Рождена, чтобы стать свободной

      В замке было невыносимо холодно, что даже внутри себя можно было ощутить ледяные уколы мороза. Было странно, что так холодно, ведь на стенах висят десятки факелов и свеч, которые должны давать хоть немного тепла. Адель поёжилась и потерла руки, чтобы хоть как-то согреться. Как же она радовалась, что у нее длинные волосы, которые золотистыми волнами ниспадали на плечи. Ведь они тоже служили, своего рода, обогревом для своей хозяйки.       Из соседней комнаты доносились приглушенные голоса. Там решалась судьба Адель и еще трех таких же девушек, которые сидели и пытались сохранить для себя хоть немного тепла. Все они были одеты в тонкие платьях, из-за которых они и мерзли. — … это подарок для императора, — послышался недовольный крик Диндраны, управительницы Эмгыра вар Эмрейса. — Я обязана посмотреть на них. Его Величество не должен тратить свое время на недостойные подарки. Поэтому сперва я их осмотрю. — У меня был четкий указ, чтобы никто, кроме Эмгыра вар Эмрейса не смотрел на них.       Ответил управительнице мужской низкий голос. Самый ненавистный для Адель. Голос её надзирателя. Весь путь с Офира до Нильфгаарда, этот жестокий мужчина, заставлял их идти сотни или даже тысячи километров без еды и воды. А когда они падали, то лишь хлестал по ним кожаной плеткой. Было излишне говорить, что они его ненавидели. — Эон, — было слышно, что управительница старается не сорваться, — Если ты меня не впустишь, я об этом доложу императору, но тогда он даже не захочет смотреть, а сразу выставит тебя за дверь.       На пару секунд воцарилось молчание. Похоже, надзиратель размышлял. — Ладно, — наконец-то сказал он, — можешь осмотреть их. Только после этого сразу же доложи об подарке Его Величеству. — После этого я сама решу, что мне делать, — резко ответила женщина.       Когда дверь в комнату открылась, то Адель почувствовала поток свежего воздуха. Она даже и не замечала, что сидела в душном помещении.       Управительница с высоко поднятой головой, прошлась мимо несчастных девушек. Им никто не говорил ни куда их везут, ни зачем. Этого и не требовалось. Девушки и сами прекрасно понимали, единственное, чего они не знали вовсе, это: кому они предназначены.       Дендрана поправила подол своего жемчужно белого платья, словно боясь, что может испачкать его, лишь пройдя рядом с «подарком» императора. Глаза осмотрели каждую несчастную с ног до головы, а лицо искривилось. — Хорошо, с виду, они здоровы, но это ничего еще не значит, — ответила управительница, обращаясь к Эону. — Их осмотрит лекарь и только тогда я объявлю тебе своё окончательное решение.       Ноздри, у мужчины, слегка раздулись, а на губах заиграла неприятная ухмылка. Он скрестил руки на груди, но ничего так и не ответил.       Дендрана, тем временем, вышла из комнаты и кого-то позвала. Адель вытерла вспотевшие ладошки. Сердце начало колотиться в груди. Осознание произошедшего медленно наполняло её изнутри. Весь путь в Нильфгаард, Адель знала, что её подарят или продадут какому-то зажиточному аристократу, и она даже придумала небольшой план побега. Но только сейчас она поняла, что весь план пойдет под откос, так как её «хозяин» не простой аристократ, а сам император. — Пойдемте, дамы, — проговорила Дендрана, которая уже успела вернуться. — Вас ожидает лекарь.       В кабинете витал тошнотворно-сладкий запах, из-за которого Адель была вынуждена дышать через небольшой платок, чтобы её не вывернуло. Девушки, привезенные в подарок императору, сидели в кабинете медика около получаса. Сам лекарь представлял из себя дряхлого старика в затхлом балахоне, цвета пыли, которая застилала все в его обители.       Изабель, одна из бедолаг, привезенных Эоном, уже двадцать минут не выходила из-за ширмы. Лекарь проводил её осмотр, которого боялась каждая из девушек, сидящих здесь. С первого взгляда было видно, что сам старик был только рад, осмотреть молоденьких девушек. Он с притворной любезностью обращался к каждой из них, а неприятная улыбка не сползала с его лица. После такого зрелища, Адель аж передернуло. Она сидела на шатком стуле, ожидая своей очереди. Из-за ширмы послышался шум, а затем к ним вышла Изабель.       Бедняга прижала руки к груди, а сама она была чернее тучи. Было видно, как работают жвалы, видимо, девушка так старалась не расплакаться. Теперь наступила очередь Адель.       Золотоволосая девушка встала с места, ожидая, что её сейчас пригласят за эту злополучную ширму. Но лекарь не торопился, копошась в своих зельях. Заметив зеркало напротив, Адель немного ужаснулась тому, что там увидела.       Щеки впали, под глазами виднелись синие круги, волосы отдавали не привычным золотистым оттенком, а были цвета грязи, огромными локонами свисая на плечи. Кожа девушки была мертвенно-бледной, из-за чего казалось, что она практически прозрачна. А вены на руках и в области висков были отчетливо видны. Этот вид испугал Адель, ведь она помнила себя совсем другой. А из нее сделали ходячую мумию. «Мда, вряд ли мы такие понравимся императору, — подумала девушка».       Старец махнул рукой, показывая, чтобы она зашла. За ширмой стояла небольшая импровизированная кушетка, а рядом столик, на котором были расположено множество трав и снадобий. Тошнотворный запах здесь был намного сильнее, отчего Адель скривилась и прикрыла рот, стараясь сдержать рвотный позыв.       Лекарь сел недалеко от кушетки и надел монокль. Про себя, девушка заметила, что вряд ли это как-то изменит ситуацию. Но все равно покорно села на свое место и сложила руки на коленях.       Старик осмотрел руки, лицо, а затем приказал снять платье. Адель на минуту замерла. Она не хотела, чтобы он к ней прикасался. Его взгляды и ухмылки делали все, чтобы оттолкнуть девушку. К тому же, что-то внутри подсказывало ей, что он делает осмотры далеко не так, как следовало бы.       Адель опустила руки, показывая, что не хочет раздеваться. Лекарь недовольно скривился и хотел что-то сказать, но за ширмой послышался скрип двери. — Мастер Хоган, — проговорил мужской голос, — вы закончили? Нам необходимы девушки. — Я еще не закончил, — скрипучим голос ответил лекарь. — Я осмотрел лишь двоих. — Этого достаточно. За ними скоро придет Дендрана. Остальных же заберут её люди чуть позже.       Адель с облегчением вздохнула. Она была рада, что не придется дальше сидеть в этом зловонном месте и терпеть извращенный взгляд старика. — Иди за камердинером, — сказал Хоган, бросая на девушку раздраженный взгляд.       Дважды повторять не пришлось.