Между прошлым и настоящим I

Утром Ева подловила момент, когда Ривай ушёл на тренировку, и как можно быстрее покончила со своими делами, лишь бы вернуться до его возвращения. Стоило забежать в комнату, как через две минуты она услышала шаги в коридоре. Сначала кто-то подошёл к двери, простоял меньше минуты и ушёл в соседнюю. «Умничка», — подумала Ева, стоя у зеркала и заплетая колоски. Переодевшись, она быстро покинула комнату и убежала на кухню, пока никто не пришёл на завтрак. — Ничего себе, ты опять ко мне? — Мила, словно самая ранняя пташка этого места, уже подготавливала кухню к готовке, когда Ева, настроенная на усердную работу на кухне, зашла к ней. — Ага, не хочу сидеть без дела. Ханджи только после обеда приедет. Решила тебе помочь, — ответила она, надевая фартук. — Прекрасно! Как в старые добрые! — Улыбаясь, Мила крепко обняла подругу со спины, а Ева погладила её руки на своём животе в ответ. Не на радость Евы, девушки закончили с готовкой быстро благодаря заготовкам с вечера. — Мила, можно в этот раз я буду накладывать, а ты разнесёшь? Не хочу снова разбить посуду, — соврала помощница, не желая выходить в столовую. — Конечно. Предпочитая компанию подруги за завтраком, Ева так и не вышла в столовую, а после взялась за мытьё посуды, которую Мила занесла после окончания завтрака всего штаба. — Сходи в библиотеку, принеси книгу, которую захочешь, как вчера договаривались. Всё остальное я возьму на себя. Ты уже достаточно потрудилась, — видя, как девушка занесла таз с водой после мытья столов, обратилась Ева, намывая посуду. Мила, предвкушая приятное времяпровождение в перерыве, радостно кивнула и направилась к арке. Но стоило ей скрыться за поворотом, как до Евы донёсся короткий диалог с таким знакомым до мурашек голосом: — Здравствуй, Мила, Ева здесь? — Капитан Ривай… Эм, да. «Чёрт-чёрт-чёрт! Давай медленнее мыть посуду, Ева». Мила ушла, а на кухню вошёл Ривай. — Ева, — обратился мужчина, оставшись в проходе. — Да, Ривай. — Попытка стереть тревожность с лица удалась, после чего на нём отразилась полнейшая безмятежность. Посуда в руках была куда интереснее, чем незваный гость на кухне, к которому не хотелось оборачиваться. — Тебе добавки? — Я поговорить хотел. — Знакомая, точнее, уже как родная, язвительность в манере поведения не менее близкого душе человека была проигнорирована Риваем. Лишь вздох на грани с не сдержавшимся, еле дошедшим до уха среди всплесков воды, смешком. Взгляд, прикованный к профилю девушки, был отведён в сторону, не выказывая заинтересованности. — Здесь? — Да хоть здесь. — Я занята. Давай позже. Мужчина больше ни слова не сказал и со спокойствием в лице покинул кухню, бесстрастно соглашаясь с отказом. «Только нормальное настроение было. Бля…» В смятении Ева замерла, не зная, как повести себя дальше. Но точно знала, что времени прошло крайне мало. А за Ривая, скорее, говорила такая же тоска, которая, несомненно, была и в её сердце. — Ты одна? — спросила Мила, войдя на кухню спустя некоторое время, и огляделась. — Да! Кхм… — прокашлялась Ева, резко обернувшись, моментально скрывая испуг от неожиданного возвращения подруги. — Принесла? — Угумс… Неторопливо скользя глазами по строкам, девушка совсем не осознавала, что читала, пока в мыслях были лишь слова Ривая. Мила очень внимательно слушала её, иногда даже задавала вопросы, чтобы обсудить мысль, поданную в книге. Однако Ева ничем ответить не смогла, ведь потеряла нить повествования. Одна за другой с уст срывались строчки, но в мыслях было совсем не то. Но, не желая больше думать о мужчине, Ева всё же вернулась к книге в руках и смогла продолжить диалог с подружкой, перед которой уже чувствовала стыд за отсутствие поддержки размышлений о сюжете. — Тебе в преподаватели надо было идти. Ты