Значимое

Дернувшись во сне, Барби недовольно замычала, приоткрывая глаза - после вчерашнего вечера голова гудела так, словно по ней ударили кувалдой. Прикоснувшись к виску ладонью, она слегка поморщилась, потирая его. "Черт, мы же не пили, почему так голова-то болит?" Привстав на кровати, девушка оглядела место, в котором находилась, сразу замечая знакомый с детства порядок - в комнате Кена всегда была идеальная чистота. Блондинка откинулась обратно на постель, зарываясь в одеяло по подбородок - вставать никуда не хотелось. Как жаль, что сегодня был вторник. Она подумала, что просто не пойдёт в школу. Что-то пробурчав про себя, она мысленно порадовалась, зная, что дома её не хватятся - родители были в отъезде вместе с сёстрами, а старшую оставили присмотреть за коттеджем. Единственная мысль, не дававшая ей снова заснуть, заключалась в том, что она совершенно не помнила, как оказалась в комнате друга. Она помнила, что они договаривались о ночевке и то, что они вместе с друзьями поехали в клуб развеяться, а дальше все было словно в тумане. Тихо выдохнув, она вдруг почувствовала нестерпимое желание закашляться - в горле запершило так, словно она только что закинула в себя упаковку молотого перца. Прочистив его (горло, а не перец), она уткнулась носом в светлую простыню - пахло одеколоном Кена. Скрывать своё влечение к нему было очень сложно, особенно тогда, когда вы оба стоите под омелой с красными, как вареный рак, щеками. Она тогда всё-таки чмокнула его в нос (разумеется, как друга!), после обнимая его за пояс и тихо поздравляя с Рождеством. Да что там, это было всего месяц назад. Барби до сих помнит, как дико стучали сердца у обоих. Она знала, что пора уже закончить этот цирк - после их возвращения из Флоравии прошло уже около двух недель, где оба не смогли скрыть своих эмоций во время их танца. Это были невероятные чувства, от которых Барби до сих пор трясло, словно в лихорадке. Между ними была такая химия, что воздух вокруг них едва ли не искрил. Задумавшись, она не заметила, как скрипнула дверь в комнату. Тихо шлепая босыми ногами по полу, Кен проскользнул в комнату, боясь разбудить подругу. Тихо переступая ногами по ковру, парень подошел к шкафу, открывая его и ища нужные вещи - он только что вышел из душа в одном полотенце и боксерах. Взяв домашние штаны и майку, блондин развернулся к кровати, наблюдая за девушкой. По лицу сама по себе расползлась нежная улыбка. Он накинул полотенце себе на плечи, присаживаясь на постель рядом с подругой. Барби почувствовала, как на кровать рядом кто-то сел, а потому, понимая, кто это, приоткрыла глаза, встречаясь взором с лазурными омутами. Кен немного удивленно приподнял брови, не ожидая того, что блондинка не спит. - Я разбудил тебя? - в его голосе послышались нотки вины, - Извини... - Не извиняйся, - она наконец чуть вылезла из под одеяла, забавно сморщив нос, отчего парень невольно улыбнулся, а его улыбка передалась и ей, - Я сама проснулась пару минут назад. - Хорошо... Как ты себя чувствуешь? - Неплохо, - она смешно фыркнула, незаметно любуясь открывшимся видом на его шикарный торс, - Голова правда болит, да и особо ничего не помню. Что было? - Вчера вечером в клубе тебе поплохело и мы приехали ко мне, - парень всё же решил умолчать о том, что произошло вчера и о её непристойном поведении у него дома, которого она не помнит, прикасаясь ладонью ко лбу возлюбленной и проверяя температуру, - А я ведь говорил тебе, что не надо было на одном дыхании есть килограмм мороженного. В его глазах отразилось возмущение, и Барби не выдержала, хрипло засмеявшись. - Ой, да ладно тебе, все же было хорошо! - почувствовав его руку на своём лбу, она улыбнулась, разглядывая внимательно осматривающего её парня, на что тот лишь закатил глаза, обреченно выдыхая, - Папочка Кен, я буду слушаться! - Ч-чего? - блондин едва не поперхнулся, быстро замаскировав свой нервный смешок под кашель, - Ну вот, уже заражаешь меня! Не желая идти по скользкой дорожке, он сменил тему разговора. Барби смущенно засмеялась, хватая его ладонь и слегка пощекотав, отчего спасатель весело хохотнул, поежившись и рефлекторно одергивая руку. Затем он всё-таки поймал ладонью бессовестные