Твой свет для моей тьмы.

Эта темнота. Эта ненависть. Я ничего не вижу. Она съедает меня. Темнота или ненависть? А может все вместе? Неважно. Сердце вроде бьётся, честно, все равно. Я слышу удары сердца. Удар. Ещё один. Я дышу. Чувствую собственные вздохи. Вдох. Но не твой. Дышать становится тяжелее. Кажется, начался дождь. Открываю глаза. Все намного хуже, чем я думал, а думал ли вообще? Я слишком надолго остановился тут, пора идти дальше, они меня догонят. Повернувшись и увидев тебя, у меня в мыслях появился вопрос, на который я так и не нашёл ответ: Любил ли я тебя? Не знаю. Вслух я смог сказать только еле слышное:       — Я победил. Все ещё помню, как ты делал в детстве, чувствую, что стоит забыть твои прикосновения ко лбу, но в противовес своим мыслям щелкаю тебя так же, сердце снова напомнило о себе, и пропустило удар, слишком громкий для обычного, я замер, но лишь на мгновение, а уже спустя секунду стою на ногах, стою и смотрю на свою победу над тобой, но не чувствую я радости, не ощущаю облегчения, просто существую. Чакра приближается, пора уходить.

***

. –Я чувствую, он рядом, нужно поторопиться, иначе не успеем. — выкрикивал шиноби, и ускорял темп. –Угораздило же тебя, придурка, увязаться за другим, ни на грамм не умнее, а нам теперь возвращать его. Сказал же, что Коноха сама могла разобраться с ним… — с досадой промолвил Какаши, следуя за шиноби, так и стремящимся за своим другом. –Судя по тому, что написано в книге, это любовь — задумчиво проговорил Сай, так же следуя за Наруто, а тот будто и не слышал их. Наконец они нашли стену с гербом клана Учиха, шиноби начали осматривать местность, но побродив минут пятнадцать среди обломков, ничего полезного так и не нашли. –Да что б тебя! — в гневе выругался Узумаки, стоя в лицом к стене, будто пытаясь там что-то разглядеть. — Он нас тоже почувствовал и свалил, умник гребаный. — в отчаянии он ударил стену, будто она была виновата во всем, словно, если бы ее не было, всё было бы хорошо. — Придурок хренов, знает же, из-под земли достану — тихо, но твердо процедил Наруто. –Эй, может нам стоит передохнуть? Мы уже который день твоего друга ищем. — устало пробубнил Сай, и перевел выжидающий взгляд на Какаши. –Я согласен с Саем, думаю, стоит сделать привал. — рассудительно произнес Сенсей, и начал бегать взглядом по обломкам. –Вы… — Наруто кажется онемел от возмущения — Вы в своем уме? Какой отдых? Какой привал? Я пытаюсь найти Саске, а вам будто вообще все равно, — тон голоса повышался с каждым словом, Узумаки стало безумно противно от своих друзей, будто Саске вовсе никому не нужен, даже Сакура забыла про свою многолетнюю любовь, у всех появились свои проблемы, а про него забыли, будто его и не было. Никому нет дела до других, словно все в один момент стали статуями, которые не умеют чувствовать, привязываться и реагировать на что-то. Наруто немного успокоился, и продолжил тише: — Я вас не просил со мной идти, не хотите, не надо, я найду его сам. — голос превратился в холодную сталь, и не успели шиноби что-то понять, как Наруто скрылся. Pov Наруто. Думаешь, сбежишь от меня? Я твою чакру среди миллионов узнаю. Если умрешь — я тебя воскрешу. Захочешь жить дальше — только в моём присутствии. Захочешь снова умереть — умру с тобой, но ты признаешь нашу связь, обещаю, я заберу тебя от бесконечной борьбы ненависти и мести внутри. Ты почувствуешь силу наших уз, ощутишь силу привязанности и любви. Достану тебя и при смерти не отдам в жадные руки ненависти, которые так и впиваются своими когтями в твое, и так повреждённое муками, тело. Они терзают тебя изо дня в день, но главная сила среди всей этой тьмы — ты, ты создатель этих мук, ненавидишь и пытаешься наказать себя за все, пытаешься сделать другим хуже, чтобы ненависть была оправдана, пытался убить Сакуру, пытаешься разорвать все связи, пытаешься сбежать, и все потому…потому что ты ненавидишь себя, но никогда не признаешь этой слабости. Я найду тебя, найду и скажу все в лицо.И даже сейчас, очень ярко ощущаю тебя, Саске, чувствую, что ты рядом, осталось немного, жди меня, Учиха. Конец Pov Наруто.

