Чужая ли?..

***

      Подобное развитие событий было странным для понимания вездесущего Саундвейва. Фем знает о его силе и знает о судьбе Мегатрона, но до сего дня молчала. Что не маловажно, она смогла это полностью скрыть от связиста. Ее поведение было совершенно обычным и открытым, без толики лжи. Да, бывали моменты, когда она увиливала или делала вид, что не понимает о чем идет речь. Однако в большинстве случаев это касалось пранков над Старскримом или попытки удрать с очередного осмотра Нокаута. В этих случаях он винить ее не мог. Постоянные наезды со стороны заместителя Мегатрона выводили даже сдержанного Саундвейва, не говоря уже о пылкой на характер фем, да и каждодневные часы в медотсеке не являлись радостью в столь странном активе.       Переход из одного мира в другой, взаимодействие с реликвией древних Праймов, способность к невозможной с точки зрения науки трансформации и знание будущего… Все это было крайне подозрительно. От этой фем с первого дня пребывания на Немезиде было странное ощущение, которое он до сих пор не мог интерпретировать. Открытая, дерзкая, любопытная и неудержимая. В то же время полная страхов. Саундвейв не раз видел по камерам, как посреди ночи она тихо плачет в своем отсеке под термоодеялом. Несмотря на ограниченность эмпатических и телепатических способностей ее душевные терзания он чувствовал даже будучи в своем отсеке на другом конце корабля. Она пытается быть смелой и рассудительной, но сама же не замечает как действует спонтанно, сильно рискуя собой. Ее интуиция, внутреннее чутье ведет ее. Однако эта дурная привычка наверняка однажды сыграет с ней плохую шутку. И ее скрытность тоже.       Однако самое опасное в Юле это, пожалуй, ее сила. Ее способность с каждым найти общий язык, понять оппонента, найти подход. Мегатрон, пожалуй, исключение, ибо он господин, а с господином невозможно не найти общий язык. Нокаут и Брейкдаун, любители человеческих штучек тоже не в счет. А вот остальные… Приспособляемость не уступает выживаемости Старскрима. Тут уж по другому не сравнить. Удивительно, что с инсектиконами, что с предаконом, что с вехиконами, но она довольно непринужденно общается. Если последние так запрограммированы, то первые два типа самые неустойчивые на процессор и свирепые из всего состава Немезиды. Шлак с инсектиконами, фем их все-равно побаивается, но вот с этим древним существом… Они словно друзья!       Саундвейв далеко не единственный из экипажа, кто это заметил и кого это напрягает. Старскрим бесится из-за того, что эти двое объединились и абсолютно ни в грош его не ставят и даже умудряются издеваться над ним. Нокаут боится, что предакон ее к Юникрону разорвет, хотя тот ни разу не проявлял в адрес фем враждебности. Сам же Саундвейв не одобряет подобное, аки старший брат, который не позволяет любимой сестре общаться с кем попало. И этим «кем попало» является предакон, пусть хоть сто раз ее к нему приставил сам Мегатрон.       Что касается самого Мегатрона… Он лишь молча хмурился, когда Саундвейв рассказывал ему о «тайных» уроках Юли с предаконом. Подобная ситуация его настораживала, однако любопытство пересиливало опасения. Ему было интересно узнать развязку данных манипуляций со стороны столь необычного десептикона. Но что именно думал бывший гладиатор и нынешний лидер, Саундвейв не мог знать ибо лезть в процессор к своему господину он не осмелился бы и под дулом его плазменной пушки, не говоря уже о том, чтобы сделать подобное по собственной воле.       Пожалуй, единственный, кому было плевать и кто «предполагал подобное, ибо это крайне логично», разумеется, был Шоквейв. Саундвейв, как и Нокаут, не раз ловил себя на мысли всыпать ученому за его «молчание», однако выдержка и субординация не давали этого сделать. остается лишь молча наблюдать за всем происходящим, как и подобает «глазам и ушам» десептиконов. (НХМ: *выглядывает с кухни со стаканчиком из-под попкорна* Шоквейв, тебе какой: соленый или сладкий? Шоквейв: С чили-перцем, если можно. Ап_Пельсинка: Если хочется чего-то погорячее, то мог бы сразу позвать меня… *протягивает попкорн десептикону, садясь рядом* Шоквейв: *деликатно молчит* НХМ: *с порога давится чаем*)

***

      Юля вышла в онлайн только ближе к полудню. Саундвейв довольно сильно потрепал ее, системам потребовалось около двух часов на восстановление. Но даже после отдыха было выявлено несколько ошибок в работе программ, в частности связанных с работой памяти. Если подумать, то в этот раз она достаточно легко отделалась и отдыхом в медотсеке под причитания Нокаута и смешки Старскрима дело не закончится. Что ж, это определенно радует.       Не активируя оптики, фем осторожно размяла манипуляторы и шарниры на серво. Оков не было, к тому же она была перенесена на платформу и укрыта термоодеялом. Значит, риск оправдал себя? Рядом, судя по спокойной стрекочущей вентиляции расположился Лазерпик. Юля тут же вскочила, позабыв о собственных проблемах и приподняла одеяло. Поломки были устранены, трещины аккуратно запаяны и отполированы. Сам же кассетник находился в глубоком оффлайне. Хвала Праймусу, он не так сильно пострадал. Юля осторожно погладила его по корпусу, как бы извиняясь, что из-за нее ему пришлось пойти против Саундвейва, своего хозяина. Питомец сквозь глубокий офф довольно прострекотал.       Фем глубоко провентилировала, пряча лицо в манипуляторах и растирая его почти до вмятин в мягком металле. В последние два дня мышцы лица сводило настолько сильно, что хотелось биться лицом о стену. На своеобразную жалобу Нокаут ответил, что это связано с развитием ее КНК и что скоро это должно закончится, нужно просто подождать. Шоквейв высказал предположение о том, что в связи с развитием КНК развивается и фемский корпус. Другими словами у фем идет процесс взросления. Все это помогло ученым определить примерный возраст Юли — почти 19 Ворнов. Юля еще никогда не чувствовала себя настолько старой. Однако определением возраста это не ограничилось. Т. к. процесс развития продолжается и идет довольно активно, Шоквейв уверен, что на самом деле Юле куда больше и она уже давно достигла статуса взрослых. Просто молот Праймов не смог полноценно воссоздать ее корпус. Хотя сам факт их взаимодействия по-прежнему является загадкой для всей Немезиды. — Прекрати. Сместишь металл. — прошелестели тихий голос.       От испуга Юля дернулась. Саундвейв вошел максимально беззвучно, даже дверей слышно не было. Наличие двух кубов энергона в манипуляторах не помешало связисту заблокировать двери. Снова. «Почему у всех привычка разговаривая со мной запираться? Куда я от вас, блин, денусь?»       Юля напряглась всем корпусом. Спокойный, едва шипящий тихий голос связиста одновременно успокаивал и пугал до леденящего ужаса. Вот она, крайность.       Саундвейв тем временем неторопливо приблизился к платформе и сел на нее край, спиной к фем. Маску он предусмотрительно открепил и убрал на стол. Один из кубов мех протянул Юле и та взяла, не смея возразить. Она вообще не могла ничего произнести, попросту не знала что сказать. Саундвейв это понимал и потому тоже молчал, ожидая, когда Юля сама начнет рассказ. Для того, чтобы все пошло куда быстрее связист начал ненавязчиво распространять вокруг себя волны теплоты и спокойствия. «Эмпатия» — подумала фем, невольно хмыкнув. — Знала. — утвердительно выносит мех, открыв куб и делая первый глоток.       В воздухе сразу отразился разряженный, но довольно приятный аромат энергона. Фем шокировано взглянула на куб в своих манипуляторах. — Обычный. Сверхзаряженный у меня. — Саундвейв словно бы читал ее мысли, отвечая на ее немые вопросы.       Юля молча повернулась, расположившись на платформе также как и связист, но положив одно серво под себя, чтобы было удобнее. Куб с энергоном она пока отставила, на что мех усмехнулся — не доверяет. — Не знала. — наконец произнесла она после недолгого молчания. — В моем мире о тебе ходит множество теорий, самых разных и безумных. То, что ты телепат одна из них. — Почему-то я не удивлен. — хмыкнул связист и неожиданно залпом выпил все содержимое.       Юля только оптику расширила в изумлении. Фем не любила смотреть на тех, кто выпивает, пусть и по важным поводам. Не одобряла это дело всей искрой. Но одно дело смотреть, как это делает кто-то другой и совсем другое когда это кто-то очень близкий искре. И еще более обескураживающе, когда это делает, дани его, Саундвейв, от которого подобного даже в апокалипсис не ожидаешь!       Немного помассировав оптику от застилающего процессор сверхзаряженного, Саундвейв внимательно взглянул на Юлю через плечо. Сейчас Саундвейву было абсолютно плевать на свой вид и на то, что он явно упал в ее оптике как идеальный соратник и разведчик десептиконов. Да и в целом он никогда не задумывался о подобном. За свой долгий актив он услышал о себе многое, как приятное, так и не очень и сейчас его уже мало чем можно удивить. Однако именно ее растерянность больно кольнула искру. — Кто ты на самом деле?

