочтя медленное погружение в любимого. До самого конца, пока напряженные яйца не соприкоснулись с покрытой испариной кожей его ягодиц. – Я позабочусь, чтобы после меня тебе ни с кем более не хотелось. Выйдя на половину, я снова заполнил его собой, чувствуя как мышцы вокруг моего органа плотно сжимаются. Я хотел бы продлить наше соитие на часы, чтобы его дырочка вспухла и болезненно реагировала на каждый новый толчок, но нас обоих подгоняла страсть. Когда я нашел нужный угол, Кисе вскрикнул и подался навстречу бедрами. Это были не просто механические движения, а танец наших тел, сопровождающийся хлюпающими звуками лубриканта. – Кисе-сан, можно я кончу в тебя? Прошу, хороший мой, сладенький, самый лучший. Я так люблю тебя. Позволь мне. – Юкина-а-а, – простонал Кисе, закатывая глаза. Похоже мои слова подстегнули его разрядку. Он выстрелил, пачкая спермой живот, выгибая спину дугой. А внутри него стало так тесно и жарко, что я сразу последовал за ним, помечая своим семенем изнутри. Зрелищем, как моя сперма вытекает из его покрасневшей дырки я готов был любоваться всю ночь. *** – … Юкина? Ко! Чего застыл с таким хищным оскалом? Там твои поклонницы ищут тебя по всему магазину, шел бы ты работать. Только сотри это странное выражение с лица, оно пугает. Я моргнул, выплывая из приятных воспоминаний. Извинившись перед управляющим и изобразив привычное подобие сияющей улыбки, поспешил за прилавок. Беглый взгляд на настенные часы – через два с половиной часа мой возлюбленный должен зайти за мной после работы. Скорее бы. *** – Кисе-сан, выходи. – Эм, Юкина, ты уверен, что хочешь видеть меня в этом? Дрожащий голос моего оробевшего любовника погнал кровь быстрее по сосудам. Раз смущается, точно выглядит непристойно. – Уверен, тебе очень идет. Ну же, сколько еще собираешься прятаться в ванной комнате? После моих слов хлипкая перегородка с тихим скрипом отворилась, являя моего парня. – Ох, Кисе-сан, ты потрясающе смотришься. Один в один как мастер Неко Рин спешл-издания «Жаркий полдень» из «Снов Мии-чан». Это же была твоя первая полноценная серия манги в качестве редактора, верно? Он неуверенно кивнул, старательно отводя глаза и нервно теребя ткань. Тц. Я даже начал немного раздражаться. И чего, спрашивается, тридцатилетний мужик ведет себя как девственница, выставленная на аукцион перед извращенцами? Неужели ни один из его случайных трахалей не играл со смазливым милашкой в ролевые игры? Ни за что не поверю, Шота прямо создан для того, чтобы его обряжали в откровенные наряды. Все эти кожаные ремешки, туго обтягивающие белую кожу, обхватывающая тонкую шейку бархотка, узкие шортики, ладно севшие на маленькую задницу и обтягивающие выпуклость спереди, к слову, под моим жадным взглядом, явно увеличившуюся в размере, необычайно заводили. Но самая пикантность заключалась в торчащих черных ушках на макушке Кисе и шаловливом длинном хвосте, прикрепленном к шортам. Настаивать на хвостатой пробке я побоялся, чтобы не спугнуть этого скромника. Для первого раза и так неплохо. – Тебе идет косплей, ушки прямо твои настоящие. – Я огладил мягкие треугольнички, пропустил сквозь пальцы короткие чуть влажные волосы на затылке парня и обхватил щеку Кисе своей ладонью, поворачивая его голову к себе. – Очень. И глядя ему в глаза, поцеловал. Мы плавно переместились на кровать, не разжимая объятий. Я гладил его компактное тело, наслаждаясь его податливостью и своей властью над ним. Шота постанывал и ластился ко мне прямо как котенок. И когда моя рука опустилась к его затвердевшему члену, я позволил себе лишь раз провести по скрытому за латексом достоинству и резко отстранился. – Что? – не сразу понял что произошло Кисе, растерянно моргая. – Почему? – Кисе-сан, ты настолько соблазнительный, что я прямо голову потерял. А я же просил тебя одеться так, чтобы ты мог выполнить мою просьбу. – А разве косплей не был ею? – Нет, что ты. Я как ни в чем не бывало поднялся с постели, оставляя Кисе в неудовлетворенном