Сказка на ночь, или Сцены из частной жизни.

«Звенит высокая тоска Необъяснимая словами...» Л. Завальнюк

1

Фелипе не хотел уезжать, оставляя дору на постоялом дворе одну, но госпожа Террел сумела убедить его, что за ней скоро приедут от Валмонов. - Если меня спросят про вас, дора, что я должен говорить? - Фелипе, скажи, что я отправилась к соберано, - улыбнулась женщина. – Я на самом деле отправлюсь к нему. - Значит, Хасинта все же права? - Всех нас что-то ведет – любовь или долг. Будь счастлив с Хасинтой! Не откладывай свадьбу. Жить надо сейчас, потом будет поздно. Проводив кэналлийца, Летиция стала ждать вечера. Войти к Валмонам она решила с черного хода. Известие о внезапном возвращении виконта Валме её несколько озадачило. Разумеется, он мог вернуться, чтобы навестить заболевшего отца или его мог послать с поручением к Проэмперадору Эпинэ регент, но все же на душе было тревожно. В любом случае она не собиралась встречаться сразу с двумя Валмонами. Это было бы слишком даже для неё. Они легко заморочат ей голову, а Летиции была нужна правда, а не красивая правдоподобная ложь. С одним Валмоном она как-нибудь справится и лучше, если это будет виконт. Он моложе и был рядом с герцогом. Внучок хозяйки постоялого двора вызвался за небольшое вознаграждение проводить даму в поместье и показать ей лаз в ограде. Так вот графини и становятся нарушительницами чужих границ. Недаром говорят – любовь зла. Ожидая наступления темноты, Летиция поправила прическу, приколола с внутренней стороны платья брошь, и от нечего делать стала перебирать материнские бусы. Кошки сократили их почти вдвое. Некогда длинная нитка теперь едва застегивалась на шее. Женщина приложила к себе бусы, - несмотря на платье, ощущение было неприятным. Она сняла жемчуг и посмотрела на него. В бусинах чувствовалась некая обреченность. Летиция усмехнулась странному впечатлению - какая может быть обреченность в жемчужинах? Просто нервы расшалились и воображение разыгралось. Укладывая в шкатулку украшение, женщина обратила внимание на небольшой кусочек бумаги. Его тогда обнаружил Фелипе в потайном месте. Пожалуй, стоит посмотреть, что там. Госпожа Террел осторожно развернула потемневший листочек бумаги. Обрывок письма, написанный на гальтарском. Интересно. Чернила выцвели от времени, бумага истерлась, на сгибах совершенно невозможно было разобрать написанное. Почерк был мелкий, четкий. Писавший явно был уверенным в себе и рассудительным человеком. Только первые строки, которые женщина смогла разобрать, говорили совсем о другом. «... насколько я хуже и ниже тебя, Зимушка. Ты все понимаешь, прощаешь, ничего не просишь и лишь щедро одариваешь любовью, а я… ничтожный раб своего долга, живущий редкими встречами с тобой, мечтающий лишь посмотреть в твои подобные снеговым тучам глаза и зарыться в серебряный иней твоих дивных волос. Ты любишь меня теперь в четыре раза меньше, чем прежде, но все же в шестнадцать раз больше, чем я того достоин…» Следующие строчки разобрать было невозможно. «... он сделает все, как я скажу. Прими хотя бы ради ребенка, которого ты носишь… Своё дитя я обязан обеспечить…» Дальше кусок был оторван. На обороте женщина смогла разобрать лишь несколько фраз. «...подчас мне кажется, что я подобно… поднялся из глубин, схватил тебя всеми щупальцами и, нарушив твою безмятежность, утащил с собой на дно... Зимушка, я приеду и обниму тебя и ребенка…» Летиция улыбнулась, поднося письмо к огню в камине. Бумага вспыхнула мгновенно, пламя даже обожгло женщине пальцы. Дуя на них, она вспомнила, как бабушка однажды ей сказала: - Хочешь знать, кто был твоим дедом? - Зачем? – ответила она тогда. – Да и никто тогда не разглядел лица того мужчины. - Я - не Гвенда. Думать и спрашивать умею, - отрезала старшая Летиция. – Выяснить оказалось легко. Я всего лишь узнала, кому служил муж Козимы, и муж той дамы, которой отдали Терезу. Хотя, ты права – кем был твой дед, особого значения не имело. Козима меня интересовала больше. Только странная особа не оставила следов. Откуда она появилась, знали, наверно, лишь её возлюбленный да его слуга. Тогда Летиция не пожелала узнать имя деда. Оно ей было не нужно, как не нужно и сейчас. А чужие тайны пусть умрут и будут надёжно похоронены. Двое любили друг друга, а теперь ничего от той любви не осталось. Лишь прах и пепел. Все мы лишь тени, пришла в голову навеянная вчерашним сном мысль. Ей тогда приснилось нечто странное. Летиция бежала по едва освещенному серым светом коридору. Внезапно стены начали сужаться, но страха не было. Чем ближе сдвигались стены, тем тоньше становилась она сама. Все это напоминало странную игру. Под ногами что-то неприятно хрустело, но посмотреть вниз не было времени. Стены все сжимались, и вот уже осталась лишь тоненькая щелочка. Но женщина добежала до выхода. Тенью выскользнула Летиция из сжавшегося коридора, тенью улетела она в темное звездное небо. Сон принес смутную тоску по чему-то несбывшемуся.