На палубе

      Выпустив в сикера очередной столб пламени Предакинг лениво лег на свое место под недовольные вопли вышеупомянутой истерички, который уже во всю бежал в медотсек к Нокауту, чтобы починить почти расплавленный манипулятор и крыло, кои были задеты еще первым залпом предакона. Ну и по традиции посетовать на «глупое животное, которое шлак пойми зачем нужно, только энергон переводит», соперничество с Шоквейвом, неуважение со стороны Юли и на жизнь в целом. Бедный Нокаут. Личным психологом он не нанимался.       Причина такого поведения предакона необычайно проста и прозрачна, словно стекло. Старскрим решил в очередной раз включить режим а-ля «слушай сюда, предаконишка, я тут главный и ты мне подчинишься». Такое поведение выбесит даже самого спокойного и уравновешенного человека/меха, включая горделивого предакона, что на дух не переносил сикера.       Обычно порывы испепелить к Юникрону шлакового лабутенщика либо пресекались на корню Юлей, либо же все сводилось к тому, что сама Юля выносила процессор Старскриму. Причем довольно умело, чему Предакинг не раз восхищался. Сейчас же остановить его не мог никто, поэтому Предакинг просто прогнал Старскрима подальше и надолго, чтобы наконец побыть в одиночестве. Ему не только нужно было время на моральный отдых и, как бы странно не прозвучало, на беспокойство. Вот уже второй день он не видел Юлю и этот факт его крайне раздражал и пугал одновременно. Неужели травмы, полученные ей от автоботов оказались куда серьезнее, чем он предполагал? Но ведь Старскрим говорил, что она сегодня покинула Немезиду и отправилась к людям. Значит, все хорошо? Или нет? Еще и Старскрим странно ворчит в ее адрес, хотя обычно просто истерит по поводу и без.       Предакон глубоко провентилировал, вспоминая то тихое и необычайно странное время, что он провел с фем в той пещере. Он даже представить себе не мог, что она обладает такими способностями. На Немезиде Юлина трансформация из человека в кибертронца и обратно не была секретом, как он понял, однако для него сей факт был весьма шокирующим. Это знание ответило на некоторые его вопросы относительно фем. Может поэтому она относилась к нему, как к равному? Фактически они оба чужие среди своих, но только с одной лишь разницей — с ней считаются, ее признают как полноценного члена команды, в то время как Предакинга считают безмозглым существом, которое только и может, что исполнять приказы охотясь за автоботами.       Однако предакон отнюдь не считал себя хуже других десептиконов. Да, он признавал, что не так умен, но благодаря усилиям Юли он потихоньку изучает основы. Да, он не может трансформироваться, но он превосходит десептиконов по силе. Пусть он не может говорить, но его действия, его верность Мегатрону говорят за него и куда ярче обычных слов. Так почему же он по-прежнему чужой для них? Неужели все дело в этой глупой трансформации? Неужели, чтобы тебя признали обязательно нужно обладать такой способностью? Это действительно так важно?!       Издав недовольный рык Предакинг поднялся со своего места и, подойдя к самому краю палубы, нырнул вниз. Находится на Немезиде ему сейчас не хотелось.

***

      Саундвейв вернулся на свой пост только к вечеру. Их с Юлей разговор не затянулся более чем на час, однако чтобы все понять потребовалось куда больше времени и сил. К тому же принятый одним заходом куб сверхзаряженного энергона хорошенько ударил по системам. Саундвейв никогда не позволял себе более одного глотка крепкой выпивки, да и в целом выпивать не любил. А тут разом целый куб да еще и во время дежурства, с которого он непозволительно сбежал. С другой же стороны осилить сей разговор так просто было невозможно. Даже сейчас бедный связист мало что понимал. Подобное, пожалуй, впервые в его активе. «Она скрывает так много не имея возможности с кем-то поделится своими переживаниями. На ее хрупкие плечи легла слишком большая ответственность. Возможно, сам Праймус призвал ее в наш мир… Другого логического объяснения я просто не знаю. Но если все так, то что она должна сделать? Остановить войну? Привести одну из сторон к победе? Почему так сложилось, что она выбрала именно нас, ведь мы хотим уничтожить людей. Это не ее мир, не ее проблемы. Так почему она так из-за этого переживает и все-равно продолжает улыбаться, все глубже пряча свою искру в тени боли и отчаяния?» — Саундвейв. — на плечо лег тяжелый манипулятор.       Связист вздрогнул. Он даже не заметил, как лидер приблизился к нему. — Что между вами произошло?       Мегатрон был несколько обеспокоен. Крайне редко его верный связист выходит из себя при этом неосознанно ломая аппаратуру. Последний раз подобное было еще на Кибертроне, когда десептиконы решились на отравление ядра материнской планеты. И почему-то это всегда вызывало у лидера фиолетовозначных подозрение. Учитывая ситуацию с Юлей и то, что от не пьющего и правильного Саундвейва, который дорожит работой превыше собственного функционирования, идет слабый запах сверхзаряженного энергона… Определенно между ними что-то случилось. Будь на месте связиста кто-то другой, то давно бы лишился актива за такое поведение или в лучшем случае залечивал раны у Нокаута.       Саундвейв медленно провентилировал. Мегатрон нахмурился еще сильнее, когда заметил отсутствие верного касетника — Лазерпика, который уходит лишь в случае крайней необходимости. — Все пошли вон. Немедленно! — рыкнул лидер.       Вехиконы испуганно дернулись и поспешили ретироваться. Ночного разноса им хватило с лихвой и получать еще неоправданных тумаков никто не хотел. Актив дороже любопытства. — А теперь рассказывай, что между вами двумя произошло. Судя по всему ты пил сверхзаряженный энергон.       Саундвейв молча сжал мани в кулак. Сейчас связист отчетливо понимал, что застрял межру двух огней. Что ему делать? Рассказать правду об их разговоре, тем самым снова подвергнуть ее опасности или же соврать, защитить фем, но обмануть Мегатрона? Было глупо и крайне нелогично утверждать, что он уже не знал ответ. — Не испытывай мое терпение, Саундвейв. — Я… Ничего не узнал, прости. — хрипло и тихо проговорил связист, опустив шлем. Эти слова давались ему крайне тяжело. — Судя по воспоминаниям и эмоциональной памяти она действительно не знала, что столкнется с автоботами. Но… Она соврала. Она общалась с автоботскими людьми. — Что?!       Мысленно настроившись на нужную волну Саундвейв начал «игру». Он может рассказать лишь часть разговора, чтобы все выглядело правдоподобно, но не более. Он понимал, на какой риск пошла Юля, поведав судьбу Мегатрона Саундвейву. И он прекрасно понимал, почему именно ему. Ведь он как и Юля хочет защитить и уберечь Мегатрона. И пусть ради этого придется утаить несколько фактов, он готов рискнуть ибо цена была крайне высока. — В людском магазине у них завязался конфликт из-за какого-то предмета. Но Юля победила и взяла свое, после чего поспешила удалиться. По дороге у нее действительно закончился заряд телефона. Далее она отправилась в Японию, пытаясь растянуть время возвращения на корабль. Ей хотелось, чтобы предакон хорошенько потрепал Старскрима. Как бы это не звучало, но в данном мнении я с ней абсолютно согласен. При попытке покинуть Токио, дабы уйти от людских глаз и связаться с нами, она попала в аварию. Госпитализация не потребовалась, т. к. урон. по людским меркам, был не высок, несмотря на последующий вылет в перезагрузку… Обморок, по органическим меркам. Придя в себя и оказавшись дезориентированной Юля решила вернуться на временное пристанище во время тайной миссии несколько месяцев назад. После чего она ушла в оффлайн. Утром же ее нашел Нокаут и доставил на корабль. Конец отчета.       Выслушав складный рассказ верного подчиненного серый мех все еще продолжал хмурится. Что-то связист не договаривал, при чем совершенно осознанно. — Если дело только в этом, то почему ты в таком состоянии? — указав когтем на одну из консолей терминала Саундвейва, рыкнул Мегатрон.       Саундвейв проследил за когтем. Только сейчас он заметил, что от манипуляторов остались вмятины. Искра предательски дрогнула. — Прошлое… — тихо проговорил мех. — Вам не кажется, что она о многом умалчивает? (НХМ: *ошарашенно открывает рот, едва не проливая чай на ноги* Ап_Пельсинка: *не глядя придерживает кружку НХМ от падения* Ап-Пельсинка: Саунд, зайка, ты только что одной фразой разрушил мою веру в тебя. Ты выглядел надёжней, пока не заговорил…)       Оптика Мегатрона расширилась. Он был крайне удивлен таким заявлением. — Что нам о ней известно? За время проведенное на Немезиде были добыты лишь крупицы информации. Узнать о ней из земных баз данных мне не удалось: в этом мире ее попросту не существует. Никто из нас не знает как она жила раньше. Нам известно лишь то, что происходит сейчас и немного из того, как она узнала о нашем существовании. Юля ни разу не заговорила о возвращении в свой родной мир, даже не искала способа это сделать. Ни разу не упомянула о том, что по кому-то скучает. Ни разу не заговорила о семье. Нам лишь известен город в котором она жила до попадания в этот мир. Неужели в ее родном мире нет никого о ком бы она беспокоилась и кто бы ее ждал?       Последнее Саундвейв проговорил еле слышно. Однако лидер прекрасно все расслышал.       Повисла тишина. Каждый думал о своем. Казалось что ответ на вопрос, который ненавязчиво гложил обоих мехов уже давно, пришел только сейчас. «Какой же я безпроцессорный!» — подумал связист, закрыв манипулятором визор, — «Как я не смог понять очевидного?».       Мегатрон тяжело провентилировал, осторожно помассировав оптику когтями. Он уже было подумал, что Юля его обманула и предала, но все оказалось проще и куда безобиднее. — Я думал ты нашел доказательства ее сотрудничества с автоботами. — проговорил он устало. — А оказалось тебя волновало совершенно иное. Ты слишком размяк, Саундвейв. Она не предаст нас. В отличие от Старскрима Юля попросту не способна на такое. Если же когда-то подобное и случится, в чем я сильно сомневаюсь, то для этого у нее найдутся веские основания.       Темный мех промолчал. Да, основания у нее уже имелись. Еще какие. Связист до сих пор отойти от них не может!

В это самое время…

      В отсек деликатно постучали. Юля к тому времени уже вышла из очистителя. Облика у нее два, поэтому ухаживать нужно вдвойне серьезнее. К тому же ей не мешало освежиться ибо разговор между ней и связистом вышел очень серьезный. У самой процессор шел кругом.       На пороге смущенно жался Стив. Он был, пожалуй, самым адекватным вехиконом на всей Немезиде. С ним было приятно провести время, поболтать погулять по земным городам в свободное время. Никто из них не знал, как сложились такие приятельские отношения и к чему они приведут. Просто в один из дней они решили помочь друг другу и понеслось. Иногда Юля вспоминала один из фанфиков про Стива и свято верила, что история в нем описанная обязательно сбудется. Кто знает, может он сможет изменить Старскрима в лучшую сторону? Она верила и была уверена, что искра Стива настоящая, а не поддельная и искусственная, как у других вехиконов. Почему она в это верила, фем не знала. Да и не задумывалась особо. — Привет, Стив! — приветливо помахала манипулятором Юля. — Проходи не стесняйся. Извини, у меня небольшой бардак. — А… Да ничего. Это же я внезапно пришел. Прости за беспокойство. Я тебе не помешал?       Юля умилилась. Какой же он застенчивый. Ну просто лапочка! Параллель с Прапором видна невооруженным взглядом. — Конечно нет. Наоборот, я рада компании, твоей в частности. — фем улыбнулась. — Что, кстати, привело тебя ко мне? Я видела как ты сегодня на мостике работал. — Лорд Мегатрон выгнал всех. Один Саундвейв и остался.       Юля дернулась. То, что обсуждают ее она не сомневалась. — Я хотел вернутся в отсек, но… Там опять это. — кон скривился. — На палубу не выйти, там предакон уже третий день буянит. Внизу бродят инсектиконы. В медблоке на осмотре делать нечего. А с Немезиды отлучатся нельзя. Вот я и пришел… Еще раз прости. — Да все нормально, я не против. Сиди сколько хочешь, тут тебя не достанут. А если и попытаются то получат от меня не хуже чем от Мегатрона, будь уверен. — Юля ободряюще похлопала его по плечевому сегменту.       Стив невольно улыбнулся под маской. Эта фемка всегда такая веселая. Даже не верится, что она одна из самых ненормальных бойцов Мегатрона, при том и человек. Но если бы ее не было, было бы куда мрачнее находится на этом корабле.

