***
19 марта 2021 г., 09:40
***
Городской парк Вены радовал своей тишиной и спокойствием, несмотря на то, что было воскресенье. Взрослые отдыхали семьями, устроив пикники, молодые собирали целые компании, устраивая веселые посиделки. Армин же предпочитал быть один в выходной, прятался под своим любимым деревом и наслаждался теплым ветром, развивающим блондинистые, густые волосы и хорошей книгой, взятой в местной библиотеке. За целую неделю он сильно уставал, ведь каждый день его ждали тренировки по фигурному катанию под руководством лучшего тренера Леви Аккермана. Он готовил Арлерта к грядущим соревнованиям, которые должны проходить в Вене, и он, между прочим, хотел золото. А дальше, если повезет, то поборется с другими, уже на высшем уровне. Ну, а пока, он работал на местные юниорские, а там кто знает, может попадет на гран-при, а там и до чемпионата мира рукой подать. Блондин поправляет волосы, убирая мешающиеся пряди за уши, бегает глазами по страницам, иногда перечитывая строки по несколько раз, ведь голова была забита другим. — Армин! — Арлерт поднимает голову, встречаясь взглядом с темноволосой улыбающейся девушкой, бегущей в его сторону. — Микаса, привет. — Армин поднимается, обнимая подругу, и приглашает присесть. Микаса Аккерман, темноволосая, иногда угрюмая и серьезная, но в целом замечательная девушка. Они познакомились с Арлертом ровно пять лет назад, когда им было по тринадцать, на тот самой арене, которая стала вторым домом. Микаса тоже занимается фигурным катанием, но это больше для души, она никогда не рвалась за золотом, серебром. Ее по большей части манил сам процесс выступления, собственно, как и Армина, но, если ты талантлив, почему бы не помечтать о награде. — Я думал, ты уедешь в Баден на выходные, — голубоглазый прижимает колени к груди, укладывая на них подбородок. — Да, собиралась, но Жан слег с ветрянкой, — девушка издает смешок и мечтательно прикрывает глаза. — Как тренировки? — Отлично, мы уже выбрали музыку, остается только дорабатывать прыжки. Хотел бы четверной аксель, но мистер Аккерман сказал, что убьет на месте, если попытаюсь. Считает, что слишком рано. — Блондин провожает усталым взглядом текущие вдаль облака и протягивает подруге контейнер с блестящими ягодками винограда. Девушка поправляет подол длинной юбки и тупит взгляд, после берет одну ягодку и кладет в рот. — Больше ничего сказать не хочешь? — Нет…а что? — Арлерт прекрасно понимает о чем говорит Микаса, но он очень сильно хотел избежать темы. Это ведь так глупо, это его личные проблемы и просить кого-то решать их за него было бы неправильно — Армин, я знаю, что Эрен снова задирал тебя. Почему ты молчишь? Ты ведь знаешь, я любого поставлю на место, а за тебя тем более. Арлерт молчит, отводит взгляд, цепляясь за группу подростков, весело обсуждающую что-то. Сейчас он хотел провалиться под землю или на мгновение стать другим человеком, только бы не говорить о Йегере. Но ответить нужно, Аккерман не отстанет. — Да, — блондин обнимает себя руками, пальцами касаясь синяка на левом боку, но Микасе не стоит знать этих подробностей. — Но я решу это сам, хорошо? Я ценю все, что ты делаешь для меня, но влезать сюда не надо. — Да он же ненормальный, Армин, я удивлена, как он еще руку на тебя не поднял. Как его вообще еще не отстранили. — К ногам девушки падает маленький красный мяч, а следом прибегает миловидный пес, кажется это лабрадор, виляет хвостом, тычется мокрым носом в запястье девушки и после убегает на зов своего хозяина. Сердце голубоглазого колет. Он никогда не понимал, чем так насолил ему, ведь он просто старался работать, делать