2

Дорога, по которой вел её вихрастый мальчишка, была безлюдна. Доведя женщину до небольшого лаза в каменной ограде, парнишка заметил, что сейчас здесь все очень хорошо охраняется, и дальше он лезть не рискнет. Летиция выдала ему пару монет и отпустила. Оставшись одна, женщина призадумалась. Быть схваченной ей совсем не хотелось, но и входить с парадного крыльца сегодня уже было бы неприлично. Госпожа Террел подняла глаза к небу, словно надеялась найти там ответ. По темному небу плыли тучи странных очертаний, то светло-серые и мягкие как клубы дыма, то резкие и черные, как обглоданные огнем камни. Кругом было сумрачно и серо, деревья казались нереальными в призрачном лунном свете. Лик луны, проглянувший сквозь тучи, был красен, будто ночное светило умылось в крови. По дороге вдруг заметались тени, как испуганные птицы. Облака стали чуть светлее и прозрачнее и опять закрыли луну. Тени все продолжали метаться по земле и по небу, принимая странные, причудливые очертания. Одна из них, вдруг взмыла до верхушки дерева. Странная тень, так похожа на кошку – огромную кошку. Тень ухмыльнулась, почудилось женщине. - Забавно, да? – с досадой тихо произнесла Летиция. – Помогла бы лучше пройти незамеченной. Тень спустилась ниже и слилась с еще одной, большой и черной, отходящей от дерева. Госпожа Террел вздохнула и полезла в щель. Странно, но до дома Валмонов она добралась никем не увиденной. В одном из окон особняка горел свет. Летиция хотела постучать в окно, но пожалела цветочки на клумбе. Пройдя еще чуточку, она стукнула в дверь. Вышел пожилой слуга. Женщина велела ему проводить её к виконту Валме. - Почивать они изволят, - сообщил слуга, удивленно рассматривая внезапно появившуюся женщину. - Ничего подобного, - возразила дама. – В окне горит свет. Проводите меня к виконту. Слуга послушался приказного тона и пошел докладывать. Летиция не стала дожидаться приглашения и пошла следом.