хорошо читаешь, даже некоторые моменты объясняешь интересно! С согласительным кивком Ева улыбнулась и отвела взгляд, вспоминая, как годы отдала танцам и гимнастике. Как ездила на соревнования и выигрывала их. И как много отдала моральных сил и физического здоровья, не получив ничего стоящего взамен. Ожидания так и не оправдались. Лишь тяжкий труд остался позади, который погубил в Еве стремление к большему, породив полную неуверенность в себе и в судьбе. Осуждение самой себя накрыло с головой и тянулось около года, если не больше. Повторяла себе, что больше ничего в этой жизни не умеет и даже преодолеть такое препятствие не смогла, не выдержала. Предполагала, что такая профессия закалит характер, но нет. «Гори оно всё синим пламенем, да, Грант? На это ты твёрдо слал всё, что не в наших силах, не в нашу пользу? Старался наделить меня этой житейской мудростью, а я упрямилась…» Павшая духом девушка, не знавшая, кому передать свой опыт, вцепилась твёрдой хваткой в возможность преподавать детям, в каждом видя потенциал. Наставить, поддержать… зажечь пламя в других, когда в ней самой это пламя погасло. И как же была безмерно счастлива видеть результат своей работы, когда её ученицы и коллектив добивались успехов на соревнованиях. И сами результаты были лишь частью того, что так любила Ева. Атмосфера дружного коллектива, беседы с ученицами, общий боевой настрой — вот, что обожала девушка в своей профессии. Она стала поддержкой для девочек, но и сама ощущала, как её поддерживали ученицы. Любили, несмотря на строгость и требовательность. После вспышек прошлого в голове, Ева глазами забегала по помещению, задумавшись, а что, если она и правда умерла. Если её там… в той жизни больше нет. Её похоронили, и как эта новость ударила по ученицам. И как отнеслась мама… Даже несмотря на их до треска натянутые отношения, как она отнеслась к новости, что дочери больше нет? Пожалела ли она о своих поступках? Захотела бы от отчаяния вернуться в прошлое и сделать всё совсем по-другому? Вернуть, если они вообще были, хорошие отношения. Но Ева точно знала, что этих «хороших» отношений не желала. Потому именно мать ей было проще всего оставить по ту сторону. В той жизни. Принять появление здесь за дар, что полностью позволил ей разорвать эти возможности манипулировать ею со стороны матери. Время близилось к десяти, и надо было уже начинать готовить обед. Когда девушки почти закончили, на кухню зашла Ханджи. — Ты приехала! Привет! — радостно поприветствовала Ева, отложив нож, и обняла вошедшую. — Ага, я искала тебя, но встретила Ривая. Он сказал, что последний раз видел тебя здесь. — Приобняв Еву в ответ, Ханджи кивнула Миле, которая от неожиданности и неловкости не знала, куда себя деть. — Ну… да. — Ты мне нужна, — намекнула Ханджи. Ева обернулась на Милу. — Иди конечно, — будто прочитав мысли подруги, ответила она. — Если что, заходи. Ева улыбнулась ей, сняла фартук и ушла с Ханджи в кабинет. — Вот, держи, отредактируй. Я поручила это другим, но они только всё испортили, — объяснила Ханджи, протягивая папку. — Никто лучше тебя не разбирается в записях… Кроме Моблита… Тяжело вздохнув, видя расстройство от собственных слов на лице Ханджи, Ева накрыла ладонью плечо подруги, поддержала молча, не говоря лишнего, и отошла к своему столу. «Исправлять ошибки тяжелее в этом случае, чем самой всё писать». — Лучше бы вообще ты им не давала этим заниматься, — спустя время, падая на спинку стула, обратилась Ева. — Знаю, сама пожалела. Больше не буду, — ответила Ханджи, копаясь в любимом хламе. В привычном ритме Ева заканчивала с одним поручением, как Ханджи сразу находила ей ещё занятие, не давая продыху. — Кстати, есть дельце для тебя важное, — отметила майор, сев напротив. — Какое? — Ева подняла взгляд