все лучше, но не для того, чтобы показать свое превосходство перед Эреном, просто для себя. А Йегер… началось все с того, что он колол фразами, о том, что женоподобным мальчикам в раздевалке для парней нечего делать. Забавно. Но Армин ведь мальчик. Да, у него миловидное лицо, хорошие, пшеничного цвета, длиной чуть выше плечей волосы, худощавое телосложение, изящные руки, но почему так. Разве люди не должны быть разными, индивидуальными, это ведь правильно… Или нет? Дальше ситуация только усложнялась, колкости стали еще острее, пронзая самое сердце и душу, Армин уже не знает сколько игл внутри него, а ведь они теперь не исчезнут. Из-за этого у Арлерта начались серьезные проблемы. Раньше он на все сто процентов, даже больше, любил себя, принимал все, что в нем есть. Армин это Армин. Но после появление в его жизни Эрена Йегера все перевернулось. Он копил все фразы в его сторону внутри себя, замыкался и начинал себя ненавидеть, постепенно начиная внушать себе, что это действительно так. Теперь смотреть в зеркало он практически не может, сразу слышит голос зеленоглазого в своей голове, а потом очень долго плачет в углу своей маленькой комнаты.***
Понедельник всегда был самым тяжелым днем. Казалось бы, прошел выходной, и можно было успеть отдохнуть, но Арлерт весь вчерашний вечер провел за просмотром выступлений прошлых лет. Он хотел узнать и понять, как делать стоит, а как нет. Даже нашел старое видео с выступлением Леви, он и правда был потрясающим фигуристом, пока его карьера не обрушилась с громким грохотом, после парных выступлений, когда его партнер не сумел выполнить поддержку и Аккерман сломал ногу. Арлерт всегда боялся этого. Он знал, что после показательных выступлений отбирают лучших и делят по парам, чтобы в дальнейшем из пары выбрать лучшего, который пройдет на местные и далее по списку. Поэтому блондин считал, что партнера должен выбирать каждый сам, ведь нужно доверять человеку, знать, что тот поймает. На тренировки Армин всегда приходил раньше, чтобы успеть переодеться и не столкнуться с этим придурком плечом к плечу. Блондин снова стоит перед зеркалом, поправляет форму и завязывает волосы в пучок, выпуская несколько передних прядей, смотрит в свои же бездонные голубые глаза в отражении. Микаса говорит, что они похожи на океан. — Ты снова рано, Армин, — Леви опирается на трость, и кивает на пустой каток.— Разогревайся и приступим. Арлерт любил тренировки. Да, он очень уставал, они сильно выматывают, но это даже лучше, ты думаешь о боли в мышцах, не сгибающихся ногах, о душе, но не о чем-то постороннем. Здесь, на арене, ты как дома, но выплескиваешь эмоции иначе. После разогрева Армин сделал пару кругов и остановился, ожидая дальнейших указаний тренера. Ривай часто отвлекался, его поглощали мысли о прошлом, о том, что могло бы быть, если бы не тот случай. Нет, он не жалеет, что сейчас тренирует новобранцев, но испытать все те эмоции снова, он очень сильно хотел бы. — Сэр? Я закончил. — Блондин перебирает собственные пальцы, виновато отводит взгляд, а Аккерман возвращается в реальность. — Хорошо, теперь давай повторим основную линию, в конце уже прыжки. — Леви берет маленький пульт и жмет на зеленую кнопку, когда Армин уже принимает начальную позу. Пространство ледовой арены заполняет приятная музыка, Арлерт лично выбрал ее, он даже не знал почему, просто посчитал, что та идеально подойдет под его сложившееся состояние. (Billie Eilish — idontwannabeyouanymore) Движения голубоглазого мягкие, плавные, шаги просто безупречные. Армин рассекает руками прохладный воздух, кружась, некоторые пряди из пучка