Все, что я не рассказала при жизни

      Моё тело было найдено в шесть тридцать утра в ванне старост. Смерть моя наступила от остановки сердца. При мне нашли потертый кожаный блокнот. Страницы размокли, но на первой остался едва различимый портрет кудрявой девушки, а рядом один единственный вопрос о смысле жизни. А на другой ответ, одно единственное слово: месть.       Меня зовут Панси Элоиза Паркинсон. Я — староста факультета. Вернее, была ею. Ты, наверное, знаешь меня как ту самую девочку с каре, по правую руку от Драко Малфоя, вечно ведущая себя как высокомерная сука с «Золотым» трио. Да, это я.       Раньше я задумывалась, о чем думают люди в последние минуты жизни. Ты тоже об этом иногда задумываешься, я уверена. Если честно, ничего особенного. Я составляла список. Назвала его «Причины моей смерти, или как я тут оказалась». Хочешь, поделюсь им с тобой? Моё сердце уже перестало биться, но в течение десяти минут мозг будет активен. А делать тут особо нечего. Продолжим?

***

      Первый пункт в моем списке — отец. Мне кажется, как только я родилась на свет, он завел тетрадь для записи всех моих ошибок. К началу учебы в Хогвартсе он закончил примерно тысячу таких и при случае цитировал все мои неудачи, как мантру. Чтобы я не делала, как бы я не старалась, ему всегда было мало.       Конечно, я понимаю его. Вечно грустная и молчаливая девчонка, убегающая со всех светских вечеров в свою комнату — вряд ли он хотел такую дочь. Но теперь таких проблем у него не будет.       Когда я поступила на Слизерин, моей наградой от него был маленький постскриптум в письме от мамы. Там было что то вроде «Весь наш род был на этом факультете, не опозорь нас.» Отец умеет оказывать поддержку.       После я смирилась с этим, как смирилась с плохой погодой, остывшим кофе и характером Драко. А с последним могут мириться немногие. Кстати, как раз он всегда говорил о том, насколько у него прекрасный отец. Меня переполняла злость и на языке вертелось пару вопросов, которые я так и не задала. Как часто вы вместе проводите время? Знает ли он твою любимую книгу? Любимый урок? Интересуется ли он как у тебя дела? Вот именно.       Любовь родителей всегда была игрой в теннис. С одной стороны мама, которой было по большей части все равно где я и чем занимаюсь, но она относилась ко мне как к личности, за это я и любила её. Это было лёгкое невинное создание, попавшее, как и я, в ловушку, но настолько наивно, что не осознавало это до сих пор. А с другой стороны отец, подходивший к моему воспитанию с деликатностью отбойного молотка. Два часа, проведенных в библиотеке под его надзором, были для семилетней меня самыми сложными в жизни. Он садился напротив и мы разговаривали. Ну, как разговаривали. Я отвечала на его вопросы. Каждый раз, когда я осознавала, что выбора у меня нет и не было, я чувствовала себя только хуже. А потому стала сосредотачиваться на происходящем.       В первый раз я познакомилась с розгами ещё в пять, когда за ужином я слишком громко засмеялась. Меня отвели в крохотный темный чулан и заперли дверь на ключ. Я начала плакать и бить руками и ногами в дверь. Не знаю, какого эффекта я ожидала. Думала что меня выпустят? Мой отец сказал, ведя к себе в кабинет, что так я вынудила его проявить свою жестокость. И, видимо, именно я спровоцировала его взять самые длинные розги и, прижав меня животом к столу, раскрашивать мои бедра в резкие алые линии. Мне приходилось сидеть за обедом и ужином, как ни в чем не бывало, но чувство было такое, будто в мою задницу впивается тысячу морских ежей. С этого момента я и стала нелюдимой. Смысл проявлять свои настоящие чувства, если вслед за этим не последует ничего, кроме осуждения.       Я не жалуюсь, нет. Это было небольшое лирическое отступление, чтобы ты понимала, с каким прошлым я пожаловала в Хогвартс. А как раз там и начинается моя история. Я была настолько счастлива уехать из дома, что быстро приняла все недостатки школы. Это лучше чем жить с отцом и терпеть его садизм.       Хогвартс был для меня гнездышком. На первом курсе, ночью, я читала сказки Барда Бидля, пытаясь не оставаться наедине со своими мыслями. На втором и третьем начала наведываться в запретную секцию библиотеки. Я была в поисках чего-то столь увлекательного, что унесло бы меня надолго. В конце концов нашла, но давай пойдём по порядку.