3

- К вам дама, господин, - сообщил слуга, открывая дверь в комнату. - Хорошенькая? - послышался приятный мужской голос. - Кому как, - госпожа Террел вошла, не дожидаясь приглашения. Русоволосый молодой человек, явно пока одерживающий победу над фамильной тучностью, не выказал ни капли смущения от того, что его слова были услышаны. - Какой счастливой случайности я обязан вашему визиту, прекрасная госпожа? – виконт склонился в изысканном поклоне. Летиция представилась: - Извините за вторжение, сударь. Позвольте представиться. И простите мне и это нарушение приличий. Летиция-Элайна-Козима-Тереза-Аделаида Террел, вдовствующая графиня Нортон просит вас о помощи. - Рад видеть вас, сударыня, - с ловкостью завзятого дамского угодника виконт придвинул ей кресло. – Но чем я могу быть полезен? Женщина села и улыбнулась, чтобы расположить к себе собеседника. Виконт был очень мил, и ему очень хотелось верить, только не стоит забывать, что он Валмон и завзятый интриган. Марсель Валме посмотрел на нее так, словно собирался осчастливить каким-нибудь изысканным комплиментом, либо того хуже прочитать сонет собственного изготовления. Сонетов Летиция не терпела и решила сразу же приступить к делу. - Отступить от приличий меня вынудила необходимость, - твердо заявила она, погасив улыбку. - Я хотела бы узнать, где сейчас находится герцог Алва. Вы его сопровождали, я знаю. - Сударыня, позвольте спросить... - мужчина все ещё улыбался, но ей показалось, что он как-то подобрался. - Да, конечно. Вот мое право спрашивать, - она протянула виконту записку Алвы. Валме не постеснялся внимательно изучить её. Лицо виконта сохраняло вежливую улыбку, но госпоже Террел почудилось, что он несколько растерян. Да и вообще, нечто фальшивое виделось ей в его легкомысленности. Словно перед ней очень талантливо разыгрывалась сцена. Марсель Валме был любезен, весел, но было в нем нечто еще. Не только хитроумие, он явно пережил какое-то потрясение. Владел собой виконт безупречно, но Летиция сегодня замечала больше, чем обычно. - Мне нужно срочно встретиться с герцогом Алва, - женщина решила четко озвучить цель визита. Ослепительно улыбнувшись, молодой человек ответил: - Я был бы счастлив вам помочь, очаровательная госпожа, но пока ваше желание невыполнимо. Монсеньор занят очень важным делом и находится очень далеко отсюда. Видите ли, он был бы недоволен… Госпожа Террел встала и, глядя прямо в глаза собеседнику, сказала: - Не надо. Я все поняла, - сердце ее замерло и оборвалось. – Когда, где и как? Виконт на миг изменился в лице. Всего на краткий миг, но она поняла все. Слова уже были не нужны. Летиция бы закричала, но словно ледяная рука сжала ей горло. - Надор, пятнадцатого Летних волн. Во время землетрясения. Дыра. Камни встали, - Валме все же решил сказать ей правду. Летиция прикрыла глаза руками и провела ладонями к вискам. - Отведите меня туда, - хрипло потребовала женщина. - Туда далеко добираться, сударыня. Успокойтесь… - Вы же как-то очень быстро вернулись. Надор явно не за порогом вашего дома, виконт, но вчера вы были там, а сегодня здесь, - если надо она пойдет на все, чтобы он отвел её туда. Женщина и сама не знала, зачем надо ей туда. Просто больше ничего не имело смысла. Все было кончено, и с ней тоже. Она умерла здесь и сейчас от этих горьких слов. А мертвым не стоит находиться среди живых. Прах к праху, тень к тени. - Мне помогли. Но вы этими путями не сможете пойти, - после некоторого размышления сообщил ей виконт. - Пока не попробую, не узнаю. Прошу вас, помогите мне, - настойчиво прошептала Летиция - Зачем вам туда, сударыня? - Валме изучающе посмотрел на неё, словно пытался прочитать что-то в её душе или просчитывал нечто. - Нужно, - коротко сообщила женщина. - Хорошо, сударыня, попробую позвать Зою. Желание дамы - закон для мужчины, - он опять вернулся к шутливому тону, но Летицию это не задело. Раз ему так легче, пусть шутит. - Вы не боитесь выходцев? – осведомился виконт. - Нет, я их никогда не видела. - Значит, увидите. Прошу вас, сударыня, - виконт подал ей руку и помог перелезть через окно в сад. Бедные цветочки графа почтительному сыну жаль не было. На зов виконта явилась какая-то огромная серая дама в мужском наряде. Госпожа Террел отстраненно посмотрела на неё. Выходцы, оказывается, есть. Эта мысль не вызвала никаких чувств. - Эту не поведу! Даже не притронусь, - наотрез отказалась помочь странная особа. - Не для нас она. Сама дойдет. - Как я дойду? - строго спросила Летиция, как будто каждый день общалась с выходцами. - Так! Туда всегда дойдешь, - Зоя явно намеревалась исчезнуть. - Стой! - придвинулась к ней ближе женщина. - Как я дойду? - Камни свои кровью напои! - Дама-выходец растаяла бесследно. Госпожа Террел обвела взглядом деревья, дом, Марселя Валме. Потом она коснулась жемчуга – больше никаких камней у неё не было. Быстро вытащила брошь и, застежкой оцарапав руку, прижала окровавленные пальцы к жемчугу. Некоторое время ничего не происходило, она успела почувствовать обиду от обмана. Валме схватил её за руку и что-то сказал, но все слегка подернулось туманом, и она не услышала его слов. Времени у Летиции хватило лишь виновато улыбнуться и прошептать: - Не стоит меня помнить, виконт. Туман стал гуще, вскоре все померкло – и мир, и мысли, и чувства.

