But why do I feel this party is over? (HyunLix extra)
12 мая 2021 г., 21:56
Творческого человека часто посещают мысли о том, что всë, что он делает − бесполезно. Иногда это именуется творческим кризисом, иногда эмоциональным выгоранием, но чаще всего случается так, что человек просто не может найти смысла в своём творчестве.
Феликса данная мысль посещала слишком часто. Он задумывался о том, что вся его писанина никак не повлияет на его материальное состояние или на резюме для хорошей работы. Почему он не переставал этим заниматься? Потому что привык проводить бессонные ночи за очередным текстом, а на утро перечитывать весь этот полуночный бред, хвататься за голову и в панике всë исправлять.
Была ещё одна причина, по которой Феликс хотел заниматься чем-то более важным. Этой причиной являлся Хёнджин. Не сам Хёнджин, конечно, скорее его сфера деятельности. Он был сосредоточен на учёбе и карьере, не позволяя заниматься хобби больше, чем вещами, которые принесут денег в будущем.
Рядом с ним Ли чувствовал себя мартышкой. Единственным человеком, который его понимал, являлся Джисон. У того тоже в голове был ветер, а его парень имел диплом и место работы. Дело в том, что Минхо и Хёнджину изначально нравилось то, чем они занимались. Они не поступали в университет лишь бы родители отстали, как это сделали Феликс с Джисоном.
Феликс начал заниматься переводами. Сначала они были любительскими, нечто вроде перевода отрывка из корейской манхвы, но потом ему предложили переводить документы людей, которые подавали на гражданство. Отличные знания корейского и английского делали его очень востребованным работником. Только вот со студентом дел иметь особо никто не хотел. Оставалось ждать конца следующего года, получать диплом и идти в серьёзные фирмы. Он дал себе чёткую установку, что за этот год он обязан посетить какие-нибудь курсы для повышения квалификации, ну или для дополнительного диплома.
Ли опять загнался и захлопнул книгу с теоретической грамматикой английского. Говна в голове и без неё хватало, а было всего лишь девять утра.
Вынув наушники с играющем на фоне ASMR из ушей, он услышал подозрительно громкие звуки из гостиной. Хёнджин чаще всего вставал рано, но либо шёл на работу, либо тихо сидел в своей комнате. Такое, конечно, случалось очень редко, ведь обычно они спали вместе. Просто вчера он задержался в больнице и Феликс, не дождавшись, отрубился у себя в комнате.
Ли тихонько выскользнул в гостиную только ради того, чтобы увидеть, как его парень включил на Wii игру Just Dance, дрыгаясь под музыку десятилетней давности. Феликс ухмыльнулся и опëрся плечом о дверной косяк, лишь чтобы полюбоваться на это чудо.
Если и существовала теория о том, что первое впечатление о человеке самое правдивое, то Феликс мог её смело опровергнуть. Красивый БлондинПоСовместительствуФакбой Хёнджин, за которого он принял своего парня, когда в первый раз его увидел, был на самом деле МилыйСентиментальныйОднолюб Хёнджин. На первом свидании всë ограничилось смущëнными разговорами о жизни и лёгким поцелуем в щëку на прощание. После этого они переписывались днями и ночами, видясь в университете. А на следующем свидании смотрели мелодрамы с восьми утра до двух ночи без перерыва. Правда, уже тогда Феликс осознал, что это мужчина его мечты, и к трём часам ночи они каким-то образом оказались голыми в горизонтальном положении. Хёнджин, конечно, не хотел торопиться и всë такое, но потом Феликс увидел то, как он смеётся над абсолютно глупыми шутками актёров, давясь попкорном, и незамедлительно накинулся на Хвана.
Всë развивалось стремительно. Бывает такое, когда сразу же понимаешь, что это твой человек. Именно поэтому у Феликса никогда не было очень долгих отношений − люди были абсолютно не те. И сейчас, смотря на то, как Хван пытался изящно двигать бедрами, Ли чувствовал полную удовлетворенность своей жизнью.
