Rose and Knife

      Вы когда-нибудь разбивали сердце сами себе? Нет? Тогда я расскажу вам, как это, когда твои мысли в голове и желания сердца разняться между собой, подводя вас к самым безумным поступкам, о которых вы, возможно, будете жалеть до самой смерти.       Я никогда не была из числа тех людей, что следовали каким-то строгим правилам жизни, по типу таких как: окончить школу, пойти в университет, встретить там свою любовь, выйти замуж, найти работу, на которой буду проводить всю свою жизнь, потом мы заведем детей, собаку, будем жить на пособия, потому что мой муж поймет, что не хочет работать и бла-бла-бла. Я не хотела так жить, находя различные способы избегать знакомства, что могли бы меня привести к такому исходу.       И вот я, окончив университет и имея свою любительскую музыкальную группу, стою на пороге новой жизни и ни черта не знаю, что мне делать и куда идти дальше. Знаете, я вам очень рекомендую особо не планировать свою жизнь сразу после окончания университета или колледжа, а плыть по тому течению, которое дала вам судьба, так, глядишь, и наткнетесь на что-нибудь интересное. Как то, случилось у меня, но об этом чуть позже.       Вы когда-нибудь видели группку только что вышедших из университета студентов, которые мечтают о большой сцене и славе, что способна собирать целые стадионы фанатов? Я была в такой группке, больше скажу, я была неким связующим звеном в этой группе, потому что я не знаю, где были бы все эти ребята, если бы я не связала их вместе, подобно той самой красной ниточке. Не было ни одного бара, который мы бы прошли мимо не выступив в нем, долго и упорно уговаривая некоторых владельцев, что так круто нам запрещали петь в стенах его заведения. И вот, спустя пару лет мы уже стоим на сцене, на полноценной сцене, выступая на фестивалях, перед орущей толпой, что просит еще и еще петь. Обидно им отказывать, просто потому что у нас закончились песни. Тогда мы начали упорно писать, текст за текстом, песня за песней, так и собрав небольшой альбом, выступая уже в следующем году на фестивалях, взрывая те отдачей слушателей и поклонников. Знаете, когда ты стоишь на сцене, когда ты смотришь на всех этих людей внизу, то начинаешь по-настоящему задумываться о том, кто ты и что должен делать. Вот так я и решила, что я должна петь.       Когда произошел случай, о котором я сейчас расскажу, мы уже были полноценной группой со своей базой поклонников и со своим полным репертуаром.       Фестиваль. Что-то достаточно крупное и очень ожидаемое, потому что иначе я не могу объяснить такое обилие исполнителей и людей возле сцен. Мы исполняли последнюю песню с ярым нежеланием уходить со сцены, но эти жесткие тайминги… Я спустилась со сцены последней, так как, знаете, люблю толковать речи, пока за моей спиной бегают рабочие по сцене, меняя декорации и инструменты. Меня крайне удивило то, что мои ребята уже ушли в бус и это ввело меня в некоторый ступор, из-за которого я просто стояла возле лестницы за сценой и смотрела по сторонам, в мыслях обещая себе расправиться с этими негодяями, как только увижу.       Знаете, как бывает в фильмах, когда девушка начинает делать шаг в нужную ей сторону, но тут её кто-то окликает и вот она уже драматично разворачивается, разрезая волосами воздух? Все было почти так же.       - Джулиет! – за моей спиной раздался мужской голос, что мешался с отдышкой и, приближающимися ко мне, шагами.       