Зверь

-Пушок!–возмущался Филза, оборачивая кожаный повод вокруг правой руки.–Стой, кому сказано! Хоглин, явно недовольный тем, что его не то, что попытались заарканить, а действительно сделали это, и даже пытаются управлять, не нашёл ничего лучше и проще, чем сопротивляться. Впрочем, с его силой и габаритами это было совершено несложно - гарпия ощущался не более, чем пушинка, и тащить его за собой, даже когда тот изо всех сил упирался в землю всеми доступными конечностями, то особой помехи не представлял. Тем не менее, одна его попытка взять кабана под свой контроль, пусть даже и при помощи сей глупой кожаной безделушки, которую он сшил наверняка во время сна вепря, ведь тому она была совершенно незнакома, зверю очень и очень не нравилась. Он громко фырчал и хрюкал, словно бы пытаясь вразумить упёртую гарпию, однако тот всё равно морщился и не оставлял тщетные попытки взять хоглина под контроль. В конце-концов Пушок остановился, тяжело вздыхая и оборачиваясь на крылатого, что уже почти что выдохся из сил, держа поводок покрасневшими дрожащими руками, смеряя того скептическим взглядом. -Вот только не надо на меня так смотреть.–закатил глаза Фил, цокая языком и медленно восстанавливая сбитое от физической нагрузки дыхание.–между прочим лучше для нас обоих хочу. Если мы научимся работать вместе то... Чтож, это будет как минимум полезно. Кабан сел на землю с громким стуком, продолжая скептически смотреть на мужчину, будто бы спрашивая у этого бессмертного и невероятно мудрого, но почему-то столь наивного сейчас существа: "ну же, и что ещё расскажешь?" -Ты не будешь отрицать то, что работа в команде - отличная идея.–продолжал отстаивать свою позицию Фил, не обращая внимания на то, насколько театрально монстр закатил свои умные глаза и покачал головой.–Так всё-таки будешь? А на кой хрен, прошу прощения, ты тогда за мной увязался? Вепрь что-то резко фыркнул и ошарашенно посмотрел на человека. "Да это кто ещё за кем увязался!"–будто бы говорил он.–"Если бы не я ты бы уже давно ласты склеил, старик!". Хоглин, дуясь, топнул копытцем и, кажется, даже попытался показать язык, только вот анатомия челюсти ему этого сделать хорошенько, так сказать, показать язык вместе со всей душой, не дала. Но гарпия, хоть и бродит по этой бренной планете уже чёрт знает сколько лет, со зрением за всё это время проблем не заимел, а потому заметил кончик розового языка, что аккуратно и так по-детски, подразнивая, показался из-под пятачка, и потому же дико возмутился этому, громко вдыхая воздух с самым что ни на есть наиболее недовольным выражением лица. -Так это я за тобой значит увязался, да?–он обиженно сложил руки на груди и хмуро исподлобья посмотрел на кабана, надеясь выглядеть как минимум устрашающим, однако по сравнению с такой махиной выглядел лишь уморительно.–Ну и пожалуйста! Раз это я увязался, то бреди куда хочешь, мне-то какое дело!–Видно чтобы окончательно добить внутренний стержень зверя человек и сам не сдержался, будто дитя в детском саду показывая язык и разворачиваясь, громко топая чёрт знает куда под громкое насмешливое хрюканье за спиной. Конечно же, Фил бы не бросил такую полезную штуку, как этот Хоглин; более того, он скорее всеми зубами и когтями в него вцепится, если появится хоть малейший шанс того, что кабан вдруг исчезнет, однако странное старческое желание преподать мальцу (а по сравнению с крылатым этот зверь, сколько бы лет ему ни было, реально малец) урок перевесило чашу здравого смысла. Впрочем, не впервой - мужчина так Уила воспитывал. Вообще ему странно было осознавать, что за все века жизни у него был всего лишь один родной ребёнок и внук. В конце-концов за всё это время он повстречал немало красивых женщин, со многими из которых закрутил романы.... А в итоге