#7 Отбивная по-королевски

Маленькая черная кошка метнулась от красной обшарпанной двери к мусорному баку. Уже от бака она проделала свой путь на свободу от оков беспросветного переулка. За дверью играла громкая музыка, периодически были слышны аплодисменты, хохот и драматические вздыхания. Под вывеской «Вход тридцать кредитов» сидел старый, с козлиной бородкой, мужчина в сером потрепанном пальто и дисковой старомодной плоской шляпой. Мимо проходили люди с важными, деловыми лицами и не обращали на него внимание. — Заходите, заходите! Старый актерский состав снова собрался, чтобы радовать вас своим мастерством, своей игрой! — кашляя, зазывал старикан. Вдруг один из прохожих подошел к нему и остановился. — Что, билетик? — спросил старик. — Никто ваши спектакли уже не смотрит, дед! Сейчас уже время другое, всем технологии нужны и интересны, когда вы это уже поймете, допотопные? — Ха, думаешь так, да? — вызывающе отвечал тот. — Да, я действительно так думаю! Смотри, дед, вон там, на первом этаже, уже открывается новый «гравицентр». Все туда будут ходить, никак не к вам. — Внутри полно народу, парень… — Да брось! Ты уже устарел, дед, вы никому не нужны! Иди лучше найди себе нормальную работу… Утилизатором, например, устройся. Надо приносить пользу обществу, понимаешь? — А какую пользу приносишь ты? — Кхе-кхе, я, вообще-то, начальник отдела массового производства синтезированных капсул! С любым вкусом, между прочем! — приняв гордую позу и задрав нос, рассказывал он. — Жаль будет, однако, если такой важный элемент общества вдруг исчезнет… — Ты что, старикан, угрожаешь мне? — Не хочешь пройти и посмотреть представление, м-м? — Да ну тебя в жопу, еще деньги за эту туфту платить. — Бесплатно. Для тебя бесплатно. — Что-то ты мне не нравишься, — настороженным голосом сказал он, — пойду-ка я дальше, нагоню дистанцию между тобой и мной, дед! — эту часть диалога он произнес громче, считая, видимо, что у того могут быть проблемы со слухом. Ускоренным шагом человек влился в общую массу остальных, проходящих мимо и, слившись с ней, исчез из зоны видимости старика. — Заходите, заходите! Старый актерский состав… *** Сердце стучало быстрее обычного. Странные мысли лезли ему в голову. — У меня просто паранойя. Человек уже поднимался по лестнице на седьмой этаж, в свою квартиру. Лифт как всегда, сука, не работает. — Дорогая, я дома! Открой, я ключи забыл! Ожидание продлилось минут пять. Он успел повторно изучить лестничную площадку, всю обрисованную какими-то придурками, которые разрисовали и его дверь тоже, когда-то. Краску полностью вывести так и не получилось, так что пришлось полностью менять старую дверь на новую. — Извини, я тоже забыла куда их кинула. Проходи, я уже настоящий суп с курицей приготовила. — Какая ты у меня умница. Они прошли на кухню. За окном уже стояла чернота. Звезд видно не было, все затянули тучи. — Как день прошел? — спросила она, широко раскрывая глаза. — Да как обычно. Только вот… — Что такое? — Встретил у старого театра зазывалу, одного из актеров, дедок фигов… — И? — Да вот что-то поговорил я с ним и теперь мне как-то не по себе… Сам не знаю, чего боюсь, но такое чувство, будто кто-то за мной идет. — Брось это. Ерунда все. — Да знаю я, знаю. — Как тебе суп? — Ой, сейчас. Сейчас попробуем! Только он поднес ложку ко рту, как мимо их окна пролетел джетмобиль. Ложку он уронил с содержимым прямо на свои штаны. — Черт возьми, сволочь такая! — Успокойся, Рич, успокойся. Ты слишком напряжен. — Знаю! Ну не могу я расслабиться, дорогая, не могу… — А хочешь чай сделаю? Тот, который Каранна приносила месяц назад? Он тебе поможет. — А давай. После хорошей