Моё второе Я

      Стою у окна, наблюдая закат. Он пламенеет на горах, окружающих наш городок с трёх сторон, небо темнеет на глазах. В комнате почти темно, зато снаружи начинают зажигаться звёзды — значит, это кому-то нужно, говорил поэт. Дневная суета замедляется, её звуки, такие громкие и резкие при солнечном свете, как бы растворяются с сумерками. Жизнь затихает, волшебники и маглы возвращаются в свои дома, к своим семьям. Я же стою у окна не двигаясь. У меня никого нет. Зато всё моё время принадлежит только мне. Это богатство — или нищета?.. Отворачиваюсь.       Экспекто Патронум.       Волшебная палочка в моей руке еле заметно вздрагивает. Совсем не в такт движениям, сопровождающим заклинание. Опять живёт своей жизнью? Только не сейчас, пожалуйста!.. Нужно взмахнуть, выполнить затухающую трехчастную спираль (по часовой стрелке) и поставить точку. Увы, финальная точка никак не желает ставиться! Палочка тянет вниз — кажется, к самому центру Земли.       Экспекто Патронум.       …Самое светлое? Доброе, вечное? Хм… То чувство, когда десятилетняя я самостоятельно вышла на полную маглов улицу и удержалась от волшебства? Чувство «я могу»?.. или «я не такая»?.. или «я большая»?..       На какое из этих ощущений кончик палочки окутался лёгкой светлой дымкой, сразу же растворившейся в ночи подобно привидению.       Экспекто… Патронум…       Взмахнуть, спираль… Три части… Затухание, блин! Ещё раз: взмахнуть, спираль, точка… Палочка упорно ставит точку на метр ниже, чем нужно. Может, мой Патронус крошечный? Мышка? Бгг… Разве что летучая глупышка — эдакая большая ночная бабочка. Нет, Силеночка, сосредоточься! Самое. Светлое. Воспоминание… Не вспоминается!       Ну вот, расстроилась. Так вместо Патронуса дементора вызову. Собирайся в кучку, быстро!       Как там говорил профессор? Вспоминать то, что всегда поддержит, даже в самые тёмные для души времена. То, что невозможно потерять. То, ради чего только и стоит жить. Самое ценное в жизни — вот что надо вспомнить!       Экспекто Патронум!.. Взмах, спираль, точка.       Ух, ты! Получилась точечка, хорошая точечка, умница моя. Приятно: техника всё лучше. И палочка молодец. Ты да я, да мы с тобой — мы столько можем… Только ж ещё надо думать о чём-то добром…       Доброе. Светлое. Ценное. Поддерживающее… Ничего в голову не лезет. Хотя, стоп! А вот в этом году серию сказок для городского детского альманаха предложили написать. Тамошний автор заболел или в творческом кризисе — я не поняла. Но десять сказок попросили вынуть и положить. И месяц сроку.       И ведь вынула их из головы — и положила.       В смысле, написала.       Написала и отдала.       Вот что нужно вспомнить — ощущение творческого полёта. Когда садишься за стол с очень общей идеей: чувак эдакий и чувак разэдакий… нет, пусть будет чувиха… пойдут туда-то, там будет то-то и то-то, а закончится всё это вот так-то. А слова как начинают сами сыпаться на бумагу, одно за другим, медленно, но уверенно нанизывая на страницу чьи-то судьбы. Куцые поначалу события обрастают деталями, схематичные персонажи становятся трёхмерными, видимыми, обретают свою оригинальную речь. Добавить для яркости определения: получить цвета и объёмы. Добавить для живости обстоятельства — наречия и деепричастия. Где-то конструкции усложнить, где-то, наоборот, облегчить…       Ах, эти щелчки обеими руками в поисках нужного синонима!..       Ах, эти магические вычитки, после которых текст может как сократиться в два раза, так и разбухнуть втрое, окончившись совершенно иначе…       Взмах, спираль, точка… Ёлки-палки, увлеклась воспоминанием — забыла заклинание сказать.       Ещё, ещё раз!       Взмах, спираль, точка!       Экспекто Патронум! Экспекто Патронуум!!!       Палочка подпрыгивает, бесплотной нитью накрепко соединяясь с извергающимся из неё огромным облаком света. Потрясённая, уже двумя руками я еле удерживаю своё волшебное оружие (двадцать пять сантиметров, волшебная акация и волос вампуса; отделка — перламутр). Свет отделяется, взвихряется, сметая полуисписанные листы со стола на пол, закручивается посолонь под потолком. А, и ладно, после черновики соберу. Главное — удержать! Машинально свожу брови, прищуриваюсь, крепко сжатые губы зажимаю между зубов, чтобы не выдохнуть слишком резко, не расслабиться…       Палочка тем временем медленно ведёт вихревое облако по комнате, подводит его к этажерке. Хаотично движущийся коловорот начинает постепенно опускаться на верхнюю полочку, при этом постепенно формируя силуэт…       Что я испытываю, когда смотрю на свой Патронус? Телесный, да. С первого раза — получилось. Наверное, я очень хотела. Или два года тренировок позволили свершиться качественному скачку? Боюсь дышать… Не шевелюсь — а вдруг спугну? Вон он какой…       Какая…       Какая — красивая!       Мы смотрим друг на друга, одинаково склонив головы. Я не ожидала, что она вот такая… У неё огромные круглые глазищи, острый кривой клюв, мощные крылья. Массивная голова с симпатичными перьевыми ушками. Наверное, и хвост веером, как положено; жаль, сейчас не увидать. Что же дальше?       Делаю шаг. Дышу коротко, вдох-выдох, еле слышно, — как в детстве, во время игры в прятки. Она всё сидит, смотрит. Ещё шаг. Мысли толкутся в голове диктантом двоечника, когда ошибка на ошибке сидит и ошибкой погоняет. Как исправлять слово из восьми букв, в котором четыре ошибки?..       Сидит. Только голову на другой бок переложила. Смотрит.       Я поднимаю руку, подношу к ней ладонью вверх. Она растопыривает крылья; ого, не меньше метра в размахе. Здоровенная какая! Ухает, но очень добродушно, почти мурлычет. Клюёт мою руку и взлетает. Ишь, будто солнечный луч погладил ладошку. Зажимаю кулак, чтобы сохранить подольше это маленькое солнышко, — и к сердцу. И прикрываю его второй рукой.       Не прощаюсь, дорогая; ты так прекрасна, что уж теперь-то я тебя не забуду!       Серебристая, словно сотканная из ночного тумана, призрачная Сова делает несколько медленных кругов по освещённой только лунным светом комнате и ускользает, рассыпаясь на тысячи ярких искорок.       Я не могу заснуть до самого утра.       Небо постепенно бледнеет. Звёзды гаснут. Сонный мир окрашивается в розовое. Наступает новый день новой жизни. Жизни, в которой я больше никогда не буду одна.