Не(коллега)

Крик Фаины, споры с полицией, громкий выстрел и снова крик… Оцепеневшая Павлова, не замечающая суеты, происходящей вокруг, с трудом отошла от стены и сделала несколько шагов в сторону кабинета психолога. Ирина Алексеевна, опираясь о дверной косяк, заглянула в кабинет. Сначала её взгляд упал на стол, где буквально несколько минут назад сидела психолог, затем женщина перевела взгляд на ординатора. У нее вдруг неожиданно потемнело в глазах, ноги стали подкашиваться. — Ирина Алексеевна, — она услышала обеспокоенный голос Хромова, который так вовремя успел её подхватить, вывести в коридор, и усадить на лавку рядом с психологом. — Фаина Игоревна, санитаров Вы позвали? — Спросил у медсестры Хромов. Она ничего не ответила, только вытерла рукой с глаз слезы. Зато из-за угла в этот момент как раз вышли два санитара. Они молча завезли каталку в кабинет. Павлова повернула голову в сторону психолога: она сидела молча, лицо её было бледным словно мел, и испуганным. Павловой даже показалось, что Инга Павловна ни на что вокруг не обращает внимания. Совсем. Ирина Алексеевна подумала, что это вполне объяснимо. Если она, будучи хирургом, видевшей и не такое, чуть не легла на пол прямо в кабинете, то состояние психолога, которая этого, скорее всего, и не видела никогда, можно было понять. Даже Иван Николаевич, который повидал еще больше, чем она сама, прислонился на минуту к стене, снял с себя галстук и расстегнул две верхние пуговицы на рубашке. Видимо, и ему не хватало воздуха. Когда санитары увезли тело Толика, он подошел к столпившимся в конце коридора коллегам. Хромов что-то сказал Тане и они уже вместе подошли к женщинам. — Инга Павловна, — он обратился к психологу. Она подняла на него голову. — Вы сейчас пройдите с Таней, хорошо? — Инга Павловна кивнула. Мужчина протянул ей руку, помогая встать. Ирина Алексеевна проводила взглядом Третьякову с психологом и заметила, как Брагин вежливо, но настойчиво разогнал всех по своим рабочим местам. Потом он что-то сказал Хромову и сам последовал за всеми остальными. — Ирина Алексеевна? Они услышали звук громких приближающихся шагов. Это был Алеников. — Где мой сын? — сразу же спросил Алеников и закрутил головой по сторонам. Затем, заметив сочувствующие взгляды Павловой и Хромова, сразу все понял. — Он там? — Алеников указал рукой в сторону кабинета. Павлова отрицательно покачала головой: — Его увезли уже, Толь. — Увезли? — сначала Алеников с ужасом смотрел на них. Но потом его глаза вдруг наполнились злостью, даже яростью. Он двинулся в сторону женщины. Хромов насторожился и сделал шаг вперед, становясь так называемым барьером между ними. — Анатолий Борисович, — начала Павлова, но Алеников её сразу перебил: — Я тебя предупреждал, — он снова сделал шаг вперед и протянул руку, пытаясь достать Павлову, но Хромов придержал его руками. — Это ты виновата во всем! Поняла? — Бросил её сторону Алеников и опустил руки. Анатолий уничтожающе посмотрел на Хромова, но хирург выдержанно отреагировал на взгляд чиновника. — Анатолий Борисович, пойдемте, — спокойно заговорил с ним Хромов. — Куда еще? — Пойдемте, — снова повторил Иван Николаевич, но уже более настойчиво. — Анатолий Борисович… — Я с тебя голову сниму, — напоследок процедил сквозь зубы Алеников. Он еще раз бросил гневный взгляд на Павлову и, развернувшись, медленно пошел по коридору. Ирина Алексеевна собиралась идти за ними, но Хромов её остановил. Уже второй раз за сегодня. — Не надо, Ирина Алексеевна, — негромко сказал ей мужчина. Павлова даже не стала спорить, только согласно кивнула головой. — Зайдете ко мне в кабинет потом. — Хорошо, — ответил хирург и быстро пошел за Алениковым. Павлова проводила мужчин взглядом и тяжелой походной пошла в свой кабинет. Там она достала из своей заначки последнюю бутылку коньяка. Потом достала из тумбочки бокал, открыла бутылку, налила коньяк в бокал, но пить не спешила. Она откинулась на спинку дивана, устало выдохнула и закрыла глаза. Женщина не знала, сколько времени она провела в таком положении, но в реальный мир её вернул стук. Стучали в дверь. Павлова резко открыла глаза и так же резко выпрямила спину. — Да, заходите. — Ирина Алексеевна, можно? — Да, Иван