− И тебя с добрым утром, − хихикнул Феликс, смотря на то, как его парень пугается и быстро выключает приставку, делая невозмутимый вид.
− Ой, ты уже встал.
− Разумеется, я встал. Музыка на всю квартиру грохочет. Ты уже успел забыть, что я не Минхо и сплю без берушей?
Хёнджин виновато улыбнулся и подбежал к Феликсу, чтобы оставить влажный поцелуй на щеке.
− От тебя потом несёт, помойся, − поморщился Ли. − И я вчера приготовил блины, поешь.
− Я уже давно всë съел. И, кстати, посуду моешь ты, − Хван хитро прищурился, прежде чем вернуться к приставке, оставляя Феликса одиноко и возмущённо стоять.
− Слышь, ты! Я вчера мыл, теперь твоя очередь! − закричал Ли.
Толку от этого не было никакого, ведь его голос был заглушëн очередным треком Мадонны, который на полную громкость включил Хёнджин, как ни в чëм не бывало возвращаясь к этому подобию утренней тренировки.
Феликс мог лишь вздохнуть и смириться с тем, что посуда опять на нëм. Он прошлепал на кухню и упëрся взглядом в окно, из которого светило утреннее солнце. В голове был только один вопрос: как сказать Хёнджину о том, что его позвали на практику в Великобританию?
***
Из всей компании проводить выходные дома любили только Сынмин и Джисон. Их было почти невозможно вытащить на свежий воздух или в кино, сколько бы ни было приложено к этому усилий и обещаний. Хёнджин и Феликс обожали выбираться в город, когда выдавались свободные дни. У Хвана как раз образовался выходной и было принято решение пойти в игровой зал. − Я позвал Чанбина и Сынмина с нами, − оповестил Хёнджин, придерживая входную дверь для Феликса, как самый настоящий джентльмен. − А Минхо с Джисоном? − У Минхо работа, а Джисон, судя по всему, спит. − А, точно, сейчас же всего четыре часа дня, − хихикнул Феликс. Их любимый игровой зал находился в самом центре Сеула. Тут было всë: начиная от приставок и заканчивая аэрохоккеем. В заведении постоянно проводили время дети с их родителями и взрослые дети, вроде их компании. Сколько же счастья приносил большой Just Dance Хёнджину и боксëрская груша с забавными звуками Чанбину, просто невероятно. Феликс был уверен, что если заставить своего парня выбирать между ним и нескончаемыми танцульками, то проиграют явно не они. Сегодня был рабочий день, поэтому детей было меньше, чем обычно. Не считая, разве что, Чанбина, которого можно было заметить невооруженным взглядом. Какой еще бугай будет орать на всë помещение из-за того, что его любимый аттракцион сломался? − Я редко плачу, но сейчас готов позволить слезам покорно катиться по моим щекам, − выл Чанбин. − Именно в тот день, когда я решил прийти, понимаешь? Нет, ты понимаешь? Рядом стоял Сынмин и с абсолютно смиренным взглядом кивал головой. Он выглядел так, будто его насильно заставили сюда прийти. Наверное, так и было. Когда они заметили подошедших Феликса с Хёнджином, сразу воодушевились и замахали руками, будто без этого их было невозможно найти. − Думаешь мы не заметили вас? Чанбин орëт как ребенок, − фыркнул Хёнджин, приближаясь к друзьям. − Ты сегодня взял на себя обязанность Минхо по унижению меня? − Со пихнул блондина в плечо. − А чего они не пришли, кстати? − Джисон спит. − Ааа, объяснимо. Ну, пойдëм? Не медля ни секунды, Чанбин и Хёнджин побежали к приставке, которая только что освободилась, оставляя Сынмина и Феликса за собой. Со стороны они были похожи на родителей, которые молча присматривают за своими отпрысками. Только вот если Сынмин был по натуре молчаливым, то Феликс был просто загруженным. Хёнджин может его бросить, если он решит принять предложение и уехать на четыре месяца. Или ещё лучше: он может пообещать, что дождëтся, но их отношения охладеют и он найдёт