Дофамин - гормон счастья. Но источник этого дофамина не сахар, а ты.

- Феликс, что ты делаешь? - Добавляю сахар в газированные напитки. - Хех, дурашка, ты что, рехнулся? Зачем тебе это? - Как зачем? Сахар - это дофамин. Дофамин - гормон счастья. Значит, чем больше сахара - тем больше счастья!!! - Как знаешь, сладкий. Я на кассу.

***

- Ну что, ребята, как думаете? Мне кажется - мы постарались на славу! - Ещё бы. Мы не получили нашу зарплату, чуть не спалили ресторан, да ещё и вы притащили домой эту кучу вредной жирной пищи! - Да! Получается, что мы, сегодня... Поработали за еду! Ха-ха! Буп. - тыкнул он его в нос, надеясь таким способом хоть немного поднять ему настроение. Да и нос у него выглядел довольно забавно, всегда хотелось так сделать. - Представляю, как отреагирует наш Создатель, когда узнает, что мы натворили. - сказал Пик, стараясь лишний раз не прикасаться к этой вредной пище. Птичка в виде Куромаку уже успела принести ему весть о их качестве. Рисковать ему вовсе не хотелось, а особенно не хотелось потом провести всё свое время в сортире или в больнице с отравлением. - Ой, да ладно тебе, Пик. Я уверен, он обрадуется! - Кстати, Феликс, можно тебя на минуточку? Это не займет много времени. - сказал Ромео. Выглядел он сейчас, на удивление, растерянным, чем немало удивил этим клонов. Но Феликс, казалось, вовсе не заметил перемен в своем друге. - Ладно. - легко согласился блондин, кивая. Ромео взял его за запястье и куда-то повел, по пути кладя компресс со льдом на тумбочку. - А куда мы идем? - додумался всё-таки спросить Феликс. - В мою комнату. - ответили ему, не оборачиваясь и не отпуская руку. Феликсу ничего больше не оставалось, кроме как просто пожать плечами, хотя Ромео, конечно же, этого не увидел. Они зашли в комнату розоволосого и Феликс, бывавший в комнате своего друга не один раз, принялся рассматривать её, словно оказался тут впервые: Те же розовые стены, мебель, как называл Ромео: "цвета романтики и любви", тот же ковер, потолок, вид из окна оставался точно таким же, как и принадлежности, лежащие на своих местах... Правда, крем для рук сейчас находился не в стоячем положении, а лежащем. Видно было, что им недавно воспользовались. Феликс отвлекся от рассматривания комнаты и обратил свое внимание на парня, который, тем временем, подошел к тумбочке, стоящей возле его кровати и достал из неё коробку конфет в виде красного сердечка. Потом направился обратно к блондину - видно было, что он нервничает - и протянул ему коробку. - Сахар - это дофамин. А дофамин - гормон счастья. - напомнил он его недавние слова, нежно и тепло улыбаясь. Заметив легкое замешательство, он добавил - Ну же, солнце, бери. - Феликс, сомневаясь и всё ещё не веря, что эти конфеты действительно предназначаются именно для него, без всякого на то подвоха, принял коробку из рук Ромео, случайно соприкоснувшись с ним руками. Он удивился, насколько мягкой и нежной была кожа парня и про себя отметил, что надо будет стыбзить у него один из его кремов для рук и тоже попробовать. - Ты знал, что от шоколада появляется чувство влюбленности? - А к чему ты это го... - он поднял на него удивленный взгляд, но договорить так и не успел. Его заткнули нежным поцелуем, обхватив за щеки руками. Феликс почувствовал на губах Ромео вкус гигиенической помады со вкусом вишни, которой тот постоянно пользовался. Да и целоваться с Ромео, как оказалось, было просто обалденно, тем-более, когда это твой первый поцелуй, а губы целующие тебя, имеют вкус обожаемой тобой вишни, ведь помимо шоколада и прочих сладостей, Феликс так же обожал вишню* Блондин, войдя во вкус, прикрыл глаза и ответил ему, одной рукой обнимая за шею и прижавшись к нему ещё ближе. Ромео, почувствовав взаимность, осмелел и принялся посасывать его верхнюю губу, иногда покусывая её. У Феликса, не знавшего ранее таких ощущений, внутри всё сжалось в тугой узел, а после взорвалось, превративших в сотню бабочек, щекотавших его желудок своими нежными крыльями изнутри. Он старался не облажаться, поэтому повторял всё за ним, стараясь не думать о том, скольких девушек и парней(?) Ромео уже перецеловал