Прощай...

Убийцу Олежи поймали. Об этом Диме сообщили по телефону, последний пункт в конспекте был вычеркнут. В это время они были в общаге. Дима резко ворвался в комнату, громко крича. – Заучка универа, пункты закончились! Он повернулся к нему, но дух начинал понемногу расплываться, сливаясь с комнатой. – Дима, спасибо… Шашлык смотрел в его глаза, как в самое чистое лазурное небо. Он был не готов прощаться со своим другом, с которым так сильно сблизился за последнее время. В голове Дмитрия пронеслось лишь одно: то, как Олежа выполнил два пункта «Бутылочка» и «Поцелуй со студентом (студенткой)». Он был с Антоном. – Чёрт, зануда… Я не хочу сейчас… Он поцеловал призрака, обнимая сквозь выступающие скупые слёзы. – Мудак, я же теперь свободен… – Знаю… Прошу, давай встретимся, когда ты переродишься, идиот... – Постараюсь... Он растворился в голубую сверкающую пыль, которая устремилась в открытое окно, разносясь по прохладному воздуху вечернего города. Побрацкий плакал и, подрагивая, обнял конспект так сильно, насколько это было возможно. И в тот момент пришла Оля. – Дим, что с тобой? – обеспокоенно спросила она его и быстро подошла к нему. – Ничего… Я плачу от счастья, мне… Он долго думал, как бы солгать, потому что она не поверила бы ему на счёт Олежи. – Нашей группе подписали контракт на проведение концерта. – Я безумно рада за тебя, но не нужно плакать! Она обняла его и поцеловала в щёку. А Дима посмотрел на неё, затем в окно, на огромные московские здания. Его взгляд упал вниз и там он увидел Антона, улыбаясь, он смотрел в небо... Собственно, на счёт концерта было правдой. Олежа сделал последний прощальный подарок. Всё это время Дима помнил Олежу, писал в его конспекте пожелания всего самого наилучшего, хотя он вряд ли это прочитает, но надежда умирает последней, верно?