состоянии. Взяв с полки один из своих альбомов для рисования и остро заточенный карандаш, со своей самой невинной улыбкой объявил: – Я хочу, чтобы ты позировал мне для зачетного задания. – Хочешь меня нарисовать? В этом? Сейчас? – Его глаза расширились в комическом ужасе и Шота даже за одеялом потянулся, чтобы прикрыться. Такой милый. И как мне нравится склонять этого взрослого мужчину к вещам, которые он бы кому попало с собой делать не позволил. Состроив огорченное лицо, я поник плечами. – Откажешься? А я надеялся мы сможем провести вечер вместе. Но без натурщика мне набросок не осилить, придется просить девчонок с факультета. Если честно, несколько даже сами в гости напрашивались, – я натужно рассмеялся, – но я хотел больше времени провести со своим парнем и подумал, что ты будешь рад мне помочь. Шота запыхтел сердито, став похожим на рассерженного ежика и забурчал в полголоса. – Еще бы, этим пигалицам дай только повод попасть в квартиру к красавчику. Мало мне твоих поклонниц из книжного… А? Ты меня своим парнем назвал? – дошло до него. – Ну, мы же сладкая парочка. Я уверенно кивнул, не удержавшись, чмокнул Шоту в губы и напустив на себя сосредоточенный вид, устроился на стуле напротив кровати. Профессиональным взглядом посмотрел на Кисе, оценивая его позу и выражение лица, склонив голову набок для важности. – Так не пойдет. Тебе нужно сесть… Вот так, одну ногу подожми. Нет, отведи колено в сторону, вторую выпрями, пусть свисает с края постели. Ну так… Правую руку сожми в кулачок, угу, это у нас кошачья лапка, а на левую намотаем твой хвост, длины должно хватить… Да, в самый раз. Дай поправлю ушки. Всё, ты готов, замри. – Эй? – Я мастерски усадил Кисе так, что теперь он оказался полностью раскрыт передо мной, с разведенными ногами, выставленный пах остался беззащитен в своём стояке, соски набухли от моих ласк и смотрелись очень ярко в пересечении ремешков. А руки Шоты совсем скоро начнут подрагивать от напряжения, дав повод его подразнить. Но на случай, если мой наивный натурщик окажется более терпеливым, у меня есть чем его растормошить. – Эй, Юкина, ты что на самом деле собираешься меня сейчас рисовать? – Не шевелись, – я строго глянул на начавшего было возражать Кисе и он дисциплинированно замер. Честно говоря, я мог бы изобразить его и по памяти: темные омуты глаз, взгляд которых я ощущал на себе за месяцы до нашего знакомства, чувственные губы, которые успел распробовать за недели, как мы стали любовниками, острые локотки и коленки, что так крепко сжимали меня, когда я вколачивался в принимающее меня тело. Мне даже кажется, если нужно, я смогу нарисовать Кисе Шоту с закрытыми глазами, ни о ком ранее я столько не грезил. Но когда он в непосредственной близости, Кисе хочется дразнить, искушать, доводить. Чтобы стонал, скулил, покрывался пятнами румянца и слезно просил дать ему кончить. Чтобы ни о ком более думать не смел, чтобы даже его обожаемая работа отодвинулась на второй план. Вот такой я эгоист. Только никогда ему в этом не признаюсь. А стану приучать к себе, осторожно развращая. Я делал набросок упершись ногой в сиденье стула, и используя ее в качестве мольберта. Вторая нога сначала просто была опущена на пол, но якобы в поисках удобного положения, я выпрямил ее на кровати, возле колена Кисе. Обождав еще немного, я согнул ногу в колене и разогнул, как бы невзначай, между ног замершей модели, чуть не доставая босой ступней до его паха. Кисе, похоже, этих перемещений не заметил, нервничая под моим внимательным взглядом художника, замерев, как и было велено. Поэтому, когда я коснулся его большим пальцем ноги, он вздрогнул всем телом. – Что-то не так? – участливо спросил я, отвлекаясь от работы. – Кхм. Все в порядке. Ты просто… – Мм? – Ничего, не обращай внимания. Мне еще долго так сидеть? – Нет. Совсем скоро я кончу. – А? – Закончу с наброском. Детали можно будет прорисовать позже. Ох, тебе жарко, Кисе-сан? У тебя лицо красное. Принести тебе воды? – Н-нет. Я в