Маги-тоже люди!

***

В очередном порыве гнева, Панси отбросила телефон на кровать Джинни, а сама, содрогаясь от надвигающейся истерики, скатилась по стенке. Она медленно обвила ноги руками и уткнулась головой в колени. Ненависть к её отцу переступала через все границы, быстрым течением выливалась за края, от чего на глазах словно образовалась красная пелена гнева. Слизеринка начала горько плакать, обжигающие слёзы стекали по щекам и падали ручьём на ноги, пачкая пижамные штаны. В комнате она находилась одна, но из уст не вылетело ни звука — всё ещё осталась привычка плакать бесшумно, а так хотелось разораться во всё горло, да онеметь к чертям. Руки и ноги дрожали, Панси с трудом удерживала себя даже в сидячем положении, но она оставалась неподвижна. -Открой дверь, пожалуйста, — вдруг промолвил знакомый голос за дверью. — Я хочу с тобой поговорить. Девушка не отвечала. Нежеланный гость подёргал дверную ручку, открыть у него не вышло. -Панси, открой дверь, — сказал он погромче, даже с повелительной ноткой, но Слизеринка продолжала в упор игнорировать, не шевелясь. — Алохомора, — вдруг прозвучало по ту сторону и слабый луч света пронзил скважину, впоследствие чего дверь открылась. Панси слабо подняла голову и увидела в проходе долговязого Джорджа Уизли, у которого на лице не наблюдалось привычной улыбки, наоборот, он был как никогда обеспокоен. Девушка толком не разглядела его за потоком слёз, что струился из болотно-зелёных глаз. Она проморгалась и снова скрыла голову, и прозвучало лишь короткое: -Уходи. -Нет, — твёрдо ответил Джордж, закрыв за собой дверь. Он начал медленными шагами подходить к подруге, приговаривая. — Я никуда не уйду и буду рядом, пока тебе не станет лучше. -Я сказала, уходи, — отчётливо повторила Панси. Но если бы только Джордж послушался её. Девушка чувствовала, как её приказы игнорируют, а шаг становится всё ближе и ближе, что приводило Панси в звериную ярость. Джордж подошёл к ней на расстоянии вытянутой руки и, хрустнув коленями, присел на корточки. Парень слабо дотронулся пальцами до её руки и девушка тут же отмахнулась. -Ты меня совсем не слышишь? Отстань от меня! Прекрати обращаться со мной как с ребёнком! — вдруг вырвалось у неё, но Джордж был выносливее и вполне спокоен. -С тобой никто не обращается как с ребёнком. О тебе просто заботятся. -Это не забота. -Это забота, — перебил Уизли. — И ты её заслуживаешь. Мне плевать, что ты думаешь иначе. Ты теперь моя сестра. Неофициальная, но кому эти формальности нужны? Панси слабо слышала его — шум в ушах глушил все звуки вокруг, а гнев всё не унимался. Её лицо приняло самую отвратительную гримасу, которую она только могла изобразить. Джордж подался чуть ближе с целью обнять, но Панси принялась лупить его ладонями, не сдерживая крик. Она выкрикивала все гадости, что она о нём думает и о его поганой семейке; повторяла вновь и вновь, что она не заслуживает быть любимой, что для неё нигде нет дома, её отовсюду выгонят рано или поздно, и всё в подобном ключе. Вот только Джорджу все эти крики были ни по чём. Он выхватывал её руки, заламывал, но так, чтобы не навредить. В конечном итоге, Панси дала слабинку гневу, что управлял ею и Джорджу удалось прижать подругу к груди. Слизеринка продолжала биться в истерике у него в объятьях, выкрикивая нечленораздельные звуки, но потом, когда Уизли начал её убаюкивать и гладить по спине, девушка расслабилась и на мгновение перестала орать, лишь похныкивая. Джордж прижал Панси крепче к себе, погладив по голове. Он вспомнил, как когда-то так успокаивал Джинни после очередных пустых истерик. Даже улыбнулся. -Тебя здесь любят, — шептал Джордж. — Здесь ты в безопасности. Тебе не нужно беспокоиться ни о чём. -Я не засл- -Ещё раз скажешь то, о чём я думаю, наложу заклятие немоты, — перебил он, придавая своему голосу властные низкие нотки. Панси в ответ хныкнула и слабо улыбнулась, но он этого не видел. -Ну всё, — Джордж легонько оттолкнул Панси и посмотрел ей в глаза. Он протёр её щёки и продолжил, вставая. — Сходи умойся, я пойду приготовлю тебе чай. -С мятой, — хрипнула девушка. Джордж улыбнулся уголком губ и потеребил её волосы, а затем развернулся, произнеся со спины. -С мятой так с мятой, не напугай остальных только.