Время, когда мы были счастливы

Армин, помнишь ли ты время, когда мы были счастливы? Наше беззаботное детство, дни, проведенные в лесу и у тебя на чердаке… Вдвоем, а потом и втроем - с Микасой… Помнишь ли ты то время? Я помню. Я помню то время, когда мы слышали о титанах только от стражей стен, когда наши родные и близкие были живы, когда они нам счастливо улыбались… Или ругали за очередную драку. Помнишь ли ты тех мальчишек, что задирали тебя, Армин? Конечно, в основном их разгоняла Микаса, но и я вламывал неслабо, ведь так? Я просто не мог удержаться, когда видел, что они с тобой делали. Я так не хотел, чтобы тебе было больно, а эти придурки… Выбить им пару зубов казалось мне вполне справедливым за все твои ссадины, ушибы, синяки… Хотя, наверное, пары зубов было все-таки маловато. Ты плакал, я злился, а потом мы перебинтовывали друг друга. Я помню, как мы сидели на трубе моего дома, смеясь и отмахиваясь от пролетающих голубей. Ты так солнечно улыбался, что я не мог не улыбнуться тебе в ответ… Ты казался таким… Счастливым, и я был счастлив за тебя. Я помню, как мы часами болтали, лежа вместе в одном гамаке, сжимая в руках кружку горячего чая с медом. Ты очень любил мед, Армин… Самый лучший, ты говорил, - помнишь? - был у бабушки Долорес, ну, у которой еще козы жили, помнишь? А сейчас мед почти не достать, жалко… Я помню, как твои родители заперли нас на чердаке за то, что мы вытоптали цветы на клумбе. Микасы тогда с нами не было, она болела ветрянкой, и, хоть мой отец и запретил к ней ходить, мы решили нарвать ей цветов… Потому-то клумба и была вытоптана. Запертые на чердаке, мы негодовали: как так, хорошее же дело хотели совершить. А потом, успокоившись, нашли там и свечки со спичками, и шерстяные пледы, и твой старый мячик, который ты давно потерял и даже уже перестал искать… Армин, ведь мы же после этого наказания стали проводить на твоем чердаке целые дни, помнишь? Перестали туда ходить, только когда ласточка свила в углу гнездо. Мы боялись потревожить мать-птицу и ее яйца… А как мы радовались, когда вылупились птенцы!.. Я помню, как мы вдвоем собирали арбузы. То единственное лето, когда моя мама их посадила… Они были совсем маленькие, у нас, все-таки, слишком холодно для них, но… Они были очень сладкие. Хотя, наверное, это не очень хорошее воспоминание, ведь потом нам от ос пришлось отбиваться. Хотя… Боже, какие глупости казались нам катастрофой! Я помню, как мы ночевали друг у друга. Микаса оставалась с нами редко, а мы с тобой спали на одной кровати… У тебя она была мягкая и узкая, а у меня - скрипучая и широкая… Я ведь специально каждый раз ждал, пока ты заснешь. А потом… Робко обнимал, прижимая к себе, осторожно целовал твою бледную шейку и пухленькие тогда еще щечки, зарывался носом в твои светлые волосы… Ты пах ландышами, Армин. Я втайне мечтал, что, когда мы вырастем, ты все так же будешь спать со мной, а потом… Может быть… Ты когда-нибудь сам поцелуешь меня… Я помню все это. Кусочки нашего детства, самого лучшего в мире детства - я помню их все, хоть мы и были маленькими. А ты, Армин? Скажи, пожалуйста… Помнишь ли ты время, когда мы были счастливы?