выпадают, соприкасаясь с оголенной шеей. Арлерт изящно выгибает спину, опускаясь коленями на лед, скользя, переворачиваясь на живот, упирается руками в гладкую поверхность, обводя пространство вокруг себя, перебирает ногами. Все идеально подходит. Арлерт укладывается на спину, сплетая руки, после снова разводя, вновь садится, касаясь острыми коленками льда, обводя руками голову и бьет по льду, поднимаясь, отталкивается, разрезая лед лезвием. Ждет время, в которое он должен выполнять прыжки, после переходит к кручениям. И это невероятно красиво. Аккерман наблюдает, чувствует, как сильно старается подопечный. Иногда он видит в нем себя, от этого тело покрывается мурашками. Блондин присаживается, закручиваясь, после поднимается и снова кружится, когда резинка окончательно слетает с волос, остаются только последние шаги, взмах, пауза для будущего прыжка и финальная поза. Армин тяжело дышит, выдерживает позу и падает на колени, когда музыка стихает. Он подбирает спавшую резинку, прибирая чуть влажные волосы, и набрасывает капюшон, поднимая взгляд на тренера. За его спиной уже собрались пара других тренеров, фигуристов и ОН. Взгляд Йегера сжирает, Армин даже через расстояние чувствует его ненависть. Эрен знает, что Армин лучше, вот и злится, он привык, что первые места в своем родном городе занимал он, но после переезда жизнь сложилась иначе, он стал вторым номером. Но разве Арлерт виноват в этом? Пространство заполняется аплодисментами, а Арлерт все еще не может восстановить дыхание. — Хорошая работа, Аккерман. — Ханджи Зоэ одобрительно кивает. Прекрасная женщина на самом деле, тоже давно в фигурном катании, но карьеру оставила, ей больше нравилось ставить программы, чем работать самой. — Армин невероятный, правда. Но мы с Конни точно вас сделаем. Женщина смеется, а Аккерман улыбается, кивая. Армин наконец приходит в себя, поднимается и стряхивает кристаллики льда с колен, подъезжая к ограждению, где собрались все. — Хорошо, Арлерт, но можно лучше. — Леви никогда не хвалил больше положенного, потому что знал, что это расслабляет и человек перестанет стараться. Конечно, сомнений в том, что Армин стал бы только больше тренироваться не было, и Арлерт сам понимал, что эти слова значат. — Отдохни немного и разберемся с прыжками.***
День «икс» подобрался совершенно незаметно. Вроде только вчера Армин разрабатывал вместе с Леви программу, расставлял все на свои места, а теперь он сидит в раздевалке, ожидая начала одиночных отборов. На нем облегающий, молочного цвета костюм, который сияет, наверное, ярче всех звезд в космосе. Он сам сейчас похож на космос. Волосы заботливо собраны в косы, прибранные в аккуратный пучок. Армин потом обязательно поблагодарит Микасу еще раз. Руки заметно трясутся, а сердце так сильно бьется, кажется, будто все услышат. — Эй, Армин, — зовет его Конни, — удачи тебе! — Спасибо, — Арлерт мягко улыбается и поднимается, чтобы пожать руку. — И тебе удачи. Ты точно пройдешь, не зря же Ханджи тренировала тебя до смерти. Парни смеются и отпускают руки друг друга, Конни скрывается за дверью раздевалки, а Армин остается один. На странность, он еще не видел Эрена сегодня, что даже хорошо, на лед он выйдет не побитым. Нет, блондин знал, что мысли материальны, но не в такой момент. Йегер с какой-то ноткой агрессии открывает дверь, после громко захлопывает ее. Его волосы уложены назад, на нем прекрасный костюм, глубокого синего цвета, как морское дно, если это возможно так сравнить. Но взгляд очень злобный, даже непонятно, что-то случилось или при виде Армина у него автоматически запускается такое настроение. Никто не