4

(глазами Марселя)

- К Вам какая-то дама, господин, - сказал старый слуга, появившись на пороге комнаты. - Хорошенькая? – по старой привычке пошутил Марсель, удивляясь, что за дама в столь поздний час решила осчастливить его своим визитом. - Кому как, - холодно сообщила молодая незнакомая особа, решительно входя в комнату. Незнакомка была весьма приятна собой для тех, кто любит бледных и строгих худышек. Марселю такие особы никогда не нравились. Нет, он ее никогда не видел раньше. Несмотря на некоторую невзрачность, в ней было нечто притягивающее взор. - Какой счастливой случайности я обязан вашему визиту, прекрасная госпожа? – Виконт склонился в изысканном поклоне. - Извините за вторжение, сударь. Позвольте представиться. И простите мне и это нарушение приличий. Летиция-Элайна-Козима-Тереза-Аделаида Террел, вдовствующая графиня Нортон просит вас о помощи, - ровно и тихо сообщила женщина. - Рад видеть вас, сударыня, - Валме ловко придвинул ей кресло. – Но чем я могу быть полезен? Графиня села и улыбнулась. Улыбка её была подобна солнечному лучу. Она озарила все вокруг мягким и теплым светом. А сама дама от неё стала не просто хорошенькой, она стала прекрасна. Большие серые глаза под изумительно длинными ресницами, кончики который словно некто обмакнул в золотую пыльцу, засияли теплым светом, лицо посветлело, а в светло-каштановых волосах заиграли солнечные блики. На неё хотелось смотреть, не отводя взгляда. Сами собой стали складываться строки очередного сонета: « И вот перед Вами стою околдован, В лучистые очи с надеждой гляжу…» - Отступить от приличий меня вынудила необходимость, - твердо заявила женщина, погасив улыбку. В комнате сразу стало темно и бесприютно. - Я хотела бы узнать, где сейчас находится герцог Алва. Вы его сопровождали, я знаю. - Сударыня, позвольте спросить... - Марсель несколько удивился. Алва никогда не упоминал никакую даму. Что ей, интересно, нужно? - Да, конечно. Вот мое право спрашивать, - ничуть не смутившись, графиня протянула ему записку. Валме сразу же узнал этот четкий почерк, летящую подпись и печать. Прочитать записку Марсель не постеснялся - письмо было адресовано сидящей перед ним особе. Перечитав записку еще раз, виконт несколько растерялся. Справиться с невольно нахлынувшими чувствами оказалось нелегко. Кто же она Рокэ? Что же ей сказать? Правду? Но решено было пока никому не сообщать о гибели регента, да и женщина впадет в истерику. Так что придется лгать... Ослепительно улыбнувшись, Марсель ответил: - Я был бы счастлив вам помочь, очаровательная госпожа, но пока ваше желание невыполнимо. Монсеньор занят очень важным делом и находится очень далеко отсюда. Видите ли, он был бы недоволен… Графиня вдруг встала и чуть хрипло, глядя ему прямо в глаза, произнесла: - Не надо. Я все поняла. Скажите когда, где и как? Продолжать лгать оказалось невозможным, слова сами слетели с губ. - Надор, пятнадцатого Летних