порядке. Продолжай. – Вот и славно, – я выдал очередную улыбку простодушного парня, призванную приободрить модель. Сосредоточившись на эскизе, я размашисто накладывал штриховку вокруг прорисованного силуэта. И между тем уже всей ступней поглаживал бугорок на шортах Кисе. Уж теперь становилось ясно, что мои касания не случайны, но Шота больше не проронил ни звука. Я посматривал на него тайком – он прикрыл глаза и глубоко дышал, ранее зажатая в кулак рука теребила один из ремешков на груди, вторая с силой сжимала кошачий хвост. Колени его разъехались еще шире. Я прошелся по всей длине увеличившегося в размерах члена, аккуратно надавливая на отчетливо видные под черной тканью яички. Кисе всхлипнул и широко открыл глаза, впиваясь в меня взглядом, словно кот, на вожделенную добычу. – Мяу? Тут уже я сам не совладал с собой, роняя карандаш, покрепче ухватился в альбом, чтобы не дать волю рукам. Еще рано. Подхватив язычок молнии на шортах костюма, я зажал его между большим и указательным пальцами и потянул вниз, расстёгивая ширинку. Налитой член только и ждал, чтобы его освободили. – Маленький извращенец. Шота хрипло простонал, закатывая глаза. Весь его вид кричал о чистейшей похоти, робость и неуверенность просто растворялись в ней. – Пожалуйста, дай мне… – Сможешь кончить только от моих прикосновений? – больше не притворяясь, что работаю над рисунком, я отложил альбом на столик, продолжая дразнить Кисе. – Во мне так пусто, Ко, – прошептал Шота. А я ведь хотел взять вибратор-наконечник для хвоста. Представляю, как бы он сейчас распирал его изнутри. – Иди ко мне, Юкина. Ну же. Кисе, не прикасаясь к своему члену, стянул сползшие шорты с себя, швырнув куда-то за кровать, и сместился ниже, полулежа передо мной с полностью разведенными ногами, между которых по-прежнему находилась моя нога. С такого ракурса пах Шоты был скрыт от меня, но мокрая головка упиралась мне в стопу, потираясь о загрубевшую кожу. – Неко Рин готов к пытке удовольствием. – Кисе смотрел на меня мутными глазами, облизался, словно перед решающим броском хищник. – Мяу. Он нарочно так делает. От этой провокации меня окончательно повело. Вот уж нет, мой парень совсем не мальчик, его уверенные движения и соблазнительный голос выдавали опытного в любовных делах мужчину. Он знает как возбудить и склонить к нужным действиям. Мне до звезд перед глазами захотелось поскорее в нем оказаться. – Как же я люблю тебя, Кисе-сан. – Скорее, дай мне почувствовать всю силу твоей любви, Юкина. Одно я могу сказать наверняка – мы оба трахаться любим и умеем. Скучно не будет. *** В универе во время обеда попал на излюбленную в кругах однокурсников тему отношений внутри пары. Девушки жаловались, что парни уделяют им мало внимания, парни – что пассии требуют подарков и не дают личного пространства для мужских хобби. И те и другие хором утверждали, что у парочки должно быть любимое занятие на двоих, иначе чувства быстро остынут. Я отмалчивался, только посмеиваясь про себя. Я не афиширую, что состою в отношениях. Не из-за того, что стыжусь того, что встречаюсь с мужчиной, и не комплексую по поводу того, что он старше меня на десять лет. Кисе-сан классный, я им восхищаюсь, он редактор моей любимой манги, он милашка. Я просто торчу, когда он краснеет от смущения. А в постели мы друг другу идеально подходим. Ну а общие интересы… Я же упоминал умопомрачительный секс? Никого другого я не хочу. Так что дело не в том, что я чем-то недоволен. Наоборот, я счастлив. И это дело личное, то, что хочется огородить ото всех и держать только для себя. А вот об этом не нужно знать уже Шоте, уверен уж лучше быть лояльным к нехватке времени на себя любовником-красавчиком, чем криповым собственником с замашками Синей бороды. Нда, занесло меня в мыслях. Я сверился с часами и постучал в уже хорошо знакомую дверь – Кисе обещал освободиться пораньше, чтобы мы вместе поужинали. Так что я после смены сразу к нему. – Кисе-сан? За дверью что-то с грохотом упало и на пороге