знал. Эрен откидывает сумку с вещами, наконец цепляется взглядом за Арлерта, который создавал вид активной деятельности, поспешно прибирая лежавшие на скамье вещи в сумку и складывал в шкаф. Йегер оказывается за спиной так быстро, блондин даже вздохнуть не успел. Тот грозно дышит над ухом, цепляется пальцами за хрупкое плечико Армина и сжимает со всей силы, больше дышать голубоглазый не может. Он вообще словно выключается, перестает жить, когда Эрен рядом, когда трогает его, когда бьет. Сейчас блондин даже повернуться не может, чтобы посмотреть в его наглые зеленые глаза. — Что ты хочешь… Эрен? — Даже его имя произносить сложно. Плечо уже начинает ныть от сильной хватки, Арлерт прикусывает губы. — Лишь одного, Армин, — Йегер наклоняется еще ближе, к самому уху и шепчет. — Чтобы ты проиграл. Ты ведь ничтожество, ты обязательно ошибешься, не сможешь сделать ни одного прыжка, слышишь? Внутри все сжимается, болит. Арлерт же вот вот расплачется. Эрен знает это, знает, что нажимает на нужные клавиши. Он понимает, что практически уничтожил парня. Йегер разжимает пальцы и уходит. Через десять минут все начнется, а Армин разваливается, стоит так же неподвижно, держась за дверцу и трясется. Он ведь правда начинает думать о том, что не сможет. Арлерт сидит на скамье рядом с Аккерманом, наблюдая за выступлением Конни, Микасы и остальных. Только вот Жана нет, не повезло ему, но в следующем году обязательно наверстает, сомнений быть не может. Сейчас выход Йегера. Армин даже смотреть не хочет, опускает взгляд в пол, прикрывая уши руками. Леви кладет ладонь ему на плечо, парень дергается. — Все нормально? — Д-да, нормально, — блондин отмахивается и все-таки решается посмотреть. Эрен напряжен, это сильно видно. Парень принимает начальную позу, зал затихает, выступление начинается. Арлерт знал эту композицию, часто слушал ее, только не задумывался, а теперь понимает, она ведь точно подходит Эрену, несомненно. (Fall Out Boy — Centures) Йегер четко выполняет все движения, бесспорно, но он совершает важную ошибку, которую по началу совершал и Арлерт. Он думает. Перебирает в голове последовательность движений, но не понимает, что только больше путается. Он пытается делать как надо. Нужно доверять себе, отключать мысли, просто делать, без всякой навязчивости, тогда все будет хорошо. В Йегере много энергии, но по непонятной причине он не может ее выплеснуть. Зеленоглазый готовится к первому прыжку, вбирает в легкие холодный воздух. Раз…два…три… Дыхание замирает на мгновение. Двойной сальхов сделан, Эрен приземляется, переходя к последующей части. Взмах руками, тяжелый вздох, приземление на колени, закручивание, подъем. Эрен и правда повторял элементы в голове. Пришло время еще трех прыжков. Сердце бьется, отдавая импульсы в горло, парень сглатывает. Одинарный тулуп, вместо двойного, после двойной флип и тройной аксель. Парень закручивается в «волчке», выполняет дорожку шагов и заканчивает финальной позой, скрестив ноги, уложив правую руку на левое плечо и изящно вытянув левую в сторону. — И вот, дамы и господа, последний участник. — Армин знает, что это он. Больше ведь некому, все уже показали себя. Аккерман помогает ему снять ранее согревающую его олимпийку и приобнимает. — Армин Арлерт! Программа составлена бывшим фигуристом и чемпионом Леви Аккерманом. — Не позволяй никому уничтожить тебя. Ты сильный и со всем справишься. — Леви отпускает его и возвращается на место. Блондин выпускает воздух из легких, собираясь с силами. Нет, Эрен не прав, он все сможет, он готовился к этому несколько месяцев не покладая рук. Нельзя провалиться на первом