до него. Именно в тот момент, когда блондин ощутил на своих губах что-то влажное и теплое и до него дошло, что это язык, сзади них раздался грохот. Парни, как ошпаренные, отлетели друг от друга и оглянулись на источник шума. В дверях стоял обалдевший от жизни Зонтик, а на полу лежал компресс со льдом, который, видимо, он специально нес для Ромео. - В-вы т-только н-ничего не п-подумайте... - бедный Зонтик заикался сейчас больше, чем обычно - Я в-вовсе не... Не подглядывал... - его голос дрожал, а сам он отчаянно краснел вместе с парнями, которых застали в неловком положении - П-просто дверь была открыта... Н-ну я и решил, ч-что... В-вам не помешаю... Простите меня, пожалуйста!!! - пропищал он последнее, зажмурившись так, будто бы в него сейчас прилетит что-то тяжелое. - Ну и ну. - раздался из-за проема издевательский голос Вару. - Ребята, среди нас оказывается есть парочка! - крикнул он в коридор, показывая на них указательным пальцем - Парочка голубых голубков! - он громко заржал от своей "остроумной" шутки. - В-вару, п-пожалуйста, лучше не на... - но Вару забил на его мольбы большой и толстый болт, продолжая: - Парочка, парочка, парочка!** - Да, и что?! - надменным голосом спросил Ромео, поставив руки на пояс и смотря на него суровым взглядом. Вот тут уже выпали все, считая клонов, столпившихся у двери... Кроме Вару, который заржал от вида Ромео ещё больше, повалившись на пол и катаясь по нему, держался за живот. - Я удаляюсь. - поправив оправу очков, сказал Куромаку и спешным шагом ушел по своим делам, делая вид, что его здесь не было. Клоны перевели взгляд на Феликса, которого трясло от приступа ярости. - Солнце мое... - начал Ромео, собираясь положить руку ему на плече и успокоить, но было уже поздно. Ярость Феликса уже достигла своего пика. - Вы что, на цирк пришли посмотреть?! - рявкнул он в их сторону заставив вздрогнуть и попятиться чуть назад. Взяв первое, что попалось под руку, а именно очередной крем Ромео, почему-то лежащий на полу, кинул в толпу клонов, стоящую в проеме. Последние, в свою очередь, уклонились от летящего в них крема и приняв вполне разумное решение, разбежались по своим комнатам, боясь, что он кинет в них что-нибудь потяжелее какого-то там крема. Блондин тяжело дышал сквозь зубы, сжав кулаки и сдерживая свои порывы убивать или разгромить пол квартиры. - Ну что же ты, ангел мой? - услышал он нежный голос и в следующий миг его нежно взяли за щеки, заставив тем самым уже второй раз за день замереть от шока - Они не стоят твоих нервов, а Вару и подавно. Зонтик тоже не виноват, он всего-лишь принес новый компресс со льдом, пытаясь позаботиться обо мне, а вот остальные.. Ну, честно говоря, если бы я тоже услышал про каких-то там голубков, а в квартире, кроме нас всех и создателя больше никто не живет, то тоже бы пошел на них посмотреть. Феликс внезапно для себя обнаружил, что он успокоился. То есть, его состояние вновь стало спокойным. Обычно приступы ярости так быстро не проходили, только если он набьет шишку виновнику его состояния или устроит погром. Но, это не всегда помогало, ярость всё ещё могла балансировать в нем неприятным чувством в груди, которое он научился игнорировать. А тут, обычными словами и нежными руками, поглаживающие щеки, его легко и быстро успокоили. И до блондина дошло, что злится тут действительно не на что - Зонтик действительно излишне беспокоился за всех, откуда ему было знать, что Ромео позвал Феликса вовсе не для того, чтобы конфетками с ним делиться, да женщин прекрасных обсуждать? Да и на Вару тоже злится не стоит. Ну набьет он ему шишку, но разве от этого что-нибудь изменится? Нет. Он продолжит быть той же заразой, которой он всегда и был. Единственное, что изменится, так это то, что Вару начнет ему постоянно припоминать этот случай, да и нервных клеток на одного дебила не напасешься. Но на данный момент, состояние у Феликса было такое, будто бы для него всю неделю так и не появилось источников для ярости и сейчас он чувствовал себя просто прекрасно, словно он оказался в раю и выпил успокоительное одновременно. А тем временем, пока он размышлял, чьи-то