самый закрутистый вышел не с какой-то там обыкновенной девушкой, а с самой, чёрт её дери, смертью. Впрочем, Фил не может сказать, что жалеет об этом - во-первых, она его всегда оберегает, невидимыми руками отгоняя опасности (он более чем на сто процентов уверен в том, что этого хоглина ему подослала именно она), а во-вторых, даже если гарпия по чистой случайности скончается, то у него будет целая вечность с любимой. Он ведь всё ещё любит её, глупый влюблённый идиот. Повезло ещё, что не молодой идиот, а то хлопот у богини смерти был бы полон рот. Она же подарила ему сына - обычного человека, на удивление, но Фил был только рад. Этот сын же подарил ему внука.... Антропоморфную лису, чьей матерью была рыба. Этот факт удивлял его во сто крат сильнее, чем факт того, что Уилбур - человек. Но даже такому странному внуку мужчина был рад - Фанди вырос неплохим человеком и крылатый, пусть и с неохотой, всё-таки может признаться, что гордится им. Уилом он тоже гордился - во всяком случае до момента, пока тот не сошёл с ума и не заставил собственного отца обагрить о себя руки. Чтож, во всяком случае, успокаивает тот факт, что сын и мать теперь вместе, а она-то наверняка научит этого балду уму-разуму. Филза остановился и вздохнул, покачав головой. Неприятно думать о семье, которую ты оставил ради непонятных поисков, чей удачный исход почти невозможен. Сколько его уже дома нет? Месяц? Два? А может быть всего неделю? Он не знает, но и знать если честно не хочет. В аду ведь время по-другому течёт, тут время определять куда сложнее. -Ладно, Пушок, пособачились и хватит, идти пора.–сказал мужчина оборачиваясь и, к своему удивлению, не обнаруживая никого за спиной.–Пушок?... А вот сейчас он не на шутку разволновался. Вдруг кабан воспринял его слова всерьёз и решил уйти? Ох, это будет самый тупой прокол из возможных! Крылья гарпии резко встрепенулись и раскрылись чуть ли не во всю длину, нервно пушась и дёргаясь из стороны в сторону за вертящимся вокруг своей оси хозяином. -Пушок!–крикнул он, сложив руки рупором.–Пушо-ок! Дело дрянь.

***

Мужчина стоял на месте, где и оставил кабана, нахмурив брови смотря на разорванный поводок на земле. Нет, они с кабаном провели уже достаточно много времени вместе для того, чтобы тот вот так вот легко его оставил. Он наверняка просто вновь ушёл поохотиться, верно? Тем более вся эта ситуация у него вызывала скорее смех, чем действительную обиду или же неприязнь. Во всяком случае Филу хотелось так думать. Он уже очень привык к хоглину, к его огромной умной и такой выразительной мордашке, пушистой шерсти, которую гарпия чешет и расчёсывает деревянным гребешком при любом удобном случае, мерному дыханию, пока тот спит, будто кот свернувшись рядом калачиком... Мало кто может понять, какие душевные метания испытывает крылатый в этот момент, глядя на сладко сопящее существо и желая свернуться рядышком, ближе к гигантскому тёплому телу. Хоглин был почти что печка из древних детских сказок - огромное тёплое существо, что может приносить еду. Так и хочется иногда уснуть с ним в обнимку, будто с домашним питомцем, особенно в те вечера, когда тоска по дому сильнее всего и вина, раздирающая лёгкие изнутри, скребётся на душе уличной облезлой кошкой. Пока что гарпия не делился своими переживаниями и душевными скитаниями с Хоглином; более того, он даже не рассказал тому, что конкретно ищет, ведь на кой чёрт эта информация животному? Если у мужчины будет настроение, то, глядишь, и поведает, ну а пока что об этом его никто не просил. Зверь будто бы и сам не пытается задавать лишних вопросов, спокойно всегда следуя за Филзой и защищая его от опасностей. Это поведение даже вызывало у мужчины грустное чувство дежавю. Нередко сидя у костра перед сном и глядя на