Я обернулась, не так драматично, скорее, испугано и увидела парня, сразу же приступая его рассматривать, подмечая для себя, что тот был больше похож на какого-то лавеласа или же бабника. И я не ошиблась. Я знала его, но только со слов своих подруг и коллег по сцене, и, думаю, что вы догадались, зачем тот подошел ко мне. Чтобы я стала его новой пассией и тем самым пунктиком в его бесконечном списке. Вы, наверное, спросите, а почему ему все так отдаются, почему девушки бегают за ним толпами, если знают, что тот их использует для своих грязных дел и бросит? Ответ прост – Джонни Хилл – вокалист из рок-группы, которая крепко держала свои позиции лидера среди таких любительских групп, как наша. Вот, я смотрю на него, изучаю его внешний вид: длинные черные волосы, один бок сбрит, пирсинг в носу, в губах, брови явно пережили коррекцию, что было видно по угловатой форме, подведенные черным карандашом глаза, черная косуха, цепи, узкие черные джинсы с дырками, ботинки на крепкой и тугой шнуровке. Полный набор для парня, что планирует разбить еще не мало маленьких девчачьих сердец.       - Чем могу помочь столь интересному молодому человеку? – поинтересовалась я, скрестив руки на груди, искренне веря в то, что выгляжу как непокорная тигрица, но лишь спустя года я понимаю, как это было глупо. Просто представьте: молоденькая девушка, с длинными каштановыми волосами, в какой-то порванной майке, надетой поверх футболки, дешевые украшения и потертые ботинки, которые как будто бы пережили не одну войну, с пирсингом в носу, что был сделан где-то в подвале и татуировках, что были сделаны там же. И вот то самое, ради чего он и пришел. Приглашение на свидание. На которое я так мило отказалась и не потому что я такая вся правильная и не повелась на такого красавчика, просто дома меня ждал свой красавчик. Мило помахав рукой, я пошла прочь от Джонни, чувствуя себя такой сильной и гордой, до тех пор, пока не услышала какую-то девушку в стороне, что проходила мимо Джонни с таким громким: «Я хочу тебя еще раз, Джонни!», как будто бы этим она хотела показать единственное, чем гордиться больше всего, а именно – сексом с Джонни Хиллом.       Я совру, если скажу, что не вспоминала об этой ситуации. Да, черт возьми, я вспоминала об этом каждый раз, когда приходила домой и видела, чем занимается Крис – мой парень. Иногда мне казалось, что для него важнее его личные потребности, нежели общие и то было хорошо видно по беспорядку в доме, разбросанным вещам и горой грязной посуды. Да, днем я начинающая рок-звезда, по вечерам домработница, а по ночам личная шлюха. Ведь именно так живут звезды, да?       Любой мой свободный от выступлений день начинался с того, что я отправляюсь на студию, которую мы снимали вместе с группой Криса, проводили там время за написанием нового материала, пропускали по баночке пива и шутили аморальные шутки. Как видите, я не такая уж и правильная, как вы могли подумать. Но этот день начался не так, как предыдущие. Я, как и обычно, проснулась утром в полном одиночестве, потому что мой парень решил задержаться с друзьями в баре, потом поехать к одному из них домой и черт знает, что там вытворять. Но не будем об этом. Благополучно переборов свою нарастающую истерику, я собралась и вышла из дома, твердым шагом направляясь к нужному месту, чтобы успеть вовремя.       - Джулиет! Кажется, я словила дежавю. Хотя, может быть это все придумал мой мозг, в отместку за несостоявшуюся истерику. Так или иначе я продолжила идти дальше и почувствовала прикосновение к своему плечу, из-за чего резко развернулась, приготовившись уже вдарить мерзавцу по лицу за то, что позволил себе прикоснуться ко мне. И, знаете, что? Я увидела Джонни, который явно испугался сам, завидев, что я уже перехватила сумку для удара.       - Джонни? Привет, что тебе нужно?       - Того же, чего и в прошлый раз. Я хочу познакомиться с тобой лично, сходить на свидание.       Парень явно не отстанет теперь от меня, пока не добьется своего. Знаете, я бы сама с радостью познакомилась с ним поближе, именно как с человеком, думаю, мы бы стали не плохими приятелями, но я знаю этого Хилла – ему нужно только одно, одно и одно.       - Джонни, это исключено, у меня есть парень и я не собираюсь ему изменять, даже не смотря на то, каким дерьмом тот не был, так что я вновь тебе откажу.       