Яркий свет в темноте
9 марта 2021 г., 20:15
Знал ли Влад, что за один день с ней ему придется заплатить оставшимися без нее? За настоящий день, а не то жалкое подобие, что эти двое проживали раз за разом будучи в шаге друг от друга, но словно их разделяли километры.
Конечно, он знал.
Но правда в том, что страх сгореть в пламени любимой был просто пылью. А он сгорит, если решится на задуманное. Вне всяких сомнений. Но намного больше ранил испуганный и полный сожаления взгляд девушки, которая видела, как ее прикосновения медленно убивают, казалось бы, всемогущего и бессмертного Дракулу. И лишь могущественному вампиру было известно, что те на самом деле даровали ему жизнь. Тепло кожи — самый настоящий наркотик, от которого невозможно отказаться, хотя тот неминуемо ведет лишь к одному финалу.
Сознание шутливо напоминало Владу, что он вроде как прожил достаточно, чтобы обрести право на подобные зависимости. И тот был с этим согласен.
Ну а кроме безрассудства, еще было предчувствие. Очень плохое. До тошноты раздирающее последние остатки спокойствия, которые Влад обрел после встречи с ней. Грядет что-то ужасное, и, когда это произойдет, он без сомнений отдаст свою жизнь взамен на жизнь той, чей свет держал его все это время здесь. Ведь без нее все было бессмысленно — истина, которую он не просто понял, а проверил на собственной шкуре, когда однажды уже потерял.
Коснуться бархатной кожи без собственной обжигающей боли, без ее страха и без вопящего внутри голоса, о том, что все это неправильно и претит взявшимся из неоткуда законам мироздания — вот чего он хотел. Хоть раз.
Этакий прощальный подарок.
Мысль прибегнуть к магическому ритуалу, чтобы на один день стать «человеком» всколыхнулась в голове и показалась настолько правильной, что само собой разумеющееся решение принялось почти сразу.
Ведь эта девушка стоила любых мучений.
Даже если ему придется сгореть от боли за чертов поцелуй.
***
Лайя прогуливалась по саду замка. Легкий ветерок гулял в каштановых волосах, приятно щекоча лицо, а солнце бросало янтарные блики, подсвечивая смуглую кожу. Что-то тихо напевала себе под нос, ступая маленькими шажками по выложенной камнем тропе. Она была похожа на прекрасную нимфу, затерявшуюся меж деревьев, и казалось чистой случайностью, что столь чарующее существо могло забрести сюда: в обитель мрака и безмолвия громадного назидающего своими шпилями замка. Лайя улыбалась, вот только темные глаза оставались печальными и задумчивыми. Влад не появлялся уже три дня — это пугало. Воображение услужливо вырисовывало картины — одна хуже другой — что могло произойти. Больше внезапного отъезда волновала только четко обозначившаяся зависимость от этого мужчины. Взгляд сам, напористо и совершенно иррационально, выискивал высокую фигуру в комнатах одинокого замка, хотя Валентин вполне ясно дал понять, что хозяин отбыл по делам. Загадочный Дракула уже давно поселился в девичьих мыслях, но теперь же разум возвращался к нему слишком часто. Болезненно часто. И Лайя совершенно не знала, что с этим делать. Неожиданно девушка что-то почувствовала. Какой-то странный всплеск энергии за спиной, от которого вздыбились волоски на затылке, а по коже побежали мурашки. Она замерла. Словно кто-то смотрит на нее. Пристально и неотрывно. Испугавшись, Лайя стремительно обернулась и застыла в немом, затерявшемся где-то на выходе вздохе. Наткнулась на пронзительный взгляд глаз цвета грозового неба, как всегда наполненный невозмутимостью, скрывающей бушующие внутри страсти. Сердце так и подскочило к самому горлу. Влад. Такой же как прежде. Прямая спина, чуть вздернутый волевой подбородок и горящие, как и ее глаза. Которые казалось смотрели не столько на нее, а скорее в ее душу. Необъяснимый порыв буквально толкал в спину броситься к мужчине и заключить того в объятия. Так, как делают после долгой разлуки. Так, чтобы он понял, как она скучала. Но Лайя застыла на месте. Кровь набатом стучала в ушах. Нельзя. Ему будет больно. Сглотнула, сжимая руки и впиваясь ногтями в