отдыхающего вепря гарпия анализировал его поведение и находил огромные схожести с поведением своего пропавшего лучшего друга. Неужели это особенность всех жителей незера? Привязавшись к какому-то существу защищать его ценою жизни, или же только эти двое такие странные? Техно ведь всегда, сколько их дружба длится, кидался в самую гущу битвы и нередко становился живым щитом для Фила; никто не говорит, что крылатый не делал так в ответ, однако стоит всё-таки заметить, что Кабан куда сильнее какой-то там птички. Этот вепрь тоже хорош - чуть что, сразу в ход шли клыки и копыта, против любого врага, безжалостно и кроваво. Ей-богу, если его продолжат волновать эти двое вкупе, то Фила сердечный приступ хватит, не иначе, потому как терпеть выходки этих взрослых и сильных, но чересчур безбашенных существ не намерен. Дети и так его нервы изрядно потрепали, там от нервной-то системы остался какой-нибудь обрубок или того хуже. -Пушо-ок!.... Пушок?–снова позвал он, уже даже не надеясь на ответ. Тем не менее... Громкий свиной визг донёсся до его ушей откуда-то снизу; человек, крайне удивлённый, подошёл к краю скалы, на которой они с Хоглином разминулись - так вот ведь эта потеряшка! Стоит и смотрит наверх, мечется из стороны в сторону да похрюкивает. -Ну и как ты туда забрался?–недовольно спросил Фил.–Честное слово, как дитя малое. Ладно, сейчас спущусь. Вепрь, лишь услышав, что сказал гарпия, резко замотал головой в стороны и стал что-то хрюкать, заметавшись у подножия обрыва будто загнанная в угол мамаша, обеспокоенная тем, что её дитятко, игнорируя инстинкт самосохранения и логику, забралось чёрт знает куда. Опасения его, однако ж, вполне имели место быть - Фил, растопырив в стороны все конечности и выгнув крылья так, будто бы прямо сейчас начнёт пикировать, враскорячку пополз по стенке, как мартышка цепляясь за выступы, продвигаясь пусть и не очень быстро, зато стабильно, без сложностей и падений. -Ты что, свалился сюда?–продолжал он причитать по пути, ставя левую ногу на чертовски удобный выступ.–Тебе неплохо бы поесть, чтобы восстановиться. Сколько вообще у вас, у хоглинов, здоровья?–свин внизу тяжело вздохнул, зная, что сейчас мужчина наверняка начнёт размышлять на эту тему. Оно и не удивительно - истосковавшийся по общению человеческий разум то и дело пытается хоть как-то восполнить пробел в пирамиде потребностей посредством монологов в любом месте в любое время. Пару раз Пушок даже просыпался от этого, после чего раздражённым прищуренным взглядом смотрел на то, как Фил болтает сам с собой о различных видах цветов. Нет, возможно он тогда рассказывал об этом хоглину, ведь тот в жизни не видел никогда цветов и травы, однако кабана это не интересовало от слова совсем, да и энтузиазму, с которым гарпия задавал сам себе вопросы и отвечал на них же, можно позавидовать. В любом случае, Крылатый снова начал бубнить; Вепрь громко устало рыкнул и низко опустил голову, усаживаясь на землю и неотрывным осуждающим взглядом следя за тем, чтобы глупый человечишка не упал. Учитывая время, что они провели вместе, Хоглин отлично знает о том, что его спутник время от времени бывает до глупого неуклюж и может оступиться на ровном месте. Так сейчас и случилось - когда до земли оставалось всего пара метров, гарпия сорвался вниз и с громким :"АЙ" грохнулся на землю, глупо растопырив крылья в разные стороны. Пушок тут же подорвался с места и метнулся к Филу, обеспокоенно на него глядя. Он аккуратно ткнул пятачком в голову мужчины и поднял с пола его шляпу, ожидая, пока тот поднимется и отряхнётся. Кряхтя и ойкая, но многодетный отец всё-таки встал с пола и как-то слишком весело улыбнулся в сторону кабана. Неужто так рад видеть? Пушок тихо фыркнул и обиженно надел шляпу на голову человеку, тут же отворачиваясь, неистово размахивая длинным хвостом. -Всё, не дуйся, я ж не помер.