Чистый

Нещадный холод заставляет тело покрыться мурашками и неприязненно задрожать. Глаза, еще не привыкшие к отсутствию света, мечутся из стороны в сторону. Беззащитное существо стремительно бежит между сухих деревьев, которые так и норовят поцарапать нежную кожу. Оно то ли пытается найти выход, то ли желает пойти глубже в чащу. Тёмная часть леса безнадёжно опасна для людей. Туда практически не ступала нога человека, а если и ступала, то больше никогда не возвращалась. А всё дело в демонах, населяющих эту проклятую территорию, ставшую такой только благодаря им. Когда-то давно людям удалось выгнать их и запечатать на этой местности, но боязнь монстров, подкрепляемая легендами и страшилками из детства, никуда не делась. Итадори и сам не знал, как у него хватило смелости войти сюда. Он никогда не был особо храбрым, отважным, бодрым ребёнком, всегда был спокойным, покорным, трудолюбивым. Никогда не гулял с другими детьми, ни разу не перечил. Занимался только хозяйством по дому и ручным мастерством. За это дедушка ласково называл его девчонкой. Дедушка… Вот причина, по которой Юджи не побоялся ступить на темную землю. Родственник, единственный, так горячо любимый мальчиком, являлся одним из немногих светов в его жизни. Даже несмотря на его ворчливость и старческие шуточки. Дедушка пару дней назад ушел запечатывать другую часть леса, как это случалось каждый год. Розоволосого, который был молод и в самом расцвете сил, он решил не брать, ссылаясь на его слабость и бесполезность в этой задаче. Как же Итадори пожалел, что не был тогда чуть настырнее… Мальчик остался один в своем доме. Он постоянно смотрел на время, но старик так и не вернулся. Тогда Юджи забил тревогу в деревне и отправился вместе со всеми искать пропажу. На удивление, работа дедушки была сделана, но его самого там не оказалось. Прошерстив территорию, найти его так и не удалось. Розоволосый впал в панику, но кто-то пошутил, что, возможно, родственника забрали демоны. Однако этот человек не мог подумать, что Итадори воспримет эту шутку всерьёз… Мальчик продолжал нестись на бешеной для себя скорости, всматриваясь в беспроглядную тьму, пытаясь отыскать такой родной для души образ. Дыхание сбилось, были слышны рваные вдохи, все же парень не был силён физически, предпочитая ремесла спорту. Он размышлял, что лучше бы исчез вместе с дедушкой, чем остался без него. Внезапно он наступает во что-то липкое и, не в силах вырвать ногу из плена тягучей жидкости, падает лицом на темно-коричневую, практически чёрную, землю. Он страдальчески промычал и устремил свой взгляд вниз, но стоило ему это сделать, как парень резко замер, обливаясь ледяным потом. Золотая слизь. Ловушка, оставляемая могущественными демонами, помогающая поймать им свою жертву. Существо, попавшее в нее, не сможет освободиться или выбраться из нее без помощи демона, по сути, приклеившись к ней. Итадори в страхе распахивает глаза и застывает, стоило ему ощутить невероятно мощную и тёмную энергию позади себя. Ему хотелось сжаться, закричать, попытаться вырваться и убежать, но тело, пропитанное ужасом, как будто больше не подчинялось ему. Медленные, вальяжные шаги неспешно приближались к нему с характерным шелестом листьев и хрустом веток под ними. Юджи чувствовал, как вся жизнь проносится у него перед глазами, ведь произошло то, чего он боялся больше всего, зная, что это его не обойдет стороной. — Человек. — протянул притворно сладкий голос прямо у него под ухом, заставляя мальчика вздрогнуть и слабо вскрикнуть. Он страшился даже посмотреть на пришедшего, глаза заметно становились влажными. Юджи винил себя в уме, винил свою безрассудность, впервые задумался, насколько любит собственную жизнь. Крепкие руки, которые, казалось, втрое больше человеческих, плавно хватают его и освобождают из оков жидкости, которая местами еще осталась на его белоснежной коже. Итадори дёргается, стараясь вырваться, но его физическое состояние значительно уступает демону, и еще усталость, вызванная длительным бегом, сильно сокращала его возможности. Переборов себя, Юджи все же смотрит на существо, все еще держащее его. По виду тот очень похож на человека, хоть и имеет явные отличия. Его рост был, казалось, около трёх метров. Он был невероятно силен, о чем говорило мускулистое