Вальс придумали бессердечные

– Нет, нет, нет, не так. Поставь ногу вот сюда. И держи меня крепче. Нет, не так крепко, ты меня сейчас так выжмешь. Тэён обречённо взвывает и ругаясь отстраняется, утирая со лба испарину. Это он-то выжмет кого-то своими костлявыми ручонками? Это он уже чувствует себя лимоном, который выжимали руками, превращая в лимонад. Только вот лимонад обычно холодненький потом, а он горяченький. И не совсем чуть-чуть уставший. – Нет, я уже не могу! У меня никогда не получится. Это бессмысленно, – обречённо выдыхает Тэён, стекая по стенке и глядя на парня. – Ты совсем не запыхался? Его партнёр, расставив руки по бокам, к слову, совершенно не похож на человека, который устал или вообще занимался чем-то активным, например, танцевал, чем они и занимались последние полтора часа. Или усиленно пытались. Или же Тэён пытался научиться танцевать. – Я? Тэён, мы танцуем всего полтора часа, – замечает голос свыше. – Всего лишь полтора часа?! Тебе этого мало?! – возмущается старший, эмоционально размахивая руками и выпучивая глаза. – Ты хочешь довести меня до изнеможения, Чон Джехён?! Я не для того со… – Да-да, ты не для того соглашался пожениться, я помню, – не дослушав в очередной раз повторяющуюся фразу Ли, перебивает Джехён, почти что закатывая глаза. Останавливает его, конечно же, лишь то, каких люлей он потом может оторвать от своего пока ещё парня. Тэён, снова недовольно вздыхая, мрачно откидывается головой на стенку и надувает губы. Это не то, как он представлял себе подготовку к свадьбе. Это всё не должно было быть так, и вообще, кто такой разумный придумал, что молодожёны должны танцевать вальс? Что это за традиция такая и почему они ей следуют? "Тогда почему тебе нравится традиция резать торт одним ножом?" – спрашивал всегда в ответ Джехён, и Тэён каждый раз оставался в проигрыше, понимая, что младший прав. Он не мог избежать того, что навязал ему его жених. Ведь если он любит, а он любит, то просто обязан переступить через себя и станцевать этот грёбаный вальс. И это была единственная актуальная проблема в их отношениях на данный момент, потому что раньше у них проблем не было в принципе. – Ну что, ты готов? – спрашивает, присаживаясь на корточки перед Тэёном, Джехён, нежно глядя в глаза. – У тебя почти получилось, осталось совсем чуть-чуть. Вместо ответа Ли закатывает глаза, обвив руки вокруг коленок и скрепив пальцы в замок. – Тэён-и, пожалуйста, – просит брюнет, тряся любимого за коленку, – ну давай, ещё совсем чуть-чуть. Тэён не может нормально реагировать и вообще реагировать, когда Джехён начинает делать вид, будто он кот, и глазами, этими красивыми блестящими глазами умолять его о чём-то. Потому что это нелегально и даёт Чону все шансы на выигрыш. Да, Тэён, правда, не понимает, как согласился на это вот всё. – Давай мы ещё немного потренируемся, а потом вкусно покушаем? – продолжает уговаривать младший, начиная самолично раскачиваться из стороны в стороны на корточках и заглядывая в глаза. – Ну, Тэён-и, пожа-а-алуйста, будь послушным мальчиком. Давай потанцуем? Сердце Тэ с грохотом падает, и где-то там внизу, на дне, валяются его осколки, а следом они собираются вновь в единое целое под названием "сердце". Он смотрит на Джехёна, отчаянно пытаясь сохранять унылый вид и обидевшуюся ауру, хотя разум упорно твердит: "Парень, ты дурак, или да? Хватит строить из себя невесть кого!". Тэён хмурит брови, а голова падает на колени и прямо на руку Джехёна, придавливая ту и заставляя остановиться. Тэён чувствует своей левой щекой все косточки кисти Джехёна и устало трётся о конечность, ощущая, как глаза собираются попрощаться со светом. Он правда устал. И совсем не хочет снова танцевать – он хочет есть, в ванную, спать и Джехёна под боком. Он слышит, как ворочается младший, пытаясь сделать что-то, и чувствует, как к его выкрашенной недавно в чёрный для официальности макушке прислоняются чужие сухие губы. Спрятавшись в коленках, на его лице расплывается ленивая блаженная улыбка. Джехён, наверное, осознав, что его парень как бы устал, зарывшись в тёмные волосы, перебирает свободной рукой пряди и спрашивает: – Ты хочешь отдохнуть, Тэён-и? "Наконец-то он додумался, спасибо," – проносится в голове Тэёна и он молниеносно отрывает голову от ног и смотрит в глаза улыбавшегося из-за красного следа на щеке от чужой руки Джехёна. Ли смотрит прищурившись, пытаясь догнать, в чём подвох, но в глазах младшего не видит ничего, что могло бы его обмануть. Он устало моргает и кивает головой. – Хорошо, – рука Джехёна пристраивается на той самой левой отлежавшей щеке Тэёна, где красовался отпечаток от ладони, – хочешь, чтобы я что-то сделал? Брюнет снова кивает и, почти не раскрывая рта, бубнит: – В идеале я хочу, чтобы ты забыл об этом вальсе. Но мне хватит и того, что ты отнесёшь меня в душ. – А ты не заснёшь в душе? – усмехаясь, интересуется Джехён. Вдруг глаза Тэёна раскрываются и мгновение смотрят на парня, как на человека, совершившего прорыв в эволюции. – А ты прав. Тогда я хочу в ванную, там спать