губы нежно поцеловали его в висок, потом в лоб и прижали к груди, обнимая за плечи и зарывшись носом ему в макушку, тем самым успокаивая окончательно. Если бы Феликс умел мурчать, то его мурчание было бы слышно аж на улице, но вместо этого он лишь обнял его в ответ, чувствуя нежные поглаживания по спине и тихо млея от такой нежности. Потом он задумался. В этом мире люди были против однополых пар. Им придется скрываться? А что, если они расстанутся из-за осуждения других? Как на их отношения отреагирует Создатель? Им, клонам не из этого мира никогда не суждено было понять заморочки людей, а особенно все эти заморочки с натуральными и ненатуральными отношениями (некоторые из них считали, что натуральными и ненатуральными бывают только продукты) Но с другой стороны... В этих объятиях ему сейчас было так уютно, тепло и хорошо... А ещё, если брать факт того, что Ромео так часто заигрывает с другими девушками и как раз именно из-за одной из них он получил тот самый фингал под глазом, потому что в итоге у неё оказался парень... И самое главное... Почему он не сопротивляется этим поцелуям и объятиям? Подняв голову, он встретился взглядом с Ромео, у которых в глазах читался немой вопрос, а потом он улыбнулся ему уголками губ и снова поцеловал в лоб. Феликс перевел взгляд на фингал... Ромео как-то говорил, что дамы конечно же, прекрасны, словно цветы, но и с парнями он не прочь попробовать. В сердце что-то кольнуло. - Солнце, давай я тебе выдам небольшую анкету? - Анкету? - захлопал глазами Феликс. - Ну-у... Хочу, чтобы ты написал о своих хобби, интересах, какие фильмы, конфеты предпочитаешь... - перед глазами блондина вновь вспыхнула сегодняшняя картина, где Ромео флиртует с той барышней - Цветы, свой любимый цвет... Хочу всё знать о тебе. - блондин прикусил губу. Вот пусть и дальше флиртует со своими барышнями... И парнями тоже. - Хей, ты куда?! - крикнул Ромео вслед, ни с того ни с сего убежавшему из комнаты Феликсу, который в коридоре чуть не сбил их Создателя с ног, но, к счастью, тот вовремя успел отскочить. - Что-то я не понял, откуда у нас вся эта еда и почему Феликс выбегает из комнаты Ромео весь в слезах? Кто-нибудь объяснит мне, что вы уже успели натворить за то время, пока меня не было?! Я же всего-лишь просил вас убраться! - клоны, услышав, что Создатель наконец вернулся, выбежали из своих комнат и наперебой начали что-то ему объяснять, создавая страшный гул - Так, а теперь всё сначала, но по очереди! - Феликс забежал в свою комнату и заперся в ней. Через секунду кто-то обеспокоенно постучал в его дверь и он уже заранее догадывался, кто это может быть. - Феликс, пожалуйста, открой! - Думаю, мне долго стоит выслушать объяснения о том, почему у него фингал под глазом? Ведь я уверен, что если бы его ударил Феликс, то одним фингалом дело бы не обошлось и плакал бы уже Ромео, а не он... И да. Ромео, рассказывай, что у вас случилось, что Феликс выбежал весь в слезах из комнаты? Феликс, краем уха слыша голоса, но особо не вникая, со страдальческим стоном упал лицом на подушку, а потом, чтоб уж наверняка, закутался в одеяло, искренне желая спрятаться от всего мира. В душе скребли кошки, состояние было ещё хуже, чем когда он испытывал неконтролируемую ярость, вместо нежных крыльев бабочек, казалось, что их крылья стали острыми лезвиями. Ко всему прочему прибавилась неловкость, когда он услышал, как клоны перешли как раз к тому моменту, когда их двоих застали целующимися в комнате Ромео. Эх, а конфеты он тоже забыл с собой взять... "Да ну нафиг эти конфеты" - думал он "И Ромео, ловеласа этого, тоже нафиг" Тихо всхлипывая от свалившихся на него переживаний, он начал проваливаться в беспокойный сон. И больше он не хотел слышать ни офигевший голос их Создателя, ни издевательский голос Вару, шутивший про голубков и голубой цвет, ни то, как ему снова чуть не настучали по репе. А провалившись в сон окончательно, он даже и не догадывался, какие нежности и слова любви говорит в его адрес Ромео. И что Вару всё-таки получил по заслугам - от таких телячьих нежностей его начало тошнить и он убежал в туалет обниматься с белым другом.