тело, покрытое черными татуировками по всему периметру. Но самым бросающимся в глаза было наличие у него не двух, а четырех рук. Рёмен Сукуна или же Двуликий. Тот, о ком ему часто рассказывал дедушка. По его словам, это один из худших кого можно было здесь встретить. Веки парня распахнулись в осознании, он истерически усмехнулся. Демона позабавила эмоция младшего. Мужчина неаккуратно бросает мальчика на землю и устремляет на него свой взгляд. Теперь он мог рассмотреть Итадори во всей красе. Хрупкое, голое тельце было укрыто лишь тонкой белой тканью снизу, верхняя его часть была полностью обнажена. Несмотря на то, что Юджи пробыл в лесу уже довольно приличное количество времени, на нем не было ни одной царапинки. Это удивило Двуликого. Присмотревшись, он также не обнаружил шрамов на розоволосом. Его напуганное лицо намокло от медленно текущих из глаз слез, его рот был приоткрыт в попытках поймать больше необходимого для существования воздуха. Он неловко поджал ноги и попытался укрыться своими изящными запястьями от пытливого взгляда мужчины. Сукуна похотливо облизнулся. До чего же это милое и невинное создание. Обычно люди были чёрствыми и грубыми, покалеченные временем, но не он. Этот паренёк словно никогда не видел зла в мире. Будто бы сам излучал свет даже в такой ситуации. Был чист, как прозрачная капля утренней росы. А его страх, как самая сладкая эмоция для демона. Таких людей сейчас уже не найти. — Г-господин, отпустите меня, пожалуйста. — дрожащим голосом, вежливо попросил Итадори, надеясь разжалобить Рёмена. Но, похоже, его слова дали обратный эффект. У Сукуны безвозвратно снесло крышу. Такой красотой грех не завладеть. Он уверенно проводит пальцами по воздуху, из земли появляются корни деревьев и, обхватывая руки Итадори, прижимают их у него над головой. Розоволосый хрипло мычит, запястья болезненно трутся о шероховатую кору. Двуликий слегка ослабил хватку, не желая оставлять на теле Юджи какие-либо раны. Хотел оставить его себе таким же, каким видит сейчас. Рёмен неспешно нависает над розоволосым, который медленно вжимается в пол, ожидая, что это его хоть как-то спасет. Какой наивный. Ему уже не уйти. Старший осторожно проводит пальцами по мягкой щеке, утопая в ощущении ее нежности, вызывая своим действием непонимание розоволосого. Сукуна слегка сжимает ее и отодвигает в сторону. Юджи старается отвернуться, укрыться от странных ощущений, что мужчине совсем не нравится. — Как тебя зовут, маленький? — с интересом спрашивает Двуликий. — Ю-юджи. — тихо шепчет Итадори. — Юджи… — словно пробуя имя на вкус, произносит демон. — Юджи, будь хорошим и послушным мальчиком, я не хочу причинять тебе вреда. Эти слова, прозвучавшие из уст Рёмена, на самом деле были правдой. Он не желал приносить боль младшему. Почему? Только дурак будет ломать новую игрушку. Ведь гораздо приятнее, когда она будет оставаться новой подолгу. Портить такую прелесть совершенно ни к чему, Сукуна был готов даже сдержать свой пыл, дабы оставить Итадори таким. Юджи боится. Надеется проснуться, будто все происходящее — лишь страшный сон. Но нет, он в суровой реальности, из которой уже не уйдешь. Парень сам завел себя в ловушку. Сам пошел на такой необдуманный поступок, о чем будет жалеть всю оставшуюся жизнь, если не умрет в ту же секунду. Горькие слезы отчаяния начинают быстро течь по щекам, однако демон, вытирая их пальцем, не дает им достичь земли. Мальчик не хочет соглашаться. Мечтает набраться нетипичной для него смелости, ударить монстра и убежать куда подальше. Но разум иронично твердит, что смысла в этом нет, только сделает еще хуже. Интересно, почему его ум не отговаривал Итадори, когда тот решил вообще сунуться на проклятую местность? Но выбора у него нет. Доверять демону безрассудно, однако, пока у того хорошее настроение — главное его не испорить. Поэтому младший неуверенно кивает и отводит взгляд, боковым зрением видя, как по лицу Двуликого расплывается удолетворенная ухмылка. Облизнувшись, старший припадает к уху Юджи и слегка проводит языком по ушной раковине парня, щекоча ее. Последний резко вдыхает, тело дёргается, словно пытаясь отстраниться, ветки царапают тонкие запястья, но розоволосый держится на своем месте, на радость Рёмена. Демон берёт кончик в рот, осторожно