на неё. — Я уже предупредила других лидеров отрядов, что тебе надо собрать собственный отряд. Я не смогу часто ездить с тобой, а люди понадобятся. Я вижу твой карьерный рост, понимаю, что нам предстоит, и без собственного отряда ты не сможешь. Сейчас закончишь и иди на тренировку. Приглядывайся к солдатам, записывай по именам, кто приглянется, потом обсудим список. — Мда уж… Но ты права, ка-ак всегда, — улыбнулась Ева и продолжила писать. Закончив с бумагами через час, она встала с места и размяла затёкшую спину. — Я в комнату. — Тренировка, — не поднимая взгляда, напомнила Ханджи. — Помню. Я переодеться в спортивное. Сама потренируюсь и смогу многих в деле изучить. Ещё и Майкл должен приехать, привезти оружие и мишени для тренировки. — Умничка. — Поднимая гордый и одобрительный взгляд, Ханджи отставила коробку и кивнула Еве вслед. Торопясь на тренировку, Ева встретила Нанабу. — Ты на тренировку? — спросила Нанаба, поворачиваясь на догнавшую её девушку. — Ага. — Тогда вместе пробежимся и разомнёмся? — С радостью. Тренировка была уже в самом разгаре, когда Ева и Нанаба поприветствовали Мика, Эрвина и рядом стоящего Ривая. Будто зная наперёд, что Ривай не глянет на неё, Ева с гордым и спокойным видом, словно поддерживая эту игру в безразличие даже до её начала, прошла мимо. Затянула высокий хвост туже и с Нанабой начала разминочную пробежку. Два отряда уже тренировались в бою по парам под руководством лидеров, а Эрвин покинул тренировочную площадку. — Ева, вставай в пару с Риваем, как обычно, — прокричал девушке Мик, стоявший в паре с кадетом, когда та только хотела встать в пару с другим солдатом. Ривай обернулся, холодно посмотрел на неё и встал напротив. Ничего лишнего, ни единого тёплого взгляда, что не осталось незамеченным обоими, но они не подали виду. Только боевая стойка. Первым напал Ривай. И как бы Ева ни старалась, она, вполне ожидаемо, долго не продержалась. Мужчина не поддавался, что и не было в новинку, ведь он никогда не выделял её в тренировках среди остальных. Повалил через минуту, но самым обидным для Евы был поступок, когда он надавил на спину коленом, даже не рассчитывая силу, что делал до этого всегда, лишь бы не навредить девушке. Забота всё же ощущалась в этой паре, несмотря на рабочую обстановку и безжалостные тренировки. Но сейчас была жестокая схватка с унизительным для Евы проигрышем. С всхлипом от боли в лопатках, не имея возможности выбраться, Ева всё же поддалась после нескольких попыток встать и два раза озлобленно ударила Ривая по икре. После он ещё на долю секунды придавил и отпустил, встав на обе ноги. — Ты слаба, нет улучшений. — Не подавая руки, Ривай наблюдал за тем, как Ева самостоятельно встала. — Больше тренируйся. — Мы не закончили. Ещё! — крикнула Ева, стоило Риваю отойти, а ей отдышаться и полностью выпрямиться. — С тебя хватит. В ответ она встала в боевую стойку. Ривай с вопросом посмотрел на неё, снял потрёпанную и запачканную кофту, оставаясь в футболке, вздохнул и вернулся к ней. В бешенстве от такого грубого отношения Ева сама теперь не поддавалась. До этого она не вкладывала столько сил, надеясь, что Ривай поступит мудрее. Но в попытке преподать урок, что не стоит свои эмоции показывать с ней в бою, девушка сама не заметила, как злость затмила её внимательность и анализ боя. Снова была повержена, хоть и продержалась дольше. — Я повторяться не стану, — стряхнув пыль со штанов и склонившись к уху согнувшейся от боли девушки, тихо произнёс Ривай. Ева подняла на него глаза, столкнувшись с холодным взглядом. Но Ривай встал с корточек и отошёл в сторону. — Я тебе не соперник. — Вот именно, Ривай. Ты мне не соперник. Замерев лишь на секунду, мужчина обратил внимание на закончившую бой пару. — Нанаба, вставай в пару с Евой. И