Да, я назвала своего парня дерьмом при другом парне, что хотел взять меня. Ничего удивительного, Крис был популярным в наших кругах, и все прекрасно знали, на что тот способен, что может себе позволить и все прекрасно видели меня в абсолютно разных ситуациях, из которых Крис так умело выкручивался.       - А вот, кстати, и он!       Я завидела машину Криса еще вдалеке, надеясь, что Джонни сам все поймет и уйдет, но нет, он даже не обернулся. Тогда мне пришлось пойти на уступки, и я дала ему свой номер, лишь бы тут не было разбитый морд, которые Крис мог легко устроить. Сев в машину своего парня, я не подала виду, что произошло что-то странное, да и он был не разговорчив, даже не поинтересовавшись тем, что этот Джонни Хилл крутился возле меня и вообще даже не спросив ничего про меня лично. Ответ пришел довольно быстро, когда я повернула голову к Крису и заметила яркое пятно на его шее.       Следующие месяцы прошли точно так же, как и все остальные. Студия, дом, уборка, грязный и жесткий секс, утро, фестиваль, бус, дом, пьянка, побои, снова секс. И так неделя за неделей.       Джонни пропал, я не видела его и он даже не связывался со мной имея мой номер телефона. Ну что ж, не будет же такой красавчик бегать за одной целью, если та все никак не поддается. Я его прекрасно понимаю. Я бы тоже не стала бегать за «той мной», потому что я буквально каждый день теряла себя, теряла в себе возможность бороться и идти дальше. Крис буквально выбивал из меня все силы и все желание что-либо делать со своей жизнью, и я просто существовала, выбившись из группы, делая лишь то, что мне говорят. Если вы не знаете, что такое бытовуха, то искренне желаю вам никогда её и не узнавать, потому что именно она сломала меня и довела до того состояния, в котором я все чаще задумывалась о том, чтобы уйти из жизни, вписаться в клуб 27.       Однажды, Крис напился и обдолбался. Я сидела на кухне над своей чашкой чая, смотря на свое отражение в ней, видя, как опухло мое лицо из-за вечных слез, я перестала смывать косметику, просто вытирая ту салфетками или же рукой. Я стала худшей версией себя. Мое желание о смерти почти что исполнилось, когда Крис начал орать на меня еще из гостиной, быстрыми, но кривыми шагами направляясь на кухню, держа в руках бутылку, которая не могла означать ничего хорошего. В общем, я не буду уходить в подробности, просто скажу, что я выбежала из дома в полной панике, парой синяков и небольшим порезом на плече.       На дворе была ночь и мне было не страшно, мне было плевать на то, что со мной могут сделать в подворотне. Уже было все равно. Я шла и шла, сама не зная, куда я иду. В кармане вибрировал телефон – Крис звонит. Пошел он к черту, я больше не буду прогибаться под него. Пусть протрезвеет и завтра я выскажу ему все, что думаю, только сейчас я не поведусь на его извинения, которые выслушивала каждый раз и прощала его.       В итоге я пришла на карьер, вид с которого открывался просто потрясающий: озеро, вокруг которого располагался парк с невысокими деревьями и кустиками. Тут было так тихо и спокойно. До тех пор, пока я не услышала шаги позади себя. Мне стало страшно сейчас, потому что я не знала, чего мне ожидать, ведь на дворе ночь и вокруг не было ни души. Не скажу, что я испугалась изнасилования, знаете, наверное, так сказать будет неправильно, но я привыкла к нему. Когда живешь в одном доме с таким, как Крис, то быстро привыкаешь к такому. И вот, я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Шаги все ближе и ближе, совсем рядом со мной. Но ничего не произошло. Кто-то просто прошел дальше и сел на край обрыва, смотря вперед. Щелкнула зажигалка и подпалился край сигареты. Было настолько тихо, что можно было услышать, как та тлеет у незнакомца.       - Да твою мать! – я крикнула во все горло, что только могла сейчас, испугавшись обычной вибрации в заднем кармане джинс. Чертов Крис все никак не может успокоиться и вновь начал звонить. Видимо, игнорирование ему ничего не говорит.       - Что-то случилось? – вдруг поинтересуется незнакомец, повернув голову в пол оборота, смотря в мою сторону. В темноте я не увидела его лица, да и то мне было не обязательным, нас просто по большой случайности занесло сюда в такое позднее время.       - Нет, ничего, все в порядке. Я просто испугалась телефона. Извиняюсь за то, что побеспокоила Ваш покой. – я отключила телефон и убрала тот обратно в карман, сложив руки на груди, неловко смотрела по сторонам и вздохнула.       - Это я тебя побеспокоил, ведь ты уже была тут, когда я пришел.       - Простите, а когда мы перешли на «ты»?       - Тогда, когда ты отказала мне в свидании. Не хочешь присесть рядом и рассказать мне, что привело тебя сюда ночью.       Конечно. Джонни Хилл.       - Надеюсь, что ты мне тоже кое-что расскажешь. Например, почему ты так резко пропал? – я подошла к Джонни и села рядом с ним, свесив ноги вниз и посмотрев на парня. Только, кажется, он не спешил с рассказом, когда его взгляд коснулся моего лица и я уловила в его глазах удивление, как будто бы перед ним сидел призрак.       - Что случилось? – спросит Хилл и вот спокойная, до этого момента, я, начала чувствовать, как к горлу подходит ком, который перекрывает дыхание, заставляя вспоминать то, что произошло буквально час назад.       Каким бы засранцем не был Джонни, я рассказала ему все, что произошло. Где-то по мозгам гуляла мысль о том, что парень воспользуется её положением и поимеет прямо здесь, но было плевать. Её итак имеют каждую ночь, так нагло прикрывая это любовью и страстью. Сейчас хотя бы это не будет в тени лжи, всего лишь суровая реальность.       - Так почему ты не бросишь его? – весьма логичный вопрос, который мог возникнуть и у вас, верно? Ответ на него еще проще.       - Наши группы снимают вместе студию. Одни мы не вытянем аренду и Крис помогает нам с этим. Если я расстанусь с ним, то мы лишимся возможности записывать материал, а я заработаю репутации шлюхи, у Криса весьма подвешен язык, и он всегда сможет очернить меня и сделать белым, пушистым себя. Ему верят, понимаешь? У меня нет другого выбора и вот я терплю.       - Но ведь это ужасно? Я думал, что ты уважаешь себя, Джулиет Уэрс.       Я лишь хмыкнула в ответ, так как сказать мне было нечего. Вот до чего я себя довела. Некогда самоуверенная и твердая Джулиет превратилась в ходячего призрака той версии себя, оставив при себе только внешность и жалость. Да, я была именно жалкой. Довела себя до желания умереть, хотя всегда жила мечтой о большой сцене. Я смотрела вниз и мне так нравилось то, что я на высоте, а подо мной только камни, ветки и какой-то мусор. Самое место для последней точки.       - А знаешь, у меня ведь тоже есть группа. И мы тоже снимаем студию. – вдруг голос Джонни пробудил меня от мыслей и я подняла голову наверх, затем повернула её на парня и усмехнулась.       - Предлагаешь сменить одно другим? Переспать с тобой, чтобы моя группа могла дольше существовать? Тогда, какой мне смысл? Я могу вернуться к Крису и все будет точно так же. Секс, в обмен на возможность заниматься тем, что любишь.       - А кто сказал, что тебе придется со мной спать? – удивится Джонни и мне даже покажется, что он возмутится от того, что только что услышал. – Я предлагаю тебе уйти от этого Криса и записывать музыку в нашей студии, с оплатой разберемся. Я не был бы джентльменом, если бы не предложил тебе этого. Джулиет, сегодня тебе удалось уйти из дома, а в следующий раз такой возможности может и не быть. Подумай об этом, пока не поздно.       Джонни поднимется с места и протянет мне свою визитку, которую я приму, а после скроется в темноте ночи.       - Подожди, тебе есть где переночевать? – выкрикнет Хилл, заставляя меня обернуться на него. А ведь и правда. Домой я бы не вернулась сейчас, а ходить по ночным улицам теперь казалось не таким уж и заманчивым.       - Я могу пойти к кому-нибудь из группы. Ничего страшного, мне есть куда пойти.       - Тогда вставай и идем. Я доведу тебя до туда. Не оставлю же я тебя тут одну и уж тем более не позволю пойти куда-то без сопровождения.       Улыбка. Какая-то дурацкая улыбка появилась на моем лице. Я поднялась с места и подошла к Джонни. Его лицо не было таким веселым и игривым, каким было раньше, даже в темноте я смогла это разглядеть. На мой вопрос, что с ним, он ответил, что ничего. Дальше мы шли молча.       Утром следующего дня я вернулась домой. Крис спал на диване, рядом валялись бутылки и осколки от некоторых из них, а на стенах пятна от содержимого тех. Он явно был в гневе, раз смог разбить еще и торшер в прихожей. Я поднялась в спальню, и, открыв дверь, заметила в нашей постели голую девицу и кучу презервативов на полу. Дыхание перехватило, я пошатнулась и не упала только благодаря тому, что нашла рукой дверь, удержавшись за ту. Дрожь пробила мое тело и я поняла, что мне нечем дышать, от одной только мысли о том, что Крис изменил мне прямо на этой кровати… Это было больно. Очень и очень больно.       В тоже утро я собрала свои вещи и ушла от Криса.       Возможно, вы назовете меня наивной девочкой, но тогда я позвонила Джонни и рассказала ему все. Я сидела в кафе, гипнотизируя взглядом свой пончик и кофе, переосмысливая ситуацию и вспоминая кадры, что увидела в доме. От одних только воспоминаний становилось паршиво. Джонни приехал почти сразу же. Сразу же, это относительно Криса, которого я ждала бы минут тридцать, а то и час. В этот момент, я впервые увидела Джонни таким, он не был тем бабником, что пожирал взглядом любую девицу. Ему было сейчас абсолютно все равно на девушек… Черт, как же я сразу не догадалась о том, почему у него так много друзей женского пола. Он предложил мне снять мотель или квартиру за его счет и не одного намека на то, что мне нужно было ему как-то отплатить, кроме как возвращении части расходов, как только я встану на ноги.       - Джонни, все в порядке, мне есть куда пойти пожить, пока я не восстановлюсь. Правда. Я лишь хотела попросить тебя работать нам с ребятами на вашей студии, потому что я только что послала Криса и тем самым лишила нас места работы.       Джонни согласился, а вместе с этим началась новая глава моей жизни. Мы чаще стали пересекаться на студии, много разговаривали. Наши встречи начали быть более частыми, потому что мы стали гулять вместе, ходить по всяким местам и в общем, хорошо проводить время.       Я не была готова к новым отношениям после того, что произошло и Джонни это понимал, но я все равно замечала за ним те самые нотки игривости, когда он пытался закадрить меня, каждый раз получая отказ. Так длилось несколько месяцев.       А потом я подумала, что парень уже остыл и понял, что больше нет смысла пытаться, потому что он перестал обращать на меня внимание, то внимание, которое уделял ранее. И, признаюсь честно, мне стало от этого не по себе, потому что мне начинало казаться, что я готова дать самой себе еще один шанс на здоровые отношения.       Однажды, мы стояли с Хлои в студии и начали разговор о том, какие горячие парни в группе у Джонни и проскользнуло выражение, от лица моей подруги, что оставило сильный осадок внутри.       - Говорят, что Джонни поник и совсем расклеился из-за какой-то девушки, он никому не говорит, кто это, но постоянно твердит, что не встречал еще такую, что не вешается ему на шею. Вы с ним стали много общаться, он тебе не говорил ничего, случайно?       - Нет, не говорил.       Я опоздала. От осознания этого я потеряла всякий настрой на работу и оставила ребят, ссылаясь на плохое самочувствие. Слова Хлои задели меня слишком сильно, настолько, что я сама этого не ожидала. Я вдруг поняла, что испытываю что-то к Джонни, что-то очень сильное и это что-то сильно било по голове, заставляя глаза наполняться слезами.       