пальчики подруги, замечая, что они горячее, чем обычно. Все ещё держа её ладонь в своей, он наклонился к её лицу и прикоснулся своими губами к её лбу, проверяя на наличие жара. Барби прикрыла глаза, смущенно покраснев, ведь действия возлюбленного заставляли трепетать с каждой секундой всё сильнее. Серфер отстранился от неё, серьёзным взглядом посмотрев в глаза подруги. Её кожа была теплее на несколько градусов. Он сделал вывод, что надо бы дать ей выпить жаропонижающего. - Барбара, - его нежный, но в то же время строгий взгляд заставил её почувствовать себя маленькой девочкой, которую ругали родители, - ты простыла! А я ведь говорил! Она виновато улыбнулась, поднимая на него невинный взгляд, прекрасно зная, что этому Кен никогда не сможет противостоять. И она была права. Едва увидев выражение её лица, он тут же поджал губу, обреченно опуская голову на её живот. - Вот ты специально, да? - Да! - она захохотала, взъерошив его короткие влажные волосы, - Иди обниму? - Если ты меня заразишь, то кто будет нас лечить? - он выдохнул, все же приподнимаясь и переползая через неё, чтобы через пару секунд устроиться в её объятиях и уложив голову на её груди, - Неужели это будет Блисса? - А, кстати, мне же нужно покормить её! - Лежи, балда, и не рыпайся, - он прижал её своим весом к кровати, - я забрал её. Она сейчас внизу вместе с Дымком. - Ааа... - она прижалась к нему, чувствуя, как колотится его сердце, - Спасибо... Барби хихикнула и обняла его, понимая, что это жест его внимания ей буквально жизненно необходим. В голове проскочила мысль, что она была бы счастлива, просыпаясь каждый день вот так, вместе с ним. И совершенно не важно, чем бы они занимались до этого - игрой в приставку или бурным сексом. А может и всё вместе. Покраснев от подобных мыслей, девушка сильнее сжала парня в своих объятиях, на что тот блаженно вздохнул, пригревшись на груди блондинки. Они лежали так, пока девушка не засопела. Прислушавшись к её размеренному дыханию, он аккуратно вылез из её рук, сползая с кровати. Повинуясь какому-то странному нежному порыву, сдержать который не было сил, парень ласково провёл ладонью по её щеке, тут же ощутив всю бархатность её кожи. Он слегка качнулся вперёд, неуверенный в том, что делает, а затем наклонился к её лицу, слегка целуя её висок. Отстранившись, он встал с постели, а затем надел лежащие рядом штаны и прихватил с собой майку. Кинув последний взгляд на подругу, он вышел из комнаты и направился вниз, на кухню, на поиски жаропонижающего. Едва скрипнувшая дверь замолчала, оповещая о том, что она осталась одна в комнате, блондинка резко распахнула синие глаза, а губы сами растянулись в широченной улыбке. Приложив руки ко рту, она смущенно запищала, все ещё ощущая тепло его губ на своём виске. Щеки заалели против воли. Девушка схватила простынь руками, закрываясь с головой. "Он поцеловал меня! Он поцеловал меня!". Все мысли тут же захватило это действие, и Барби, донельзя смущенная, перекручивала в голове этот момент снова и снова. Однако, спустя некоторое время помутненный болезнью рассудок отказался работать и блондинка на самом деле уснула. Кен, уже надевший на себя майку, в этот момент копался в аптечке, недовольный тем, что мама положила жароутоляющее на самое дно. Наконец откопав препарат среди кучи лекарств, серфер набрал в стакан воды и взяв в руки упаковку таблеток, стал подниматься на второй этаж. Оказавшись наверху, блондин оставил всё на тумбочке рядом с кроватью, а сам залез на кровать, укладываясь на постель рядом с подругой. Они часто валялись так вместе, так почему бы и не полежать сейчас? Барби была без ума от его объятий, а потому была всегда за. Они знали, что они гораздо больше, чем друзья, но перешагнуть эту черту у них не было сил. Пока что. Как только парень улёгся на кровать, Барби тут же прижалась к нему, очевидно, чувствуя источник тепла. Сначала он удивленно открыл глаза, а затем решил просто наслаждаться. Чувствуя её голову на своей груди, он обнял её, заставив девушку почувствовать себя в безопасности. В разум тут же залезли мысли о том, что они застряли на одной и той же стадии отношений. Парень положил свою щеку на её макушку, сильнее