Между прошлым и настоящим I

***

Очередное собрание в кабинете Эрвина — первое утреннее дело всех лидеров, и Ривай не исключение. — Как идет отбор солдат, Ривай? — Поднял следующую тему для обсуждения Эрвин. — Нормально, пара мест осталась. — Где Ева, Ханджи? Мне нужно узнать об её успехах. — Она сегодня вернётся из города. Отчитывается перед полицией по поводу нашего исследования, — отозвалась женщина. — Почему именно она уехала с отчётом, а не ты? — спросил Ривай, нахмурившись. — Она ко мне с этой новостью и пришла. Переданное поручение от Майкла, с ним она и поехала. — Справится? — поинтересовался Эрвин. — Конечно! Для чего она вообще тогда у меня учится? — Только договорила Ханджи, как с последним её словом послышался стук в дверь, на который обернулись все присутствующие. — Извините за опоздание… — Майкл следом за стуком приоткрыл дверь, входя в кабинет и оглядывая его в поисках подруги. — А Ева где? Опаздывает? — Чего? — Смутилась Ханджи. — Она же у тебя должна была остаться. — Она должна была ещё вчера приехать, — ответил Майкл, подойдя к столу. — Ханджи? — обратился Мик. — Что? Она отпросилась у меня, сказав, что останется после отчёта у него. Майкл, проясни! — Я её отправил обратно до заката. Должна была добраться до вас без проблем. — Могла заблудиться? — спросил Уильям. — Нет, не глупая, и даже если бы потерялась — обратилась бы за помощью на постах Горнизона по пути. Но исключено! Она не раз с вашим исследовательским отрядом в Стохес выезжала. Знает дорогу. — Есть повод беспокоиться? — Стоило Майклу перевести взгляд на Ривая, как он сразу же задал парню вопрос. Майкл сконцентрировался на вопросе капитана и на том, что он имел в виду, а после выдал: — Да… есть. В молчании присутствующих лидеров Майкл и Ривай оглядели всех, после кивнули друг другу, и парень оторвал ладони от стола, отходя к двери торопливым шагом. — Я поеду на ближайшие посты и дальше. Она должна была по пути там отметиться. Если до Стохеса доберусь — спрошу там, на посту, и вернусь с новостями. — Хорошо, Майкл… — Парень покинул кабинет, а Эрвин перевёл взгляд на середину стола. — Пока что известие дальше этого кабинета выйти не должно. Возможно, задержалась. Панику не разводим и занимаемся своей работой, — приказал он, поднимая взгляд на нахмурившегося Ривая. Ожидал реакцию, но тот ответил спокойствием и едва заметным кивком. День в Разведкорпусе протекал как обычно. Обед наступил по расписанию, и лидеры снова собрались за столом в столовой. — Никто Еву не видел? — до сих пор обеспокоенная отсутствием своей помощницы, обратилась Ханджи и села за стол. Все отрицательно покачали головой. — Ривай, почему ты так спокоен? — Она вернётся. — Всё, что ответил мужчина, даже не подняв глаз на девушку. Небо переливалось розово-фиолетовыми оттенками, знаменуя наступление вечера. Ева вернулась на территорию, но вопросов не стало меньше. Потому Ривай, по просьбе до этого подошедшего на вечернюю тренировку Майкла, уже направлялся в беседку, встряхивая влажную кофту в руках. — О чём хотел поговорить? — процедил Ривай, заходя в беседку. — О вас и о Еве. — Майкл в немного напряжённой позе, скрестив руки на груди и дёргая ногой, сидел на лавке и глазами до этого проследил, как к нему направлялся капитан. — Не твоё дело, — закатил глаза Ривай и только успел развернуться, как Майкл вскочил с места. — Стоять, карлик, ты меня не понял! Это не только о ваших