***

      Мегатрон вызвал Юлю на мостик весьма неожиданно. Прямо в разгар партии в третьих «Героев меча и магии». Стиву тоже было приказано вернутся на на свое рабочее место. Проигнорировать приказы они не имели права, поэтому, уговорившись потом доиграть, отправились в указанное место.       Мегатрон встретил фем пронзительным взглядом алой оптики, от которого невольно дрогнула искра. Саундвейв даже не обернулся и возился у своего терминала. Лазерпика же еще не было, т. к. в онлайн тот еще не вышел. Стив вернулся к своим обязанностям как и остальные вехиконы.       Юля же приблизилась к лидеру и поклонилась. — Вызывал? — Да. Идем. — с этими словами Мегатрон направился вон с мостика.       Попавшийся на оптику Старскрим был полностью проигнорирован, как и его сообщение о странном поведении инсектиконов. Юля же наоборот, напряглась. Может у инсектиконов тот самый период наступил? Вот бы она ошиблась и все они просто дружно не выспались. Но вот если это правда, то что насчет предаконов? «Неееет! — мысленно взвизгнула она, невольно прикрыв лицо манипулятором, — Угомонись, больная фантазия!»       К хранилищу они пришли довольно быстро. Фем удивилась. Зачем они здесь?       Внутри царил холодный полумрак и гробовая тишина, нарушаемая размеренной и тихой работой систем Немезиды. Юле невольно вспомнился день ее «прибытия» на корабль. Тогда было также тихо и темно.       Фем даже не обратила внимание, что стала не торопясь проходить мимо каждой капсулы в очередной раз рассматривая все артефакты, что десептиконам удалось забрать. Взгляд невольно зацепился за копье, что вынудило фем остановиться. Как же оно было прекрасно, так и хотелось подержать в манипуляторах. — Тебе оно нравится? — решил осведомиться Мегатрон, встав по левую руку от Юли.       Та кивнула, не отрывая взгляда. В холодном голубовато-сером свете реликвия еще больше приковывала к себе взгляд. Особенно гравированная рукоять. Узоры, казалось, двигались, завораживая. Фем восхитилась. Если его выковала Солус Прайм, то она была великолепным кузнецом и знатоком своего дела. Столько мелких деталей. Восхитительно.       Мегатрон усмехнулся. Фем его игнорировала и всецело была поглощена реликвией. Но от части он ее понимал. Копье поистине было величественным и прекрасным. — Что ж. — неожиданно проговорил он, убирая защитное стекло. - Разрешаю тебе взять его себе. — Что? — фем ошарашенно обернулась, не веря в услышанное. — Ты серьезно это говоришь? Но… Но это же… Реликвия все-таки. Может лучше не надо? — Ну нет. — Мегатрон наклонился к Юле, серьезно заглядывая ей в оптику, — Если ты не забыла, то именно реликвия сделала тебя такой. Кто знает, может и оно тебе подчинится.       Юля рефлекторно прижала аудиосенсоры. Лучше уж взять. На сегодня она достаточно его разозлила. К тому же ей и самой было интересно. Ведь когда она берет его, то что-то чувствует помимо всепоглощающей слабости. Правда во всех случаях там присутствовал еще и Молот, и они соприкасались. Но была не была. Что она теряет?       Манипулятор коснулся шероховатой и прохладной рукояти. Копье было легким, но выше фем на шлем. Несмотря на ожидания никакой реакции не последовало. «Нужен молот, не иначе» — подумала Юля и вопросительно взглянула на меха, что молча наблюдал за этим. — Так и думал. — заключил он, чуть нахмурившись. — Ты и правда взаимодействуешь с реликвиями древних. — Но оно же не светится. — растерялась фем, переводя непонимающий взгляд с копья на меха. — Или не должно?       Мегатрон хмыкнул. Она и правда не понимает? — Как ты думаешь, сколько оно весит?       В очередной раз фем ничего не поняла. При чем тут вес-то? Опустив взгляд на копье и оценив его, фем была готова озвучить результат. — Ну… Около тонны? Может меньше. — Ты правда так считаешь? — скептически вскинул бровь, скрестив манипуляторы на грудных пластинах. — Да? Я просто сравниваю с вехиконами. Помогая Нокауту я не раз таскала их в медблок. Они весят около двух тонн. Шахтеры, конечно чуть больше, но не суть. Если брать обычного вехикона и копье… Половина веса. По ощущениям. — фем нахмурилась еще сильнее. — Да что не так-то?! — Шесть с половиной тонн. Таков его вес.       Юля пыталась понять угарает ли мех, стоящий перед ней, или нет. Снова опустила взгляд. Как такое может весить более шести тонн, когда она спокойно его поднимает? — Если ты решил надо мной подшутить, то тебе нужно качать чувство юмора. — Открою тебе страшную тайну. Чувства юмора у меня нет. — серьезно заметил Мегатрон.       Теперь настала очередь Юли вскинуть брови. — Более того так кажется только тебе. Если не веришь мне, можешь спросить у Шоквейва. Он производил замеры.       Юля хотела возразить, мол, зачем ты и его подговорил, но осеклась. Шоквейв не создавал впечатление того меха, который станет участвовать в чем-то подобном. «Да не может быть такого! Может у них все-таки приборы барахлят?»       Через какое-то время попытаться убедить фем в истинном весе копья Мегатрону надоело и он взял ее на осмотр новой шахты, которую буквально пару часов назад обнаружил Старскрим. Что-что, а в разведке энергонных месторождений сикеру не было равных.       Копье Юля все же с собой взяла, ибо Мегатрон был непреклонен и пообещал провести с ней тренировку и научить драться на столь необычном оружии. Юле оставалось лишь гадать на скольких видах оружия бывший каонский гладиатор мог сражаться.       Шахта было огромной. Юля невольно засмотрелась. Мерцание энергона в темноте завораживало. «Хочу сделать дерево». — подумала она, твердо намереваясь попросить Мегатрона дать ей необработанный кристалл энергона.       Только она хотела спросить об этом, даже кристалл уже взяла, как раздался взрыв и пещеру тряхнуло. От неожиданности фем выронила кристалл и тот разбился в дребезги. — Да еп твою мать! — раздосадовано рявкнула она, обернувшись в сторону входа в пещеру, откуда уже слышались выстрелы и крики. — Хоть сегодня без вас можно, а?!       Мегатрон покосился на фем. Лорд десептиконов последовал давнему совету фем и поинтересовался о культуре землян. И ее ругательства он тоже понял. Десептикон слышал из ее уст множество высказываний, но это было самым неприятным. Оскорблять свою дани не смел даже самый безыскорный шаркатион.       В туннеле снова раздался взрыв. С потолка посыпались мелкие камушки по меркам трансформеров. Юля опасливо подняла взгляд. Мысли о внезапном обрушении свода из процессора не выходили. — Держись позади меня. — приказал Мегатрон.       Автоботы долго ждать себя не заставили. В главную пещеру ворвались Оптимус, Бамблби и Балкхед. Юля несколько облегченно провентилировала. Более менее адекватный состав. Но тут же ее взгляд стал испуганно-напряженным. Оптимус смотрел прямо на нее. Точнее на то, что она держала в манипуляторах. «Не-не-не-не-не! Это мое!» — фем попыталась спрятать копье за спиной. Однако было уже поздно. — Оптимус! Смотрю ты уже оправился. — саркастично заметил Мегатрон, — Ретчет знает свое дело.       Никто не уловил момент, когда эти двое сцепились. Фем в кой-то веки была рада тупости Оптимуса. Меч он не взял, значит Мегатрону особо ничего не грозит. Помимо пары десятков ударов по процессору. Невольно она засмотрелась на них, ибо она впервые видела их бой в живую и он был… словно страстный танец. Из-за огромного опыта совместных сражений мехи почти не глядя предсказывали движения друг друга, ловко уходя от удара и нанося другие. Слаженные движения, зеркальные движения…       Отвлёкшись на лидеров фем не сразу заметила, что и ее атакуют. Очнулась когда Бамблби одним из выстрелов попал по грудным пластинам. Но никакого урона помимо жгучей боли получено не было.       Балкхед же разносил в металлолом вехиконов-шахтеров, и это выводило фем из себя. В голове так и звучал голос: «Наших бьют!». Но подкрепление она запрашивать не стала. Мегатрон этого не сделает из гордости, а Юля просто не могла. Она боялась последствий.       Бамблби ударил со спины, когда Юля потеряла его из виду. Разница в росте давала Бамблби большую мобильность, а новая темная расцветка сливалась в полумраке пещеры. В этот раз она уже не удержалась и упала на землю. Копье выпало из манипуляторов и отлетело на несколько метров. Прямо под серво Балкхеду. Юля с ужасом осознала, что один неосторожный шаг и на него наступит этот здоровяк. Или попросту заберет. И оба варианта ей не улыбались и ручкой не махали.       Додумать ей снова не позволил автоботский разведчик, навалившись сверху обхватив манипуляторами шею, начиная сдавливать шейные магистрали. Такое обращение мало кому понравится, фем в частности. Шея для Юли всегда была слабым местом. Даже самое легкое инородное прикосновение отдавалось чем-то неприятным, а тут вообще душат! Поза в которой на нее навалился Би была неудобной. Вырваться было мало шансов. Системы выдавали сбой за сбоем, был слышен хруст магистралей. Последующие ее действия были скорее рефлекторными, нежели обдуманными.       Фем попыталась приподняться на коленных шарнирах, помогая себе манипулятором, после чего резко наклонилась назад, падая на спину. Би такого не ожидал и поэтому на секунду отвлекся. Сила захвата совсем не уменьшилась, но замешательство позволило отвлечь внимание от дальнейших попыток удушения. — Пусти! — прохрипела Юля, сумев просунуть один из манипуляторов между своей шеей и манипуляторами меха. — Я не хочу тебе вредить!       Автобот либо не услышал, либо не понял слов фем. Да и кто будет слушать врага, сами подумайте. Юля начинала терять терпение и силы. Положение было неудобным, но она все же попыталась вложить максимум силы, чтобы увеличить расстояние между шеей и манипуляторами. Пусть Бамблби и был меньше в размерах, нежели фем, однако он все еще оставался мехом. Понимая, что так просто она не сможет ничего предпринять, Юля решилась на отчаянный шаг. Резко ослабив свою хватку она позволила Би сомкнуть хватку на шее. Миг, и она уже со всей силы вцепилась дентопластинами в черно-желтый манипулятор молодого меха. А что, зря что-ли у нее двойные клыки есть, чтобы ими не пользоваться?       Бамблби болезненно взвыл и отпустил фем, невольно свалившись с нее. Юля отползла от раненного меха, отплевываясь от чужого энергона. Было неприятно во всех смыслах. Она еще никогда никого так сильно не кусала, если только в шутку. Но, как говорится, инстинкт самосохранения и адреналин делают свое дело. Вот только она с ужасом осознала, что хотела бы еще раз укусить меха, но тут же отмела эти мысли, услышав крики. — Би! — Бамблби!       Раздался торжествующий хохот Мегатрона, вперемешку с взволнованными криками автоботов. Балкхед уже приближался к ним. Юля спохватилась. Бамблиби во время захвата сумел открепить клинки с ее пояса. Шустрый малый, ничего не сказать. Дотянутся до них она не успевала, пусть те и лежали недалеко от нее. Набор мелких клинков для метания Нокаут ей пока не вернул, обещая какой-то «мега крутой» апгрейд. Фем попыталась встать, однако каким-то непонятным образом споткнулась о дезактивированный корпус вехикона-шахтера и отшатнулась в ужасе. Балкхед превратил его в лепешку! — Что ты с ним сделала?! — гаркнул зеленый тяжеловес с силой опустив свою булаву.       Юля вовремя ушла вправо, чтобы не распрощаться со шлемом. Стоило радоваться, что стрелять в пещере уже прекратили. Бои сместились прямо к кристаллам энергона. Если хоть раз попадешь или вскользь заденешь — рванет. Бабахнет с такой силой, что обрушит гору в которой располагается шахта. И хана Эвересту. Ну и всему, что у подножия тоже, ибо цепной реакцией заденет и снега, а там лавина, обвалы и еще куча всего. «Саундвейв, помоги! — завопила Юля, услышав, как Балкхед тоже запрашивает подкрепление. — На шахту напали! Автоботы сейчас тут полным составом припрутся!»       Связист принял запрос и уже передавал данные Старскриму. Подмогу нужно было ждать снаружи, т.к. открыть граундбридж в самой шахте не позволяло непостоянное магнитное поле, которое к тому же нарушалось сосредоточением обильного количества необработанного энергона.       Ждать пришлось не так долго. Уже спустя пару минут подкрепление обеих фракций прибыло и началась полная ахинея. Уиллджек со всех серво носился за Юлей, пока та улепетывала аки черепашка-ниндзя с копьем, которое она таки успела сцапать своими загребущими манипуляторами. Старскрим, что удивительно, тоже сражался, но со Смоукскрином. Би же забрала Арси. Юля только недоуменно скользнула по ним взглядом. Неужели она что-то серьезное ему сделала? Искру неприятно кольнуло. Она же не хотела!       Оптимус хорошенько приложил Мегатрона и тот отлетел к стене, пустив по ней ряд трещин. Прохрипев, бывший гладиатор повалился на коленные шарниры, опираясь на собственный клинок. Со свода снова повалились камни. На этот раз не только Юля, но и Балкхед обратил на это внимание. — Оптимус, нужно скорее уходить! Если мы продолжим, шахта обвалится! — прокричал он, прорываясь через вехиконов к выходу.       Старскрим это услышал и усмехнулся. В процессоре уже созрел план. — Не смей! — рявкнула Юля, глядя как Старскрим гаденько оглядывается и отдает какой-то приказ ближайшим вехиконам. Было ясно, что он хочет обрушить пещеру, похоронив в ней всех.       Но было поздно. Вехиконы уже сцапали Мегатрона, который до сих пор не мог прийти в себя от удара и попытались увести его. Автоботы тоже двинулись к выходу, один Уиллджек остался гоняться за Юлей, явно намереваясь отыграться за прошлый раз.       Старскрим поднял манипулятор к потолку и прицелился. Юля не выдержала. Резко затормозив она крутанулась и запустила в сикера копье. Но не попала, а лишь вскользь задела по крылу.       Выстрел.