Николаевич, — кивнула она, указывая ему рукой на диван. — Проходите, присаживайтесь. Как там все? — Успокоили, проспит до утра точно. Вы как? — участливо поинтересовался мужчина. Павлова горько улыбнулась: — Замечательно… У нас в отделении застрелился человек, его отец обещает снять с меня голову. — Ирина Алексеевна, он же это сказал сгоряча. В таком состоянии человек и не такое скажет и сделает. Его можно понять. — Да… — кивнула женщина. Она встретилась взглядом с Хромовым и слабо усмехнулась. Если она Аленикову сочувствовала, искренне сочувствовала, то Иван Николаевич его, действительно, понимал. И от этого становилось жутко. Хромова она в таком состоянии помнила. Павлова перевела взгляд на стол. Она взяла бокал с коньяком в руку и вопросительно взглянула на коллегу. — Нет, Ирина Алексеевна, — помотал головой он, вспоминая момент, когда они сидели с Ириной Алексеевной в этом же кабинете, только тогда она ему алкоголь не предлагала, а обещала уволить. — Я на работе не буду. — Иван Николаевич, Вы не на работе. Смена у Вас закончилась. — Нет, Ирина Алексеевна, — вновь покачал головой мужчина. Павлова хмыкнула и, пожав плечами, сделала небольшой глоток. — А я буду, я точно не на смене. — Ирина Алексеевна, — мягким голосом заговорил мужчина. — Вам отдохнуть нужно, успокоиться. После его слов Павлова почему-то сдавленно и тихо посмеялась. — То есть, в кабинет, где сидит психически неуравновешенный человек с пистолетом, пошли Вы, и меня не пустили, а успокоиться нужно мне? Иван Николаевич вздохнул, наклонился вперед и сложил руки в замок. — Вы знаете, Ирина Алексеевна, это я виноват, — вдруг сказал он. — Я его остановить не успел. Оказывается, на курок нажать быстрее, чем два шага вперед сделать. Может, Вы правы были. Может быть, нужно было дождаться отца, не лезть. Павлова несогласно покачала головой. — Нужно было не лезть другому человеку, который полицию вызвал и орал в коридоре, — она с громким стуком поставила опустошенный бокал на стол, чем заставила Хромова резко повернуть голову в её сторону и настороженно глянуть на нее. Ему казалось, что на смену растерянности и отрешенности пришла злость. — Ирина Алексеевна, миленькая, — начал он, но женщина его перебила: — Нет, Иван Николаевич, ну вот что движет человеком, когда тот приходит с пистолетом на работу, угрожает другому человеку и стреляется? — Ирина Алексеевна, мы же ничего о нем не знаем. — Что Вы имеете в виду? Что от любого можно ожидать всего? — спросила она и, когда увидела утвердительный кивок, продолжила. — Знаете, Иван Николаевич, работая в этом отделении, я к этому привыкла. — Что-то вроде того, — негромко отозвался мужчина. — Вот мы видимся почти каждый день с Вами, а друг о друге ничего толком не знаем. — Я надеюсь, Вы с пистолетом на работу не придете, — невольно хихикнула Павлова, но потом задумалась над словами коллеги. Она задумчиво на него посмотрела, осознавая, что он прав. А ведь действительно, они с Иваном Николаевичем работают вместе уже не один год, но толком ничего не знают друг о друге. Общаются исключительно по работе. Задумавшись, Ирина не заметила, как выпила уже третий бокал, и как Хромов пристально наблюдал за ней. — Ирина… Алексеевна… — М? — Павлова подняла глаза, встречаясь со спокойным пронзительным взглядом мужчины. — Давайте, Вы домой пойдете? Выспитесь. У Вас завтра трудный день, я думаю. — О-о-о… — протянула женщина. — Я в этом уверена. А домой… А у меня дома кроме кота и поговорить не с кем. Этому эгоисту от меня только корм нужен. — Откровенно сказала ему коллега. Теперь уже улыбнулся Иван Николаевич. Потому он вдруг встал, подошел к шкафу и достал оттуда её пальто. Павлова удивленно покосилась на предмет её гардероба и на мужчину, который этот предмет держал. — Видимо, правда, домой пора, — она глянула на часы. — С котом говорить. — Хмыкнул Ирина. Иван, глядя на женщину, почему-то совсем не хотел отпускать её одну. Не в таком состоянии. — Ирина Алексеевна, а я в качестве собеседника Вас устрою? Ну, я же не хуже кота? — Вы лучше кота, — коротко хмыкнула Павлова, скидывая с себя халат. Хромов еле заметно усмехнулся и помог женщине надеть пальто. — Я Вас провожу? — Проводите, — улыбнулась ему женщина.