Давление.

Гонка становилась напряжённой, участники старались обгонять друг друга, подставлять. Были слышны ругательства гоночных машин и крики поддержки фанатов с трибуны. Круз Рамирез обходила всех, уже чувствуя приближение победы, слышала, как по связи её похвалил наставник, как вдруг ощутила присутствие кого-то рядом с собой. — Считаешь себя лучшей, верно? Джексон Шторм, ему ещё не надоело козни строить? — А ты досих пор сомневаешься? В трубке послышался укоризненный голос Монтгомера Маккуина. — Круз, не отвлекайся, всё что он скажет пропусти мимо ушей, смотри на дорогу! Но не отвлекаться было сложно. — Как я смею сомневаться? Ты ведь сама Круз Рамирез, любимая ученица Молнии Маккуина, честно признаться, я даже восхищаюсь тобой. Круз недоуменно глянула на соперника, он вообще в своём уме? К чему такая искренность от такой лицемерной личности как он? — Но я считала, что ты меня ненавидишь, разве нет? — Возможно что-то меняется? — Шторм сделал паузу проверяя реакцию, увидев заинтересованость во взгляде девушки он ухмыльнулся и продолжил. — Быть может это симпатия? Он подмигнул ей и двинулся вперёд, как громом сражённая Круз ошарашенно смотрела вслед сбавив ход. В механизме что-то защемило и у неё перехватил дух. В трубке пытался достучаться наставник. — Круз! Круз! Услышь меня, не поддавайся, ну же! МакКуин озадаченно прорычал. — Я…Мистер МакКуин… Изв… — Не успела она договорить как объявили победителем Джексона Штрома. Молния громко выругался и спустился с балкона и поехал навстречу к Рамирез. Круз увидя разъярённого тренера поёжилась. Сейчас начнётся. — Ты почему меня не слушала? Я же тебе по радио чуть ли не на весь стадион орал! — Простите, я не знаю что со мной случилось, я буквально на милю сбавила и тут он, а потом. — Всё, ладно, ладно, переживём, у нас два тура впереди, успеешь ещё его обогнать. Тут МакКуин призадумался, нахмурившись посмотрел на Круз. — Нужно поговорить, едем пока пресса не налетела. Вовремя уехали, журналисты уже вовсю расспрашивали участников. — Мистер Маккуин, если вы действительно злитесь, то мне очень жаль, я правда не знаю что на меня нашло. — Всё нормально, главное что ты в порядке, меня другое волнует. Рамирез вопросительно смотрела на тренера. — Ты не находишь поведение Шторма странным? — Конечно нахожу, он сказал что уважает меня и восхищается мной, уму не постежимо, какой хитрый! Красный помотал корпусом. — Нет, нет, я про другое, он сказал что-то про симпатию. У гонщицы закружилась голова когда она вспомнила эти слова. Круз опустила взгляд вниз. — Ты понимаешь что он сделал? Он надавил тебе на чувства! Постарался смутить и у него вышло! — Нет! Я просто растерялась, он меня вовсе не смутил. — С каждым словом Рамирез всё больше повышала голос, а затем резко затихла. Увидев её состояние Молния усмехнулся. — Только не говори, что тебе нравится Джексон Шторм. — Боже упаси, что вы такое говорите. Круз уже сама сомневалась в своих словах и чувствах, главное чтобы никто не заподозрил, особенно Шторм. МакКуин боится, что наивность его ученицы будет ключом к победе для Джексона, кто как не он знает о проворности этого хитрого гонщика. — Вот что я тебе скажу, не ведись на его провокации, слышишь? Он может использовать твои чувства против тебя, не разговаривай с ним, поняла? Вообще нигде и никак, сделай вид, что он исчез. Но Круз почти не слушала, она испугалась себя, теперь её победа под вопросом из-за появившихся пока ещё не понятных чувств. Бывший гонщик прищурился и подтолкнул колесом к себе заставив обратить внимание. — Эй, ты меня поняла? Юная гонщица посмотрела в глаза тренеру, поняла, что другого выхода нет, нужно будет избегать соперника, по крайней мере во время тура. А ведь она планировала помериться со Штормом. — Я поняла.