появился мой возлюбленный с потеплевшими от смущения щеками. – Ты подрался с вешалкой? – с улыбкой подразнил я его, заходя следом в квартиру. Та валялась в стороне поверженным врагом. – Мог бы и промолчать, – недовольно пробурчал он, привычно залипая на моем лице. Я растянул губы еще шире, наблюдая как нежный румянец перекинулся на его шею. Уверен, что у Шоты уже стоит. Сделав решительный шаг к нему, я поцеловал его в приоткрытый рот. – Я так соскучился. Подняв вешалку, я повесил на нее свое пальто, сумку забрал, проходя сразу в спальню. – Ты еще не заказывал еду? – А? Нет, хотел сначала принять душ. Можешь сам выбрать. Я быстро. На работе пришлось задержаться, так что я сам только пришел. – Ясненько, тогда оставь ужин на меня. Кисе скрылся в ванной, а я, сделав по телефону заказ на доставку, поставил чайник на плиту и от нечего делать подошел к книжному шкафу, заставленному томиками манги. Меня к этому месту влекло как магнитом с первого знакомства с квартирой моего парня-редактора. Надо же, в крайнем верхнем ряду добавилась новинка. Странно, почему этой манги я не знаю? Я удивился еще больше, когда взял неизвестный томик в руки. Это была «живая рукопись» в жанре BL, просмотрев по диагонали я с удивлением понял, что узнаю этот стиль – крупные планы, художественные ходы и общая атмосфера работы – все указывало на то, что ее правил Кисе-сан. – Эй, Юкина? Ты чего там застыл? – Кисе-сан? – я развернулся к нему, держа обнаруженную яойную брошюру. – Я могу ошибаться, но скажи мне, ты стал редактором яоя? – Ч-чего?! Ва! Откуда ты… Я же ее убрал подальше. Не смотри! Его очевидная паника меня насмешила. Чего, спрашивается, испугался? – Не смейся, – вздохнул Шота, как-то разом обмякнув. Он плюхнулся на кровать, подобрал под себя голые ноги и принялся пояснять: – Моя бывшая одногруппница увлекается подобным жанром. Она по профессии не мангака, просто рисует для сетевой аудитории и еще участвует в комиконах. Через две недели у нее дедлайн. И так вышло, что Мичиру прознала, что я работаю в издательском деле. Ну, а что я гей она в курсе. И почему-то решила, что я стану идеальной кандидатурой для консультации этой вот работы. А, ну, знаешь, мол, разбираюсь в вопросе однополой любви и смогу помочь с постановкой сцен. – И ты согласился, – не спросил, а скорее констатировал я. – Да, не смог отказать. Да и ничего особенного, не вижу большой проблемы в подобной помощи, – пожал Кисе плечами. – Работа, конечно, откровенная, с такой я раньше дела не имел, но в остальном, ничего сложного, принципы действуют те же, что и для сёдзе, только вместо героини парень. В каком-то смысле я даже новый опыт обрел, – хмыкнул Кисе, о чем-то вспомнив. – Да что ты, – прищурившись, протянул я, как раз пролистав до откровенного разворота, где миловидный парнишка, откинув голову назад, широко развел ноги, зажав в ладошках свой член с бритыми яйцами, всем своим видом приглашая себя поиметь. Я показал этот фрейм своему парню. – Для этой сцены тоже консультации давал? Выглядит знакомо. Кисе подскочил на кровати, словно ужаленный, позабыв, что сидит в одном полотенце. Которое соскользнуло с голого тела на пол, выставив его во всей красе. – Ты на что намекаешь?! У меня нет привычки обсуждать свою личную жизнь с посторонними. – Если бы ты позволил кому-то кроме меня увидеть тебя таким, мне бы пришлось тебя наказать, – я старался, чтобы голос звучал сурово, но вид обнаженного Кисе уже подействовал на мое тело однозначно и предательская хрипотца испортила воспитательный момент. Хотя, сразу переключившийся на любовную игру Шота, не дал повода расстроиться. Замерев под моим жадным взглядом, он облизнул свои блядские губы и прикрыл глаза, давая возможность полюбоваться длинными ресницами. – И как ты накажешь меня? – Отшлепаю, – прорычал я, подходя к нему вплотную. Кисе с готовностью запрыгнул на меня, обхватывая ногами за талию, а я с удовольствием поддерживал его под упругие ягодицы, чтобы не свалился во время поцелуя.