Я шла. Я опять шла по улицам думая о своем, о том, как облажалась. Вдвойне облажалась. Влюбилась в бабника и потеряла его. А на что я надеялась? Я всего лишь девушка, что живет мечтой о сцене. Дорога домой занимала у меня сейчас гораздо больше времени, чем обычно, потому что я шла самым длинным путем, желая подольше находиться на улице, надеясь, что свежий воздух выветрит из меня все плохие мысли. Наверное, Хлои успела вернуться раньше меня.       Открыв дверь, я скинула сумку на пол и повесила свое пальто на вешалку, слыша шорохи где-то в комнате. Да, Хлои уже вернулась.       - Джулиет.       Голос, что так знаком, раздался где-то позади и я вновь впала в ступор, думая, что это очередная галлюцинация? Мозг поменял голос Хлои на голос Джонни, о котором я думала всю дорогу до дома.       - Джулиет, с тобой все хорошо? Хлои сказала мне, что тебе стало плохо и ты ушла домой. Я начал беспокоиться и она разрешила мне приехать сюда, чтобы убедится, что с тобой все в порядке.       - Джонни?.. – я обернулась и передо мной стоял настоящий Джонни, никакая не галлюцинация. Я подошла ближе к парню, смотря в его глаза, решаясь спросить сейчас то, что интересует меня больше всего, понимая, что его ответ может добить меня окончательно. – Ты любишь её?       - Люблю кого? – переспросит Хилл с явным непониманием моего вопроса, то было видно по его глазам и мимике, что передавала полное удивление и смятение.       - Девушку, про которую рассказываешь всем.       - Девушку, про которую я рассказываю… Ты действительно хочешь знать люблю ли я её? А ты готова к тому, что услышишь? Да, я люблю эту девушку. Знаешь, думаю, что я полюбил её с того самого момента, как только она отказала мне в свидании.       - Значит, я все же не единственная в твоем списке, кто решилась на такой шаг.       Улыбка. Его улыбка, которая тогда говорила о многом, и я начала понимать, в чем тут дело, а его слова и дальнейшие действия лишь убедили меня в ходе моих мыслей.       - Единственная.       Тогда я не придала этому слову должного внимания, но оно было главным в ходе наших отношений. Да, с того момента мы были вместе и вопреки всем высказываниям со стороны, у нас были самые лучшие отношения за всю мою жизнь, я никогда еще не была такой счастливой рядом с парнем. И я была в нем уверена, я знала, что он не изменит мне, и поводов для ревности он не давал, смело отшивая девушек, что так нагло хотели его соблазнить.       Наши группы сплотились, и мы иногда выступали вместе, приводя публику в восторг. Я была самой счастливой девушкой на свете, когда он целовал меня на сцене, прямо перед глазами сотен слушателей. Наши ночи не могли пройти спокойно и я отдавалась Джонни сама, не чувствуя того, что меня используют, мне наконец хотелось, что бы все продолжалось как можно дольше. Знаете, я даже нашла пользу в том, что у Джонни когда-то были многочисленные похождения, потому что он многому научился и многому научил меня и вот я уже не просто личная шлюха, а блудница с полным пакетом нужных навыков. Мы бесились в своем маленьком доме, дурачились как дети, делали глупые фотографии и просто наслаждались тем, что мы есть друг у друга. Дела пошли в гору, альбомы хорошо принимались публикой, а он нас стали писать в социальных сетях, делая не плохой пиар, на котором мы стали известны почти что по всей стране.       Но все хорошее рано или поздно кончается. С приливом популярности растет так же и количество поклонниц, что стали только наглее, и которых не смущало то, что наши отношения длятся уже несколько лет. Джонни все чаще стали писать аморальные вещи, присылать голые фотки, надеясь разбудить в нем тот самый голод, но тем самым разбудили только во мне гневную девушку, которая вырывалась из меня при каждом случае, когда я замечу даже мимолетный взгляд Джонни в сторону девушек. Меня настолько довели в тот момент, что мне хотелось просто запереть его в доме и никуда больше не выпускать.       В один момент я не сдержалась и все, что мы выстраивали несколько лет, рухнуло за пару минут, как карточный домик…       Я же говорила вам, что расскажу, как это – разбивать сердце самой себе.