порции успокоительного напитка его сразу потянуло на сон. Он лег в кровать, хлопнул глазами и наступило утро. Его разбудили сирены, играющие где-то вдалеке. Может, пожар? Как вариант. Что-то серьезное, это точно. Слишком много машин. Он посмотрел в окно, но ничего необычного не приметил. Что-то где-то происходило, и хер с ними. Главное, что у него все тихо и хорошо. — Дорогая, ты дома? Ответа не последовало. Когда он вышел из спальной комнаты, сразу понял: что-то не то. Странная, слишком спокойная атмосфера. Как затишье перед бурей. Свернув на кухню, у него подкосились ноги, и он рухнул прямо на задницу, по пути ударившись спиной о стену. Он хотел кричать, но страх и нарастающая паника не давали ему сказать даже слово. На его кухне лежал тот самый грязный дед. В том же пальто, но без шляпы. Весь в крови, он лежал, облокотившись головой на старый холодильник двухтысячных годов. — Какого хера произошло?! Где Алинка?! — летали по его голове ждущие ответа вопросы. На второй он получил ответ почти сразу, как поднялся на ноги и прошел к уборной. Получив ответ, он чуть не грохнулся опять. Алина лежала голая, обнимала поддон душевой кабины. Судя по травме в области затылка, она была мертва. Вся комната была в крови. Рич начал рыдать. — Как?! За что?! Что произошло?! Нет! Алина! Нет! У него за спиной послышались шаги. Рич быстро повернулся. К нему двигался окровавленный старик. — Я знаю, кто это сделал, парень… — хрипел тот, вытягивая вперед руку и шатаясь из стороны в сторону, словно сейчас потеряет сознание. — Кто? — полушепотом спросил тот. — Я! — старик вдруг оживился, вытянутой рукой выхватил молоток, с которого свисали куски мяса, и побежал к Ричу. Тот лишь кричал и не шевелился, а дед уже наносил ему удар по ноге. Получив удар, он упал, скрючившись, и продолжал рыдать. Старик оставил Рича, подошел к шкафу с одеждой у входа, открыл его и достал свою шляпу. Надев ее, он показал свои на удивление здоровые зубы и с улыбкой сказал: — Она была такой сладкой… Когда ее тело еще было горячее, это одно… А вот когда холодное, это уже по-другому… — Ты ублюдок! Я убью тебя, сука! — Ты всегда можешь попробовать! Рич, о Рич! Она шептала твое имя, пока еще была жива… — Сука!!! Старик замахнулся молотком и с яростью зверя в голосе сказал: — Меня зовут Леонардо! Как тебе такое представление, парень?! — и ударил его со всей силы по голове. — Смерть… Старик еще с минуту стоял над телом, затем вновь пришел в себя и бодро пошел в гостиную. На кофейном столике был портативный плеер вместе со съемным носителем. Включив музыку, немного пританцовывая, он возвращался к уборной. Хоровое пение заливало собой квартиру. Бывший хозяин любил классику. Он подыскал себе самый большой нож, который смог здесь найти и принялся за работу. Разделив руки, ноги, он срезал с них все мясо. Затем удалял лишнее с боков, внутренности откладывал в сторону. Он погрузил мясо в холодильник, нарезанным и укомплектованным в пластмассовые коробочки. После, он принялся за уборку. Сбросил с себя пальто, шляпу, закатал рукава и пошел смывать с себя кровь и грим. Очистив тело, он начал очищать и квартиру, набрал ведро воды, взял швабру с тряпкой и занялся влажной уборкой. Через два часа квартира была, как новая. Старик подошел к умывальнику. Посмотрел на свои руки, осмотрел свое тело. Глянул в зеркало. Вода смыла старческий макияж, и теперь на себя смотрел вполне себе молодой человек лет тридцати. Он сорвал с себя накладную козлиную бородку и бросил в ведро к своему седому парику. Он всмотрелся в свои глаза. Большие изумрудные глаза. Подмигнул себе, умылся, вышел, выключив свет, и пошел готовить свое фирменное блюдо.