посасывая его, смотря за нарастающим смущением Итадори. Он аккуратно прикусывает нежную кожу, на что младший неосознанно вздыхает. Последний не понимает, что за звуки выходят из него, а также чего добивается Сукуна. Чувства, которые он сейчас испытывает, всегда были чужды ему. Но он упорно обещает себе не дать им взять над собой контроль, ведь единственное, что он должен ощущать — это отвращение. Двуликий отстраняется, смотрит на отчётливо видный румянец на влажных щеках Юджи. Дорожкой поцелуев собирает солёные капли, руками поглаживая спину, двигаясь вверх-вниз по хребту, заставляя парня выгнуться дугой с намерением уйти от прикосновений холодных ладоней. Это забавляло Сукуну, он только сильнее прижал мальчика к себе так, чтобы их голые торсы соприкасались друг с другом. Рёмен потянулся к белой ткани розоволосого, которой он скрывал ноги и все причинные места, и без предупреждения стянул ее и отбросил в сторону, полностью оголяя парня. Последний вскрикнул и автоматически постарался прикрыться, но его губы резко оказались в плену чужих, более грубых и властных. Зажатый между демоном и землёй Юджи досадно скулит в осознании, что его первый поцелуй был внаглую украден этим монстром. «Нашел, о чем переживать в такой ситуации.» — язвительно думает он, борясь с самим собой внутри. Хотя, ту часть его разума, которая отзывалась на ласки Рёмена, Итадори с сомнением мог назвать своей, словно видит эту сторону впервые. Двуликий оттягивает, ласкает, раздвигает чужие губы, такие гладкие и нежные по сравнению со своими, шероховатыми, потрескавшимися. Надавливая пальцем на подбородок, проникает в рот Юджи, сплетаясь языками, словно играя в игру, правила которой известны только ему. Розоволосый хрипло стонет, чувствуя как сильные, большие руки проводят по бокам. Разомленное под чувствительными ласками тело становится слишком отзывчивым, реагируя на каждое движение Сукуны, пусть и неосознанное, завязывает незнакомый узел внизу живота, отдающий возбуждением в пах. Неожиданно старший обхватывает язычок парня своими губами, начиная с пошлым причмокиванием посасывать. Итадори от удивления распахивает глаза, смотрит в зрачки напротив, мутные, с явным желанием в них, заставляя младшего шумно сглотнуть. Двуликий не спеша скользит по шее мальчика вверх, к шелковистым волосам, зарываясь в них пальцами и тем самым прочно укрепив его голову в своей хватке, делая ее более подвластной своим манипуляциям. Надавливая на розовые пряди, отодвигает от себя парня, но сразу же жадно впивается еще одним коротким, однако страстным поцелуем. Не отрываясь от Итадори, демон медленно спускается к шее, оставляя за собой мокрый след. Розоволосый ловит себя на мысли, что, если бы не своеобразные кандалы, то обязательно бы вытер эту влагу. Двуликий мимолетно смотрит вниз, замечая чужой стояк и усмехается, на что Юджи, смутившись, упорно уставился в сторону. Но громкий стон слетает с его губ, стоило демону резко надавить коленом на его промежность. — Тебе же нравится всё это, не так ли? Строишь из себя невинную овечку, а в душе ты та еще похотливая сучка. — прерывисто шепчет Сукуна. Он с животной страстью любуется таким Итадори под собой: горячим, красным, развязным. Из его вставшего члена сочилась белая смазка, парень сжимался, в надежде укрыться от разглядываний монстра. Рёмен хитро усмехается. Розоволосый сейчас в корне отличался от того мальчика, что он видел вначале. Притягивая к себе Юджи за талию, по-собственнически целует шею, оставляя на ней всего один единственный засос. Он возбуждается от одного вида чистой, нетронутой кожи, поэтому «огрязнять» ее и портить себе удовольствие старший не станет. Но показать, кому тут принадлежит этот человек, он был обязан. Младший молчит, пытаясь скрыть всю ту брезгливость и ненависть, окутывающую его сейчас. Рёмен, казалось, этого совсем не замечает или же не хочет замечать. В любом случае, Итадори не сопротивляется, а остальное значения не имеет. Сукуне в голову резко приходит интересная идея и, щёлкнув пальцами, он освобождает руки Итадори. Мужчина опрокидывает мальчика, вынуждая сесть к себе на колени и, совершенно не касаясь его, с любопытством уставился на младшего, желая узнать, что тот предпримет. Но вместо того, чтобы сбежать, как бы это сделали другие