Narnia

есть причина, по которой бомгю запирался каждые две ночи в гардеробной их общежития. и нет, он делал это не для того, чтобы уменьшить количество углекислого газа в комнате. видите ли, делить жилплощадь с четырьмя другими (довольно привлекательными, если быть честным) парнями в одном крошечном общежитии означает, что у вас почти нет личной жизни. конечно, была ванная и негласное правило трех песен максимальной продолжительности душа и пяти песен для тех, кто заботится об особых потребностях. но бомгю не мог кончить так быстро. он слишком чувствителен, и довести себя до оргазма, стимулируя член, было скорее болезненно, чем приятно. он не может не мастурбировать, в конце концов, он же подросток. это часть взросления. способ снять стресс. когда мальчишки его возраста начинали говорить о чудесах человеческого тела, он чувствовал себя отчужденным и думал, что с ним что-то не так. ему требовалось всего несколько ударов по простате, чтобы довести себя до кульминации. он ненавидел это, но в то же время не было другого способа быстро избавиться от ноющего стояка. тогда родители сочли его достаточно взрослым, чтобы пользоваться интернетом, предоставляя доступ к тысячам и тысячам красивых лиц. до сих пор он не может смотреть в глаза ви-сонбениму дольше нескольких секунд. страдания продолжались до тех пор, пока однажды, исследуя просторы интернета в режиме инкогнито, он не наткнулся на сайт, который продавал предметы, обещающие удовольствие без стимуляции мужских гениталий. удовольствие, которого ты никогда раньше не испытывал. конфиденциальность гарантирована. тогда он выбрал самый горячий товар. оглядываясь назад, он должен был быть более осторожным в своих покупках, однако сожаления все таки не было. в конце концов, обещания были выполнены (конфиденциальность и другие вещи). он научился двум вещам на свою жизнь: держать вещи в чистоте и стирать самому. став стажером, он решил не брать с собой игрушки. риск быть пойманным слишком велик. он планировал все свое время сосредоточить на становлении айдолом. на другое не будет времени. несколько недель спустя он сидел в ванной и плакал от отчаяния, пока два его пальца отчаянно двигались внутри. его руки были слишком маленькими, они едва касались простаты. тело жаждало чего-то большего, чего-то, что бы заполнило пустое пространство. их компания не разрешала доставку по их адресу, в конце концов, они не должны быть известны миру. и поэтому, если бы он положил несколько тысяч вон в руки, готовые сделать то, что не было разрешено, никто бы не узнал об этом. то, что он делает в гардеробной, убедившись, что все спят, — так же одна из тех вещей, о которой никто не должен знать. с тех пор прошло несколько лет. ему больше не нужно платить незнакомцам за то, чтобы они сходили в магазин для взрослых и купили ему пару вещиц. ему просто нужно было быть осторожным, скандал — не самая хорошая вещь, особенно для недавно дебютировавших айдолов. но что не изменилось, так это то, что ему по-прежнему приходилось прятаться в гардеробной, если хотелось побыть одному. где, в отличии от ванной, не было никакой причины для входа мембера посреди ночи. 3:37 утра. чхве бомгю кусает некую плюшевую игрушку в виде морковки, чтобы приглушить стоны. комната немного тесновата, но достаточна для того, чтобы он мог раздвинуть ноги так широко, как только может. тусклое освещение только создавало нужное настроение. разнообразие одежды на вешалках должно было бы быть бельмом на глазу, но если уж на то пошло, она только подпитывает фантазии. он любит проигрывать сценарии в своей голове, его друзья, делающие что-то с ним, были любимыми. он сидит на корточках лицом к двери и изо всех сил держится за дверную ручку. пот бисеринками стекал по его вискам и падал на пол кристаллическими каплями, он уже на грани. он думает о том, как ёнджун прижимает его своими мощными бедрами, как тэхен держит за запястья, пока берет его сзади, как субин- о, субин, он, вероятно, мог бы заставить его кончить только своими руками. величина этих рук и длинные пальцы — дары небес. его воображение становится более живым с каждой секундой, пока он усиленно ищет простату. но что-то кажется неправильным. он слишком старается забыть одного человека. в памяти вспыхивает лицо их макне. кай. с тех пор как они оказались в центре внимания — хюнинкай; ангел на земле, так его описывают многие. бомгю же думает иначе. он — воплощение дьявола. что уж дьявол, сам люцифер. он просто бесит. раньше бомгю находил его очаровательным, холил и лелеял, как младшего брата. но наступило половое созревание, и в то время как сам бомгю сорвал джекпот в генетической лотерее — на кае сошлись звезды, даровав ему такую внешность. прекрасный принц. голливудский красавец. и черт возьми, может быть, именно поэтому он находит его раздражающим. не потому, что он был таким, а потому, что бомгю смотрел на него иначе, чем все остальные. он больше не видел в кае ребенка. он был мужчиной. он потерял свой детский жирок и превзошел их всех, за исключением субина, в росте. его плечи были такими же широкими, как у ёнджуна, несмотря на то, что он не тренировался, а его голос во времена, когда он не валял дурака, боже. он стонет, образ раздражающе красивого лица кая всплыл в его сознании. те короткие мгновения, когда он стоял прямо за спиной бомгю, описывая круги на его талии и шепча что-то на ухо. предложения, намекавшие на намерения, но слишком расплывчатые, чтобы их можно было истолковать как таковые. бомгю вздрагивает, вспоминая теплоту дыхания кая, обдувающего раковину его уха, как каждое слово получается на октаву ниже. это всегда заставляло его замереть в тревоге. но так же быстро, как такой кай приходит — так же уходит. вскоре раздавался громкий пронзительный смех, который выводил бомгю из транса. затем хюнинкай продолжал дразнить его перед мемберами (а иногда и персоналом), что всегда требовало гневного ответа, ожидаемого от хена, которого вроде как обманули. а может быть, это было для галочки. но в последнее время кай делал это, даже когда вокруг не было никаких камер, чтобы запечатлеть действие. вернее — кай следил, чтобы поблизости не было камер. в течении последних недель он кусал кончики ушей бомгю и тыкался носом в его шею в пустых коридорах и тренировочных залах, когда они были только вдвоем. и, возможно, у них была пара попыток в гардеробах, отличных от их общежития, где бомгю всегда заканчивал тем, что был прижат к двери телом, намного крупнее его. кай полностью доминирует над ним. и как бы он ни ненавидел это потом, в те моменты, когда этот обжигающий язык путешествовал от челюсти вниз к шее — он был ничем иным, как хнычущим беспорядком. — н-никаких следов.. — боми, ты такой милый. — для тебя хен- ммх! — конечно, конечно, — он отстранился и чмокнул бомгю в губы. кай всегда уходил первым, обещая ему выиграть время, чтобы привести себя в порядок. бомгю не знал, имел ли он в виду свое лицо после поцелуя или явный стояк, который у него был. вероятно и то, и другое. этот маленький ублюдок. он отпускает плюшевую морковку и натягивает край своей огромной розовой рубашки, чтобы вытереть пот с лица. он поворачивается спиной к двери, позволяя своей заднице коснуться холодного деревянного пола. с другой стороны маленькой комнаты был установлен телефон на штативе (специально купленный только для этой цели), который записывал все, кроме лица. он проводит пальцами по своей дырочке, растягивая и возбужденно дрожа. о, как ему хотелось заставить кая посмотреть эти видео на публике и наблюдать, как он извивается, не в силах ничего сделать. неловко, но так хочется. может быть, тогда тот увидит, что упускает. потому что, как бы высокомерно это ни звучало — бомгю знал, что он был сладким десертом с не одной вишенкой сверху. он берет тюбик смазки и выдавливает обильное количество в свою дырочку, задыхаясь от прохладного ощущения, текущего внутри. он откидывается назад, поднимает ноги и раздвигает половинки, показывая себя во всей красе. бомгю кусает губы и напрягает живот, выталкивая часть жидкости. боже, это будет потрясающе смотреться на камере. он снова сжимает зубы вокруг плюша, руки ищут знакомый пластиковый предмет- ах, вот и он. рука обернулась вокруг предмета цилиндрической формы, с фальшивыми венами, идущими вдоль всей длины. бомгю громко вдыхает, когда фаллоимитатор входит в него, это было именно то, чего он хотел. он дергается каждый раз, когда кончик скользит по простате, наслаждаясь волнами удовольствия, проходящими по всему телу. бомгю напрягается, чувствуя каждый дюйм его длины внутри себя. это был чужеродный предмет, но почему-то он чувствовал себя здесь как дома. — ммм.. — бомгю больше не тратит времени, он хватается за основание и начинает раскачивать в медленном темпе, постепенно ускоряясь. он откидывает голову назад, закрывает глаза и сосредотачивается на дыхании. чем больше он напряжен, тем быстрее кончает — но сегодня хочется, чтобы удовольствие длилось долго. он делает ошибку, вдыхая слишком глубоко, и улавливая слабый запах лаванды от игрушки, зажатой между зубами. похоже, тебе это очень нравится, хен. он ускоряется, лицо кая отпечатывается на его веках. призрачные ощущения покалывали все тело — особенно шею, на которую младший всегда обращал особое внимание. бомгю прижимается к