–цокнул языком Фил, похлопав кабана по огромному боку.–И вообще, кто дуться должен, так это я, ты меня до чёртиков напугал! Как ты вообще сюда попал?–зверь развернул массивную голову к человеку и кивнул в сторону пещерки, чуть прикрытой деревьями.–И она ведёт наверх?...–монстр резко твёрдо кивнул, строго и осуждающе глядя на Фила, после чего вновь отвернулся, что-то фыркнув на своём языке. Мужчина тихо рассмеялся на такую реакцию зверя и похлопал его по большому плечу.–Ну подумаешь, спустился кое-как, всё ведь в порядке. Если хочешь, я так больше делать не буду. Вепрь благодарно повернул к нему голову, пуская носом тёплый воздух в лицо человека и чуть раздувая тому волосы, отчего он рассмеялся и почесал зверю подбородок. -Давай, пошли, нам с тобой предстоит долгий путь.–Махнул он рукой, выходя чуть вперёд и оборачиваясь на монстра, что поднялся с земли и чуть встрепенулся, широко зевая. Видно устал, бедняга, на следующем привале нужно будет дать ему хорошенько отдохнуть. Только вот главное делать это не в лесу - здесь точно есть поселение пиглинов, а эти ребята своих менее разумных собратьев не жалуют. Впрочем, Фил ещё поспорил бы, кто менее разумный - эти ребята или Пушок. Кстати говоря о пиглинах. Фил чуть нахмурился, оглядываясь по сторонам - он уверен был, что услышал, как кто-то натягивает тетиву арбалета. Если здесь есть это относительно разумное существо, то... Пушок вдруг резко насторожился и обернул голову в сторону деревьев, низко порыкивая. Гарпия аккуратно потянулся за спину и достал из-за неё сияющий от чар лук, прицеливаясь в сторону леса. Охотник не заставил себя долго ждать - всё-таки это лишь относительно разумные существа - и выпрыгнул из кустов, тут же прицеливаясь в сторону вепря. Реакция Фила, выработанная не столько сотнями лет жизни, сколько десятками лет жизни как отца, тут же проявила себя. Он со скоростью молнии раскрыл пусть и не имеющее более возможности поднять его в воздух, но всё ещё остававшееся достаточно большим и сильным крыло в сторону хоглина, закрывая его от стрелы. Та, вместо шкуры животного, пронзила лишь перья гарпии, отчего тот болезненно поморщился; не дав пиглину времени на перезарядку он просто пустил тому стрелу прямо в макушку, отчего монстр упал, медленно рассыпаясь в пыль и издавая предсмертный хрип. Фил довольно улыбнулся и повернул голову к кабану, что глядел на него с шоком и волнением одновременно. -А чего ты ожидал? Думал, только тебе меня от всего защищать? Нет уж, увольте, я вырастил двух детей и внуков, я умею защищать людей.–отфыркнулся он, встряхивая поражённым крылом. Неприятно, но что поделать, оно всё равно уже нерабочее. Кабан осторожно обвёл пятачком вокруг кончика стрелы будто бы раздумывая, что с ней делать, прежде чем посмотреть на Фила, что лишь улыбнулся четвероногому другу.–Да не беспокойся ты, на мне как на собаке все быстро заживает.–усмехнулся вновь он, потрепав пушистую макушку кабана.–Всё, теперь уже точно пойдем, пока нас не...–две стрелы вонзились в землю в паре метров от мужчины, отчего тот вскрикнул и отскочил, испуганный не столько тем, что в него могли попасть, сколько резкостью появления стрел.