Подводный мир

Если у тебя имеется лучший друг-волшебник, то он просто обязан творить чудеса! Так считал Тэхён. Но с тех пор как Чонгук начал учиться колдовать, его волшебство стало капец каким скучным. — В чём прикол твоей магии, если наколдовываются обычные вещи?! — убеждал Тэхён, сидя по-турецки на кровати в общежитии. Он хлопал ладонями по покрывалу: — Зонтики! Авторучки! Полиэтиленовая плёнка! У тебя это вообще магия или магазин «Всё по одной цене»?! — Нам их задают, — оправдывался Чонгук с соседней кровати. — На прошлом уроке как раз ручку развинчивали. Если видел своими глазами, это будет как бы не работающая копия, а чтобы по правде работало — надо то, что как бы подержал в руках, лучше — разбирал. Даже пистолет не выйдет, до оружия нам как бы не дают даже дотронуться. — Да нафиг нам пушка! Что нам грабить — столовку? — Всё равно он был бы ненастоящий. — И невидимый для всех, кто не чувствует твою магию, угу. Преступление века: грабители угрожали повару невидимым муляжом пистолета! — Вот, мне пистолет не сделать, а ты говоришь чудо. — Да не нужно, чтоб работало! Сделай, чтоб было! — Что, например? Мне не придумать. — Ну вот как ты волшебник и такой некреативный?! — возмущался Тэхён. — Ну, единорога сделай. Будет типа наш питомец. — Единорог тут не поместится. Если поставить его между кроватями, то рог в коридор вылезет, а задница в окно. — Ты, главное, сделай, а там разберёмся. — Я их не видел, сделать не могу. — А по телику? — Не помню, — отговаривался Чонгук. Наверняка врал. Иначе откуда он знал, сколько метров от рога до жопы единорога? Тэхён раздобыл диск с фильмом, где обещалось хоть что-то необычное, и они включили его на том общем компе, который был дальше всего от стола библиотекарши, и разделили наушники. Киношка была не про единорогов, а про море. Символично, ведь до поступления в интернат Чонгук тренировался колдовать на рыбах. И если вдруг кто заглянет через плечо — они смотрят учебную документалку. Но фильмец оказался до того жуткий, что Тэхён каждую минуту зажмуривал глаза, и бормотал: «Что это за херня!», и шептал: «Чонгуки, ты только это не делай… это тоже не делай». Даже на сопливых сценах было не поржать над поцелуями: в самый разгар вылезали то акульи зубы, то осьминожьи щупальца. — Уже третий раз! — бурчал Тэхён. — Что, без щупалец вообще не пососаться? Он и сам стискивал руку Чонгука не хуже акулы. А вот Чонгук глаза не закрывал. И когда они вернулись из библиотеки к себе — Чонгук переступил порог первым — то в комнате сразу завоняло рыбой, а на кровати Тэхёна обнаружилось существо, сидевшее на подушке наподобие плюшевого мишки. Но ничего плюшево-медведевого в нем не было: его тело было покрыто чешуёй, за спиной топорщились кожистые крылышки, а с мокрой лысой головы вместо носа свисали щупальца, как пучок резиновых трубок. С него капала зелёная слизь, а глаза — те две щели, которые ими являлись — были закрыты, но множество отростков на лице, ой мамочки, вяло шевелилось! — Что это за херня? — севшим голосом спросил Тэхён. Он застыл, не успев закрыть дверь. Чонгук улыбнулся довольно: — Это чудо. — Это не то чудо! — ахнул Тэхён. — Это чудо-юдо! — Не нравится? — перестал улыбаться Чонгук. — Я единорога имел в виду, — помотал головой Тэхён. — Который с одним рогом на башке, знаешь? — После такого кина единорог не выйдет. Я хотел как бы сюрприз, сразу после просмотра. А у этого тоже вырост на башке, и даже не один. Не единорог, а… многощуп. — В том фильме такой чепушилы не было. — Тэхён никак не мог себя заставить отцепиться от дверной ручки. — Ты же сказал быть креативным. Ну, я и попробовал сделать как бы не совсем по образцу. Наконец Тэхён мужественно сделал шаг от двери в комнату. — Оч-чень креативно, — просипел он. Чонгук опять заулыбался. — Он кусается? — Не должен. Не знаю. — А, э-э, как мне спать с этой лягушенцией? — Я поместил его на твою кровать, потому что это как бы твой подарок. Пересадим его? — Сделай сачок и сеть? Не станешь же ты руками его брать. Чонгук, видно, и сам не горел таким желанием: — С покрывалом перенесём. — Давай в угол, — предложил Тэхён. В углу комнаты гостеприимно распахивала рот корзина для мусора. — Под стол, — предложил в ответ Чонгук. — Тогда классрук не заметит, если к нам зайдёт. Тэхён как раз подумывал, как бы намекнуть, что чудо уже можно отколдовать обратно в небытиё, и «классрук не заметит» его насторожило. — Типа это теперь наш питомец? — спросил он. — А, э-э, что он умеет? — Ты сам просил, просто чтоб было. Вот оно есть. Просто, — сказал Чонгук. Наверное, сам не знал, что тот умеет. — Вообще их как, в аквариумах держат? Надо сгонять в библиотеку. Погуглить форум тех, кто завёл себе неведомую хрень. — Он как кошка, — заспорил Чонгук. — Ему подстилка нужна. Твоё покрывало как раз сойдёт. Ты кошку же не будешь держать в аквариуме. — Зелёную и склизкую кошку со щупальцами — буду! Чонгук послушно наколдовал на полу прозрачную ёмкость с водой. Внутри даже имелись пластиковые руины, правда, из-за того что он давно не бывал в зоомагазине, они вышли у него не вертикальными и не горизонтальными, а кривыми и косыми. Тэхён и Чонгук взялись с двух сторон за покрывало, подтащили его к аквариуму и вывернули туда. Существо с громким бульком плюхнулось внутрь, расплёскивая воду на пол, но глаза не открыло. Чонгук, пыхтя, задвинул чудо под стол. — А чем его кормить? Маленькими человечками? Крошить их ему туда? — Тэхёна передёрнуло. — Если проснётся, там разберёмся, — сказал Чонгук. Спящий экспонат был даже прикольный. Правда, на кровать с него натекло столько слизи, что насквозь промокли одеяло, простыня, матрас и подушка. Чонгук наколдовал полиэтиленовую плёнку и постельное бельё, пока Тэхён стаскивал с кровати влажное. Ну хоть какая-то польза была от этой магии! Оставалось надеяться, что чудик не проснётся. Вообще-то иметь спящего питомца было удобно: не надо менять ему наполнитель для туалета. Правда, зато он и не мурчал. Интересно, эти… кто они там… в бодрствующем состоянии мурчат, когда им чешут лысую башку с щупальцами?