ладони, чтобы притупить собственное волнение. — Ты вернулся, — фраза, короткая и тихая, но оглушительная для них обоих. Словно не услышав, Влад все также безмолвно стоял и взирал на девушку, блуждая взглядом по лицу, словно выискивая что-то. Большие, темные, словно сама ночь, глаза, вздернутые от удивления брови, пухлые чуть приоткрытые губы, такие манящие и такие желанные — черты лица, изученные им наизусть и которые он был способен воспроизвести в своей памяти, даже если разбудить глубокой ночью, даже через тысячелетие. Подумать только, обрел ее вновь, пройдя испытание столетиями и километрами. Но дело было вовсе не во внешней привлекательности. Его тянуло к ней, к ее свету. — Я вернулся, — низкий голос наконец разрезает тишину, и на губах Лайи расцветает улыбка. Вернулся — вторил ее внутренний голос, словно пробуя слово на вкус и наконец донося до затуманившегося сознания. Неожиданно Влад направился прямо к ней, замерев всего в шаге. Он был так близко, что она могла чувствовать его запах, мускусный и пьянящий. Веки на секунду сомкнулись, позволяя телу сконцентрироваться на ощущениях. Этот мужчина почти никогда не бывал к ней так близко. Его крепкая рука дернулась в нерешительном жесте, словно сомневаясь, а после властно взяла ее ладонь в свою. Они оба замерли. Лайя втянула носом воздух, смотря на их сцепленные руки и выхватывая взглядом те места, где их кожа соприкасалась. Сердце гулко и тягуче забилось о ребра. Убедившись, что ничего не произошло, лицо Влада прояснилось, а губ коснулась легкая улыбка. Магия работает. Возможно, она возненавидит его после того, что он сделал. Но пути назад нет. Ладонь Влада была по-прежнему невероятно холодной, словно тело и вовсе не качало кровь по венам, но это прикосновение ее обжигало. Сладостное вожделенное жжение, словно августовское солнце. Несмотря на ворох вопросов в голове, Лайя не смогла вымолвить ни слова, очарованная происходящим. Влад пошел дальше, переплетая ее хрупкие пальцы со своими. Плоть к плоти. Желание к желанию. Дыхание участилось, а ресницы затрепетали. Девушка взволнованно бросала мимолетные взгляды на лицо Дракулы, ожидая, что то вот-вот исказится от боли, но ничего не происходило. Словно невозможность прикоснуться была лишь наваждением. И от этого было почему-то тревожно, а не радостно. Словно все могло рассыпаться в миг, едва она забудет обо всем. Тут же ожила и вторая рука Влада. Ладонь скользнула вверх, к лицу. Он невесомо коснулся костяшками пальцев ее щеки, приникая к мягкой коже. Девушка прикрыла глаза и лишь теснее прижалась к ладони, с наслаждением откликаясь на ласку. Она ощутила, как к ней прикоснулась любовь. Рой уже знакомых бабочек всколыхнулся в животе, обостряя все ощущения и эмоции. Влад склонился к ее лицу, замерев лишь в паре сантиметров. Горячее дыхание опаляло кожу, теплыми следами прогуливаясь по лицу. Дракула медленно водил большим пальцем по ее щеке, наслаждаясь вновь обретенной близостью. Часть мозга все еще отказывалась поверить в реальность происходящего. Лайя открыла глаза, встречаясь взглядом с темнеющими зрачками. Щеку все еще покалывало от недавнего прикосновения, но ей хотелось большего. Она шумно выдохнула. — Как... Поцелуй. Стремительный и почти что невесомый. Коснувшись ее губ, Влад удивил их обоих. Сначала мягко, осторожно, словно спрашивая согласия, а после уверенно и требовательно, будто от этого поцелуя зависела его жизнь — что было не так далеко от правды. По телу заструился такой испепеляющий жар, что мужчине показалось, что чертова магия все-таки не сработала, но едва ли теперь ему было до этого дело. Господи, как долго он этого ждал. А когда Лайя ответила на поцелуй, он и вовсе потерял всякий рассудок. Шумно выдохнул в ее губы, чувствуя всепоглощающее наслаждение и облегчение. Чувствуя жизнь, каждой клеточкой своего, казалось бы, уже несколько столетий мертвого тела. Она не оттолкнула его. Девушка тут же притянула Влада еще ближе, обвивая шею руками. Прогнулась в спине, когда тот углубил поцелуй, сминая ее талию и