Люби или бойся меня

В глазах начало мутнеть, мир начал светиться белыми пятнами, но у мене нет такого права как отдых. Опустила глаза, и увидела своё почти растерзанное тело. Дела плохи. - А, так ты ж сама виновата - он заметил - Хочешь прекращу? У нас в Лиге есть отличный доктор! Залатает и ты как новенькая будешь. - Я лучше сдохну чем вступлю в Лигу. Отец, ты просчитался. И если уж я и умру здесь, я заберу тебя с собой. Стану твоей последней жертвой. В живых меня держит только один человек, но... Думаю он простит мне мою смерть - осатанело наношу удары попеременно водой и воздухом. Вид у него тоже был не из лучших: он шатался. Но оба мы знали: показать слабость равноценно проигрышу. Есть один у меня приём, но... Это крайне опасно. Запустить воздух в его лёгкие а потом взорвать их к чертям собачьим кажется легко, не так ли? Лицо начало жутко жечь когда он облил его водой. Его моментально покрыло что-то вязкое и неприятное. Левый глаз перестал видеть, в рот бил ветер, видимо, щеку разъело. - Выглядишь не лучшим образом - подметил он - Ненадолго. Из-за характера ран ты скоро умрёшь. Плевать. Я бросилась на него. Чувствовала, старушка с косой дышит в мою спину. В живот летит разряд. Не успела увернуться. Через дыру видно органы, которые потихоньку начинает разъедать. Легкие отца слишком тугие, кажется. Спустя где-то минуту безуспешных попыток он упал сначала на колени, дальше на землю. Я плюхнулась там, где стояла, пытаюсь смыть это водой. - Всё не так плохо как кажется - пыталась убедить себя я - Я слишком молода чтобы умирать - сквозь слёзы прошептала я - Нет... Я жить хочу... Пожалуйста... Я видела как органы испаряются. Поняла, это бесполезно. На коленях приползла к отцу. - Я теперь сирота. В один день лишилась и матери и отца. Но я ни о чём не жалею. Ты не заслуживаешь жизни - органы наконец-то перестало разъедать - Ровно так же как и я. Я заслуживаю смерти... Перед глазами почернело. Я медленно их закрыла. Последнее, что я увидела это медики, которые забирали нас на носилки. Дальше пустота. Пустота не такая, как когда ты без сознания. Осознание собственной смерти пришло сразу.

***

Этот кошмар закончился. Большинство выбралось из ада с тяжёлыми ранениями, кто-то умер, как и Миёко. Прошла неделя. Они оправились. Бакуго всё ещё был без сознания, а Шото уже почти выздоровел. - Можно вопрос - однажды на процедурах спросил он медсестру - Миёко Судзуки у вас лежит? - Не знаю могу ли я это говорить. Она не в этом отделении. Он долго распрашивал о ней. Ему не давали ответов. Спустя месяц он случайно узнал о её смерти, когда его позвали на похорон. Хоронили её в закрытом гробу, ссылаясь на тяжёлые калецтва. Он плакал когда стоял у гроба. Когда её закапывали. Её могила была рядом с отцовой, кто-то подумал, что это будет хорошей идеей. Тело матери так и не нашли. Он потерял самое дорогое в своей жизни из-за своего легкомыслия, ведь не пусти он её на миссию сейчас она бы крепко обнимала его. Он корил себя. Он виноват, и плевать на то, что Бакуго ему говорит. Он её парень и он должен был её оберегать. Она ему часто снилась. Просила исполнить две мечты одновременно и стать великим героем. А он кивал. Улыбался и плакал. Она просила забыть. Даже как-то упомянула Яойрозу, мол, она лучше и ты не должен останавливаться. Его это до одури злило. Как это: он забудет свою Миёко? Да он легче отдаст ей все свои органы, пожертвует своей жизнью ради неё, чем забудет её! Бакуго понимал его. Он разделяет это чувство вины, ведь тогда если бы он только посильнее взорвал башку этого балбеса... Она бы выжила. Если бы он бросился на него тогда, когда он его отбросил, он бы точно его убил! Он неё остался только кусочек плаща. Тот самый, который он хранил ещё давно. Всё закончилось. Но послевкусие у всех осталось горькое и солёное, наверное, из-за пролитых слёз. Они пережили многое вместе, но не все выбрались из адского котла. Каждый винил себя, мол, это моя вина. Парта у окна оставалась пустой. В вазе на ней красовались красивые белые цветы, перевязанные чёрной атласной лентой.