кого-нибудь ещё. Слишком много на кону стоит из-за долбанной будущей карьеры. − Всë хорошо? − спросил Сынмин после затянувшегося молчания. Феликс вынырнул из собственных мыслей и вернулся в реальность. − Да-да. Всë, вроде как, нормально, − выдохнул он. Как и ожидалось − его выдал тон. Любой дурак бы понял, что Феликс о чëм-то переживает. Энергетическая батарейка внутри нуждалась в подзарядке. − Если захочешь, я выслушаю и попытаюсь дать совет, − хмыкнул Сынмин. Он всегда был тактичным. От Кима исходила энергия того самого тихого психолога-друга, который в любой момент может объяснить любую ситуацию, исходя из каких-то там высокоинтеллектуальных методов. − Я просто понятия не имею, как мне правильно поступить, − полилось из Феликса. Он обернулся, смотря на друга своими щенячьими глазами, полными тоски, и пытался не тараторить. − Мне предложили курсы, но они на другом конце земли. У нас с Хёнджином сейчас всë замечательно, и я боюсь, что это не выдержит расстояния, понимаешь? В смысле, мы даже редко говорим по душам. Всë своё время мы или трахаемся, или… Он вовремя умолк, когда лицо Сынмина начало вытягиваться. Немного лишней информации, упс. Ким быстро взял себя в руки и призадумался. − Ты думаешь, что он не любит тебя настолько сильно, чтобы подождать с курсов? − Да, именно это я и думаю. Типа, всë хорошо, это да, но я не знаю о своей важности в его жизни, − выдавил Ли. − Что насчёт того, чтобы обсудить это с ним открыто? − Мы редко общаемся, прям, типа, по душам. Мы, скорее, ну. − Трахаетесь, я понял, − закатил глаза Сынмин. − Коммуникация с партнером это очень важная вещь. Вам надо об этом поговорить, а уже потом решать о значимости в жизнях друг друга и делать поспешные выводы о том, что может испортить отношения. Феликс растерянно захлопал глазами. Почему-то в его голове всë было гораздо сложнее, чем обычные разговоры. Хотя, может, именно потому, что их не происходило, он так и думал. Сынмин звучал вполне здраво. − Здравый рассудок всея нашей компании, − пробормотал Ли. − Спасибо, ты, блин, прав. − Да обращайся, − Сынмин улыбнулся и успокаивающе погладил Феликса по спине. Они вернулись к разглядыванию своих парней, которые вели себя, будто сбежали из зоопарка. Чанбин, судя по всему, проигрывал Хёнджину. Крики о несправедливости судьбы были слышны даже с другого конца зала. Феликс задумчиво следил за тем, как мило хохотал Хёнджин, периодически пихая Чанбина в бок. Длинные волосы были собраны в аккуратный хвостик, который забавно подпрыгивал каждый раз, когда Хван дëргался, а заливистый смех напоминал о том, что Феликс просто не мог потерять свою родственную душу из-за глупой системы образования и капитализма. Когда на экране появилась табличка, которая показывала, что выиграл Хёнджин, Чанбин яростно откинул пульт в сторону и быстро побежал к Сынмину с разочарованным выражением лица. − Он опять это сделал, он опять втоптал мою самооценку в грязь, − захныкал Со, уткнувшись лицом в плечо своего парня. Сынмин мило улыбался и поглаживал тёмные волосы Чанбина. Выглядело так, будто они могут понимать друг друга без лишних слов и Феликс снова невольно задумался о том, как он выглядит с Хёнджином со стороны. Они выглядят, как неразлучники? Или, может, как та самая парочка, которая всех раздражает своей тактильностью в общественных местах? − Ликси! − послышалось у уха, заставив Ли вздрогнуть. Хёнджин взволнованно тряс его за руку, отчаянно пытаясь связать слова в полноценное предложение. − Пошли туда, в эту штуку поиграем, ну, это самое! − запинался Хван. Феликс задумчиво смотрел на то, как забавно открывается рот его парня и как морщинка пролегла между его бровей, абсолютно не вникая в суть. − Что? Куда? − В ту штуку поиграем, ну, она тебе ещё нравится, − Хёнджин захватил побольше воздуха, чтобы не запинаться и сильнее сжал запястье Феликса. − Там ещё надо танцевать и прыгать и по стрелочкам попадать, она ещё заедает иногда, помнишь? Он имел в виду огромный танцевальный аттракцион, который Феликсу, в общем-то, никогда и не нравился. Ему скорее нравился тот факт, каким счастливым делает Хвана то, что они танцуют вместе. − Пойдëм, − улыбнулся Феликс.***