буквально вжимая в свое тело. Внизу живота заныл тугой влажный ком. Дракула целовал ее жадно, грубо, страстно, но не мог насытиться. Ему было мало. Всегда будет мало. Когда сознания достиг ее приглушенный стон, ему по-попросту снесло крышу. Схватив за плечи, мужчина стремительно прижал ее к дереву спиной, сжимая хрупкую фигуру в своих руках. Переместился с раскрасневшихся губ на тонкую шею, оставляя поцелуи на бархатной смуглой коже. Лайя выгнулась ему навстречу, шумно дыша и впиваясь одной рукой в кору дерева. Легкая щетина приятно царапала кожу. Острые ключицы, хрупкие плечи, Влад хотел оставить свои следы везде. Понимал, что ведет себя как чертов собственник, но не мог с собой совладать. Обладать ей, полностью — вот чего он хотел. Его пальцы скользнули ниже, обжигая податливое тело, а губы вновь вернулись к ее, проникая языком в рот. Сладко. Требовательно. Распаляя их взаимное желание лишь сильнее. Очередной глухой стон, вызванный сладостной истомой. Влад прерывисто выдохнул ей в губы. Рука легла на ягодицу, притягивая девушку еще ближе и до наслаждения сжимая упругую кожу. — Влад... Хрипло. Тягуче. На секунду мужчина отрывается от нее, чтобы увидеть затуманенный и полный безудержного желания взгляд, растрепавшиеся от его прикосновений локоны и блестящие алеющие губы. Внизу уже так тесно, что он сжимает зубы. Нет. Он не позволит этому случиться здесь. Слишком старомоден? Ну и пусть. Призвав последние, оставшиеся далеко-далеко на задворках уже потухшего разума силы, он отходит на шаг. Ее взгляд — непонимающий и разочарованный, даже скорее обиженный. Лайя растерянно смотрит на него. Ее грудь тяжело вздымается от частого дыхания. Едва совладая с собой, Влад стремительно хватает ее за руку и почти грубо тянет за собой к замку. Даже не успев закрыть дверь, срывается и нетерпеливо прижимает ее стене, настойчиво целуя уже успевшие соскучиться губы. Когда свободная рука все же находит замок и звучит щелчок, они наконец открываются от стены и на заплетающихся ногах идут к кровати. Лайя падает на спину, и ее темные волосы ворохом разметаются по покрывалу, обрамляя раскрасневшееся лицо. Персиковое платье чуть задирается приоткрывая вид на упругое бедро. Влад нависает сверху, упираясь руками в матрас. Снова целует. Жадно. Оттягивает нижнюю губу, с наслаждением слыша тихий ответный стон. Весь мир вокруг затихает и остается где-то совсем далеко. Он и она, и нет никого и ничего больше. На секунду Влад отстраняется, сбрасывая пиджак. Девушка тут же цепляется непослушными пальцами за пуговицы белоснежной рубашки, желая поскорее избавиться от лишней одежды. Нетерпеливо проводит подушечками пальцев по бледной коже, пробегаясь по очерченному прессу, с удовлетворением отмечая, как сокращаются его мышцы. Только сейчас она поняла, что ни разу не видела его без рубашки. Вожделение смешалось со странной радостью и благоговением от подобного откровения. Он был прекрасен. И как же она хотела его. Горячие пальцы Лайи тут же примкнули к его прохладной коже и заскользили вниз, почти к краю брюк. — Не так быстро, — наклонившись к самому ее уху, усмехаясь шепчет мужчина и целует где-то на границе между челюстью и шеей. Влад перехватывает ее руки и задирает над головой, прижимая к кровати. Вторая ладонь скользит по нежной коже, по-хозяйски забираясь под платье, скользнув к бедру и обхватывая ягодицу. Губы находят бьющуюся жилку на шее, и Лайя стонет, выгибаясь ему навстречу и упираясь затылком в кровать. Она кусает губы, теряя последние остатки разума от его ласк. Не удержавшись, она сама поддается вперед и целует его за ухом, попутно оставляя дорожку на скулах, шее. До ушей доносится его глухой стон. Довольно улыбнувшись, Лайя снова возвращается к горячим губам. Если бы законы физики действительно действовали, то их тела бы уже давно обратились в прах. Ладонь больше не сдерживает ее руки и смещается к ткани платья на плече, оттягивая его вниз. Влад приникает к ее коже, задерживаясь чуть дольше чем следует на одном месте. На плече тут же темнеет