же этапе, это будет позор. Арлерт ступает на лед, выезжая на середину и тихо сглатывает, тело дрожит. — Ты никогда не получишь желаемого, Эрен. — Армин шепчет себе под нос, сталкиваясь взглядами с Йегером, сжимает кулаки и тут же расслабляется, принимая начальную позу. Выступление начинается. И вот она, та самая мелодия, уже засевшая в голове настолько, что можно закрыть уши и не слушать. Арлерт все-равно знает, что должен делать. Парень перекрывает поток мыслей и просто делает шаг вперед. Он словно маленькое перышко, так же мягок, невесом и изящен. Ведет пальцами вдоль тела, обнимает плечи и ведет подушечками пальцев по шее. Словно пытается понять жив он или нет, но так нужно. Рассекает воздух, выполняя дорожку шагов, опускается на колени. Все правильно, Армин знает. И еще, буквально за день он решил, что все-таки исполнит четверной аксель в конце. Он пробовал, получилось лишь один раз. Леви этого не видел, иначе убил бы, и Армин не был бы сейчас здесь, не завораживал бы зрителей. И блондин не уверен, что все выйдет, но как узнать, если не попытаешься. Время первого прыжка, шаг, вдох, двойной флип выполнен, остается совсем немного. Блондин знает, что нужно дальше, все на автомате, он красиво выгибает спину, сгибая колени, почти невесомо упирается коленями в прозрачную гладь, скользя пару секунд, переворот, рисует узоры на льду и соприкасается с поверхностью спиной. Голубоглазый переплетает руки, словно волосы, после рассекает ими воздух, садится на колени, удар. Кажется, слишком сильный, выступила кровь, но сейчас нельзя отвлекаться. Армин поднимается, толкается, оставляя за собой дорожку из стружки льда, сердце бьется как сумасшедшее, вот-вот вырвется из груди. Тройной тулуп, тройной сальхов, остается лишь последний. Арлерт выполняет шаги, закручивается в полуприсяде, поднимается и разгоняется, в голове все-таки отсчитывая секунды. Три…два…один. Блондин выставляет ногу, замахивается другой, легкие перестают функционировать, время словно замерло, а голубоглазый будто повис в воздухе. Пара секунд и он приземляется, кроша лед, взмахивает руками и останавливается в финальной стойке, скрестив ноги и обняв себя руками. Зал взрывается бурными аплодисментами, зубы Эрена Йегера скрипят, а Армин, кажется, плачет, падая на колени.***
Участникам дали пару дней, чтобы прийти в себя, назначили встречу в арене на пятницу, чтобы озвучить результаты и распределить пары. Армин чувствовал, что точно пройдет, он больше боялся за то, что его поставят в пару с Эреном. Это же закон подлости, так обычно и случается, происходит ровно то, чего ты так сильно не хочешь. Арлерт снова пришел раньше и чтобы занять время, он решил заглянуть в кабинет к Аккерману, чтобы поздороваться. — Здравствуйте, — Арлерт заглядывает в помещение, Леви чиркает что-то в своем блокноте и поднимает усталый взгляд. — Здравствуй. Хорошо, что ты заглянул, хотел еще раз прочитать тебе нотацию… — Может, не стоит? — Армин проходит, присаживаясь на стул, что стоял у стенки, собрав руки в замок и виновато опустил глаза. — Все ведь получилось, правда же… — Получилось, очень даже хорошо, но экспромт нам не нужен, Армин. — Ривай стучит кончиком ручки о стол, глубоко вздыхает. — Если получилось однажды, не значит, что получится в будущем. Стоит потренироваться, прежде чем выбрасывать такое. — Я понял. — Говорит Армин и смотрит на часы. — Все уже собрались, наверное. Так и было, все тренера, фигуристы и один из представителей судей уже ожидали в главном зале арены. Армин пристроился рядом с Микасой, та молча кивнула и взяла парня за руку, одним лишь взглядом показывая, что уверена