***

Неизвестно, сколько он проспал, но посмотрев на часы, Феликс обнаружил, что на часах 1:42 ночи. Есть хотелось настолько, что он готов был съесть своё одеяло и закусить подушкой. Он планировал, вообще-то, никогда и ни за что больше не выходить отсюда, да и вообще помереть тут от голода на зло им всем, чтоб им было стыдно. Но главное, чтобы дверь в его комнату не выбили заранее перед тем, как он помрет. Это мог быть Создатель или... Ромео Как-то Феликсу удалось одним глазком увидеть сцену из мелодрамы, которую смотрел Ромео: мужчина, кажется, умирал на руках женщины, а девушка в свою очередь рыдала в голос вместе с ним и убеждала его, что он не умрет. Непонятно, чем закончился этот фильм, но Феликсу теперь стало интересно - какого умереть на руках любимого человека? Да и кто для него любимый человек?... Этот розововолосый чудик, что-ли? А может, всё-таки пойти и взять себе что-нибудь поесть? Все-равно ведь все спят. В подтверждение его мыслям, живот жалобно заурчал. Бабочки в животе больше не ощущались. Видать, с горя бедный начал переваривать их и в итоге они все взяли и умерли, но вот желудку этого было мало. На цыпочках, стараясь не издавать лишнего шума, он подошел к двери и прижал ухо к ней, прислушиваясь. Было тихо, слышалось только сопение заснувших клонов, а чей-то храп лишь заставил его убедиться в том, что они все уже давно уснули и можно выходить. Медленно, с тихим скрипом приоткрыв дверь, он заглянул сначала в её щелочку, а затем с осторожностью выглянул из-за проема, прислушиваясь и стараясь не дышать. В квартире было прохладно и свежо, а значит на ночь кто-то открывал окно, проветривая помещение. Из большого, не закрытого шторами окна, светил лунный свет на их красный диван. Желудок вновь напомнил ему о себе и Феликс, решив пожалеть его, всё-таки собрался с духом и таки вышел из комнаты, начав на цыпочках передвигаться прямиком в сторону кухни и моля все высшие силы о том, чтобы он ничего не задел в темноте. Миссия проходила как нельзя успешно, он уже приближался к холодильнику, намереваясь его открыть, но когда его взгляд упал на кухонный стол, то он замер как вкопанный, напрочь забыв, что он только что хотел. Желудок был полностью солидарен с ним, так что он тоже пока что затих. На столе лежала тарелка пирога с шоколадной начинкой, которая, видимо, именно предназначалась для него. Неужели это от Создателя? Он оставил этот пирог для него? Может быть, это что-то значило? Ну, к примеру, что он любит их... Любит их, как свои творения, хоть и особо не показывает этого. Может быть, с ним стоит завтра поговорить? Подумал он, беря в руки пирог. Получается, если его ещё не выгнали вместе с Ромео из дома, как это делали некоторые люди, не устроил скандал (хотя, кто его знает), значит, он отреагировал либо положительно, либо ему все-равно? Это хорошо ведь, правда? Вряд ли он оставил бы для него отравленный пирог, ведь Создатель на такое точно не был способен, тем-более, из-за какого-то там поцелуя со своим полом. Он снова перевел взгляд на свой пирог в руках и заметил вилку, мирно лежащую на столе и тоже взял её в руку. Если подумать логически, то смысла отмазываться точно уже нет, ведь клоны 100% уже могли рассказать ему всё. Но даже если они и пытались умолчать о том поцелуе, то Вару, он был уверен, 200% уже всё растрепал, не забыв приукрасить и вставить какую-нибудь шуточку про геев или голубков, а может быть даже и всё сразу. Блондин с этими мыслями тихими и маленькими шажками направился к себе в комнату, чувствуя, как радостно бурлит его желудок, но повернув голову в правую сторону, он, от неожиданности, чуть не выпустил тарелку из рук. А вот желудок тактично замолчал. На балконе сидела ходячая розововолосая причина всех его переживаний и страданий по поводу и без, и с задумчивым видом смотрела на ночное небо, держа на коленях тарелку с наполовину съеденным пирогом и с пледом на плечах. Блондин, разглядывая его, в этот момент размышлял, валить ему или нет. Желудку, в принципе, было все-равно, он просто хотел есть, мозг в истерике орал, чтобы он валил отсюда как можно быстрее, сердце нежным голосом советовало ему подойти к