Дрожащими руками Мэри удерживала плащ на плечах, петляя меж покрытым мхом деревьев. Она упорно что-то шептала под нос: не то молилась, не то напевала. Тень пролетела над головой, задев макушку, и Мэри с криком помчалась ещё быстрее. Это была всего-то ветка, но она этого никогда не узнает, как и не узнает того, что была в безопасности. Сейчас.
Сейчас она была в безопасности. Произошедшее никак не может бесследно исчезнуть, но сейчас ни ей, ни ребёнку, о котором она ещё не знает, ничего не грозит. Но, как говорится, ничто не вечно.
Вам доводилось плавать ночью в озере? Ночью. Когда водную гладь освещают лишь звёзды, а вода столь холодна и непроглядна, что кажется чёрной. Если да, то вы наверное были не одни: может на пару с любимым человеком, может с шумной компанией друзей. Вы решили поплавать, а заодно и распугать всю рыбу громкими шутками и смехом. Тогда это, наверное, было бы веселым воспоминанием, но только не в одиночку. Вряд ли вы бы отважились окунуться в черную воду в одиночку. Да и будем честны — мало кто решит пойти ночью в лес, а если чей-то путь и будет проходить через ночной лес, то едва ли идея о купании в ледяной водой покажется удачной. Мало кто рискнул бы, и дело не в ледяной воде, темноте или жалости к бедным рыбкам, а дело в страхе. Страхе что вы вовсе не одни, как сначала кажется. Словно за вами наблюдают. Наблюдают пристально и жадно. Будто каждый всплеск воды, каждое ваше движение — не остаются незамеченным. Вы можете сослаться на богатое воображение, на усталость или ещё на что... Но спустя минуту вы поспешите покинуть водоём, и неважно как вы объясните этот порыв, но вы, это сделаете. Вы ведь знаете, что ваши ощущения вас не обманывают. Всё ваше нутро горит от страха, вы вздрагиваете от каждого, даже самого тихого шороха. Покинув озеро вы спасёте себя, а от кого спасёте — этого вы узнать не захотите.
Только вот Мэри знала, от кого убегала, и знала, кто не смог убежать с ней.
*** Много лет спустя ***
Маленький цветок пророс на валуне, окружённом голубой водой. Будто не цветок это, а принцесса в замке, окружённом ровом с водой. Это был яркий, кроваво-красный цветок, чей сахарный аромат казался упоительным. Таких цветов рядом с голубым озером росло много, и все они были прекрасны, но маленькую девочку в огромной панамке заинтересовал именно цветок-принцесса —недосягаемый цветок. Малышка неспеша петляла по узким тропам, которые ребёнку казались широкими дорожками на пути к приключениям, огибала небольшие лужицы и отбивалась от пчёл-рыцарей, не желавших, чтобы малышка попала на аудиенцию к принцессе. Малышка храбро и ловко преодолевала препятствия. Ну… Так ей казалось, что храбро и ловко….
Спустя пару минут малышка наконец запрыгнула на валун и залюбовалась на прекрасный цветочек. Алый цветок. Её мама очень любила такие цветы, но их семена трудно достать, поэтому если мылышка принесёт цветок маме, то мама обязательно сможет обзавестись семенами и засадить весь сад алыми огоньками, как прозвала эти цветки девочка, так и не запомнив настоящего названия цветка. Она потянула пухлые ручки к цветку, когда краем глаза заметила мерцание в воде. Но в прозрачно-голубой воде ничего не было. Да, вода была чистой, прохладной и голубой как небо, но ничего там не мерцало. Совсем ничего! Этот расклад не устроил малышку, что уже успела представить себе ундину в блестящих нарядах. Она наклонилась и зачерпнула в руку воды и нахмурила тёмные бровки. Совсем ничего не мерцало, даже не блестело.
— Эй, ундина, я тебя не обижу, выходи, — Миролюбиво сообщила малышка. — Я Ро́ксел, давай дружить?
Но ундина ничего не отвечала, только водная гладь ответила ей плеском волн. И снова никакого мерцания. От любопытства Роксел наклонилась ближе к воде, едва не намочив блестящие чёрные волосы. Пару минут Роксел терпеливо разглядывала дно озера, следила за мальками, считала камешки, пока не сбивалась со счёту, а сбивалась она после всегда цифры пять, поэтому счёт был долгим. Правда, терпение у детей быстро заканчивается, и эта малышка не исключение, но стоило ей только приподняться, как вода замерцала рыжим пламенем, и малышка замерла, открыв рот от удивления. Из воды показалась тёмно-рыжая макушка, потом разные, но одинаково большие и красивые глаза, один голубой, а другой зелёный, потом Роксел увидела ярко красные губы, растянутые в широкую улыбку.
— Какая красивая девочка. —Прошептала ундина, поднимаясь во весь рост из воды и протягивая бледную руку к девочке.
Разумеется малышка громко душераздирающе закричала, стоило преодолеть оцепенение. Малышка испугалась и резко отпрянула, но ундина рывком схватила тонкую детскую шею и медленно притянула её ближе, полностью игнорируя отчаяное сопротивление. Роксел успела исцарапать бледную руку ундины тонкими детскими ноготками, но это лишь насмешило ундину.
— Отпусти,— Сипло потребовала девочка.
— Зачем? — Усмехнулась ундина, второй рукой принимаясь перебирать чёрные волосы.
— Какая красивая девочка. — Прошептала Ундина, не замечая испуганного взгляда и болезненно хрипа, полностью игнорируя слезящиеся глаза и кожу, покрасневшую, совсем как цветок на валуне, ныне смятый под ботинком девочки.
Осторожно, не отрывая глаз от рыжеволосой, девочка нащупала острый камешек, и убедившись, что ундина всё ещё изучает её волосы, занесла руку для удара. Ундина недовольно зацокала и рука малышки непроизвольно замерла в воздухе.
—Какая прелесть. — Довольно скалилась ундина, опускаясь обратно в воду, утягивая за собой девочку.— Вот что значит наследие охотников. Такая сила!
Камень выпал из рук. В глазах совсем потемнело. Роксел задыхаясь от страха и катастрофической нехватки воздуха. Она и глазом не моргнула как оказалась в толще воды, на глубине. Больше не было видно рядом ундины, но и всплыть не получалось — её словно зажали меж двух стен, словно руки и ноги были в тяжёлых кандалах, что тянули вниз. Вода больше не была прозрачно-голубой, а стала непроглядно чёрной, почти чарующей, если бы не пугала по дрожи. Где-то вдалеке что-то мерцало и мерцание приближалось, пока перед глазами не проплыл осколок стекла, но Рокс его уже не видела, лёгкие жгло от нехватки воздуха. Она уже теряла сознание, как рыжий вихрь выхватил её из толщи воды и швырнул на сушу, словно ненужный мусор.
Роксел всё же потеряла сознание, но проваливаясь в забытие чувствовала жар пламени на коже и тихий шёпот, эхом звучавший в голове: «Теперь ты вместо неё. Какая красивая девочка…Живи, пока можешь. А потом я вернусь за тобой...»