Спустя пять проигранных танцев, двух литров спрайта и получасового нытья Чанбина о том, что у вселенной против него заговор, Феликс захотел уйти. Он молча смотрел за тем, как Сынмин и Хёнджин доигрывали последнюю партию в какие-то гонки, а Со активно поддерживал Кима, лишь бы тот обыграл Хёнджина. Когда ему наконец-то это удалось, Чанбин победно вскинул руки, будто это он сам обыграл Хвана, и, махнув на прощание Феликсу, потащил Сынмина к выходу. − Ну, один раз можно было и проиграть, − хмыкнул Хёнджин, подходя ближе. − Пойдём домой? − Может, пойдём к реке посидим? Феликс приходил в ужас от одной мысли о том, что они сейчас окажутся дома и он решит расставить все точки над “i”. День был неплохим, его может испортить задушевный разговор с непредвиденным концом. Хёнджину понадобилась всего секунда на размышление. − Неплохая идея. На лавочку у дерева? − На лавочку у дерева, − подтвердил Ли. У каждой сопливой парочки есть своё место. Их с Хваном место было у реки Хан, на лавочке, которая стояла потерянной среди листвы. Обычно такие места связаны с милыми воспоминаниями возлюбленных, но только не для Хёнджина с Феликсом. На самом деле, один раз после вечеринки Хёнджин просто не мог нормально дойти до дома, и они решили проветриться на воздухе, а когда нашли эту лавочку, спрятанную от людских глаз, Феликс решил сделать своему парню минет в общественном месте. Мало романтичного бэкграунда, но лавочка была частью их не романтичной истории отношений. По дороге Хёнджин затащил их в круглосуточный магазин и полчаса выбирал кислых червячков и энергетики (обязательно без сахара, а то риск диабета). Его совершенно не волновал тот факт, что эти конфеты содержат больше глюкозы, чем энергетики с сахаром. Феликс уже привык к странным замашкам, даже находил их в некотором роде милыми, поэтому активно принимал участие в громком обсуждении того, что сейчас все производители энергетиков не понимают своей ошибки и продолжают выпускать продукты с сахаром, вместо того, чтобы производить больше диетических. Никакие они не диетические, на самом деле, но Хвана это никогда не волновало. Феликс остановил выбор на вишнёвом соке и пачке сырных палочек. Хёнджин, конечно, начал заливать про то, что сырные палочки безумно вредные, но вспомнив о том, что с утра съел десяток блинов с карамельным сиропом, замолчал. Пока они шли в сторону их места, Ли молчал. Это было даже не особо заметно, ведь Хёнджин продолжать тараторить о том, что ему дали на работе отпуск, о планах на этот отпуск, но половину вещей Феликс пропустил мимо ушей. Он шёл и думал о теории Джисона о том, что если в жизни наступает светлый эпизод и продолжается длительное время, то по закону судьбы скоро будет беспросветный пиздец. А у Ли в жизни всë было замечательно: он съехался со своим парнем, нашёл новых друзей, закрыл сессию, собирается на курсы. Только вот... Собирается ли? Он обернулся на Хёнджина и виновато закусил губу. Хван шёл, активно жестикулируя, и с самозабвенной улыбкой рассказывал о пациенте, который похвалил его прическу. Феликс помнил этот день. Он заплëл Хёнджину с утра около пяти косичек и красиво затянул их в маленьких хвост, оставляя остальные волосы распущенными. Хёнджин светился и не прекращал делать селфи, ставя к ним совершенно дурацкие описания. Нечто вроде: У Ликси золотые руки 🤩 или Мой парень сделал из меня принца!!