своему предмету воздыхания и как на духу выдать ему все свои тревожные мысли и переживания, а её главный аргумент был - приятное развитие событий, бессовестность советовала пойти, разбудить Создателя и выдать все свои переживания не Ромео, а ему, сама же совесть ничего не сказала, а просто дала бессовестности подзатыльник, агрессивная сторона личности Феликса советовала ему пойти и придушить Вару подушкой, за все страдания и переживания, что сейчас творились у него в душе, а его светлая, счастливая сторона была в сговоре с сердцем и тоже предполагала хороший вариант событий, не забыв при этом дать темной личности подзатылок. Но, какая-то высшая сила, где-то там, наверху, отклонила все предложенные варианты, заодно послав их в пешее эротическое и сотворила всё по-своему. Ромео, будто бы прекрасно зная, что за ним кто-то наблюдает, повернул голову и посмотрел Феликсу прямо в глаза. Эти двое уставились друг на друга так, словно каждый своим взглядом молча пытался что-то рассказать или показать. Например показать ту печаль и тревогу, что творилась в душе у каждого из них или же не показать, а наоборот рассказать о ней. И эта же высшая (читай "предательская") сила сама повела его в сторону дивана, где сидела причина всех его переживаний. Он приземлился рядом с ним, стараясь делать вид, что вовсе не замечает его и тоже устремил свой взгляд к небу, которое действительно сегодня выглядело загадочным, романтичным и очень красивым. - Красиво. - тихим голосом выразил он свои мысли вслух, чувствуя, как сердце радостно ликует, а переживания уходят куда-то на второй план. В голове пронеслась навязчивая мысль, что он сидит сейчас рядом с тем, кто нагло спиздил украл его первый поцелуй. - Да. - послышался рядом приятный голос - Но лично я считаю, что ты намного красивее всех звёзд на небе, даже луна не сравнится с тобою. - от таких комплиментов и сравнений в свой адрес щеки Феликса предательски вспыхнули алой краской и вновь появилось то самое навязчивое желание позорно смыться в свою комнату и спрятаться под одеялком. Но его ноги будто бы приросли к полу, поэтому, стараясь себя отвлечь, он принялся ковырять вилкой пирог, лежащий у него на тарелке. - Опять своих мелодрам насмотрелся? - пробубнил он, засовывая кусочек пирога себе в рот и не сдержавшись, промычал от удовольствия, прикрывая глаза - Ну вот как я могу быть красивее звёзд и луны? - спросил он, когда прожевал лакомый кусочек и вовсе не догадываясь, что Ромео сейчас сидит и просто любуется им. - Ты, как всегда, ничего не смыслишь в моих романтических штучках. - внезапно Ромео обнял Феликса, за плечи, от чего последний чуть не подавился воздухом - Посмотри на вещи под другим углом. - сказал он, указывая пальцем в небо и укрывая его второй частью пледа, прижимая ещё ближе к себе. Феликс, казалось, не заметил всех этих махинаций. - Звёзды ведь могут быть похожи на светлячков, они словно огоньки, мерцающие в небе... И ты не можешь не признать, что они выглядят особенно красиво, когда их свет гармонирует с черным небом и всё это дополняет луна. А когда звезд много, то это похоже на рассыпанные по полу блестки. Ты ведь любишь блёстки? Они приносят счастье людям. - пока блондин был увлечен созерцанием неба, Ромео начал играть с его прядью, накручивая её на палец. - Да, люблю... - Феликс обнаружил, что он старается лишний раз не дышать, а в груди будто бы что-то горит и сжимается одновременно. - Звёзды, как не крути, любовь моя, очень красивы. И романтики пытаются сравнить свою пару с ними, доказывая им свою любовь и то, что они красивы для них точно так же, как эти звезды... Так вот, для меня ты милее и красивее всех блёсток, звёзд, лун и котят. Ты ни с чем несравним. - до блондина постепенно начали доходить его слова. В тот же миг в его лицо ударил немного болезненный жар, распространяющийся по всему телу, хотя на улице сейчас было прохладно, вон, даже под одним пледом сидят... В обнимку... Вместе... Да твою же ж мать. А больше всего его раздражало сейчас не его собственное смущение, а бешеный стук сердца, норовящее хорошенько избить его через грудную клетку. Феликс даже боялся, как бы оно не выскочило, а