люди, розоволосый притворно улыбается и кладёт маленькие ладони на широкие плечи демона, терпеливо сидя на своем месте. Он понимал, что это обычная ловушка, поэтому уж лучше задобрить Двуликого, пока предоставляется такая возможность. Рёмен удовлетворённо хмыкнул. Парень, если не брать во внимание то, что он зашел без подготовки на темную сторону леса, был довольно умён и послушен. «Он идеально подойдёт на роль моей жены.» — пронеслось в мыслях демона, который, конечно же, воплотит их в реальность. Мужчина медленно проводит по пухлым бёдрам парня. Одна рука мягко проскальзывает к ягодицам, крепко сжимая одну. Пальцем старший дразняще поглаживает розовую дырочку. Итадори несдержанно охает, сразу же прикусывая губу. Он понимает, что его сейчас ждёт. И этого он и боялся. Старший решил все же растянуть парня. Скорее для собственного комфорта. Да и розоволосый вел себя хорошо, поэтому заслуживает небольшую поблажку. Сукуна подносит два пальца ко рту мальчика, проталкивая их внутрь. Последний, несмотря на отвращение, покорно принимает их, обильно облизывая и смачивая слюной, понимая, что так будет легче и ему. В голове Рёмена, смотрящего за этой соблазнительной картиной, возникает идея. Хотя, что ему мешает осуществить ее? Посчитав, что достаточно, демон вытащил пальцы и, сжав волосы на затылке парня, придвинул его к своему паху. Итадори распахнул глаза. Перед его лицом буквально в паре сантиметров оказался чужой стоящий член немалых размеров. Розоволосый поежился и жалобно взглянул на мужчину, на его ухмылку, понимая, что от него хотят. Старший надавливает на голову Юджи, заставляя перейти к действиям. Последний, переборов себя, неуверенно проходит языком по всей длине, морщась от солоноватого вкуса. Тем временем Сукуна проталкивает один палец внутрь, от чего Итадори протяжно скулит. Все происходящее казалось ему до невозможности мерзким. Как бы он хотел оказаться дома, рядом с дедушкой сейчас… Рёмен нетерпеливо двигает бедрами, вынуждая младшего вобрать головку в рот. Мальчик дрожащими руками берёт член у основания, прикрывает глаза, начиная посасывать кончик. Он рефлекторно сжимается, когда второй палец присоединяется к первому. Двуликий спокойно раздвигает нежные стеночки, любуясь парнем снизу. На него глядели широко открытые карие глаза. Последовало еще одно твердое нажатие по затылку, после которого розоволосый начал продвигаться все дальше и дальше, одновременно скользя губами по стволу, пытаясь вместить орган в свой довольно небольшой рот. Закончив с растягиванием, Сукуна вынимает пальцы и отодвигает от себя младшего, который немного закашлялся от неожиданных ощущений. Поудобнее устраивая партнёра на своих коленях, демон, придерживая того за талию, начинает без предупреждения входить, ловя приятный слуху полустон-полувскрик. Итадори автоматически старается уйти от боли, приподнимаясь, но крепкая хватка не дает ему это сделать. Дойдя до конца, мужчина хрипло прорычал, уткнувшись в шею Юджи. Он резко вышел, не дав Итадори привыкнуть, и вошёл с характерным шлепком. Из глаз младшего брызнули слезы с новой силой, он вцепился в плечи демона, осознанно царапая его, желая хоть как-то выпустить свою злость. — Пожалуйста, прекрати… — не потерял надежду на спасение розоволосый. — Да кто вообще в здравом уме перестанет трахать твой зад? — риторически протянул Рёмен. Двуликий сразу взял свой любимый быстрый темп, безжалостно вбиваясь в Юджи, целуя нежную кожу шеи мальчика. Хотелось укусить, но монстр держал себя в руках. Его ладони бесстыдно исследовали тело младшего, не пропуская ни одного сантиметра. Чувствуя приближающийся оргазм, Сукуна схватил ягодицы, ускорился, хотя, казалось, быстрее уже некуда. Розоволосый ерзал на месте, рвано дышал, цеплялся за волосы Двуликого, который совершал последние грубые толчки. Ему было неприятно, он еще не успел привыкнуть к размерам, его будто бы разрывало изнутри. Рёмен излился прямо в анус Итадори, сразу же прекращая всякое движение. Последний, казалось, был совсем не возбужден, поэтому в разрядке не требовался. Всё-таки разум оказался сильнее тела. Вот только из-за усталости, мальчик сразу же падает в обморок, но, к счастью или к сожалению, его подхватывает Сукуна, закидывая к себе на плечо. — Теперь ты принадлежишь мне, Юджи…