Немезида

      На Немезиде было крайне неспокойно. Когда вернулся Старскрим вооруженные вехиконы уже вовсю бегали по коридорам, полностью игнорируя вернувшегося командира ВВС. — Что происходит?! — крикнул сикер, поймав удачно пробегающего мимо Нокаута с аптечкой в одном и энергокопьем в другом манипуляторах. — Ты что, не слышал еще? Эрахнида сбежала! Инсектиконы впали в буйство и разнесли нижние этажи! Многие ранены, о дезактивированных вообще молчу! — медик огляделся на пробегающего мимо вехикона, — Где лорд Мегатрон? Он срочно нам нужен, Саундвейв один не справляется! — потом перевел взгляд на корпус потрепанного командующего ВВС десептиконов. — Я смотрю ты тоже не на отдыхе был. — Эрахнида сбежала?! — Старскрим покачнулся, — Она же была в стазисной капсуле, как она могла сбежать?! Куда вы, шлак, смотрели?! — Откуда я знаю?! Лучше скажи, где Юля? Она мне поможет с раненными. — Не думаю, что вы с ней увидитесь. — словно невзначай и крайне нервно проговорил сикер, невольно опустив крылья.       Либо от осознания того, что он натворил, либо от страха напороться на Эрахниду с буйствующими инсектиконами. Он на собственной шкуре испытал всю силу их симбиоза.       Нокаут насторожился еще больше. Ой-как не нравилась ему это поведение. Что-то произошло. — Рассказывай. — почти потребовал медик, невольно сжимая энерго-копье в манипуляторе. — Она подорвалась в шахте вместе с Мегатроном и автоботами. Те, кто выбрались уже… разбирают завал.       Искра Нокаута ушла в серво. Что? В смысле подорвалась? С Мегатроном? Да быть того не может! Но с другой стороны стал бы Старскрим врать без оснований? — Скажи, что ты пошутил… — осипшим голосом проговорил медик, — Как это произошло?! — Ты серьезно думаешь, что у меня есть время рассказывать?! — истерично заявил Страрскрим. — Нужно поймать эту шлакоедову паучиху, пока она тут не устроила чего похуже буйства инсектиконов! — Старскрим! — неожиданно даже для себя Нокаут впечатал сикера в стену, вонзив искрящий током наконечник копья рядом со шлемом Старскрима. — Да не дезактивируется она от такого, ты не знаешь ее что-ли?! Энергон не взорвался, так что максимум камнем придавило и все! Что вы все с ней так возитесь!       Хорошенько ударив командующему по брюшным пластинам Нокаут сломя шлем побежал на палубу. У него не было иного выбора кроме как попросить его. Если дело касается ее, то Нокаут был уверен, он обязательно поможет.

***

      Предакинг чувствовал странный и несколько противный запах. Вехиконы носились туда сюда, кружили вокруг Немезиды и явно что-то искали. По вибрации предакон понял, что и внутри корабля не все так ладно. Слишком шумно и пахнет энергоном. Казалось на нихних этажах развернулась энергонная бойня. Но кто сражался? Почему? — Ты! Поднимай свой бампер… Уф… И лети за… в… Уф…       Нокаут настолько запыхался, что вентсистемы начали хрипеть. Предакон с неким изумлением воззрился на только что выбежавшего на палубу алого медика десептиконов, о котором он много раз слышал от Юли. Вид у него был крайне взволнованный и даже напуганный. Но взгляд золотой оптики привлекло энергокопье. Предакон поднялся и зарычал, припоминая возможности этой дряни. Да и приказной тон меха раздражал. — Заткнись! — рявкнул Нокаут. — Юля в беде! Ты должен ей помочь!       Кажется спорткару было абсолютно наплевать, что его могут за такое поведение разорвать на кусочки.       Услышав одно лишь имя фем предакон дернулся, словно на него вылили цистерну ледяной воды. Он даже решил проигнорировать наглость этого меха, пусть тот ему и не нравился вовсе. Неужели с ней снова что-то случилось?! — Вместе с лордом она отправилась в одну из энергонных шахт, куда после вторглись автоботы. И эта шахта обрушилась! Они все погребены под завалом! Я уверен, что она выжила, однако есть большая опасность. Энергон в любой момент может взорваться. Лети туда. Я знаю, что только ты сможешь ее быстро найти. Прошу тебя, спаси ее! Ты же смог это в тот раз, сможешь и сейчас!       Выслушав несколько сбивчивый рассказ алого меха, ярость охватила искру предакона. Что-то подсказывало, что именно всеми ненавистный сикер это и натворил, пусть его имя и не мелькало в рассказе. Предакинг не слепой, он собственной оптикой видел, как Старскрим не так давно улетел вместе с отрядом вехиконов. Но он не знал куда именно. И судя по рассказу Нокаута времени на выслеживание у них нет. — Я открою тебе мост, но будь предельно осторожен. Малейшая оплошность и все взлетит к квинтам!       Предакинг кивнул. Он непонаслышке знал, что такое взрыв полной энергона шахты. И если он смог выжить из-за своей прочной брони, то хрупкая фем не сможет, как и его лорд.       Нокаут незамедлительно связался с Саундвейвом и мост был открыт. Поднявшись в воздух предакон ловко нырнул в разноцветную воронку и бесследно исчез.