то ещё и кинется на шею Ромео и будет громко кричать ему о любви, перебудив тем самым пол дома. - Ешь свой пирог, дорогуша. Он получился просто изумительным. - Феликс, решив ничего не отвечать ему, нацепил второй кусочек на вилку и снова замычал от удовольствия. У него будто бы взрывался фейерверк каждый раз, когда пирог оказывался у него во рту - Понравилось? - хитрым и нежным голосом спросил он, поправляя его челку и надеясь, что эта непробиваемая упрямая зараза это невинное солнышко заметит такой нежный жест в свою сторону. - Угум. - он с удовольствием проглотил кусочек - Кто готовил этот шедевр?! - Феликс нацепил третий кусочек. - Да так, неважно. - сказал загадочным голосом Ромео и принялся вновь разглядывать небо. - Я этому человеку хочу пожать руку или даже расцеловать его. - Правда? - у Ромео аж глаза заблестели. - Ну, про поцелуй это конечно же в образном варианте было. - Ну, а все-таки... - Ромео приблизился к лицу Феликса, выдыхая в его губы - Поцеловал бы? - Феликс от такого поворота чуть вилку не проглотил, а особенно от того, как близко сейчас находилось лицо его любимого(?) - А что, если скажу, что этот пирог готовил я? - Д-да ладно тебе... - он положил ладонь на его лицо, отодвигая от себя и засмущавшись ещё больше - Ч-что ты мне тут сказки рассказываешь... Ты чуть кухню в прошлый раз не сжег! - А что если я скажу, что Создатель принял нас, дал Вару звездюлей и даже научил меня готовить пирог, чтобы я приготовил его для тебя и извинился перед тобой? - у Феликса отвисла челюсть. - Стоп, погоди... Наш Создатель одобрил всё это? - Да. - И ты даже не сжег кухню? Как? Применял темную магию? - они оба хихикнули одновременно, из-за его "остроумной" шутки. - Создатель полностью контролировал каждый мой шаг и действие. Он даже сам удивился, честно говоря, какой вкусный получился пирог. - Получается... Ты для меня старался? - Последний кусочек я специально оставил именно для тебя. Ведь прекрасно знаю, каким голодным ты бываешь по ночам. - Феликс аж покраснел от того, что его, оказывается, уже давно спалили, а Ромео, увидев краску на его лице, искренне и тепло рассмеялся - Ну так... Отблагодаришь? - спросил он у надувшегося Феликса. - Как и чем? - Поцелуем. - вновь приблизился к его лицу и тут же потерпел облом - Феликс снова грубо отодвинул его от себя. - Других целовал - вот и дальше целуй, хочешь попытаться с парнем, вот и пытайся, а меня не трогай! - Феликс демонстративно снял с себя плед и отодвинулся от него подальше, отворачиваясь. Настала тишина, нарушать которую никто не спешил. - Ты... - первым это осмелился сделать Ромео - Был таким расстроенным из-за того, что я с кем-то целовался до тебя? - Не твое дело. - Хочешь, расскажу секрет? - Иди в пень ты со своими секретами... И пирогом тоже. - его нежно обхватили чьи-то руки сзади, крепко прижимая к теплой груди - И культяпки свои тоже убери, пока я их сам другими способами не убрал. Эй, ты чего это там ржешь, с меня что-ли?! - разозлился он, услышав тихий смешок и уже собирался развернуться, чтобы дать ему в глаз во второй раз. Нет, ну, а что, будет с двумя фингалами ходить, он всё это время будет нежно называть его пандочкой, пока синяки с глаз не сойдут. - Я встречался с другими, потому что вообще не понимал, как к тебе подойти, как флиртовать и как вообще себя вести рядом с тобой... И целоваться на других я тоже учился, чтобы не облажаться перед тобой... - Зато честно могу сказать, что мой первый поцелуй ты официально спиз... Кхм, украл. - Ай-ай-ай, наш Феликс, оказывается, матерится. - помотал он головой, усмехаясь. - Ой, да иди ты. - И свой первый поцелуй я тоже отдал тебе. - в голове Феликса мгновенно отразилась табличка с "Error 404" - Всмысле? - Ты, по ночам, оказывается, так крепко спишь~ - игривым голосом сообщил он, наблюдая за его реакцией. Это было намного интереснее разглядывания черного полотна с блестками. - Ах ты... - Ты ещё во сне начал что-то там бубнить про вишню и про то, как ты её любишь. А теперь догадайся, почему я использую гигиеническую помаду исключительно со вкусом вишни? - Оу... Ого... - Правда, я ещё планировал немного повстречаться с парнями... - он