Причина падения и восстания

      Мужчина, облачённый в чёрную мантию, сидел за дубовым столом. Перебирая Документы, Реддл то хмурился, то вновь выпрямлялся и выписывал нужные данные. Было далеко за полночь, когда Гарри постучался к Реддлу в кабинет. – Том? – Что? Гарри? Милый, уже поздно для таких визитов. – отвечал спокойный, слегка уставший голос Тома. – Поздно для визитов? Для работы тоже достаточно поздно. Словно это нельзя решить завтра утром. - Гарри неуклюже взмыл руками на документы. – Иди сюда. - Том раскрыл руки, приглашая Гарри на свои колени, в объятия.       Они сидели так, в полном молчании минут десять. Их совершенно не интересовало, что они оба устали, что уже далеко не вечер и что они могли спокойно отправиться в спальню. – Гарри? - Том легонько провёл рукой по его спине. – Ммм.. – Милый мой, ты устал. – К чёрту. Я тебя только и вижу за завтраком, ибо ты даже ужинаешь в этом чёртовом кабинете. Я просто хочу тебя видеть, знать что ты рядом, но я этого не ощущаю. Я... - Поттер поспешил замолчать, чувствуя комок в горле, который мог здоровски подвести твёрдость в его голосе.       Том, увеличивая поглаживания по спине, глянул на него влюблённым взглядом. Вновь маг предался своим воспоминаниям. Пожалуй, тот переломный момент в его жизни был самым лучшим событием. Когда Ужас всея Британии понял, в чём его ошибка, оказалось вовсе не поздно. То, что сейчас ему удалось установить пакт с Дамблдором, заслуга в основном несносного юноши. Этого зеленоглазого чуда, который в общем то стал причиной и падения, и восстания Тёмного Лорда. Каждый раз, прокручивая в своей голове подобного рода предложения, у Тома пробегали мурашки. Насколько этот мальчик прекрасен. Его мальчик. К слову, последнее Марволо Реддл понял как раз в момент осознания своих действий. Ради того, чтобы Гарри мог с улыбкой взглянуть на этот мир, стоило сложить оружия и подписать мирный договор. О да, Том даже на это был согласен, ведь он понимал, что он получит куда большее. Не просто крестраж, который обеспечивает ему бессмертие, а парня, к которому тёмный волшебник испытывал сильнейшие чувства. Самые настоящие, самые новые, те, что Реддл с детства отвергал, те, что по своей молодости презирал. Вообще Том очень много нового испытал и ощутил именно с Гарри. Раньше понимать этот факт было трудно, хотя бы с той стороны, что Гарри тот самый паренёк из пророчества. А сейчас это воспринималось не просто с лёгкостью, а с правильностью. Неизбежностью.       Когда Тёмный Лорд понял, что это зеленоглазое недоразумение является его крестражем, он едва не уничтожил половину Малфой-менора. Нет, то что есть ещё один крестраж, который обеспечивает тебе вечную жизнь, вовсе неплохо. Но то, что это чёртов Поттер, а не простая чаша или кольцо, уже доставляло множество неудобств. Но потом произошло принятие этой самой связи. И тогда-то Волан-де-морту взбрело то, что Поттер - причина его падения и восстания. Ну и по мелочи, обеспечивающий ему бессмертие.       Связь проявлялась и раньше, но пользоваться ею волшебники начали недавно. Тогда Гарри был на 6 курсе. Ох и перепугался его мальчик, когда Том решил опробовать действие крестража. Реддл каждый раз вспоминает это с улыбкой. Однако, уже спустя 3 визита, их разговоры стали более открытыми, а страх со стороны Гарри сошёл на нет. Тогда-то Лорд и начал всерьёз думать над вербовкой Поттера к себе в Пожиратели. Конечно, сразу в ближний круг, едва-ли не правой рукой делать его. Но вскоре хотелось от юноши большего. Том чувствовал себя шестнадцатилетним идиотом, у которого гормоны были на первом месте. Но тут даже эти нужды не были важны, сколько чувства, которые Том испытывал по отношению к Гарри. Точно, как подросток. Он думал, что стоит на время ограничиться в общении, что ему всего два дня понадобится на то, чтобы его чувства поубавились. Но это же мальчик-который-выжил, разве могло что-то с ним идти по плану?       А потом всё у них завязалось. Ох нет, если под термином «завязалось» вы надумали роман, то выкиньте это из головы немедленно. Это были самые нетипичные отношения, которые люди могут сейчас вообразить. Без нынешних пошлостей, без присущих молодёжи слащавых словечек. Том и Гарри нуждались друг в друге. И нет, они не сходили с ума, если не видели друг друга полчаса. Но всё же времяпровождение вместе стало и правда необходимым.       А потом именно эти отношения дали просвет в делах между ПС и ОФ. Но это было не простое перемирие, это был действительный мир. Отказаться от многих своих целей Тому было вовсе не просто, но, опять-таки, Гарри стал прекрасной альтернативой любым планам Лорда. Эти двое стали жить в Гонт-меноре, на который Том потратил далеко не месяц, чтобы он буквально зажил новой жизнью.              А сейчас волшебники прекрасно дополняли друг друга. Хотя в последнее время документация завалила Тома с ног до головы, потому-то он и видится со своим мальчиком лишь за завтраком. – Том. – парень явно устал, но некое упрямство прослеживалось в его голосе. – Да, мой хороший? – Я люблю тебя. – Гарри потянулся за поцелуем, вовсе не надеясь на какой-либо ответ. Вот он, рядом, здоровый, живой. Такой родной. Да и теперь Том вовсе не выгонял его, отвечая на каждую реплику, каждый жест. – Ах, милый мой... – интонация обещала какое то продолжение, на которое Том не может решиться.       Гарри, снова не дожидаясь продолжения реплики, поцеловал Тома, при этом издавая тихие стоны.       Чёрт. Какой же этот мальчишка привлекательный. Настолько... Неописуем. Просто неописуем. – Гарри... – промычал Том, когда влюблённые на миг оторвались друг от друга. То, о чем Реддл думал, что чувствовал, он не смог бы сказать. Вообще когда Гарри в первый раз признался Тому в любви, было до жути непонятно. Почему? Что же тут может быть непонятного, когда тебе признаются в любви. А когда Лорду признавались в этом? Он был обречён на несчастье с малых лет, он знал об этом, но совсем не расстраивался. А зачем? Том никогда не видел любви. Слепое обожание, бессмысленное уважение, да, все это он видел. Но Реддл точно знал, что это не любовь, что это вовсе не то, что магглы воспевали веками. А потому слышать действительно искреннее признание от человека, который тебе не безразличен, как минимум странно. Видеть в этих зелёных глазах не пошлость, не грязные желания, а абсолютную любовь, которая при том не является слепым обожанием, как например у Беллы. Было приятно, хоть и в новинку. А то, что Том испытывал к Гарри, является так же любовью. Понял это Реддл не сразу и не с особой охотой по началу. Все же постоянные внушения о неспособности любить, наложили свой отпечаток. – Чёрт, люблю тебя...