Где-то под завалом…

             Выход в онлайн был крайне болезненным. Процессор сбоил, аудиосенсоры выдавали ошибку за ошибкой, улавливая непонятную какофонию различных кряхтяще-шипящих звуков, от которых хотелось застрелиться. Через стиснутые дентопластины и утробные постанывания, но фем сумела ликвидировать большинство ошибок и запустила перезагрузку системы. Пожалуй, способность по своему желанию уходить в онлайн, дабы встряхнуть систему, была одной из лайтовых особенностей трансформеров.       Повторно выйдя в онлайн Юля с относительным облегчением провентилировала. С первостепенными проблемами она разобралась и осталось всего-то ничего: выбраться не пойми откуда и с какой глубины; найти Мегатрона, если того тоже завалило; по возможности выяснить о состоянии автоботов и, что самое главное, не дезактивироваться. Всего-то.       Губы невольно растянулись в усмешке, больше напоминающей оскал. «Выберусь — убью».       Судя по внутренним ощущениям, корпус почти не пострадал. Исключением было серво, которое, судя по всему, застряло под камнями, не позволяя сдвинутся с места. Фем могла предположить, что пострадала и оптика, потому что она не видела абсолютно ничего кроме темноты. Однако же глупо такое предполагать беря во внимание тот факт, что под завалом редко горит свет. Разве что в конце туннеля.       Стоило отметить, что взрыв был не такой сильный, как опасалась фем. Нахмурившись и пытаясь вспомнить последние события перед оптикой замелькали обрывки прошлого. Ракета, которая шарахнула по своду пещеры, взрыв и камни, падающие сверху. Теперь стало понятно. Энергон не взорвался. С одной стороны это было хорошо. Но кто знает, вдруг спустя какое-то время все здесь взлетит на воздух? Как жаль, что она не удосужилась поинтересоваться об этом раньше!       Попытка с кем-то связаться с треском провалилась. Буквально. «Нет. Никто не умер. Все хорошо, просто нет связи. — пыталась успокоить себя Юля, закрыв манипуляторами лицо. — Мы просто застряли. Под завалом. Шлак пойми как, но мы живы. Все. И не уйдем в дезактив. Не уйдем… Правда же?»       Какое-то время пытаясь обуздать эмоции, бушующие внутри, Юля все же собралась с силами. Все будет хорошо. Она обязательно выберется из-под этой груды камней и увидит солнечный свет. Как иронично, что такие банальные вещи становятся на вес золота, когда ты можешь умереть.       Почему-то сразу вспомнился случай из детства, когда она вместе с другом играла на весовой на куче из огромных мешков с удобрениями. В тот раз она случайно застряла в одной из пустот среди мешков и сильно испугалась. Но ее друг не бросил ее. Успокоил и помог выбраться из ловушки. После того случая они обходили то место десятой дорогой. Нет, на весовой продолжали играть, но уже на старом комбаине, что стоял не так далеко от горы удобрений. Метрах в пятнадцати.       Сейчас ситуация складывалась куда хуже. Была реальная угроза смерти. В голове уже играла на нервах мысль о возможном взрыве энергона. «Господи, за что мне все это?» — мысленно простонала она.       Фем снова постаралась спокойно провентилировать, однако страх все-равно въедался в искру, буквально выворачивая нутро. Послав все к черту она попыталась пошевелить серво. Было больно. Радовало то, что она могла выбраться самостоятельно, пусть и с риском для жизни. Нужно было либо разбивать камни, молясь, чтобы не произошел обвал, либо превратиться в человека и, возможно, тоже быть раздавленной камнями. Первый вариант был отметен сразу, т.к. она недотягивалась до серво, слишком неудобное положение было, да и оружия не было, спасибо Бамблби.       Невольно Юля отвлеклась. Почему он не смог сражаться и его увели? Если верить Нокауту, то в манипуляторах особо нет важных магистралей. Разве что нервные волокна. Но он не говорил, что удар по ним… Ладно, укус… Что он как-то серьезно повлияет на работоспособность корпуса! Хотя фем его и не спрашивала. Может она все-таки чего-то не знает? Нужно будет обязательно изучить этот вопрос.       Черт знает сколько она так пролежала, погрузившись в раздумья. Лежать и тупо ждать спасения надоело. Слишком наивно было полагаться на других, нужно и самой приложить хоть немного усилий. Осторожно пошевелив ногой Юля предположила, что возможно ей удастся вывернуть серво без нарушения целостности завала. Менять облик она опасалась — мало ли что. Сантиметр за сантиметром, осторожно, терпя колющую боль, наконец смогла освободиться. Но радость была недолгой. Процессор тут же выявил ошибку. В стыках брони застряли чужеродные осколки, которые впивались в мягкий металл сервопривода, сдавливая и даже обрывая нейронные цепи. — Шлак… — прошипела Юля, чувствуя как из-под пластит начинает неторопливо струиться энергон.       О смене облика сейчас не может быть и речи. Нужно как-то помочь себе, но что она сможет в кромешной темноте? У нее не то что подсветки, банального фонарика нет! Как же фем сейчас завидовала тем, у кого есть режим ночного зрения. Вот кому действительно повезло. «Ладно. Если нет глаз, это не значит что я глухая. Люди же как-то приспосабливаются к слепоте…» — подумала она, начиная настраивать аудиосенсоры.       Данная настройка не сильно-то и помогла, учитывая недавний букет из системных ошибок. Пришлось долго привыкать к обилию шумов, параллельно терпя боли в процессоре. Встав на четвереньки Юля осторожно двинулась вперед по узкому лазу, манипулятором, словно слепая, прощупывая путь. Было сложно, но в какой-то степени даже интересно. Своеобразный квест на выживание. Бесплатный и качественный. С эффектом буквального погружения.       Еще какое-то время спустя она наткнулась на стену. Сил продолжать уже не было. Да и куда ей торопиться? Скорее всего выхода нет и вовсе: нужно либо пробивать, либо ждать спасения. Плюс серво продолжало истекать энергоном. Капля по капле, но драгоценное топливо уходило. Фем прислонилась спиной к стене, на которую наткнулась, и глухо провентилировала. Как хорошо, что в этом облике ей не нужен кислород. В противном случае она бы уже давно погибла.       Из металлического рта вырвался нервный смешок. В какую же задницу она все-таки попала. Вот как, как главные герои могут сохранять холодный рассудок в подобных патовых ситуациях? Как? В чем, мать его, секрет? Ведь невозможно быть безразличным к собственной смерти!       Хотя. В самом начале она сама вела себя так, когда только-только попала в этот мир. Мегатрон пытался убить ее, и она не была против, наоборот, подталкивала его к этому шагу. Зачем? Ответ прост. Она не верила в реальность происходящего. В такой абсурд крайне сложно поверить. Однако все это оказалось правдой. Правдой, полной загадок, нестыковок и прочих божественных бонусов.       Да уж. Если бы кто-то сказал ей об этом пару месяцев назад… Юля непременно бы рассмеялась.

POV/Оптимус Прайм

      Мегатрон отлетел к стене, пустив по ней ряд трещин. Повалившись на коленные шарниры прохрипел, пытаясь снова встать. Опираясь на собственный клинок ему это почти удалось. Я напрягся. Какой же он все-таки упертый! — Оптимус, нужно скорее уходить! Если мы продолжим, шахта обвалится!       Балкхед прокричал это направляясь к выходу, пытаясь расчистить дорогу к отступлению. Я отвлекся от Мегатрона. По шлему царапнуло несколько небольших камней, упавших сверху. Балкхед прав, шахта может обрушится. Но мы не можем отступить. Наши запасы крайне малы, к тому же нам требуется куда больше после прошлого столкновения. Однако я не могу рисковать жизнями автоботов.       Краем оптики я заметил кинувшуюся за Балкхедом фем. Я хотел выстрелить в нее, но почему-то передумал. Мне хочется с ней поговорить. Я чувствую, что она не такая как другие десептиконы. И обликом и поступками. Пусть она и на стороне врагов, однако что-то внутри меня не позволяет причинить ей вред. Что-то останавливает, словно подчиняя разум и волю… — Не смей! — она кричит, пытаясь… Остановить Старскрима?       О нет, он пытается взорвать пещеру! Неужели он снова пытается убить Мегатрона?! Нужно немедленно остановить его! Но ни я, ни фем не успеваем…       Выстрел.

***

      Я очнулся от резкой боли и тяжести на брюшных пластинах. Кажется кто-то лежал на мне. Стоп, лежал?       Пока я настраивал аудио и оптику этот «кто-то» неприятно копошился и, кажется, ругался. Было очень темно и понять кто это было невозможно, поэтому я включил фары. Обоих ослепило и мы рефлекторно зажмурились. А когда открыли оптику… — Аааа! — взвизгнула десептиконша, резко дернувшись.       Теперь глухо простонал я. Кажется я повредил брюшные пластины. Сейчас я начал отчетливо ощущать покидающий мой корпус энергон. Шлак. Пока я пытался понять, что случилось, фемка сумела слезть с меня и опасливо отползти к стене. Она все еще болезненно щурилась. Кажется ей тоже сильно досталось. Я попытался подняться, но почувствовал резкую боль в боку. Что-то хрустнуло. Я попросту рухнул обратно на холодную землю.       Краем оптики заметил, что фем привлек этот звук. Сейчас она уже не хмурилась, кажется настроила оптику. Пусть я не чувствовал от нее опасности, несмотря на ее принадлежность к десептиконам, но все же не доверял. — Ты ранен? — тихо спросила она. Пыталась уверенно и твердо, вышло тихо и робко. — Зачем тебе это знать? — кажется я слишком грубо ответил.       Фем неопределенно повела плечевыми сегментами и отвела оптику.       Следующие минуты мы провели в молчании.

Конец POV/Оптимус Прайм.