красноватый след. Его след. На ее теле. Мужчина перемещается ниже, попутно стягивая платье вниз. Бюстгалтер отправляется вслед за остальной одеждой. Ее руки зарываются ему в волосы, когда одна ладонь обхватывает и сжимает упругую грудь, а губы целуют ложбинку. Лайя запрокидывает голову от наслаждения. Слышится рваный вздох. Ее сводит с ума даже мысль о том, что он прикасается к ней. Как долго они не могли себе этого позволить. И плевать, что она не знает, как это стало возможно. С этим разберется позже. Сейчас есть лишь он и она. И их всепоглощающее желание обладать друг другом. Рука Влада наконец касается самого чувствительного места, и Лайя буквально впивается ногтями в его спину. Мужчина проводит по внутренней стороне ее бедра, с вожделением отмечая, насколько она влажная. Для него. Платье летит на пол, так же как и его брюки и белье. Пару секунд не может отвести взгляда и, поддавшись какому-то первобытному инстинкту, рассматривает ее гибкое стройное тело, раскинувшееся на смятых простынях. Лайя смотрит на него умоляюще, сверкая своими блестящими глазами и до боли закусив губу. Она прекраснее всего, что он когда-ибо видел за свою, по общим меркам, чудовищно долгую жизнь. Но правда в том, что без этой девушки та не была таковой. Снова целует ее и рывком стягивает шелковые трусики вниз, устраиваясь между ее ног. Наклоняется и страстно целует, от чего прядь короткой челки падает ему на лоб. — Ты хочешь этого? — его хриплый и низкий голос буквально врывается в ее сознание. Привстав на локтях, она тянется к его лицу и, коснувшись ладонью щеки, нежно целует в челюсть, сметая всякие остатки сомнений. Еще ни в чем она не была так уверена и ничего не жаждала так сильно. — Хочу тебя... Всего... После ее слов, все глупые барьеры в голове, которые его останавливали, рушатся как карточный домик. Подтянув ее за бедра, он стремительно входит, от чего по комнате разносится ее стон, полный удовольствия, и его рык. На секунду Влад замирает, наслаждаясь охватившими ощущениями, а после начинает медленно двигаться. Смотрит девушке в глаза, и она ловит его взгляд — темнеющий и надрывный, буквально безмолвно шепчущий, как ему хорошо. Веки подрагивают, губы приоткрыты в вожделенном вздохе. Лайя в нетерпении поддается бедрами навстречу, постанывая ему в плечо. Впивается в спину ногтями, когда движения становятся более стремительными. Глубокие толчки, полные истомы и наслаждения. — Моя, — внезапно вырывается сквозь его тяжелое и быстрое дыхание. Он наклоняется и тянется за поцелуем, и Лайя тут же охотно подается навстречу. Их языки встречаются в страстном танце. Горячо. Влажно. Так нужно, что даже банальная нужда в кислороде отходит на второй план. Ритмичные движения становятся рваными, смешиваясь своими звуками с прерывистым дыханием. Лайя все сильнее впивается в плечи мужчины, так, что точно останутся следы. Но его это только заводит. Предчувствуя скорую разрядку, она сжимает ноги, чтобы продлить момент, но Влад властно удерживает ее бедра, не позволяя такую вольность. Он больше не выдержит. Еще пара быстрых толчков и комнату заполоняет протяжный хриплый стон. Его и ее. Их накрывает долгожданное ощущение небывалого удовлетворения, от которого буквально немеют ноги, а голова пустеет после взорвавшихся фейерверков. Частое дыхание медленно тонет в безмятежной тишине спальни. Чуть дрожа, Лайа откидывается на спину. Влад тяжело дыша падает рядом, не переставая сжимать ее талию правой рукой, словно если он отпустит, то девушка исчезнет. Делает пару глубоких вдохов, восстанавливая дыхание, а после довольно улыбаясь, тянется и целует ее в висок. Лайя улыбается и ловит его взгляд. Смотря на него горящими глазами, нежно откидывает челку с его лба. Она хитро улыбается, а Дракула чувствует, что настолько счастливым он себя ощущал лишь тогда, когда их жизни сплелись воедино. В тот самый, далекий первый раз, в другом месте и в другую эпоху. Не удержавшись, Влад снова тянется к манящим и самым желанным губам. Эта девушка — его наказание и спасение.