нежно взял его за щеки - А потом понял, что и девушек мне вполне будет достаточно. - Ты что, хочешь сказать, что я веду себя как де... М-мф! - его заткнули во всех смыслах сладким поцелуем, от которого Феликс начал таять, как мороженое на солнце, а больше всего он таял от того, что помимо гигиенической помады он ощущал тот восхитительный вкус шоколадного пирога. Помимо двух перечисленных выше вариантов, он обожал кое-что намного сильнее, а именно шоколадные конфеты с вишней или вишневой начинкой внутри. Он осмелел и обнял его за шею, прижимаясь ближе и полностью отдаваясь поцелую. Во-второй раз он целовался ещё лучше, чем в первый, а особенно, если учитывать, что это его... Третий(?) в жизни поцелуй. Влюбленных на этот раз никто не собирался отвлекать и они продолжали наслаждаться друг другом, пока воздух не закончился. - Ого... - восхищенно произнес Феликс. - Ага... - кивнул ему Ромео - Давай ещё раз? - они вновь начали приближаться к друг другу, закрывая глаза. - Ну и ну. - услышали они голос - Сразу видно, что парочка. Только что ссорились и страдали по друг другу, а теперь сидят и в два часа ночи целуются на балконе. - Вару, твою ж мать. - сказал Ромео, окинув его испепеляющим взглядом, пока Феликс тем временем недоуменно хлопал глазами, не до конца понимая, что вообще происходит - Если ты сейчас же не уйдешь... - То что? - Вару стоял со скрещенными на груди руками. - Я расскажу всем, в кого ты влюблен и пришлю в наш общий чат доказательства. - Ты... - на лице Вару отразился страх - Ты не сделаешь этого! - Не сделаю только если ты оставишь нас в покое. - повисла пауза. - Тц, ну и ладно. Больно вы мне нужны были. - до Феликса постепенно начала доходить вся неловкость данной ситуации. - Смотрите, чтоб вас не спалили. - махнул он им рукой. У Феликса в очередной раз отвалилась челюсть. - Обязательно. - ответил ему Ромео и... Снова настала тишина. Пока Ромео не перевел взгляд на лежащего у него на коленях Феликса, которого он держал за талию и до которого, кажется, дошло, в каком они сейчас положении находятся. Блондин, который своим красным лицом мог бы спокойно освещать улицы, попытался принять сидячее положение, но Ромео, зараза такая, не дал ему этого сделать. Стараясь отвести взгляд или хотя бы разбавить неловкость данного момента, Феликс спросил, нервно смеясь: - Слушай... А в кого влюблен наш Вару? - Секрет. - ответил он, убирая с его глаз челку. - Ну скажи-и... - надул губы Феликс. - Меня этим не возьмешь. - и с этими словами наклонился и чмокнул его в губы. - А фингал твой где? - Замазал тональником. А теперь я задам вопрос. - Какой? - Ты... Любишь меня? - он старался выглядеть уверенно, но видно было, как он нервничает, кусая себя за губу. Феликс с неудовольствием отметил, что в данный момент губы, полюбившиеся ему, кусает сейчас их обладатель, а не он. Потом задумался, сравнил ощущения со своими знаниями о влюбленности и пришел к выводу, что он уже давно хотел узнать, какого это - целоваться. Других клонов он бы ни за что на свете не стал целовать, а вот Ромео... Почему-то именно от него шла та самая энергетика, от которой Феликс был уверен - ему можно довериться, он не навредит, а особенно если это связанно с поцелуями. Феликс размышлял уже где-то с минуту, заставив тем самым изрядно Ромео понервничать, а затем произнес: - Да. - Ч-что?... - Да. Я уверен в том, что люблю тебя. - И ты так легко и непринужденно об этом говоришь? - А зачем мне врать тебе и самому себе, если всё итак очевидно? - он принял сидячее положение - А особенно, когда понял, что свой первый поцелуй я хотел отдать - только тебе. - Мне? - глаза Ромео аж заблестели после такого признания. - Н-ну, п-просто... - замялся блондин - Ты такой нежный, в романтике разбираешься, вот и... М-мф!... - его опять заткнули поцелуем, на что Феликс, мстя, укусил его за губу и сразу же отстранился. - Больно же! - Ромео пальцем трогал и слегка поглаживал свою укушенную губу. - А вот нечего меня затыкать на полуслове! - они уставились друг на друга. А потом их прорвало на смех. - Мы с тобой прям как женатая пара. - сказал Ромео, давясь от смеха. - Да ты что, до женатой пары