***

      Ретчет буквально метался в медотсеке. Если бы не Арси, вызвавшаяся следить за терминалом, то медик мотался бы и к нему. Люди были взволнованы не меньше. Сигнатуры Оптимуса, Уиллджека и Балкхеда исчезли, на связь не выходят. Еще и Бамблби ранен непонятно чем и непонятно как. В общем, поводов для волнения было предостаточно. Вызванные на подмогу Смоукскрин и Ультра Магнус отправились по координатам, дабы узнать, что произошло, однако они все еще не выходили на связь.       Мико ходила из стороны в сторону, нервно кусая ноготь. Она волновалась за Балкхеда и Уиллджека. Да и за Оптимуса тоже. Раф пытался через спутники узнать, в чем дело, благо Агент Фоулер разрешил ему доступ к такого рода махинациям. Но и это не давало результатов. Эверест даже для спутников труднодоступная точка, не говоря уже о чем-то ином.       Внезапно раздался сигнал вызова. Все вздрогнули. — Говорит Ультра Магнус. — судя по голосу он был крайне напряжен. — Мы… Нашли шахту.       Всем, кто это услышал абсолютно не понравилась интонация заместителя Прайма. И то, что они услышали потом выбило из колеи всех. — Как взорвана?! — Мико до боли сжала кулаки — Что с Балком?! Что с остальными?! — Отставить панику. Десептиконы вместе с Предаконом начали раскапывать завал. Нам не подойти ближе в открытую. Смоукскрин сейчас ищет внутри с помощью фазового переключателя. Я обеспечиваю прикрытие снаружи. Если будет информация, то мы свяжемся. — Вам требуется помощь? — Арси была ринутся в бой хоть сейчас. — Нет. Мы ничего не сможем сделать. Нас слишком мало для подобных маневров. — Ультра Магнус, кажется, менял дислокацию. — Что с Бамблби?       К этому моменту освободился Ретчет. Выглядел он чуть спокойнее, чем раньше, но вот оптика искрила он негодования. — Ультра Магнус, будьте осторожны. — медик подошел к терминалу, оттесняя Арси в сторону. — Десептиконы завладели новым оружием. Если вы попадете под его действие — погибните.       Повисла шокированная тишина, нарушаемая треском со стороны командующего. Джек и Агент Фоулер напряженно переглянулись. — Паралитический яд?! — Ультра Магнус был шокирован не меньше всех находящихся на базе. — Вы уверены, доктор?!       Раф бросил испуганный взгляд на платформу, где перезаряжался Бамблби, пытаясь унять собственное волнение. Ретчет сказал, что разведчику ничего не угрожает, а и в принципе не угрожало и паралич пойдет в течение часа или двух. Но сердцу не прикажешь перестать болеть. — Подожди, док. Разве у десептиконов не было такого оружия раньше? Помимо той непонятной палки, которую они забрали после уничтожения старой базы и замораживающих пушек их корабля? — Фоулеру крайне не нравился нынешний расклад дел. — Такого нет. Это не искусственно синтезированный яд. Он создан естественным путем. Хотя ядом я бы это особо и не назвал. Обычная слюна с импульсным зарядом. Проникает в энергон, по магистралям разносится по корпусу и блокирует нейроствол, парализуя жертву. — Но где они его достали?! — Ни «где», а «у кого». — Заметил бело-рыжий мех, недовольно вентилируя — Я внимательно осмотрел корпус Бамблби. Никаких повреждений кроме как на манипуляторе. Арси, ты помнишь, что произошло перед тем, как забрать Бамблби? — Он сражался с той фемкой. Взял ее в захват. Потом не знаю, я была занята вехиконами. Стой. — внезапно двухколесная замолчала, пристально вглядываясь в медика. — Ты имеешь ввиду… — Да. Судя по всему она укусила его. Я обнаружил следы от ее клыков. Именно через них яд и попал в его магистрали. Нам несказанно повезло, что яд не возымел большой силы из-за малого количества. Будь все иначе, боюсь, Бамблби бы… — Мы поняли, доктор. — Ультра Магнус решил прервать столь не радужный разговор. — Значит, мы должны опасаться этой фем, верно? — Да, сэр. Будьте предельно осторожны.