в этот раз Ева первые две схватки проиграла. Однако, воспользовалась выбившейся из сил Нанабой, которая всё равно стойко и бескомпромиссно держалась до последнего, к концу девушке удалось сравнять счёт. — У тебя хорошо получается, — отметила Нанаба, подав Еве бутылку воды, когда та сделала перерыв, присев на скамейку, и наблюдала за боем соседней пары кадетов. — Не все так считают, — ответила она, кивнув на Ривая, который был в паре с другим солдатом. — Нашла с кем сравниваться. Мик и то ему уступает, — ответила она и пригласила дальше тренироваться. — Я больше не буду, мне надо посмотреть на солдат, — махнула рукой Ева. Спустя время, когда Ева погрузилась в анализ техник и поведения некоторых солдат, на площадку пришёл Майкл. — Мне нужна пара солдат, чтобы помогли вытащить мишени и ящики с оружием из повозки! — крикнул он лидерам отрядов, после чего Нанаба сразу отдала нескольких своих солдат. Когда всё принесли и мишени были расставлены, Майкл подошёл к Еве и со своей лучезарной улыбкой обнял. — Привет… — Парень в крепких объятиях оторвал Еву от земли, а после, с удивлением в лице, слегка подкинул, не выпуская из кольца рук. — А ты похудела, теперь не бегемотиха! Друзья рассмеялись, и Ева стукнула парня по плечу, он поставил её и отошёл к остальным. Собрал всех солдат и начал объяснять теорию. Ева не слушала, летая в своих мыслях. Стояла в стороне, утыкаясь взглядом в землю, до того как Майкл перешёл к практике. Позвал именно её на демонстрацию, ведь оба знали, как и Ривай, стоящий рядом, что она этому уже обучена. Ева кивнула и подошла к нему, взяв оружие. Проверила магазин, предохранитель и подняла пистолет. Два выстрела. Мимо. — Ева, ты вообще слушала меня? — Вздыхая и подходя к подруге, Майкл коснулся её плеча. — Не-а. — Поворачиваясь на него, Ева на секунду рассмеялась, наблюдая, как он закатил глаза, подошёл вплотную, накрывая талию ладонью, другой рукой приподнял, чуть ли не прижатый, слишком опущенный локоть. — Стойка слишком неуверенная. Скованность, вследствие большая погрешность в стрельбе. Сами заметите, как вам неудобно и какие ощущения после выстрела. Дело практики, — обратился к другим Майкл, после склонился к уху подруги и шепнул: — Сколько раз я тебе напоминал про локоть? — Много. Все пули попали в цель после того как Ева вновь прицелилась, стоя в правильной позиции. — Ну вот! Она смогла, значит и у остальных получится. — Молодец, давай и ты намекай, что я такая безмозглая и не поддающаяся обучению. — Демонстративно отдав пистолет, Ева отошла в сторону под недоумевающий взгляд друга и села на скамейку. — Теперь Ривай, Мик и Нанаба. После них все остальные, по три человека. — Майкл быстро раздал всем оружие, поставил в стойки и отошёл к Еве, садясь рядом. — Как ты? — Лучше всех. — Если бы у эмоций были звуки, то по всей площадке прошёлся звонкий шлепок от того, как Ева умело ударила себе по лицу маской с беззаботной улыбкой, скрывая медленно нарастающую внутри от подавления эмоций печаль. — Что-то незаметно по тебе. Какая-то поникшая. «Тьфу, миссия провалена. С тобой такое не прокатит, Майкл Джонсон. Совсем что-ли позабыла, кто ты такой, солнышко». — Просто устала после тренировок, а «успехи» меня демотивировали. — Бывает, не всем даётся всё и сразу, очень много раз придётся упасть, прежде чем увидеть успех. Ты это знаешь, не мне тебе напоминать. — Это всегда делала я, да? — Потрепав друга за плечо, напоминая, как сама поддерживала парня в периоды отчаяния, Ева склонилась к нему и коснулась губами плеча. — Да, ты мне это всегда твердила, напоминала-а, так что соответствуй, дорогая, — обернулся Майкл через плечо на подругу и с издёвкой скривился. — Ага… Ты сам как? — Нормально. Есть новость. Мне дом дают в Митре. — За какие заслуги? — Они же