ещё как до луны пешком. - Феликс продолжал давиться от смеха вместе с ним. На душе было так хорошо и легко, что хотелось танцевать, смеяться и петь. - Ты будешь со мной встречаться? - Что? - Феликс аж смеяться забыл. - Всё логично. Мы любим и нам хорошо друг с другом, мы с тобой целовались и... - А хотя знаешь, я тут подумал и решил, что я согласен. - и с этими словами он крепко обнял Ромео за шею, утыкаясь в неё носом. - Правда?! - в его голосе слышалась радость. - Ну да. Я действительно люблю тебя, а что люди делают, когда любят друг друга? Встре-ча-ю-тся! - И не только... - Целуются, за ручку гуляют и проводят время вместе? - Не только. - Всмысле?... - Ты ещё многого не знаешь. Я потом тебе как-нибудь расскажу и даже покажу на примере, чем парочки ещё могут заниматься помимо поцелуев и совместного времяпровождения... Но потом. - И да... - М-м-м? - Если я увижу, что ты "тренируешься" на какой-нибудь бабе... - Исключено. - Или флиртуешь с ней... - Этого не будет... Я, вообще-то, всё слышу. - Я что, вслух это сказал? - Феликс отстранился от шеи Ромео, решив, что этим запахом он насладится немного позже. - Да. Тебе так сильно понравился этот запах? - Ну-у... - Можешь не тырить, а забрать себе. - Правда?! - Угу. Теперь мои вещи - твои вещи тоже. - А... - А твои вещи остаются твоими. Я тебе даже помогу подобрать крем для рук, хотя твоя кожа и так идеальная, моя луна. - Какой же ты у меня понимающий... И я не луна, а Феликс. - Привыкай к своим новым прозвищам, ибо без них я не смогу, ведь ты такой ми-илый... - с умилением сказал Ромео, сжимая и мучая его щеки. - Всё, Ромео, перестань!... - Ладно-ладно... Твоя кожа идеальна, солнце мое. - Как и твоя. - Приму за комплимент. - улыбнулся он блондину в ответ, укрывая его пледом и мягко толкая на себя, заставляя лечь на свою грудь, что Феликс и сделал, тихо мурлыкая от поглаживающей его ладони. - Не усни только. - Угум.

***

Феликс всё-таки заснул. Ромео понес его, как принцессу, к его кровати, а потом замер посреди коридора, о чем-то раздумывая. Перевел взгляд на своего любимого спящего у него на руках котенка, улыбнулся своим мыслям, решив, что прозвище "котенок" ему подходит как нельзя лучше, развернулся и понес его в свою спальню. Он даже не стал скидывать ногу "котенка" со своего бедра и ещё пол ночи лежал без сна, любуясь им и всё ещё не веря в то, что сейчас произошло на балконе. Неужели его любовь теперь официально принадлежит только ему? Хотя... Королева из этой милашки вышла бы прекрасной. Ромео, если бы мог, вечно бы любовался спящим Феликсом, даже если бы он почти всё время пускал слюни на подушку... Вот прям как сейчас. - Спокойной ночи, моя любимая вишенка. - чмокнул его в лоб, а затем добавил - Люблю тебя. - а после прижал его к себе и он медленно закрыл глаза, решив дать и себе немного отдыха.

***

На следующий день всё было так хорошо и ванильно-сладко, что если бы это было конфетой, от неё бы разом заболели все зубы. Во-первых: Клоны удивились, что эти двое не пришли на завтрак и пошли проверить их. Проверили комнату Феликса - все, кроме Вару получили мини-инфаркт. Пошли в комнату Ромео и тут же попятились назад, не желая нарушать такую идиллию. Во-вторых: Когда эти двое всё-таки соизволили проснутся и держась за руки побрели на завтрак, то Создатель, при виде них, показал им большой палец вверх, а Феликс, от души зевнув и ещё не до конца проснувшись, поднял большой палец в ответ, а Ромео лишь устало улыбнулся их создателю. В-третьих: Вару их не задирал и не отпускал больше никаких шуточек. Даже больше - он вообще сегодня никого не задирал, да и выглядел он сегодня задумчиво. В-четвертых: Он всё-таки поладил со своим крашем и Ромео с хитрой улыбкой наблюдал за довольным, как слоном, Вару. В-пятых: Феликс обнаружил, что приступы ярости исчезли у него окончательно. P.S. А шоколадные конфеты в коробке в форме сердца оказались с вишней внутри, чему Феликс был несказанно рад. Совпадение или нет - это он уже потом уточнит у Ромео, а сейчас он одним махом съест все эти вкуснейшие конфеты, а потом ненавязчиво узнает его предпочтения в сладостях... И анкету друг другу они тоже напишут, да.