удобней, – замечает Тэ и снова хочет рухнуть головой на коленки, но не успевает, как его подхватывают сильные жилистые руки, отчего он коротко взвизгивает и обвивает руки вокруг шеи Джехёна. – Ну что ты делаешь?! Я сам могу дойти. – Ты же устал и хотел, чтобы я тебя донёс, – смеясь, напоминает Джехён, – или ещё потанцуем? Тэён крепче цепляется за шею и, усмехнувшись, выдыхает в кожу "Нет, нет, нет, ни в коем случае", когда они приземляются на диван, а он на колени младшего. – Чем мы займёмся? – интересуется Тэён, отрывая макушку от шеи и заглядывая в глаза Джехёна, который пристально разглядывал всё это время его. Тэ, если честно, долго привыкал к этому занятию своего жениха, которое, как казалось, доставляло ему удовольствие. Джехён прикусывает губу и наигранно хмурит брови, делая вид, будто всерьёз задумался над этим вопросом, на что Тэён усмехается и замечает, что от желания спать не осталось и следа. – Быть может, – после раздумий отвечает Чон, – мы потанцуем? – Ну нет, это уже не смешно. Ты знаешь, как меня раздражает тот факт, что мне придётся делать это, – обиженно замечает брюнет, ударяя по плечу парня. – Вот ты вместо того, чтобы танцевать учить меня, трубу в ванной починил бы. – Ох, и зачем ты возвращаешь меня в серые будни скучной жизни, – наигранно вздыхает Джехён, устраивая руку на талии Тэёна. – А кто знает, может, ты стал бы прекрасным сантехником, – говорит Тэ, лукаво улыбаясь. – Сантехники люди нынче востребованные. Авось на дворец накопим. Джехён улыбается, глядя на жениха и поглаживая второй рукой его коленку. – Ты хочешь дворец? – спрашивает он. – Тебе не достаточно того, что в нашей квартире четыре комнаты, две из которых на практике бесполезны? – Они не бесполезны! – Да? Ты каждый день спишь в спальне для гостей или кладовой? Так вот куда ты уходишь от меня по ночам? – продолжая игру, интересуется Дже. – Да что ты несёшь? Никуда я не ухожу! А кладовая – самая необходимая комната в нашем доме, чтоб ты знал, любимый. Внезапно Джехён откидывается на спинку бежевого кожаного дивана, прижимая руку к сердцу, сжимая в пальцах чёрную футболку. Его глаза нарочито жмурятся, а ямочки на щеках делаются ещё глубже. В одну из них и тыкает Тэён своим аккуратненьким пальцем. – Что это ты? Инфаркт прихватил? Неужели я выхожу замуж за старика? – вливаясь, спрашивает Тэён, еле сдерживая смех. – Нет, – с закрытыми глазами откликается Джехён, – просто когда ты называешь меня так, моё сердце совершает кульбит. Ты слишком милый для этой жизни. Глядя на Джехёна после произнесённых слов, Тэён мечтательно вздыхает и тушуется. Он быстро прикладывает ладонь к щеке и чувствует, как она горит. – Эй, это незаконно! – Абсолютно согласен, – лёжа кивает Джехён, – это незаконно. Как и то, что ты не хочешь танцевать вальс. У тебя же прекрасно получается… – Дже, я наступил тебе девять раз на ногу, и тебе нормально? – по-детски возмущаясь, расставляет руки по бокам Тэён, сбрасывая ладонь младшего с талии. – Давай мы сейчас забудем об этом проклятом вальсе и поговорим о чём-нибудь более приятном? Джехён не сдвигается ни на миллиметр, но скинутую руку вновь пристраивает на спине парня. – Например? – отстранённо спрашивает он. – Например, о том, в чём будет мой красивый жених? – улыбаясь, предлагает Ли и немного испуганно отшатывается, когда Джехён резко отрывает свою голову от спинки дивана. – Разве это не плохая примета? – щурит глаза он, на что улыбка Тэёна становится ещё шире и хитрее: – Неа. Это слухи. Тебе наврали. – Да? А мне кажется, что ты не должен знать, как я выгляжу, пока мы не встретимся у алтаря, – замечает Джехён, якобы рассматривая дырку на коленке старшего и ковыряя ту. – Зараза, – бросает Тэён и отдёргивает коленку. – Что, прости? – поднимает глаза Джехён. – Что ты сказал? – Я сказал, что ты разбиваешь мне сердце своей интригой. Джехён на это улыбается и тянется рукой поправить тёмные волосы. Сидящий на коленях Тэён со смиренным вздохом в который раз уверяется в том, что у младшего одержимость его волосами, потому что за двадцать четыре часа его рука там бывает чаще, чем рука хозяина. Тэён встряхивает головой, сбрасывая руку. – Я уверен, что тебе всё равно понравится. Если Донён с Тэилем взялись за музыкальное сопровождение, а Донхёк с Чону за развлекательную программу, то разве что-то может испортить день? – вздыхая, спрашивает Джехён. – Ага, только если Донхёк отберёт микрофон у Донёна, – бурчит в ответ Тэён и чувствует, как его поглаживают по спине, успокаивая, – только никаких галстуков-бабочек, хорошо? Джехён верно кивает и улыбается, выставляя на показ ямочки, разогревая в Тэёне желание снова тыкнуть в них. Он знает, что это так работает, и умело этим пользуется. – Никаких бабочек на моей шее, хорошо. Теперь давай потанцуем? Ты, кажется, уже отдохнул, – подмигивает младший. – Йа! – хлопает его по плечу Тэ. – Я не хочу. Этот вальс придумали бессердечные… И замолкает, когда Джехён тянется к его щеке и тихонько чмокает. – Тогда, – шепчет он на ухо, – давай мы просто станцуем его с сердцем.