двери, воображая, что это вес кая прижимает его к ней — не слишком сильно, но достаточно властно, чтобы удержать на месте. он обхватывает его лицо одной рукой — нежно, в отличие от губ, которые, как зверь, пожирали каждую частичку тела бомгю. — кай!.. о черт... — бомгю выругался, морковка начала падать, на что он инстинктивно сжал бедра, чтобы поймать, задев сверхчувствительный член, чем довел себя до оргазма. он издает сдавленный крик и сгибается пополам, засовывая большую часть длины фаллоимитатора внутрь. удовольствие пульсирует по всему телу, сотрясая. не важно, сколько раз он это делает, всегда так приятно. он поддерживает себя дрожащими руками, тело все еще подергивалось. он открывает глаза, и от яркого света, каким бы тусклым он ни был, у него слезятся глаза. бомгю был громче, чем следовало. он кусает нижнюю губу и напрягает слух, пытаясь уловить хоть малейший признак того, что кто-то проснулся. и впервые в жизни он был рад, что все они крепко спят и что тэхен, единственный чутко спящий, лег спать в наушниках. он берет заранее приготовленный свитер и вытирает капли, попавшие на лицо. бомгю даже не потрудился почистить рубашку, эту одежду он будет стирать отдельно и тайно. он приходит в себя, его дырочка сжимается и разжимается вокруг фаллоимитатора, он прокручивает игрушку, наслаждаясь тем, как бугорки ласкают изнутри. скрип воздух становится холодным. он встает слишком быстро, ноги дрожат, но ему все равно, и натягивает свободную пижаму. это была дверь их спальни. тяжелые шаги громко стучат по полу, приближаясь нему. он пинком отбрасывает вещи в угол и торопливо набрасывает на них одеяло, телефон- он не закрыл дверь. — все в порядке, бомгю? — голос был ровным для того, кто только что проснулся. он втягивает воздух, скользя большим пальцем по кнопке 'остановить запись'. он старается не подавать виду, что плохо держится на ногах, старается изо всех сил. — сколько раз мне повторять, что для тебя я хен? — бомгю повернулся к нему спиной, ему не нужно было видеть, чтобы понять, что кай приближается к нему. — я слышал, как ты звал меня, и подумал, что ты поранился, — чушь собачья. кровь приливает к лицу, когда кай наклоняется ближе. он вздрагивает, когда младший начинает прокладывать дорожку поцелуев от его затылка, закусывает нижнюю губу, чтобы не издавать смущающих звуков. член дергается, стремительно вставая. фаллоимитатор еще не покинул его. — ч-что ты делаешь- а! — он зажимает рот рукой, когда зубы впиваются в его кожу, посасывая и кусая с намерением оставить следы. кай обвивает руками талию бомгю и притягивает к своей груди. основание фаллоимитатора ударяется о бедра кая и толкается глубже в бомгю, на что он громко скулит, кай отрывается от его шеи. бомгю стыдливо опускает голову и закрывает лицо руками, он слышит, как крутятся шестеренки в голове младшего. кай разворачивает его, бомгю пытается сопротивляться, но макне явно сильнее. теперь кай полностью видел беспорядок, в котором он находился. слезы щипали глаза, грозя упасть. — что ты сделал, гю? — последовала пауза, и бомгю понял, что кай ждал объяснений. он не мог найти свой голос, и, честно говоря, его это не беспокоило. они уже давно перешли эту черту. теплая рука обвилась вокруг запястья, мягко оттягивая руку от лица, а затем вторую. бомгю так и держит голову опущенной. он вздохнул. кай собирает пальцами сперму, оставшуюся на рубашке бомгю, и подносит ко рту. бомгю резко вскидывает голову, приоткрывая рот при виде кая, уже облизывающего их. он стоял с закрытыми глазами, наслаждаясь вкусом, и посасывал каждый палец, и выпуская изо рта с громким хлюпом. он медленно открывает глаза, встречаясь взглядом с бомгю, и проводит языком по верхней губе. это до смешного соблазнительно. — спасибо за угощение! — восклицает он, подмигивая и невинно улыбаясь. бомгю слабо бьет кая кулаком в грудь. — зачем ты это сделал? — его голос срывается в конце, и он краснеет еще сильнее. бомгю фыркает и скрещивает руки, словно защищаясь. — ох, неужели боми-хен застеснялся? он ничего не говорит. он не знает, что сказать. их окутывает тишина. бомгю ненавидит это. слишком удушающе. он открывает рот, чтобы что-то сказать, но тот опережает его. кай обволакивает своим большим телом тело бомгю и кладет подбородок ему на плечо. бомгю напрягается, когда кай проводит руками от его лопаток к поясу пижамных штанов. он подцепляет край пальцем, растягивая резинку, прежде чем отпустить, возвращая на место с глухим хлопком. бомгю вздрагивает, он не может найти в себе силы заговорить. поэтому отвечает взаимностью на объятие — цепляясь крепче за плечи и бесстыдно потираясь о бедра кая. слова не нужны.