–Чтож, теперь спасаемся только бегством. Кабан снова низко зарычал, глядя на нескольких пиглинов, появившихся из-за деревьев. Своим сумасбродным поступком Фил обеспечил им немаленькую такую помеху в виде разъярённого полуразумного народца, что желал мести за смерть соплеменника. Гарпия нервно засмеялся и уже приготовился было бежать, оставив Пушка, что явно в этом был неплох, разбираться с ними, но не тут-то было - зверь, вместо того, чтобы драться с монстрами, подбросил рылом Фила в воздух, отчего тот громко закричал, после чего подпрыгнул, дал человеку приземлиться на его спину и рванул, что есть мочи куда глаза глядят. Ошарашенная гарпия мёртвой хваткой схватился за отросшую шерсть хоглина и уткнулся лицом в его спину, пытаясь спрятаться от множества стрел, свистящих над головой. Всё произошло настолько быстро, что он даже толком разобрать ничего не успел, только инстинкты руководили его действиям. Он растопырил поражённые уже несколькими стрелами крылья в стороны так, что Пушок отдалённо становился похожим на ангельскую свинку со странных сюрреалистических фресок, что летает где-то в облаках. Но только отдалённо - он был куда больше обычной свиньи, весь покрыт шерстью, а крылья были вообще чёрного цвета, так что в его случае он был скорее адским кабаном, несущим лишь смерть своим врагам и просто несущим друга, что на его громадной спине выглядел невероятно комично. Что удивительно, даже в такой опасной ситуации он умудрился не забыть про шляпу, которая успела благополучно отправиться в походную сумку на плече, позволяя грязным, но всё ещё сияющим золотом волосам развеваться от скорости. Хоглин уже не раз демонстрировал свою способность быстро бегать, однако он ни разу не давал себя использовать как транспортное средство, так что этот опыт для обоих был чрезвычайно неожиданным и удивительным. Не сказать, что кабану было сложно нести такую ношу, как Фил; не сказать что тому было неудобно, просто непривычно и даже слегка удивительно, ведь совершенно непохоже на любое другое средство передвижения. Крылатый кое-как оторвал голову от чужой шерсти, боязливо оглядываясь - очень скоро Пушок оторвался от преследователей и лишь свистящие где-то позади стрелы говорили о том, что пиглины всё ещё не оставили своих целей прикончить двух приятелей. От страха и удивления Фил даже не замечал стрелы, которыми те всё-таки поразили его крылья, а их было штук пять, не меньше, отчего перья так и сыпались чёрным снегом на поверхность всего вокруг. Филза опустил крылья пониже и чуть поднялся, всё ещё крепко держась за шерсть хоглина и вертя головой по сторонам. Зверь словно ветер мчался по незеру, не обращая внимания ни на деревья, ни на природные преграды, ни на что. От этого сердце человека начинало страстно трепетать, кожа покрываться мурашками, а тело вновь ощущать столь прекрасное, свободное чувство полёта. На высоте ты точно так же чувствуешь всё это, воздух, бьющий в лицо, лёгкое удивление и невероятный восторг. Ад волшебный, если ты глядишь на него не с земли. Вепрь чуть замедлил бег; он тяжело дышал, однако знал, что ношу свою не потерял, ведь та всё ещё крепко держалась за его шерсть. Нет, ему было совершено не больно, наоборот, он почти не чувствовал, как чужие руки вырывают волосы из спины, да и не волновался по этому поводу. Они оторвались, а это было самое главное. -Хей, ты чего остановился?–кое-как оторвался от созерцания окружения Фил, наклоняясь к голове хоглина, что скептически посмотрел на него. Тот будто всем своим видом говорил:"слезай", чему человек тотчас же запротивился:–Ну уж нетушки, я отсюда не слезу. Я так задолбался ногами ходить по этой скучной красной пустыне, дай покататься!–будто малый ребёнок протестовал он. Кабан раздражённо вздохнул и прижал уши к голове, однако спорить не стал - он лишь медленно начал передвигать ногами, что вызвало радостный взвизг со стороны крылатого, который от восторга ненароком стал бить его пятками по ногам. -Филза Майнкрафт! Первый человек во всём мире не только приручивший, но и оседлавший хоглина!–громко рассмеялся он, вскидывая от счастья обе руки в воздух. Пушок в этот момент тихо нагло ухмыльнулся и неожиданно подпрыгнул, после злобно посмеиваясь тому, как высоко взвизгнул от страха Фил, чуть было не свалившийся с чужой спины.