отношениях, поважнее. Я бы не оторвал тебя от тренировки просто попиздеть о твоём похуизме в сторону её чувств. Ривай вздохнул и развернулся обратно. — Говори. — Что у вас случилось? — Мы не об этом хотим поговорить. — Но с этого начнём! Уже столько времени в наших коротких встречах информацию излагаю я. Всё, что узнаю. А ты всегда умалчиваешь, только слушаешь и выговариваешь свои умозаключения. Так что, будь добр, выкладывай. Мне нужно понимать мотивы поведения Евы. От дикого нежелания говорить о личном, что Ривай держал «за закрытыми дверьми», он выругался и прошагал до скамьи напротив. И всё же сел. Слишком много обстоятельств в голове, которые подталкивали его хотя бы кратко прояснить ситуацию. И облегчала положение мысль, что перед ним именно Майкл. Ему доверить можно, хоть и крайне сложно для Ривая. И парень не ошибся, ему надо быть проинформированным. Ривай же принял все свои последующие объяснения очень просто — услуга за услугу. — Это не моя прихоть, а следование обстоятельствам. Будет война с Марли — я не исключаю факта, что могу не вернуться. Привязанность и такая новость её погубят. — Да никакой войны не будет. И, тем более, ты Ривай Аккерман. Отбрось эти пессимистичные мысли. — Сам разберусь. — Это же не всё, так? — Облокотившись о колени, Майкл выдержал паузу. Высказанная Риваем причина для него не повод к их расставанию, чего он не скрыл в своём вопросе и выражении лица. — «Что-то ты не договариваешь…» — И? — Я имею право знать, — самоуверенно выдал парень, язвительно ухмыляясь. — Эти отношения в тупике. Не вижу в них цели, к которой мы можем стремиться. — Натрахался, и теперь не знаешь куда дальше? — Ривай озлобленно скривился в лице. — Не бей, я лишь выдал факт. И могу даже выразить своё уважение. — С чего это? — Да ты не навешал ей тонну лапши на уши, говоря что-то наподобие: «Нам нужно взять паузу», «Это ради твоего блага!» и тому подобное… Бла-бла-бла! Я хуеву тучу такого навидался и сам таким грешил. Легче сказать, как есть, а не ебать мозги и не тянуть бедного кота за яйца. Но у меня вопрос. Ты ей причину хоть сказал? — сделал Майкл вид, что он в курсе их расставания, но никакого разговора по душам с Евой не было. — Нет. Тишину после такого краткого ответа развеяли аплодисменты Майкла с кислой миной вместо лица. — Браво! И, думаешь, это всё, что она заслужила? Никакого нормального пояснения. По-любому накрутила себе, пытаясь понять тебя, что-то вообще не похожее на твои мотивы. — Какое это имеет отношение к её безопасности? Мы не об этом должны были говорить. — Да тут прямое отношение! Она не вернулась вчера именно по этой причине, дураку понятно! Обоим же легче станет, если ты объяснишься. Она тебя не понимает, сама гадает. У тебя же остались к ней чувства, так? — Ривай ничего не ответил, а Майкл закатил глаза. — Молчание — знак согласия! Приму это за такой ответ. Наверняка она себе надумала, что больше тебе не нужна, ты её обманул, водил за нос. Объясни ей, ну. — Совета не спрашивал. И если так поступлю — примет это за призыв к отношениям. Я не буду ей выговариваться. Если моё мнение изменится — верну её. — Нихуя себе! Наглость — счастье хоббита? — Чего? — Ничего. Эгоист ты… Я в ахуе. Вернёт он. А она сиди, жди тебя? Никакого уважения к ней нет. — Я её уважаю, и я не бесчувственный. Мне было больнее её любя бросить, чем ей оказаться брошенной. — Оу, — смутился Майкл, наконец-то получив хоть какие-то