волн. Во время землетрясения. Дыра. После камни встали... Графиня прикрыла глаза руками и провела ими к вискам. Такой знакомый жест, что Марселю стало не по себе. - Вот как, - выдохнула дама и опять посмотрела ему в глаза. Губы исказила кривая улыбка, сделав лицо некрасивым. Марсель поразился, как в считанные мгновения изменилось лицо женщины. Из неё словно ушла вся жизнь - статуя по сравнению с ней была исполнена жизни. Дама смотрела на него спокойно и горько, и виконт первый раз в жизни не знал, что ему сказать. - Сударыня... - коснулся он её руки. - Отведите меня туда, - глухо сказала вдруг она. - Туда далеко добираться, сударыня. Успокойтесь… - Вы как-то очень быстро вернулись оттуда. Надор явно не за порогом вашего дома, виконт, но вчера вы были там, а сегодня здесь. - Мне помогли. Но вы этими путями не сможете пойти. - Пока не попробую, не узнаю. Прошу вас, помогите мне, - настойчиво прошептала она. - Зачем вам туда, сударыня? - Валме изучающе посмотрел на неё, пытаясь понять, чего от неё ожидать. Странная особа. Появилась неизвестно откуда, в дом проникла словно тень. К тому же, теперь графиня знает то, что не стоило бы знать никому. Пожалуй, стоит пойти ей навстречу. В конце концов, если женщина просит… Да и вдруг… - Нужно, - коротко сообщила женщина. - Хорошо, сударыня, попробую позвать Зою. Желание дамы - закон для мужчины, - он опять вернулся к шутливому тону. - Вы не боитесь выходцев? - Нет, я их никогда не видела. - Значит, увидите. Прошу вас, сударыня, - виконт подал ей руку и помог перелезть через окно в сад. Марсель сам не помнил, как они вышли в сад через окно в террасе, чтобы никого не беспокоить лишний раз. Без всякой надежды на ответ, он позвал Зою. Но Зоя пришла, правда, помочь отказалась наотрез, сказав: - Эту не поведу! Даже не притронусь. Не для нас она. Сама дойдет. - Как я дойду? - строго спросила графиня, как будто каждый день общалась с выходцами. - Так! Туда всегда дойдешь! - Стой! - придвинулась к ней ближе женщина. - Как я дойду? - Камни свои кровью напои! - Зоя растаяла бесследно. Графиня Нортон спокойно оглядела все вокруг, потом отколола от платья брошь и, оцарапав острой застежкой руку, приложила окровавленные пальцы к жемчужинам. Валме схватил её за руку: - Что это значит? Кто вы? Но она лишь робко улыбнулась и прошептала: - Не стоит меня помнить, виконт. Очнулся Марсель в кресле в своем кабинете. Дам никаких не было. Окно в сад было заперто, а кресло придвинуто к столу. Он обошел комнату, внимательно все осмотрел и дернул шнур звонка. Время на часах как будто застыло. - Откуда появилась та дама, которую вы привели ко мне? - резко спросил он вошедшего слугу. - Дама? Какая дама? Я никого не приводил, господин, - растерянно ответил тот. Марсель отпустил слугу, вылез в окно, осмотрел землю - следов не было, несмотря на недавний дождь. Значит, приснилось. Только почему ему приснилась эта женщина? Надо будет обдумать.