Baby, it's okay

      Мужчина перечитал в последний раз новые отчеты подопечных и тяжко вздохнул, расслабляя плечи, на которые свалилось слишком много. Назойливая челка лезла в глаза, но не было сил исправлять ситуацию. Этот тоскливый вечер в кабинете прерывает стандартная мелодия звонка. - Ким Уджин, слушаю Вас. - Хён, ты не собираешься домой? Я уже давно закончил, жду только тебя. - Сынмин, я сейчас спущусь. подожди в машине. - И сбрасывает звонок.       Вздох. Вот еще один день в этом кошмарном месте закончился. Ему осталось лишь доехать домой и смыть с себя всё лицемерие, что на него прилипло за рабочий день. Когда он возненавидел это место? Кажись, с самого начала атмосфера не сулила чем-то радостным. Если на улице все казалось серым, то здесь - черным. И таким гадким. Ему, как верховному судье, приходится часто выносить приговоры людям, разрушая таким образом их жизнь. Но ему на людей стало плевать. Он приговаривает несчастных ангелов и демонов к смерти ежедневно. Уджин унаследовал у своего отца не только должность, но и груз мертвых душ невинных существ. И правду, после которой улыбка перестала трогать лицо Кима, что не скажешь о младшем брате, Сынмина. Он знает всё, но является последним лучиком радости в жизни Уджина. Улыбается после тяжелого рабочего дня в здании министерства, после ужина желает спокойных снов. Как же старший мечтает о действительно спокойном сне. Без них.       Без этих стеклянных глаз, полных боли и страданий. Глаз тех, кто мечтает о смерти. Но вместо этого получает огромную порцию пыток. Как же ошибается общество, полагая, что геноцид заключается в убийстве ангелов и демонов. Ведь причина их ареста и пыток заключается в игре руководителей миром. Безжалостные люди на верхушке стран всего мира решили истязаться оружием, что ранее не было видано на планете - биологическое магическое оружие. Ангелы и демоны становились куклами-убийцами в руках толстеньких дядек, которые не поделили лопатку в песочнице. Бедных существ подвергают лабораторным экспериментам с целью абсолютного подчинения и превращения в что-то на подобии безотказной армии с сверхъестественными силами. Когда все думали, что при аресте нелюдям вводили смертельную инъекцию, то их всего лишь усыпляли. И с этого этапа никто не мог спасти их.       Об этом знала лишь малая группа людей при правительстве, но это не отменяет того факта, что есть смышленые люди, что догадываются об этом зверстве. Чан был одним из них. Ведь небо не окрасилось в красный цвет в тот вечер...       - Хён, а ты веришь в то, что когда умирает хороший человек, небо плачет за ним тоже? - Верю, а к чему такие вопросы, Чонин-а? - Бан сильнее прижал к себе младшего, пока они смотрели на звездное небо, расположившись на крыше заброшенного здания. - Мне мама в детстве рассказывала, что при смерти ангела небо становится красным. Оно потеряло своего служителя. А когда умирает демон, то небо окрашивается в черный посреди ясного дня, ведь ад попрощался со своим подопечным. - Я обещаю, что не позволю небу стать красным. Я уберегу тебя, мой ангел. - И глаза старшего направились на лицо Яна. Их взгляды встретились, словно вселенные наконец-то соединились.       Ведь, когда забрали у него его любовь, небо не стало красным. Значит, Чонин еще жив. И это последняя надежда Чана. Это его мотивация бороться, чтобы узнать истинную причину кошмара, что происходит вокруг. Он спасет своего ангела с золотыми крыльями. Ангела, что скрасил его одиночество и подарил нечто неосязаемо прекрасное - смысл жить. Без него он сходит с ума. Изнутри распирает обозленный зверь, который готов убивать ради достижения цели. Чан ощущает себя не лучше тех тварей, что устроили этот геноцид. Он даже хуже их, ведь он не преследует какую-то научную высшую цель, а всего лишь жаждет мести. Он сдерживается с последних сил, тихо ожидая дня, когда эта злоба убьет его самого.