признания. Но сохранил лицо, лишь бы сдержать эту едва появившуюся атмосферу откровенности. — Хотя бы не груби ей, не отталкивай, как любишь делать. Захочет высказаться — выслушай и не руби с плеча. Не доказывай ей, что она не права, раз уж не дал ей почву для других, верных мыслей. Но, молю, выговорись и ты ей. Это решение всей проблемы, а ты всё равно свою бочку катишь. — Достаточно. Вернёмся к нашей теме — к её безопасности. — Да, ладно. Она не вернулась вчера и пробыла где-то в городе. Если так, то её могли заметить. Я так предполагаю, но благо она вернулась, мог быть совершенно другой исход. — Почему она не осталась у тебя? Она говорила Ханджи ещё до отъезда, что ночевать будет у тебя. — Я не знал! Значит, она планировала это заранее, бля… — Не знаешь, где она именно была? — Нет, не успел узнать. — Ладно, потом узнаю. Продолжай. — Мой дом — проходной двор для полицейских! О нашей дружбе известно, но человек из Разведкорпуса в моём доме бы поставил под удар мою еле сложившуюся репутацию. Подозрения ни к чему — сразу всё рухнет, весь наш план. И доверие Кенни потеряю. — Даже ему не проговорись. Жизни лишишься. — Да знаю я. Кстати, у меня есть пара вопросов к его личности, а обговорить мне не с кем. Посекретничаешь со мной? — ухмыльнулся Майкл, откидываясь на спинку. — Нет. — Ну пожа-а-луйста! Это важно для меня. Я с тобой секретничаю, на блюдце приношу информацию не только связанную с Евой, но и ту, которая нужна вашему Разведкорпусу. Взаимопомощь! — Многого не скажу, не обольщайся. Первый и последний раз. Говори. — У меня не сходится бродячий по устам слух с его липовой смертью в восемьсот пятидесятом году. После смерти Рода. Как он выжил? — Причина перед тобой. Не без моей помощи. — Ты его вытянул с того света?! — Не только. Тогда проходила операция по изучению заваленной пещеры Рейссов. Некоторых уцелевших смогли вытащить, которых отрезало от остальных обломками у входа. А с Кенни… Ты про Аккерманов знаешь. Быстро оказанная помощь и сила, которая течёт в его жилах, сделали своё дело. Заметил, что он свою шляпу не снимает? Шрам в полголовы скрывает и рожу малюет, пол-лица тоже шрамом покрыто. — Да, заметил… Я знаю, что он скрывался после тех событий. Ради чего? — Восстанавливался, ему нужно было время. Уже не молод, и ухватился за возможность жить дальше, скрываясь в тени. Возвращал свой статус после тех событий, уже не получая прошлой поддержки Рейсса. — Вернулся к посту и благодаря прошлым заслугам, да? — Да, достаточно. Теперь ты мне ответь на один вопрос. — Ривай склонил голову, глядя в глаза парня. — Кенни специально игнорирует убийства в Подземном городе? — Он лично уже давно за них взялся, разбирается. — Есть успехи? — Я ещё не знаю. Тебе дать знать, когда он со мной поделится? — Обязательно. — Хорошо, будет сделано, — тепло улыбнулся Майкл, на что Ривай с ухмылкой покачал горловой, отводя взгляд. — Вернёмся к теме. Есть что-то новое? — Ага. Здесь есть крысы, как я. Это инфа сотка. — Понятней разговаривай, — перебил Ривай, недовольно цокнув. — Точна-а-ая информация-я! — протянул Майкл, закатив глаза.