в нем на все сто процентов. Йегер стоял где-то слева, слушая замечания от своего тренера Дота Пиксиса. Этот человек в свое время был величайшим фигуристом, даже Леви с ним не сравнится, но Армина в целом устраивал его тренер и их взаимоотношения. Пиксис же был намного строже, требовательнее, только вот Эрен все никак не поддавался. — Рада вас всех приветствовать, — заговорила молодая девушка, та самая представительница судей. В ее руках было два конверта, видимо, один из них содержал имена прошедших во второй тур, а второй, наверное, распределение по парам. — Чего ты так трясешься, Армин, — Микаса все еще держала его руку в своей. — Сам же знаешь, тебя точно выбрали. — Знаю, — говорит Армин. — Я боюсь, что буду в паре с НИМ. Арлерт понимал, что если так все-таки выпадет, то Йегер уничтожит его до конца, ему ведь осталось совсем ничего, только фитилек поджечь, да и все тут. Им ведь придется взаимодействовать, а Арлерта воротит от его касаний. — И так, представляю вам, прошедшие во второй этап парных отсмотров: Армин Арлерт, Конни Спрингер, Микаса Аккерман и Эрен Йегер. Фигуристы аплодировали победителям этапа, а Армин совсем не радовался, Эрен прошел, что значит только одно, он приближается к исполнению того, чего так хочет избежать. — А теперь, — девушка открывает второй конверт, — наши пары: Микаса Аккерман и Конни Спрингер… Дальше Армин не слушал, отпустил руку Микасы, пытаясь сдержать подступивший в горле ком, в ушах стоял непонятный писк, который ломал мозг. Девушка пыталась что-то сказать, но блондин не мог, просто не мог. Почему жизнь с ним поступает так…дает шанс и тут же раздавливает его, рвет на куски и кидает в разные стороны. Больше Арлерт не слышит и не видит, он покидает помещение, заваливается в кабинку туалета и сползает по стенке, поджимая колени к груди, захлебываясь от собственных слез.***
Расстройства расстройствами, а тренировки по расписанию. Это был вторник, Армин чуть не проспал, быстро закинул чистую форму в спортивную сумку и направился к арене. Теперь Армин начинал ненавидеть тренировки, ему ведь придется видеть Эрена, касаться его и позволять ему трогать себя, а он же знает, куда надавить, чтобы было еще больнее. Он ведь уничтожит Арлерта. Блондин забегает в раздевалку, быстро сменив одежду, надевает уже помученные жизнью коньки, цвет которых давно уже не белый и спешит к катку. — Опаздываешь? С каких пор, Армин? — Леви стоит рядом с Эреном, держит трость за спиной и ведет плечами. — Проспал, — беззаботно отвечает голубоглазый, попутно прибирая волосы в пучок, — извините. Арлерт старается не смотреть на Эрена, знает, что тот пилит его недовольным взглядом, он и сам не особо рад такому партнерству, но выбор сделан, им просто придется смириться. — И так, поясню свою задумку, — начинает Леви, а парни так и стоят порознь, но слушают очень внимательно, это в их интересах. Армину очень понравилась идея, но она была бы еще лучше, если бы был партнёр получше, если бы это был не удушающий его Эрен Йегер. А Эрен начинал искать в ситуации плюсы. — И, думаю, номер мы закончим выбросом. Разумеется, Эрен мощнее, так что бросать будем тебя, Армин. Конечно же, прежде мы поработаем в зале на матах, чтобы вы потренировались. — Ну нет, — Армин подает голос, — я ему такое не доверю, ужасная идея. — А мне нравится, — Йегер ухмыляется, сверкнув белоснежными зубами. — Это пока только разработка, после тренировок определимся, договорились? — Аккерман стукает тростью перед собой и отправляет парней на лед. Они нарезают круги по льду, а Йегер то и дело пытается подрезать Армина или задеть плечом. Это уже начинает