***

      Оптимус очнулся от легких, несколько щекочущих прикосновений к своему корпусу. Шокировано активируя оптику он вперился взглядом в нависшую над ним фем, что копошилась в его корпусе с максимально сосредоточенными видом. Десептиконша заметила, что лидер алозначных вышел в онлайн, однако свое занятие не прекратила. — Что… Что ты делаешь? — удивился Прайм. — Думаю в какой ленточке дарить Матрицу Мегатрону. — хмыкнула она, скосив оптику на шокированное лицо автобота.       Оптимус Прайм попытался двинутся, но не смог. Корпус не слушался. Он потерял много энергона, шкала заряда доходила лишь до сорока процентов. И, как бы пугающе это не звучало, двигательные функции были блокированы из вне. Страх отразился на его лицевой. Фем, что внимательно следила за ним резко закусила губу и неожиданно прыснула со смеху, качнув шлемом. — Прости, не удержалась. — просмеялась она, снова возвращаясь к своему занятию. — Ты чувствуешь еще осколки? В левом боку… Раз, два… Под четвертой пластиной. — Н-нет. — Это хорошо. — словно невзначай кивнула она, скорее сама себе, чем меху. — Я сейчас разблокирую твои системы, но лучше не двигайся какое-то время, чтобы твой корпус смог немного регенерировать. Остановить энергопотерю без инструментов было едва-ли возможно. Если это повториться уже не смогу помочь, ты слишком много потерял.       Лидер автоботов почувствовал свой корпус спустя пару секунд, как и говорила десептиконша. Осторожно пошевелил манипуляторами, серво, чуть шеей, чтобы проверить все ли хорошо. Помимо саднящего бока и мелких вмятин, полученных при взрыве, ничего не было выявлено. Даже системных ошибок почти не было. Удивительно, но фем ему никак не навредила. Хотя лучшего шанса не могло представиться. — Советую приглушить свет или выключить его вовсе. Так больше энергии сохранишь. — проговорила она невзначай, отползая к стене и согнув одно серво, положив на него шлем. Было видно, что она измучана не меньше лидера автоботов.       С каждым словом фем Оптимус терялся в мыслях все больше. У нее был прекрасный шанс лишить его искры, действительно забрать желаемую Мегатроном Матрицу Лидерства и прекратить эту войну. Но вместо этого она помогает, хотя могла просто бросить истекать энергоном. Он удивился бы куда меньше, если бы это было первым ее жестом доброты. Но ведь она уже помогала раньше: Уиллджеку и Мико. Всем своим существом Прайм ощущал, что это не просто доброта, со стороны врага. Это что-то большее. Она непременно преследует свою личную выгоду. Но какую?       Лидер автоботов молча продолжал следить за ней. Не было возможности лучше рассмотреть ее, чем сейчас. Необычное строение корпуса, асимметричная комплектовка брони и неестественно яркие цвета корпуса. Аудиосенсоры, встречающиеся только у киберживотных, неестественное строение пластин шлема. И, пожалуй, самое необычное — наличие полу-мантии. Всем своим видом она напоминала нечто древнее, однако Оптимус, даже будучи архивариусом в архиве Аякона и учеником Альфа Триона, он никогда не слышал о подобных трансформерах. Конечно, на Кибертроне встречались фем и мехи, которые пытались перестроить свой корпус максимально необычно, но они даже близко не стояли с ней. А оптика… Из всех десептиконов, что он встречал за свой долгий актив, оптика всегда была алая. Куда реже встречалась фиолетовая, желтая и зеленая. Но голубой никогда. — Почему ты это делаешь? — наконец спросил он, нарушая тишину.       Фем сначала не ответила. Она внимательно смотрела в пустоту перед собой, словно что-то в ней видела. Она думала о своем совершенно не замечая пристального взгляда Прайма. Или же не хотела его замечать. В ее процессоре уже роились всевозможные варианты ответа, однако выбрать какой-то один было сложно. Она буквально не находила слов. Ораторским даром она не обладала, да и говорить о своих мыслях без подготовки как-то не хотелось. Все-таки это Оптимус Прайм. Раньше она восхищалась им до глубины души и он ей нравился как воин, как лидер, как защитник людей. Но сейчас она испытывала к нему лишь раздражение. Наверное потому, что они с Мегатроном так и не могут по нормальному поговорить и действуют как парочка в разводе? Или же из-за деградации фильмов по Трансформерам, где Прайм стал грушей для битья, подчинения и слился окончательно как персонаж.       Прайм терпеливо ждал ответа. Да и куда ему торопиться? Он ранен, под завалом в компании фем, которую они уже давно хотели поймать для разговора. Ради нее они сделали столько отчаянных попыток пробраться на корабль и прошлая затея удалась, но ее они забрать не смогли, еще и пострадали очень сильно. Едва выжили. — Ты поверишь, если я скажу, что просто хочу мира? — прямо спросила она, пристально взглянув на Прайма.       Оптимус невольно вздрогнул. Удивительно, но он давно не встречал подобного. Он был крайне удивлен таким заявлением. От десептикона уж точно. — Я знаю, что ты веришь в мир между фракциями. — продолжила она. — Я тоже верю. И знаю, что он обязательно наступит. Но путь к нему будет сложен и тернист, полон взаимного недоверия, ненависти и жажды мести. Тут уж ничего не сделать: слишком многих потеряли.       Фем замолчала, после чего сконфуженно отвернулась. Какую же непонятную хрень она только что сморозила. Звучит-то, конечно, красиво, но как-то не так. Захотелось банально взвыть в подушку, стереть память Прайму и снова сказать, но уже по-другому. Вот только что она скажет? «Чувак, я просто хочу спокойно жить со всеми вами, т.к. знаю, что все вы норм. Так что давайте помиримся, бухнем и будем отстраивать Кибертрон, тем более я знаю как, потом втащим Юникрону, запрем его, выкинем в черную дыру капсулу и будем чилить».       А-ха-ха.              Нет. — Почему ты так уверена, что мир наступит? «Потому что видела.» — хмыкнула она, но резко дернулась. — Вот только не говори, что ты уже похоронил эту идею. Прайм, не заставляй меня разочароваться в тебе еще больше. — серьезно заметила она.       Оптимус промолчал. Нет, он не отбросил эту идею. Но вера в то, что с Мегатроном можно все закончить мирно таяла на оптике с каждым днем.       Фем тем временем вентилировала все тише. Энерготечение сказалось на состоянии корпуса. А учитывая, что она утром плохо заправилась из-за всей беготни и разговоров… Еще немного и будут проблемы. — Попробуй связаться со своими. — произнесла она, снова положив шлем на колено. Наваливалась усталость. — Пусть Смоукскрин тебя заберет. Он единственный, кто на это способен. Сам знаешь, у него талант воровать из-под обонятельных сенсоров десептиконов.       Оптимус продолжал молчать. Уиллджек был прав. Эта фем слишком странная. Ее странная манера речи… напрягала. — Тебя же… Зовут Юлия? Почему у тебя земной позывной? — Оптимус решил перевести тему разговора в другое русло, тем самым не навязчиво выведать немного личной информации. Возможно это что-то объяснит.       Фем поморщилась. — Еще раз так назовешь — я тебя ударю. В лоб и сильно. — недовольно проговорила она, не поднимая шлема. — Зови просто Юля. — И понимая, что Прайм будет ждать ответа столько, сколько потребуется, тяжело вздохнула, — Какой есть. Если не нравится, придумай прозвище. — Мне кажется это очень красивый позывной. — неожиданно проговорил Оптимус, вперившись взглядом в нависающий над ними потолок из прочных камней. — Извини, если чем-то обидел тебя.       Юля на это лишь хмыкнула. И чего он решил про имя спросить? Ах да, у трансформеров другие имена. Пардон, позывные. Наверное стоило придумать себе псевдоним? Да ну его на фиг. Юлей была, Юлей и останется. И пошли в шлак все, кому это не нравится.       Прайм, кажется, тоже задумался о своем. Они промолчали долго, пока Юля не решилась нарушить это тихое время, как некогда сам автобот. — Слушай, Прайм. Ты же историк, да? — Прайм заинтересованно повернул к ней шлем. — Расскажи, каким был Кибертрон… В самом начале. Когда жили Праймы. Ты же знаешь это, верно? — Почему ты спрашиваешь об этом? — Просто интересно. Заняться-то все-равно не чем, а сливать инфу о себе и моих друзьях я не собираюсь. Соответственно вытягивать данные из тебя я тоже не хочу. — «И так все знаю».       Прайм снова смерил ее внимательным взглядом. Он видел в ее оптике неподдельный интерес, коим и он сам допытывался когда-то давно до Альфа Триона. Сейчас она чем-то напоминала спарка. Но раньше не все спарки горели желанием узнать историю родной планеты, поэтому и альфы плохо знали историю. Невольно Оптимус улыбнулся. Было приятно знать, что спустя столько ворн хоть кто-то интересуется историей из личного интереса, а не по воле случая. Пусть это и враг. По сути, все они равны. — Хорошо. Что ты хочешь знать? — спросил он дружелюбно, наблюдая как ликующе загорелась оптика фем.       Юля призадумалась. А действительно, с чего начать спрашивать-то? Нужный вопрос нашелся сразу. — Каким был Кибертрон до катаклизма? На нем существовала природа, как на Земле?       Прайм в очередной раз удивился. Она не знает даже основ? — Ничего подобного не было. Существовала лишь хаотичная киберматерия, которую формировал сам Праймус. Изначальный Кибертрон был пустынным, больше напоминающим мертвый и холодный мир, но уже тогда он был обитаем. Предаконы, которых Мегатрон клонирует, были первыми порождениями Праймуса. Это было еще задолго до рождения первых Праймов и до их победы над Юникроном.       Фем слушала размеренный рассказ Прайма со смешанными чувствами. Как так? Неужели ее сны это действительно иллюзия и банальные глюки процессора? Не может этого быть! В остальной информации она не сомневалась ни на шаг: Праймы, победа над Юникроном… Нет, точнее у нее местами возникали противоречия, но как бы она возразила? Рассказала бы о своих бредовых снах? Оптимус же историк, он больше об этом знает, поэтому не верить ему она попросту не могла. Рассказ неожиданно дошел до предательства Мегатронуса и убийства Солус Прайм. (НХМ: Пф. П-профессиональная солидарность. Ап_Пельсинка: Историки, блин…) — Ты сам то в это веришь? — прервала она Оптимуса, — Правда считаешь, что он убил ее? А что если их связывали не только родство, но и чувства?       Повисло молчание. Опять. — Не думаю, что это правда. Но и отрицать подобное я тоже не могу. Все это основано на легендах и преданиях, дошедших до нашего поколения. Данные источники зачастую подвергаются тем или иным изменениям. Любые слова можно исказить в угоду рассказчика. — провентилировал автобот, — К тому же Мегатронус и Солус Прайм были разными по своему существу. — В смысле? — нахмурилась фем, неожиданно выпрямившись. Но прайм отвечать не спешил. — Эй, Оптимус! Что ты имел ввиду? — Мало кому это известно, но Мегатронус Прайм не был порождением Праймуса. Его сотворил Юникрон. Однако он перешел на сторону Праймуса и стал первым, кому Праймус даровал Матрицу Лидерства.       Юля сидела с широко раскрытой оптикой и приоткрытым вокодером. Чего, простите? В смысле Юникроном создан? Это как так? Юникрон создал живое? Этот мега-злой дедан?! И Мегатронус его сын, типа? (НХМ: То есть то, что Юникрон породил людей тебя вообще не беспокоит?) — Подожди-ка. — Юля выставила манипулятор вперед, прервав Прайма, который начал что-то говорить. Шок был слишком велик. — А как? Подожди. Что? — мысли путались. — Об этом мало кому известно. Власти приняли решение скрыть это и интерпретировать все иначе, дабы не осквернить еще больше имя Первых Праймов. Общепринятая легенда гласит о том, что Мегатронус в бою пал жертвой темных сил Юникрона, которые изменили его и он решил, что является порождением тьмы мироздания. Поэтому он решился на убийство Солус Прайм, что охраняла искру Праймуса и которая по своему желанию могла воспользоваться его силой. Но ее дезактив принес куда больший удар по Кибертрону. Вышедшая из-под контроля сила Юникрона в теле Мегатронуса столкнулась с силой Праймуса и начался катаклизм. Узнав обо всем Праймы схватили предателя и стерли с лица Кибертрона, общими силами остановив катаклизм. Оружие грешника, лишившее искры их сестру, было замуровано в древних залах под Аяконом. Оружие, что сегодня я увидел в твоих манипуляторах.       Юля слушала его в пол аудио. Она была слишком потрясена, чтобы как-то прокомментировать эту историю. Все, что она могла, пристально и шокировано созерцать внимательный взгляд Оптимуса Прайма, направленный только на нее. Провентилировав она тряхнула шлемом, сбрасывая тяжелые мысли. Про копье она комментировать не хотела. Неужели такая красивая вещь была орудием столь ужасающих событий? Потрясенная до глубины искры фем еще долго молчала. Прайм несколько сочувствовал ей. Когда-то давно он сам среагировал на это подобным образом. Он примерно понимал ее замешательство и ему даже стало стыдно за это. — Но у этой ситуации был и светлый момент. — привлек он к себе внимание фем.       Юля взглянула на него тусклой, почти пустой оптикой. От переживаний ее искра билась медленно и даже побаливала, но фем списывала это на энергонопотерю. — Что может быть хорошего в таком кошмаре? — сипло спросила она. — Рождение Великой искры.       Неожиданно с потолка посыпались пыль и мелкие камни, в то время как по земле прошлась сильная волна дрожжи. Это сильно испугало трансформеров. Юля от неожиданности вскрикнула, интуитивно подскочив к лежащему на земле Прайму. Продолжать курс истории резко перехотелось. Юля сначала подумала, что это энергон начал взрываться, но тактильные ощущения упорно говорили, что кто-то где-то копает. И это «где-то» прямо над ними. — «Юля, прием! Ты меня слышишь?!» — раздалось по комплинку в очередной раз вскрикнула. — Н-нокаут?! — оптика фем расширилась, когда она поняла что именно происходит.       Фем резко обернулась к Прайму. Шлак, Шлак, Шлак! Прислонив палец к губам она пристально взглянула на раненного автобота. Скорее это было для собственного успокоения, чем для лидера алозначных. Он не дурак, поэтому уже сориентировался в ситуации, по закрытой линии связывался с базой. — «Ты в порядке?! Хвала Праймусу мы засекли этот сигнал! — Кажется на той стороне Нокаут облегченно выдохнул, — Сейчас мы тебя освободим, только скажи нам, как ты застряла. До мельчайших подробностей!» — Нок, хватит орать, я и так тебя слышу! — от бушующего волнения Юля сорвалась на крик, — Со мной все хорошо. Меня не зажало я… Просто сижу. Здесь небольшая пещера. Где-то наверху был туннель, но я не знаю где. Я по нему шла и провалилась. Метров двадцать, наверное, пролетела. — она бросила быстрый взгляд на автобота. Голубые оптики пересеклись. — Как скоро вы меня достанете отсюда? — «Через пару минут. Тебе повезло, что тебя не было в том туннеле. Предакон слишком яро начал тебя откапывать когда мы нашли следы твоего энергона. Тот проход, о котором ты говорила уже обрушился». — Предакона? Он здесь?! — вот сейчас фем не на шутку испугалась. Предакинг же выследит Оптимуса по энергону! Шлак!       Невольно выругавшись фем вырубила связь, под протестующие вопли алого спорткара, предварительно попросив сбавить обороты или таким напором ее точно прикончит. Сверху все отчетливее слышались звуки когтей, раскалывающих камни. Обернувшись она бегло осмотрела Прайма и начала помогать тому подняться. — Осторожно! — пропыхтела она на автобота, который слишком резко дернулся, — Какой же ты тяжелый! Где твои ходят-то?! — Отпусти его немедленно, десептикон!       В спину фем уперся бластер. От неожиданности фем дернулась, едва не повалившись вместе с нестабильным от энергопотери Праймом. Тот, в свою очередь тяжело провентилировал, опираясь на стену свободным манипулятором. Вторым он осторожно опирался на плечевой сегмент фем.       Смоукскрин, застав такую картину, на клик замер, неуверенно следя за обоими трансформерами. — Смоукскрин, опусти оружие. — проговорил Прайм, повернув шлем. — Мы должны уходить.       Звуки спасательного отряда доносились все отчетливее. Фем даже показалось, что она слышит голоса. С потолка посыпалась каменная крошка, сопровождаемая густым облаком пыли, которое непобрезговало тут же забить вентсистемы всех присутствующих. — Кха-Кха! — невольно прокряхтел Смоукскрин, пытаясь отогнать от себя пыль. — Кх-кх! — также прокряхтела Юля.       Об Оптимусе даже говорить не стоило. Он и так еле держался, переключив вентиляцию на минимальную мощность из-за поломки, но сейчас. Мех и фем это тут же заметили. Юля, имея краткий опыт в ассистировании Нокауту понимала, что в таких условиях оставлять Оптимуса нельзя. — Чего встал, забирай его немедленно! — раздраженно бросила она молодому меху, едва не срываясь на крик. — Ему нельзя здесь умирать!       Смоукскрин, словно опомнившись, трансформировал бластер в манипулятор и резво нырнул под второй манипулятор Прайма, подхватывая того. Учитывая, что комплекцией он был крайне мал, то у него было куда больше шансов быть поваленным огромным корпусом. Фем это прекрасно понимала, но помочь она не могла. — Твою ж!.. — выругалась она, почувствовав на своем боку энергон.       Из раны Оптимуса снова начал струиться энергон. Все то время, что она убила на попытку залатать пробоину оказалось малопродуктивным. Шарк, если бы у нее были хоть какие-то инструменты или оружие. Этим же бластером можно было подпаять магистрали! Ситуация ухудшалась с каждой секундой, учитывая сколько Оптимус потерял энергона до этого момента. Неизвестно, сможет ли Смоукскрин вытащить меха и вовремя доставить того к Ретчету, потому что граунбридж открыть возможности явно не было. В противном случае его бы открыли сразу, как десептиконы засекли сигнатуру фем.       Смоукскрин по внутренней связи уже связался с базой и объяснял ситуацию. Про фем, разумеется, он говорить не стал. Сейчас ему было глубоко наплевать на нее — не пытается убить и ладно. Он видел, что она была напугана не меньше и это вызывало еще больше подозрений в ее адрес. Он отчетливо помнил их прошлую стычку и то, что из-за нее их с Ультра Магнусом чуть не растерзал предакон.       Десептиконы наверху приближались с каждой шлаковой секундой.       Юля неожиданно зарычала, с силой рванув свою накидку, больше похожую на плащ, что закрывала левый манипулятор. Послышался треск и разрыв каких-то проводов. На землю упало несколько осколков пластин, вместе с каплями энергона. Ни говоря ни слова она быстро сложила материю в несколько раз, и припечатала ее манипулятором самого Прайма к ранению. Материал был достаточно прочным и чем-то напоминал мембрану крыльев Предакинга, поэтому пропускать энергон не должен был — главное крепко держать. — Зачем? — тихо прохрипел вентсистемами Оптимус.       Он видел, как начал струиться энергон из разорванных проводов и треснувших пластин, как он неторопливо стекает по совершенно иному манипулятору, который был словно вырван из другого корпуса. Видел, как десептиконша непроизвольно морщится от жгучей боли, но словно не придает этому большого значения, игнорирует. В ее оптике он видит лишь страх. Но в нем кроется что-то большее, чем страх быть застигнутой за помощью автоботам. Что-то большее, что не поддается объяснению. — Ну что ты там возишься-то, а?! — простонала она в адрес Смоукскрина. — Скорее! — Я пытаюсь его настроить, не ори на мен… Ааа!       Мех даже договорить не успел, но уже был нагло утрамбован в стену, вместе с Праймом. Последнего запихать оказалось куда труднее из-за его габаритов. Пусть все это произошло за считанные секунды, но Юля успела кое-что сказать напоследок. Это было одно единственное слово, смысл которого Прайм понял сразу же — Молчи.       Избавилась фем от мехов очень вовремя. Сверху посыпались камни. В темноте, в коей она снова оказалась, было невозможно понять, что и где происходит. Несколько более крупных осколков каменного потолка попали по ней, но не нанесли серьезного урона, кроме царапин, из которых неторопливо начал струиться энергон.