— Возможно даже не один человек, может здесь целый десяток таких. Ты можешь видеть их каждый день и не догадываться. Но я ещё не понял, забравшие твоих людей и крысы — одни и те же, или это разные, между собой несвязанные. У нас куча деталей, но не сходятся. Что-то упускаем… Что-то очень важное, — предположил Майкл и вытащил пачку сигарет. — Понял, буду приглядываться. Сейчас как раз собирают отряды. Возможно, это помешает их планам. Оба замолчали, обдумывая, а Майкл раскурил сигарету. — Где твой браслет? — следом спросил парень, указывая сигаретой на запястье сидевшего напротив капитана. — Снял. — Ну я понял, что не сожрал. Зачем? Она заметит, и ей будет больно. — Мне напоминает о моём поступке. Так легче мыслить трезво. — Смотри, чтобы она не закурила от нервов. У неё в окружении много курящих. — Она не станет курить чисто из-за влияния общества. Она не склонна к вредным привычкам, уже успел это заметить. Ни разу не пила и не курила за все девять месяцев отношений. — Ты её прошлого не знаешь. Тогда мы пробовали всё, что только можно. Не, ну она, конечно, до веществ не опускалась, но за компанию и пила, и курила. Ещё и спускала пар, беря у меня и у других ключи от машин. Как боженька носилась на тачках. Безбашенная была. Эх, скучаю по той Еве. Сейчас она другая, взрослая, спокойная, стойкая. Нагулялась… — Она рассказывала про машины. Про прошлое… Мне нравится она со своим характером в настоящем. У неё многое было в прошлом, как и у меня, что она приняла. — Я знаю, что ты убивал людей, — добавил Майкл, поморщившись от попавшего в глаза дыма. — Тебе тоже уже пришлось. — Да… Пришлось… А если тебе придётся снова убивать — убьёшь? — Убью. — Ну вот… Чё-ё-ёрт… Сам Ривай Аккерман разговаривает со мной о девушке! Я польщён… Но-но-но! Не бей, прошу! Не прими мою манеру общения за дерзость. — Испытываешь моё терпение, которое уже на грани. — Пользуюсь своей важностью, хе-хе… Так бы ты мне уже давно пиздюлей дал, — злорадно рассмеялся Майкл, потушил сигарету и встал с места. — Ладно, мне надо отнести пистолет Евы на место. Чуть не застрелила меня нахуй! Представляешь? — Это она стреляла? По всему штабу разносилось. — Да, тоже слышал, хотя знал, что тренировки закончились. Вообще дикарка! Злю-ющая была. Что случилось? — Ханджи полезла со своими вопросами, куда не надо, прямо при всех. Выбесила её. — Зайду тогда к Ханджи, расскажу. Думаю, ей нужны объяснения. — Не говори ей о расставании, ещё хуже себя поведёт. И впредь подальше от Евы держись, можешь привлечь лишнее внимание. — Придумаю отмазку. Возвращайся к тренировке, а то заподозрят…

***

— Майкл, сука, разве непонятно, что я хочу побыть одна? — буркнула себе под нос Ева, подходя к двери. Открыв её, она пошатнулась, видя того, кого она совсем не ждала. — Ривай?.. Мужчина с точки на полу поднял взгляд к Еве, а после бесстрастно произнёс: — Где ты была? — Эм… Зайдёшь? — Делая шаг назад, она указала внутрь и, не дождавшись ответа, развернулась и прошла вглубь комнаты. Мужчина постоял пару секунд, будто обдумывая последующие действия, и вошёл, закрывая за собой дверь. С лёгкой дрожью в кончиках пальцев от волнения, Ева проследила за медленно вошедшим Риваем. И столкнулась с обернувшимся к ней мужчиной взором. Не обрывая зрительного контакта, он сел на край стола, а она на стоящий напротив стул, скрестив ноги и сжимая неловко кулаки. Гость выглядел напряженно и устало, уже задавая настрой их диалогу. — Где ты… — В городе осталась, — перебила Ева. — Где именно? — Зачем ты спрашиваешь? — Майкл заставил всех заволноваться. — И тебя? Ривай сначала промолчал, отвёл взгляд и после ответил: — Нет, я не волновался. — Вау, понятно. Как ты себя чувствуешь? — попыталась перевести тему Ева. — А