доставать, но жаловаться Арлерт не будет, он терпит, только вот ниточка скоро порвется. Тренировка заканчивается, и Арлерт задерживается на льду, чтобы Йегер ушел и тот мог спокойно переодеться, лишь бы зеленоглазый его не трогал. Блондин катается еще минут десять и отправляется переодеваться, в раздевалке действительно пусто. Армин скидывает форму и отправляется в душ. Горячие капли окутывают чуть замершее тело и голубоглазый выдыхает пар. Армин думал о том, что хочет наконец спокойной жизни, без существования в ней Эрена. Почему это не может быть обычным сном? Армин щипает себя за предплечье, но ничего не происходит, он все еще здесь, под струйками горячей воды, стоит и думает о чем-то. Чья-то рука грубо прижимает Арлерта к стенке, он звонко ударяется подбородком о кафель, прикусывая язык, морщась от привкуса крови. Он точно знает, кто это, тут не может быть сомнений, даже предполагать не надо. Армин дергается, но Эрен намного сильнее, только больнее жмет на выпирающие лопатки, заставляя голубоглазого скулить. — Не думал, что жизнь такая поганая и решит свести нас там, где мы соревнуемся. — Точно он, как и предполагал Арлерт. Он не знал, чего сейчас ждать, что взбрело Йегеру в его больную голову в этот раз. Ничего хорошего точно. — Я же говорил тебе, что такие прически носят только девчонки, тебе бы в темный покраситься, от Микасы не отличишь. — Что я вообще сделал тебе… За что ты меня так ненавидишь… — Армин чувствует поступившие слезы, снова пытается вырваться, хотя бы развернуться, но Эрен не дает, только отключает воду, что до сих пор лилась из старого душа. — Ты просто существуешь. Этого вполне достаточно. — Йегер хмыкает, а после достает что-то из кармана, Армин не понимает, сложно разобрать по одному лишь звуку. Эрен отпускает его, голубоглазый решил, что все кончилось, но это было лишь начало. Зеленоглазый ухватился за мокрые волосы, сжимая их в своем кулаке, а после Армин услышал лишь хруст своих пшеничных волос, и как соударяются лезвия ножниц. Йегер брезгливо скинул состриженные волосы на мокрый пол и отошел на шаг. Армин не успел понять, что произошло, но осознание быстро приходит, он смотрит на пол, где лежали буквально отрубленный пряди, тянет руку к голове, пытаясь убедить себя, что этого не произошло. — Если ты со мной в паре, то выгляди соответствующе. — Говорит Эрен и теперь точно уходит, оставляя Арлерта наедине с собой. Плакать уже нет сил, уже просто нечем. Он все еще хочет, чтобы это было сном, лишь глупым, сильно затянувшимся сном.***
Арлерту после того дня пришлось записаться в парикмахерскую, чтобы там попытались исправить то, что натворил тот, чье имя блондин даже произносить не хотел больше. Теперь волосы были очень короткие, непривычно. Армин не планировал расставаться с тем, что напоминало ему о маме, но за него уже все решили. А сегодня уже тот самый день, когда они заканчивают постановку, потому что через два дня второй тур. Сегодня они воплотят все, что наработали в зале, и Армину очень страшно от факта, что Йегер может сделать что-то еще более ужасное. Сломать Арлерта уже в прямом смысле этого слова. — И так, сейчас предлагаю вам послушать музыку еще раз, а после прогоним все от начала до конца. (Bishop Briggs — River) Хлопок, тяжелый вздох, Эрен кружит вокруг Армина, ухватывается за его талию, сворачивая руку и прижимая блондина к груди, покрепче сжимает тело голубоглазого и выбрасывает. Армин Арлерт приземляется, рассекает воздух руками, принимая позу ласточки, закручивается, после резко встает в финальную стойку. И до сих пор не верит Эрену Йегеру.***