***

      Юля буквально «чихала» вентсистемами, когда ее поднимали из ямы, которой не так давно была пещерка. Ей повезло и следы энергона Прайма были успешно завалены булыжниками, поэтому никто особого внимания этому не предал. Предакон, разве что, подозрительно принюхивался и щурил золотую оптику, переводя обеспокоенный взгляд с фем и вниз.       Приблизиться к фем он не посмел. Оба лишь обменялись взглядами, не более того. Предакон понимал, что ей сейчас нужен медик, но раздражать его это не перестало. Сейчас его внимание все больше привлекало другое — отчетливый запах автоботов, их энергон. Он чувствовал, что кто-то был здесь помимо фем, но он никого не видел. Возможно, они ушли задолго до того, как пришли десептиконы. В противном случае фем бы забрали или дезактивировали. От последнего искра наливалась жаром, едва не плавя внутренние системы. Издав недовольный рык, предакон, словно укушенный скраплетами ломанулся в пещеру. Снова. Он намеревался найти еще хоть что-то и плевать ему, если здесь все рванет. Он выдержит.       Вехиконы испуганно дернулись. Нокаут, что уже подпаивал плечевой сегмент фем дрогнул, случайно проплавив чувствительный участок под сколами брони. Юля взвыла от боли, отшатнувшись от медика. Процессор немного поплыл и она невольно качнулась назад, но вовремя удержала себя манипулятором. Перед оптикой выскочило несколько сообщений об ошибках и предупреждение о низком уровне энергона. — Прости. — извинился медкон, отвернувшись к своему ящичку с инструментами, который он всегда с собой носил. — Держи.       Медкон протянул ей небольшой кубик энергона. Ни говоря ни слова фем приняла его и с жадностью опустошила. Говорить ей не хотелось от слова совсем, поэтому она продолжала молча сверлить взглядом свое окружение. Трое вооруженных вехиконов снаружи. Трое внутри и предакон. Все на взводе. Значит Мегатрона еще не нашли, в противном случае все были бы куда спокойнее. Странно что Старскрима тоже не видать. Либо завалило, либо смылся на корабль. «Быстрые ноги — п*зды не боятся!» — тут же вспомнилась одна поговорка. Вот уж кому она идеально подходит, так это ему. Но если его все же не задело, то где он? Почему не помогает с раскопками? Он же, вроде бы, одумался, за процессор взялся. Да даже в прошлый раз стал откапывать Мегатрона, хотя шансы найти его и вытащить без посторонней помощи, при это не наткнувшись на автоботов, были ничтожно малы.       Тем временем Нокаут закончил с временными швами на плечевых сегментах и перешел на серво фем, бережно касаясь его своими когтями. Юля невольно морщилась, когда медик отстегивал пластины со ступней. Шипела, когда тот удалял осколки, пусть и делал это максимально аккуратно. Юля даже удивилась, когда увидела, что осколки оказались мелкими кристаллами энергона. Скорее всего при обрушении она зацепила один из кристаллов. Теперь понятно, почему она не так сильно ощущала боль в серво. Пусть это и природный, необработанный энергон, но системы все-равно воспринимают его в какой-то степени своей частью. Пожалуй это можно считать достаточно необычным и даже волшебным моментом в функционировании кибертронцев. Фем даже на секунду задумалась, а возможно ли съесть необработанный энергон? Хотя бы маленький кусочек? — Почему этого нельзя сделать дома? — потирая оптику, проговорила фем. Системы упорно твердили о необходимости оффлайна.       Сегодня она испытала слишком много перегрузок, правда больше моральных, чем физических. Хотя и в этом плане ей досталось прилично. Спасибо одному сикеру-суициднику, которому она манипуляторы поотрывает. И плевать, что Мегатрон запретил с ним цапаться. Главное успеть это провернуть до самого лорда, иначе ей ничего не достанется. Да и в принципе от сикера ничего не останется.       Только попав в этот мир Юля поняла, что в ней скрывается куда больше жестокости и садизма, чем она думала раньше. И порой это действительно пугало. Но и очень веселило, особенно когда объектом садизма становился Старскрим. Ну грех не позлорадствовать. В то же время где-то в душе фем ему сочувствовала.       Медик невольно хмыкнул. Юля считает Немезиду своим домом. Это прозвучало так наивно и глупо, что захотелось рассмеяться, сказать что-то наподобие: «Не говори глупостей. Немезида не твой дом», но Нокаут не смог. Он понимал, что это прозвучит грубо и что это больно ранит фем, что помимо прочего в совершенно чужом ей мире, но в то же время он соглашался с собственными словами. Правда, какой бы обидной она не была, есть правда. «Мы повязаны войной, малышка. Мы не семья» — подумал он с какой-то толикой грусти.       — …ут. Нокаут, ахтунг! — Юля наконец смогла достучаться до медика, несильно стукнув его по плечевому сегменту. Тот в свою очередь поднял недовольную оптику на фем, мол, «че?». — Почему ты лечишь меня здесь, а не на Немезиде? Мои царапины вполне могут подождать до медотсека. К тому же сейчас мы должны откопать Мегатрона. Ему наверняка твоя пом… — Слишком опасно. — перебил Нокаут, нанося гель на мягкий металл фем. — Что? Где?       Юля нахмурилась, пристольно вглядываясь в Нокаута. Так, что случилось, пока она косплеила крота на Эвересте? Судя по тому, как ведет себя медик и по небольшому количеству вехиконов, которые были отправлены на помощь — что-то действительно произошло. И это явно не дело манипуляторов автоботов. Во-первых, в потасовке участвовали почти все, кроме Ретчета, Ультра Магнуса и Смоукскрина. Арси и Бамблби не в счет, ибо они были мельком. Во-вторых, им это не за чем. После прошлого раза, вроде как еще не отошли. Тогда чьих? Что могло случиться? Старскрим к этому явно манипулятор приложить не мог, он уже и так «отжег» по полной программе.       Нокаут продолжал молча лечить фем, игнорируя ее вопросы. Мех лишь изредка шикал на нее, когда она пыталась цапнуть по его полировке. Спустя какое-то время она сдалась, решив, что медик сам все расскажет. В процессоре же она пыталась понять, что произошло. Такого она не помнила в сериале. Хотя события уже давно ушли за его рамки с момента спасения Брейкдауна от Эрахниды. Что-то совпадало, что-то уже нет. Но это не меняло того факта, что Юле были известны ключевые моменты войны и ценнейшая информация. И Юля понимала, что эти знания до поры до времени обязаны остаться тайной.       Тем временем Нокаут уже закончил и вернул пластины брони на свои законные места. Юля тут же поднялась, не без помощи медика, размяла затекшие конечности и наконец выжидающе посмотрела на друга, скрестив мани на грудных пластинах. Алый мех провентилировал, качнув шлемом. Судя по выражению лица он был крайне недоволен, мельком напуган и запутан. Такого коктейля из эмоций от спорткара она еще не наблюдала. — Эрахнида сбежала. Продолжение следует…