ты? — Глаза вернулись к ней и в темноте комнаты точно сверкнули печалью и тоской, что скрывались внутри. Надежда, которая будет в любой брошенной и любящей девушке, пронзила душу и тронула кровоточащую рану внутри. — Я не жалею. — Сразу выдал он, понимая, что в её голове, и надежда потухла, делая ещё больнее, а следом возродилась злость. — Тогда зачем ты здесь? — скрестив руки на груди, чуть ли не прошипела Ева, сжимая кулаки ещё сильнее. — Я узнал, что хотел… Пойду. Встав с края стола, он решительно двинулся к двери и открыл её. В луче света, проникшем из коридора, Ева увидела запястье мужчины и отсутствие на нём браслета, который он практически не снимал. — Ривай, чёрт тебя дери, Аккерман! — Только мужчина прошёл к середине коридора, отделяющего их комнаты, как Ева встала с места, в гневе подлетая к порогу комнаты. Он замер, а следом резко обернулся из-за требовательно накрывшей его плечо женской ладони. Глаза в глаза: в одних ярость, в других непонимание такого поведения. — Ты зачем пришёл?! — Я всё уже сказал. — Ты кем себя возомнил?! Кто ты?! — Тяжёлый вздох мужчины прозвучал в паузе между словами Евы, и Ривай оглядел коридор, но она схватила его за подбородок, поворачивая на себя и тут же отпуская. — Ты выслушаешь меня!.. Ещё несколько дней назад я проснулась утром в твоей постели! От твоих поцелуев! И что ты мне первым делом сказал?! — Ева-а… — Что? Что «Ева»?! Что ты мне сказал?! «Доброе утро, родная» — вот, что ты мне сказал! Я верила тебе! Старалась для тебя! — Тон девушки был максимально уверенным вперемешку с яростью и строгостью. — И я тоже старался… — Лжец! — Вновь перебила Ева, толкнув его в плечо. — Я всегда искренне надеялась, что мы сможем поладить, быть вместе! Всегда была открыта для тебя и ничего не просила взамен, кроме как отвечать мне взаимностью! А сейчас ты стучишься в мою дверь, я впускаю тебя, думая, что ты всё-таки хочешь прояснить… поговорить!.. Я… Я ни разу не отказывала тебе в беседе, была готова выслушать и поддержать, говоря, что это не слабость! Наоборот, это сила духа и желание работать над собой и над отношениями! — Я знаю. — Тогда чего мучаешь меня?! Зачем ты пришёл после своего решения? Зачем играешься со мной?.. Тебе нечего сказать, а? Нечего?! Тогда не морочь мне голову своей неопределённостью! Ты сам всё решил, я тебя за язык не тянула! Не стану бегать за тобой, как ума лишённая! Ты тако-ой гордый! Видел бы себя со стороны! Лучше б в жопу свою гордость засунул! В тебе самом столько проблем, которые ты не даёшь мне помочь решить! И сам даже не желаешь что-то с этим сделать! — Ты даже ничего не знаешь. — Вот именно! Всё! С этот момента мы коллеги! Не смей подходить ко мне не по работе, если это снова твоё желание поиздеваться надо мной! Я хочу тебя понять, но пока ты сам себя не понимаешь — я тоже не смогу!.. Пошёл прочь! Оглушающий хлопок двери ударил по ушам обоих, а Ева скрылась в своей комнате, тут же закрываясь на замок. Сползла по двери с тяжёлым вздохом, а глаза забегали от ощущения лёгкости в душе. Выговорилась, отстояла себя. «Только посмей назвать меня истеричкой!.. Не дам издеваться надо мной. Гордый Ривай Аккерман совсем забыл на кого нарвался. В свои собачонки, которые слюни от него пускают, записал меня. Нет уж! Не буду бегать за ним, пускай определится. Умеет отрезвлять своим словцом, но и я не промах! Теперь одиночества для него предостаточно, а я буду жить дальше…»