☄

кай камал хюнин — зверь. все в нем большое. от его роста до его присутствия и, очевидно, его члена тоже. бомгю хорошо знаком с большими размерами, но кай бьет эти рекорды с вопиющим разрывом. — ч-черт, постой.. я просто... ты такой... — бомгю задыхается, голос звучит жалко. он кладет руку на плечо кая, давая знак остановиться. бомгю запрокидывает голову, грудь быстро поднимается и опускается, кай не вошел и на половину. он прижат к двери, ноги свободно болтаются вокруг талии младшего. — тихо-тихо... все в порядке, не торопись, — кай захватывает его губы в поцелуе, и рот бомгю распахивается, чтобы поприветствовать язык кая. они танцуют вокруг, наслаждаясь друг другом, неторопливо. бомгю чувствует непреодолимое желание заплакать, он наконец-то получил то, что хотел так долго, с человеком, с которым он не прочь провести остаток своей жизни. кай скользит рукой под рубашку, лаская каждый дюйм его кожи, прежде чем зажать сосок между пальцами. бомгю не знает, на чем сосредоточиться. он стонет в поцелуй, обхватив лицо кая дрожащими руками, отстраняется, но руки не опускает, рисуя большим пальцем круги на мягких розовых щеках. он напрягает свой взгляд и смотрит с искренним желанием. — сделай это. он рычит. одним быстрым движением кай полностью оказывается внутри. что-то похожее на крик сорвалось с губ бомгю — только похотливее. сухой оргазм сотрясает его тело. спина выгибается, кровь стучит в ушах. он кусает кая за плечо, оставляя красные полосы на спине, достигая своего пика и дергаясь в его руках. кай стонет от того, как бомгю внезапно сжимается вокруг него, и крепко держит, убеждаясь, что мальчик ни в коем случае не упадет. требуется некоторое время, чтобы бомгю пришел в себя. и когда это случается, то первым делом он решает ощупать свой живот. на обычно плоском пространстве кожи чувствовался бугорок. — большой. ты такой большой, черт возьми, — говорит он со смесью хныканья и хихиканья. — и я горжусь этим, — дерзко отвечает кай. бомгю поднимает голову, чтобы получше рассмотреть его лицо. чувство облегчения захлестывает его, когда он видит, что ситуация затронула не только его. волосы кая спутались на лбу, а его бледная кожа окрашена в розовый. гордость. это он сделал. — так ты собираешься трахнуть меня? — ты звучишь не как тот, кто только что кончил. — бомгю не отвечает, не успевает, потому что кай начинает двигаться. медленно, пробуя, но когда бомгю подтянул его ближе, упираясь пятками в спину, он решил набрать темп. звук шлепков кожи о кожу резонирует по всей крошечной комнате, усиленный хлюпающими звуками, вызванными обильным количеством смазки. бомгю не мог ничего сделать, кроме как хныкать, скулить и стонать, когда его буквально втрахивали в дверь. остальные мемберы, вероятно, уже проснулись, но он не мог заставить себя думать об этом. он разберется с этим позже. он не может позволить себе пропустить момент. — ты можешь лучше, я не фарфоровый, — выплевывает он, раздражая младшего. — да? думаешь, ты сможешь справиться с большим, хен? — шепчет кай ему прямо в ухо, посылая дрожь по спине. бомгю не позволяет этому сбить себя с толку, как только у него появляется искра мужества, он берет и держится за нее изо всех сил. — попробуй. глаза кая сужаются, выражение лица превращается во что-то темное. бомгю сглатывает, но не отступает. в мгновение ока кай закидывает ноги бомгю себе на плечи и начинает таранить его со скоростью, за которой второй едва может уследить. он вытрахивает стоны из горла бомгю, безжалостно, с каждым новым ударом о его бедра. он сжигает его, попадая по простате с убийственной точностью. а бомгю? он громкий. если кто-то поблизости еще спал после всего того шума, что он наделал раньше, то сейчас наверняка проснулись. он по натуре человек громкий и, по-видимому, громче всего кричит именно тогда, когда его трахают. все вокруг затуманилось, они утонули в наслаждении; опьяненные друг другом. — ах! кай, кай, кай-я! — его ногти оставляют красные полосы везде, докуда дотягиваются руки, пуская кровь. конечности путаются между собой, он не понимает, где заканчивается одно и начинается