проебались, и этим самым всегда будут держать меня рядом, под крылом. Я всё ближе к переводу, и встал вопрос о моём месте жилья. Не в Разведкорпусе же мне жить. — По какой причине они всё-таки дали всё это? — спросила Ева, указывая на тренировку. — Они заинтересованы в обучении кадетов. Я здесь как доверенное лицо. Пользуются своим статусом, подорванной репутацией этого места и думают многие перейдут к ним, увидев такой жест. Тут много стоящих солдат, и они это давно приметили. — Крысы. — Я тоже? — Ты самая жирная и главная кры-ыска, — схватив друга за щёку, прошипела Ева и, едва потянув его на себя, отпустила. — Расскажешь, что случилось? — парень заметил, с каким хмурым лицом Ева мимолётно глянула на Ривая, что отдал оружие другим. — О чём ты? — За слепого не принимай. — Иногда ты реально слепой. — Не слезай с темы. — Не в этот раз. — Тогда завтра. Полиции нужны отчёты по исследованиям Ханджи. Я заеду за тобой, съездим в участок, а потом ко мне, покажу тебе дом. Посидим-попиздим, как раньше. — Ладно, посоветуюсь с Ханджи. Когда Майкл встал с места, замечая, как многие не справляются, он поправил свою форму, чмокнул Еву в щёку и вернулся к тренирующимся. А она взялась за список, снова изучая всех солдат. Тренировка двух отрядов подходила к концу, когда на площадку вышли другие отряды, среди которых была Мария. Она подошла к Еве, но не успела толком поболтать, поскольку отряду было велено начать разминку. Майкл остался с привезённым инвентарём, а Ева с умилением наблюдала искры между парой. Когда предыдущие два отряда закончили тренировку и направились к главному зданию, Ривай догнал Еву. — Я после отбоя зайду к тебе, не закрывайся, — тихо произнёс он, склоняясь к уху, и отошёл к другим лидерам. С наступающей темнотой на улице Ева зажгла несколько свечей в комнате и только взялась за книгу, как раздался стук в дверь, и к ней, не дождавшись разрешения, вошёл Ривай. — Добрый вечер, мстительный, — отложив сразу книгу, обратилась Ева. — С чего это? — спокойно шагая вглубь комнаты, спросил мужчина. — Не стоило мстить мне за отказ в столовой в бою. Неподобающие поведения для капитана. — Для капитана, — повторил Ривай, словно насмехаясь над словами Евы и тем, как она использовала его звание в теме их отношений. — Что? Ты же капитан, не так ли? И всё равно ты никогда не был таким жестоким ко мне. — Я не стану на тренировках поддаваться тебе, так ты ничему не научишься. — Я не об этом… — Усталый тон, будто с долей безразличности. Взгляд медленно скользнул от мужчины к окну. — Ох, как же, наверное, сложно придерживаться своей позиции о разделении отношений и работы, когда это так тесно связано. Слепо веря своим принципам… Хм… А ты, капитан, всё же не придерживаешься собственных слов… — Возвращая взгляд на Ривая, что глядел на неё, пока она вслух неторопливо рассуждала, девушка сменилась в лице, показывая свою неприязнь к случившемуся. Не совладала с эмоциями, что не входило в её планы. Хотела утопить в себе то, с чем ходила остаток дня. Не вышло. — Ты даже руки мне не подал, Ривай. Не поддаваясь в бою, ты всё равно всегда… — Всё, — перебил Ривай, не давая Еве поучать его и стыдить за поведение. — Ты выдумываешь и приукрашиваешь. Я не об этом хотел поговорить, злопамятная. — Если это то, о чём я думаю, то, надеюсь, ты достаточно подумал и не спешишь. Я для этого оставила тебя одного, дала время. Рассчитываю, что ты правильно понял моё поведение. — Я тебя понял и решил. — Он задрал голову, выдохнул и на стол положил портрет, который остался в его столе с того самого дня. Их символ, который грел душу девушки. — Я не хочу это продолжать. Нам лучше расстаться, — бросил он и ушёл к двери. — Прости… Дверь за мужчиной закрылась, оставляя ошарашенную таким решением девушку в одиночестве.