ещё не придумано

Утро началось с истошно трезвонящего будильника, который хотелось просто швырнуть со всей злости в окно и юркнуть под одеяло в тёпленькую постель, но будильник стоил денег, а режим соблюдать более менее стоит, иначе завтрашний день в колледже будет хуже некуда. Селена медленно и лениво села на кровати. Дотянувшись до злосчастного будильника и нажав кнопку отбоя, резко встав и сев обратно от потемнения в глазах, ей всё же удалось ровно встать, взять джинсы и обычную чёрную футболку из шкафа цвета тёмного дерева и привычным маршрутом поплелась в ванную. Выйдя оттуда в одном лишь полотенце, ведь одеваться с размякшим от горячего душа телом было чертовски лень, Селена медленно прошлась до входа на кухню по обжигающе холодному кафелю коридора. Не входя на кухню, она, зажмурившись, потянулась и, заметив что-то явно невходящее в обыденный интерьер квартиры, сразу же открыла глаза. Рыжий наглец, стоя на кухне, во всю пялился на стоящую в одном полотенце Селену. Девушка резко развернулась на пятках и забежала обратно в ванную. - Ты совсем оборзел? - раздалось из ванной, - Какого чёрта ты всё ещё тут? - Ну так ты сама разрешила остаться, - невозмутимо произнёс Оливер. - А вот теперь не разрешаю, - крикнула в ответ Селена. - А если буду посуду мыть? -Нет. - Буду делать всё, что скажешь? Девушка, одевавшая в это время шорты, задумалась. Ведь затрат, как таковых, не будет, разве что на еду, да и если что, на работу согнать можно. - Я подумаю, - решила обрадовать рыжеволосого Селена и вышла из ванной, что бы приступить к делам, не требующих отлагательства. Пролистав некоторые конспекты и тетрадки, девушке стало необычайно скучно, а делать было даже по дому уже нечего, ведь трудолюбивый Оливер носился по дому и прибирал всё и вся не хуже настоящей домохозяйки, а такой прыти от рыжего Селена и близко не ожидала, ведь выглядел он как настоящий разгильдяй и неряха. - Селен, ещё что-нибудь нужно? - раздалось из соседней комнаты. - В каком смысле? - Ну в прямом: убрать, постирать, погладить, починить, зашить, выкинуть? - уже явившись в комнату Селены деловито загибал пальцы Оливер. У девушки расширились глаза, ведь такого, чтобы человек так стремился к идеальной чистоте, она ещё в жизни не встречала. - Ну, - засомневалась Селена, - Я не знаю. Оливер немного склонил голову, приподнял брови и расширив глаза, якобы вопрошая: "Точно?" - Ох, хорошо, хорошо, - сжалилась девушка, - Ты заслужил отдых. - О-о-о, моя госпожа, вы смилостивились надо мной! - воскликнул парень, отвесив поклон, чуть не уперев нос в колени. Уже поздним вечером, а вернее даже ночью, Селена лежала в своей комнате и смотрела в пустоту тёмной комнаты. Ей никак не удавалось заснуть. В окно заглядывал белый, чуть серебрянный диск ярко выделяющейся на ночном небе луны. Плотные шторы, что не были задёрнуты до конца, позволяя лунному свету толстой полосой разтечься по полу. Из соседней комнаты раздался протяжный тихий стон, затем довольно активный шорох. Шлёпание босых ног по полу прошлось от соседней комнаты до ванной. Шум включенной воды разрезал застоявшуюся тишину ночи. Селену будто подтолкнуло что-то и она, встав с кровати, направилась в сторону ванной. Идя медленно, она пыталась привыкнуть к режущему взор свету и разглядеть, что же Оливер делает в ванной. Ведь в квартире были только они вдвоём. Но, привыкнув к яркому свету и ступив на порог ванной комнаты, Селена увидела не Оливера, как ожидала, а лишь набирающуюся водой ванну и маленькую золотую рыбку, беспорядочно шевелющую плавниками и судорожно открывающую и закрывающую рот. Рыбка была самая обычная на вид, ровно такая, какие бывают в зоомагазинах. На её чешуйчатом боку, будто гоняясь друг за другом, бегали маленькие блики света. Не теряя времени, Селена быстро и аккуратно схватила уже еле брыкающуюся рыбку и опустила в воду ванной. Рыбка всё лежала на ладони, что была опущена вместе с ней самой. Селену тут же охватил страх, который затмил собой все роящиеся мысли о том, откуда же взялась эта рыбка и что вообще происходит. Ведь кто знает, что будет, если эта рыбка умрёт. Будто почуяв тревожные мысли и раздумья Селены, рыбка неожиданно зашевелила плавниками и, соскользнув с ладони, поплыла медленно и размеренно. Выдохнув с облегчением, девушка вылетела из ванной и ринулась в комнату, где спал Оливер, и обнаружила абсолютно пустую комнату и постель, что было весьма ожидаемо. Но тем не менее Селену снова начинал охватывать тихий липкий страх. Она быстрым шагом прошла на кухню. "Может здесь?" - промелькнуло в голове. Нет, кухня оказалась пуста. Вернувшись в ванную, она внимательно посмотрела на рыбку. Селение подумалось, что Оливер принёс рыбку, но как он так долго хранил её вне воды и куда делся сам - оставалось открытой темой для размышлений. Всё же решив, что не стоит пугаться, ведь в квартире только она и эта загадочная рыбка, а Оливер, скорее всего, вернётся либо этой ночью, либо под утро, да, в любом случае вернётся рано или поздно, так как все его вещи остались здесь. Опустившись на четвереньки, Селена запустила руку под блестящим боком ванную и осторожно достала толстую большую стеклянную ёмкость, больше похожую на гигантский прозрачный стеклянный шар с прорезью. Можно ли было это назвать аквариумом - девушка не знала, ведь рыбок у неё никогда не было, а эта "ваза" использовалась ею только в натюрмортах. Селена аккуратно зачерпнула воды вместе с рыбкой, что бы не отлавливать её позже руками. Ёмкость ощутимо потяжелела, да ещё и скользила в мокрых руках, поэтому медленно, пытаясь не уронить, она донесла этот аквариум до стола в своей комнате. Вернувшись в ванную, она вытащила пробку, что бы не оставлять воду до утра. Пройдя обратно в комнату, Селена села на кровать и стала смотреть на поблёскивающую золотом рыбку, что преспокойно плавно плавала в воде, будто танцевала. Девушка бросила взгляд на часы. Три часа ночи. Глаза уже слипались. Решив, что всё будет хорошо и ничего страшного не произойдёт, если она поспит, Селена легла на кровать и плотно укрылась одеялом. Смотря на рыбку, будто светящуюся в мраке комнаты слабым золотом, она не могла заснуть, не смотря на уже мутное от усталости сознание. Потихоньку рыбка превращалась в глазах Селены в золотое пятнышко, а затем и вообще на место размытому изображению реальности пришла темнота пустого холодного крепкого сна.