😝, а Феликс весь день просматривал его инстаграм и улыбался, как дурак. Хёнджин делал его счастливым. − Мне нравится это место, − протянул Хван, садясь на лавочку. − Оно напоминает мне о том, что даже если мир встанет против меня, ты будешь рядом. Феликс закатил глаза. − Я просто отсосал тебе здесь. − Ну, так а я о чëм? Не медля не секунды, Хёнджин устроился поудобнее и быстро открыл энергетик, который пролился на его белую футболку. − Плохие новости, Ликси, у тебя больше нет белой футболки, − грустно заключил Хёнджин, показывая на огромное красное пятно на груди. Феликса даже не волновало то, что это одна из его любимых футболок. Он смотрел на то, как Хван пытается вытереть майку влажной салфеткой, размазывая пятно ещё больше. Что, если он больше никогда не будет свидетелем того, как его парень глупо косячит? Или увлечённо рассказывает о своём дне с горящими глазами? Что, если они вместе просто потому что это удобно? − Всë нормально? Ты какой-то тихий, − Хёнджин прервал беспокойные мысли лёгким толчком в плечо. − Наверное. На улице была почти кромешная тьма, но можно было почувствовать, как собирается дождь. Ветер усиливался и заставлял листву противно шелестеть. В обычное время Ли обожал звуки природы, но сейчас чувствовал лишь злость. Разумеется, это не природа виновата в том, что он выбрал профессию, где были нужны стажировки за границей. Феликс уже давно потерял веру в то, что у него появится настоящая любовь. Парни были, даже много, но это было не то. Не было душевной связи, абсолютной физической совместимости и бабочек в животе лишь оттого, как его парень смотрит на него. С Хёнджином всë это было, но, может, только Феликс так считал? Они и правда мало разговаривали. Даже решение съехаться было, на самом деле, принято импульсивно. Они просто смотрели фильм, где главные герои начали жить вместе спустя две серии и начали шутить о том, что им бы следовало последовать их примеру. Из шуток это переросло в серьёзное обсуждение ровно в тот момент, когда Минхо зашёл в гостиную в то время, как они находились в весьма неоднозначной позе. Секса было и правда много, но помимо него Ли хотел чего-то и правда особенного. По его скромному мнению − это была настоящая любовь. Вот только мысли Хёнджина он читать не умел. Вдруг он с ним только из-за того, что Феликс мало болтает и хорошо трахается? − Нет, точно что-то не то. Ты никогда так долго не молчишь, − насупился Хван. Феликс поднял глаза и увидел, как тот предлагает ему своих кислых червячков. Хёнджин никогда не делился своей любимой едой с окружающими, может всë-таки он и правда любит? − Насколько у нас серьёзные отношения? − наконец выдавил Ли. Хёнджин испуганно заморгал. − Возьми червячков, − он потряс упаковкой перед носом Феликса, но тот лишь нахмурился и отпихнул его руку. − Хёнджин, я спросил у тебя кое-что. Ответишь, может? − Ладно, ладно, господи, − пробурчал Хван, запихивая оставшиеся сладости себе в рот. − С чего это тебя вдруг на разговоры потянуло? − Видишь, вот и я об этом. Мы вообще не говорим! Мы обсуждаем только что-то обыденное, это никогда не переходит в серьёзные, душевные разговоры. − Хорошо, что ты хочешь узнать такого секретного? − Хёнджин закатил глаза. Это начинало бесить, кажется, их обоих. Только вот причины были разные. − Ты со мной только из-за того, что я удобный? Феликс будто в замедленном движении наблюдал за тем, как Хёнджин растерянно хлопает глазами. Затянувшееся молчание посеяло очередное семя тревоги. − Но, ты неудобный, Ликси. − Извини, что? − разозлился