Арлерт всегда переживал перед выступлениями, но сегодня еще больше. Он танцует со своим врагом, что еще может быть хуже. Блондин смотрит в зеркало, поправляет элементы костюма. Теперь на нем черный, местами украшенный кристалликами, словно лед, от плеча и до самого локтя бегут черные, блестящие ленты, чуть ниже просто развиваются. Леви даже раздобыл для них черные коньки, которые так же обклеили стразами. Скоро все начнется. Голубоглазый осматривает костюм на наличие дефектов последний раз и выходит на арену, где уже собрались зрители. Пары всего две, так что все пройдет очень быстро, радует хотя бы то, что результаты скажут сразу, а не как в первый раз. Сердце сильно стучит, отдавая в самую голову жесткими импульсами, в горле встал ком. Он сидит рядом с Леви, по другую сторону сидит Йегер, ни один мускул у него не вздрагивает, спокоен как домашний кот. Арлет же сжимал ткань на коленях, отвлекался, забывал как дышать, а Конни и Микаса уже приняли финальные стойки под бурные аплодисменты. — Представляю вам нашу вторую пару: Эрен Йегер и Армин Арлерт. Под композицию Bishop Briggs — River. Программу составил тренер и чемпион по фигурному катанию Леви Аккерман. Вот и все, точка невозврата. Парни стоят, прижавшись спинами друг к другу, музыка заполнила арену. Армин закрывает глаза и отдается танцу, а там будь что будет. Парни разводят руки в сторону, холопок, второй, разъезжаются в стороны, выполняя дорожку шагов, рассекают руками пространство вокруг, меняют направление, встречаясь друг с другом, падая на колени, хватаются за плечи друг друга, обводя их руками. Сердце Армина бьется, кажется даже заглушает музыку, но он все знает, все хорошо. Руки отталкиваются, парни падают спинами на лед, рисуют в воздухе руками, стук по льду, подъем. Эрен берет Арлерта за руку, тянет на себя, они закруживаются, после едут по кругу, рука Эрена покоится на талии голубоглазого, они разгоняются, бьют коньком по льду, заставляя его крошиться. Ноги Армина отъезжают в сторону, Эрен держит его за руку, кружа вокруг себя, помогает голубоглазому вернуться в начальную позицию. Снова разъезжаются, описывая круги, разгоняются навстречу друг другу, двойной тулуп, тройной аксель, приземление. Закруживаются в волчке, присаживаются, кружась в полуприсяде. Время тянется слишком долго, но конец уже близок. Йегер снова тянет на себя Армина, они словно танцуют вальс, разводят руки в стороны, а Эрен держит его за талию, но блондину это не нравится, ему противно. Зеленоглазый поднимает Арлерта вверх, тот расставляет руки в стороны, раздвигая ноги, снова кружатся. Йегер возвращает Арлерта на землю и они снова разъезжаются, разгоняясь. Тройной тулуп, разгон, тройной флип, приземление. Голова начинает кружиться. Эрен выполняет дорожку шагов навстречу Армину, тот делает тоже самое, хлопая в ладоши в такт музыке, они встречаются, снова разъезжаются, тройной лутц и меняют направление. Последний шаг остается, сделать выброс и все кончится. Армин останавливается, изящно описывая тело руками, прогибается в спине, когда Йегер уже оказывается рядом, подхватывая его хрупкое тело, сворачивает руки, готовясь к броску. — Прощай, Армин. — Йегер обжигает ухо блондина, а он даже сделать ничего не успевает, Йегер выбрасывает его сильнее, чем нужно было, голубоглазый теряется, а его нога с силой вонзается в лед, ломаясь. Армин взвывает, падая на лед, из глаз хлынули горячие слезы, он трясется, буквально погибая от пронзающей боли. Он был прав, когда сказал, что Эрен Йегер уничтожит его. Теперь он станет обычной серой пешкой. Он никогда не сможет встать на лед снова, а Эрен, как и мечтал, займет его место.