другое. кай кусает его, и его рот так жесток, будто он просто кусок мяса. кай огромен. бомгю чувствует каждый дюйм его длины каждый раз, когда тот погружается внутрь, перестраивая внутренности. — правильно. пусть все знают, кто заставляет тебя чувствовать себя так хорошо. бомгю едва ли может заметить, как внутри его живота снова скручивается тугой узел, слишком погруженный в наслаждение. это происходит опасно быстро, и не успевает он опомниться, как уже в третий раз за это утро кончает. сперма достигла уровня их щек, окрашивая обоих. но кай не делает ничего, не останавливается ни на секунду. слишком погружен в погоню за собственной кульминацией. — а-а!.. черт, остановись... — теперь он рыдает во весь голос, жалостливые мольбы прекратить смешиваются с отчаянием, требующим большего. — стоп-слово? — помидоры. но бомгю молчит. поэтому кай целует его в щеку и укладывает на импровизированную кровать, сделанную из пушистого одеяла и подушек — ту самую, на которой бомгю иногда спит. кай сцеловывает его слезы, прежде чем снова войти. на этот раз медленнее, глубже, чувственнее. они утопают в очередном поцелуе. это было странно интимно, больше любви, а не бессмысленного, животного траха. кай отстраняется первым и прижимается лбом к лбу бомгю: — я близко, — стонет он. — внутрь, — бомгю облизывает лицо кая дочиста, наслаждаясь соленым вкусом пота, смешанного с его собственным семенем. кай начал двигаться быстрее, ему не хватало прежней грации, но огромные размеры позволяли даже не целиться, чтобы попадать по простате бомгю. поэтому, хотя он думал, что уже превысил свой лимит, внутри старшего начинает закручиваться еще один узел. — о боже, мне кажется я умру, — скулит он, запуская руку в пушистые локоны кая. — ты думаешь, сможешь? — я уже... гм! — кай сминает их губы вместе, без языка, просто целомудренный поцелуй. бомгю кажется, что он в раю. узел в животе затягивался все туже с каждой секундой, и в отличие от предыдущего, он чувствовал, как он растет. кай набрасывается на него, как дикий зверь, и бомгю принимает все. он обнимает широкие плечи — притягивает ближе, прижимает к себе. — я собираюсь ... — прежде чем успеть закончить, кай кончает в него. достаточно много. ощущение наполненности густым, горячим семенем доводит бомгю до его собственного оргазма, член слабо брызжет тем, что осталось. ствол кая пульсирует, когда бомгю сжимается вокруг него, выдаивая все до последней капли. кай опускается вниз и на мгновение бомгю чувствует страх, страх из-за того, что должно произойти после этого. неуверенность исчезает, когда кай целует его в сотый раз за ночь: — будешь моим? — спрашивает голосом, не громче шепота. — ты делаешь это задом наперед, идиот, — поддразнивает бомгю, щипая за щеки и наклоняясь ближе, чтобы снова поцеловать. — я был твоим с самого начала.

☄

— знаешь, ты мог бы просто попросить, - говорит кай, и на его губах появляется игривая улыбка, когда он поднимает брошенную плюшевую игрушку в виде морковки. лицо бомгю вспыхивает, не желая ничего большего, чем послать младшего подальше. — в твоем лексиконе есть что-нибудь, напоминающее 'послеоргазменный уход'? — бомгю рычит, но выходит слабо, кай кладет морковку на полку и поворачивается к старшему, хватая его за щеки. — ну конечно! я знаю, что бомгю-хен любит, чтобы его баловали и заботились о нем. — кай целует его, и бомгю отшатывается, желая заговорить, но кай углубляет поцелуй, проглатывая резкий ответ. он мог бы привыкнуть к этому

☄

позже застенчивый хюнинкай несет бомгю к столу, чтобы позавтракать. — я очень надеюсь, что вы двое не будете делать это специально, чтобы пропускать тренировки, — говорит тэхен, не отрывая глаз от своего телефона. у него виднеются темные мешки. бомгю стонет, уткнувшись лицом в грудь кая, чувствуя, как его смех отдается эхом. ёнджун давится своим раменом, субин начинает хлопать его по спине. они даже не смотрят в их сторону, лица розовые. — не могу обещать, но в следующий раз мы будем вести себя тише! — бомгю крепче сжимает руку кая, молча приказывая ему заткнуться. тэхен поднимает глаза и фыркает: — невозможно.