прижимая к себе. Размышления о девушке заставляли его чувствовать себя влюблённым по уши идиотом, трусившим сказать о своих чувствах. И дело даже не в том, что Барби могла его отвергнуть. А в том, что его чувства могли стать помехой для их многолетней дружбы. Витая в ворохе собственных мыслей, блондин не заметил, как подруга зашевелилась, открывая глаза. Её голова лежала у него на груди. Девушка проморгалась, сразу же почувствовав, как по подбородку течет что-то слегка вязкое. Барби испуганно моргнула, замечая, что во сне напускала слюней другу на майку. Обратив таки внимание на ворочанье блондинки, серфер посмотрел на неё, замечая замешательство и испуг в её глазах. Не поняв причины столь резкой смены её настроения, парень только успел было открыть рот, чтобы спросить, как она тут же прикоснулась руками к его майке, быстро растирая влажное пятнышко. - Кен, прости, пожалуйста! - её голос сквозил виной и смущением, и казалось, что она вот-вот сбежит, - Я не хотела! Прости, пожалуйста! Хочешь, я застираю? Парень же так и не понял причины этих извинений, пока девушка не попыталась судорожно убрать мокрое пятнышко на его майке. Опустив взгляд на свою грудь, а потом снова посмотрев на возлюбленную, он зашелся в тихом смехе, утыкаясь носом в её шею. - Робертс, не паникуй! Все нормально! - он нежно погладил её по голове, успокаивая, а затем чуть отстранился от неё, заглядывая в её прекрасные глаза, - Знаешь, чего я хочу? - Ммм? - Барби с интересом уставилась на него, видимо успокоенная его действиями, - Чего? - Этого. Блондин придвинулся ближе к ней, смотря прямо в глаза. Её синие омуты уставились на него с интересом и совершенно без сопротивления. С секунду посмотрев на неё, он наклонился чуть ближе, на что светловолосая вдруг податливо придвинулась, и он наконец коснулся её губ, целуя их. Это был их первый обоюдный поцелуй. Перед глазами у обоих резко всплыли картинки всех их общих моментов. Не ожидая от самой себя такой напористости, она обняла его за шею, зарываясь ладонью в его волосы. Стало так горячо, словно они находились в жерле вулкана. Его чёлка упала ей на лоб и светловолосая, румянец которой, казалось бы, превысил все разумные пределы и перетёк даже на шею, слегка провела ладонью по его волосам, зачесывая их назад. Парень вдруг отстранился, нависая над ней. Его глаза выражали вину и растерянность. Он смущенно заговорил: - Я... Барби, извини! Я не хотел... То есть, хотел, но...! - он растерянно отвел взгляд, - Я, наверное, пойду... Он собирался было встать, как вдруг был притянут за майку обратно. Девушка грубо дернула его на себя, заставляя того буквально повалиться на неё. Кен едва успел расставить руки, чтобы не удариться с блондинкой лбами. - А ты знаешь, чего хочу я? - её брови сдвинулись к переносице и девушка соприкоснулась с нависшим над ней Кеном носами, - Того же, дурак! И не успел серфер хоть что-либо ответить, как был притянут за воротник майки ещё ближе. Робертс ревностно впилась поцелуем в его губы, яростно вторгаясь языком в его рот. Кен опешил. Это было то, чего он хотел, но не то, чего он ожидал. Однако в такой момент думать вообще не хотелось и он поддался ей, отвечая взаимностью напористым губам блондинки. Очень быстро их поцелуй перерос в нечто дикое и неподвластное. Они целовали друг друга везде, где умудрялись - открытые участки плеч, щеки, губы, лоб, руки. Они кусали друг друга, оставляя яркие следы от зубов. Они касались языками, сплетая их в диком танце их страсти. Блондинка в своём порыве укусила парня за плечо и оставила красный след, который явно будет красоваться на этом месте ещё долгое время. Серфер же в отместку оставил ей такой же укус на шее. Когда парочка всё же отлипла друг от друга, ложась в обнимку на кровати, Кен поцеловал её ухо, а затем уткнулся ей губами в шею. - Я люблю тебя... - он нежно провел носом по её коже, - Люблю... Она слегка хихикнула от данного действия, очевидно взбудораженная щекоткой. - Хихи, Кен... - она ахнула, когда он поцеловал её подбородок, едва не засмеявшись в полный голос, - Я... Я тоже тебя люблю... - Будь моей девушкой, Робертс. - Я буду, - она улыбнулась, обнимая его, - но вот ты, кажется, всё-таки заболеешь.