Феликс. Кажется, всë будет ещё хуже, чем то, на что он рассчитывал. − Эм, мы сейчас высказываем всë честно? − Будь так добр, − прошипел Ли. Хван быстро дожевал сладость и задумчиво посмотрел на небо. Выглядел он, если честно, как самый настоящий разбиватель сердец. Во всех этих клишированных фильмах, они сидят, смотрят на небо и думают о словах, которые в пух и прах разобьют сердце главной героини. − Начнём с того, что ты храпишь, − приступил Хёнджин. − Это неправда, − Феликс не удержался и стукнул парня в грудь. − Может, что-то существенное? − Ладно, из существенного, хм… давай посмотрим, − когда Хван начал загибать пальцы, у Ли остановилось сердце. − Ты храпишь, это правда. Потом, ты отказываешься мыть посуду, когда по расписанию твоя очередь. Что ещё? Если Джисон оказывается у нас в квартире, вы орёте, как будто вас режут, а мне, между прочим, бывает надо по утрам куда-то рано вставать! А ещё − твоё либидо! У Феликса от шока вытянулось лицо. − Либидо? Моё? Я думал это тебе постоянно надо залезать мне в штаны! − Мне? − взвыл Хёнджин. − Даже в самом начале я сказал, что не хочу торопиться куда-то, а ты запрыгнул на меня на втором свидании. − Хочешь сказать, тебе не понравилось? − злился Феликс. − О, нет. Это было замечательно. − Ладно, это теряет смысл. Они даже поговорить нормально не могут, что уж о нормальных отношениях на расстоянии. Прежде, чем Феликс успел обратно загнаться, Хёнджин мягко продолжил. − Я сейчас просто пытался сказать, что ты не такой уж и удобный, да и я тоже, но это абсолютно нормально. Я прекрасно знаю о том, что выливаю на тебя тонны ненужной информации, бужу по утрам музыкой с приставки, редко помогаю тебе с готовкой. Я всë это знаю! − Хван немного придвинулся к Феликсу, и их коленки соприкоснулись. − Если честно, это всë не так уж и важно. Каждый день я встречаю с радостью на душе, ведь у меня есть ты. − Как думаешь, мы смогли бы сохранить отношения на расстоянии? − нервно сглотнул Феликс, заглядывая в тёмные глаза Хёнджина. − Ну, если учитывать то, что у нас обоих языком любви является тактильность, то будет сложновато, − хихикнул он. − А так, думаю, да. А почему ты спрашиваешь? − Меня позвали на курсы в Великобританию. И, ну, они мне правда нужны, понимаешь? Это почти то же самое, что и твои все эти медицинские практики и ночные смены медбратом ради повышения опыта. На самом деле, это всë будет длиться всего два месяца, но я всë равно волнуюсь. Мне кажется, что мы мало разговариваем, − голос Феликса дрогнул. − Если я приму предложение и мы будем в разлуке, то нам придётся научиться разговаривать о чувствах и всë такое. Хёнджин замер. − Когда ты говоришь о том, что любишь меня, то ты и правда это имеешь в виду? − закончил Ли. Шелест деревьев стал казаться угнетающим. Феликсу нужно было услышать хотя бы что-то от Хвана, но он молчал, растерянно пялясь в пустоту. − Это больно, − наконец прошептал Хёнджин. − Что больно? − То, что ты ставишь такие вещи под сомнение. Сердце пропустило пару ударов. Феликс и правда забыл подумать о чувствах Хёнджина. Он бездумно накручивал себя без особого повода, даже не задумываясь о том, что сам ничем не лучше. − Я... извини. − Куда тебе надо улетать? И когда? Хван злобно сверкнул глазами, заставляя Феликса слегка поëжиться. − Эдинбург, начало курсов третьего июля. − Ясно. И всë. Хёнджин замолчал и залез в телефон, быстро набирая кому-то сообщение. Кажется, Феликс всë испортил. Уже на тот момент ему было понятно, что разговор нужно было провести совсем по-другому. Сомневаться в чувствах человека, который столько всего делает для него − ужасно. Он собственноручно обидел любимого человека и беспокоился лишь о себе. Хёнджин был первым, кто заговорил о переезде. Хёнджин всегда подбадривал его, когда Феликс начинал сомневаться в своём призвании. Хёнджин отвлекал его от плохих мыслей, когда в универе всë было не слишком хорошо. Хёнджин прислал цветы маме Феликса на день матери, поблагодарив её за замечательного сына. Это всё был Хёнджин. Он показывал свою любовь действиями, а Феликс эгоистично загнался из-за того, что ему, видите ли, мало воды льют в уши. Прежде, чем он успел начать сбивчиво извиняться, Хван заблокировал телефон и убрал его обратно в карман. − Всё. − Что всё? − занервничал Ли. Его сейчас бросать собираются? − Летим первого июля. Надеюсь, в том месте, которое тебе предоставят, будет большая кровать, иначе будешь спать на полу. Время вокруг немного замедлилось. До Феликса постепенно доходили сказанные слова, в то время как Хёнджин сверлил его нечитаемым взглядом. − Ты полетишь туда со мной? − наконец выдавил Феликс, неверяще смотря на парня. − Два месяца не так уж и долго, да? − хихикнул Хёнджин. − Повеселимся. Первое совместное путешествие всë-таки. Как легко привыкнуть к тому, что люди проявляют свою любовь особо ничего не значащими словами. И когда кто-то начинает показывать любовь поступками, это ускользает из внимания. Жаль, что Феликс это понял после того, как решил открыть рот и поставить под сомнения чувства своего парня. − Мне очень стыдно, прости. Он и правда не знал, каким образом стоит извиняться. Простых “извини, мне жаль” было мало, а на огромные извинения требуется время для подготовки. Феликс сидел, виновато поджав губы и опустив взгляд на землю. − Хэй, − Хёнджин лёгким движением поднял Феликса и усадил к себе на колени, заставляя ойкнуть и испуганно посмотреть на него. − Недопонимания случаются. Когда я говорю о том, что люблю тебя, то это и имею в виду. − Я тоже тебя люблю, − ответил Феликс, утыкаясь головой в плечо Хвана. Хёнджин расслабленно вздохнул и запустил пальцы в отросшие волосы своего парня. − Извини, если иногда ты в этом сомневаешься. Я попытаюсь больше показывать, не злись. − Нет, − вздохнул Феликс. − Это тебе надо злиться. Почему-то я решил, что если не слышу душещипательные признания каждую секунду, то я никому не нужен. Давай просто поработаем над пунктиком с коммуникацией? Немного меньше секса и чуть больше слов? − Может больше секса и больше слов? − захныкал Хван. − Ну, или так. Шелест листвы больше не приносил отрицательных эмоций. Звуки природы снова начали умиротворять. Феликс чувствовал, как крепкие руки Хёнджина прижимают его к себе, и полностью расслабился. Проблемы бывают у всех, это неизбежно, но избежать можно крупных ссор, если научиться сразу и адекватно излагать свои мысли. − Значит, мы летим в Эдинбург? − вкрадчиво спросил Феликс, отрываясь от плеч парня и поднимая взгляд на его лицо. − Мы летим в Эдинбург, − радостно ответил Хван. То, как глаза Хёнджина светились и излучали добро, было одной из причин, почему Ли изначально нашёл его привлекательным и располагающим к себе. Любовь с первого взгляда всегда была одним из его любимых тропов в литературе, и он даже подумать не мог, что однажды столкнётся с этим в реальной жизни. Взгляд Феликса скользнул по пухлым губам Хёнджина и, недолго думая, он прижался к ним своими. Привычную страсть заменила невероятная нежность. Никто даже не обратил внимания на первые капли дождя, которые грозили перерасти в сильный ливень. Феликс ласково целовал Хёнджина, упиваясь тем, как они оба вкладывали в этот поцелуй то, что не успели произнести вслух. Когда дождь стал уже более ощутимым, Хван нехотя оторвался и, взяв лицо Феликса между своих рук, чмокнул напоследок. − Домой? − Домой.