***

Pov Саске. Судя по всему, мне все же удалось сбежать. В основном, я не вижу смысла в этой вечной погоне, я просто убегаю: от самого себя, от всех. Возможно, я признал это, может и не признал — как-то всё равно. Я сам не понимаю почему избегаю его, или понимаю. Я просто существую: снова слышу удары своего сердца, снова дышу, снова убегаю, так было, есть и будет всегда. Возможно, я и признал свою никчемность у себя в подсознании, но расслабляться нельзя. Чего бы мне это не стоило, я не вернусь к Наруто, не запутаюсь в паутине его крепких уз, нельзя показывать свою слабость. Да, я уничтожил цель своей жизни, совершил ошибку, но осознание пришло слишком поздно, оно пришло, когда твое тело бездыханно лежало на асфальте, а глаза совершенно мертвым взглядом были направлены в небо. Ты умер будучи героем, я узнал это, узнал, но слишком поздно. Поэтому, следующая цель моей жизни — никогда, никому, ни за что не позволять привязываться ко мне, я больше не совершу ошибок, нельзя подпускать к себе никого, по крайней мере сейчас…главное не терять бдительность, также необходимо помнить, что Узумаки умеет скрывать свою чакру, но я все равно чувствую ее лёгкий оттенок. Конец Pov Саске. Шиноби из клана Учиха, раздумывая о новом месте куда можно сбежать, передвигался по деревьям в лесу, там хоть немного можно скрыться от посторонних глаз, если только кто-то на миссии не решил устроить там привал. Слишком уйдя в свои мысли, Саске не заметил кунай, который уже через секунду был в его плече. Учиха начал оглядываться по сторонам в поисках противника, парень был готов увидеть там обычного шиноби из другой деревни, но не… –Какаши, Сай, что вы делаете не на своей территории? — хоть Учиха и был немного удивлен, но голос сохранял все ту же холодность и мрачность. –Да вот, знаешь, один мой ученик через весь свет потащил за своим другом, да так и оставил в лесу. — в голосе его была слышна ирония. Саске напрягся и выжидающе замер. –И что теперь? Свяжете и отвезете обратно? Усыпите? Да мне глубоко плевать на его дружбу, даже если вы меня сейчас поймаете, это не изменит моего отношения к деревне и вашей никому ненужной дружбе. — Сказать, что Учиха взбесился от того, что встретил не обычных шиноби — ничего не сказать, ему противно все, что является воспоминанием деревни, все, что как-то связано с ней, и Узумаки не исключение. – Саске, — Какаши говорил без иронии, серьезным тоном, он подошёл к парню, положил руку на плечо и продолжил. — будь аккуратнее, таким образом ты приносишь боль не только себе. Шиноби лишь фыркнул, будто Какаши сказал детскую глупость, сбросил руку с плеча и вдруг: –Саске… — Послышался до смерти знакомый голос, Учиха чуть не упал на месте, он бросил взгляд на Какаши и процедил твердо и ясно: –Если обо мне кто-то ещё узнает, я вас убью, и даже не посмотрю на то, что вы были моим учителем. — не успел Какаши ничего сказать, как Саске лишь сверкнул взглядом шарингана и вновь скрылся в ветвях леса. Сай, наблюдающий за всей картиной со стороны, лишь спросил: –Будем докладывать Наруто? –Думаю, дальше, они справятся сами, без лишних глаз.- Какаши махнул рукой в жесте, мол возвращаемся домой, и два шиноби двинулись с места.

***

–Где же ты, гребаный Учиха, я чувствую твою чакру. Ты ведь даже не скрываешь ее, придурка кусок. — без умолку бубнил себе под нос шиноби, следуя по потоку знакомой энергии. Спустя недолгое время юноша услышал голоса и тут же двинулся к месту происходящего. –Звуки исходят отсюда, — протянул шиноби. — нужно прислушаться…я определенно слышу Какаши, Сая и…я не могу понять, это не.. — парень замер от всевозможных эмоций, кажется, он сейчас взорвется, — Саске! Это Саске, я клянусь, это был он, в этот раз тебе не скрыться. Юноша увидел отдаляющуюся тень среди ветвей и незамедлительно последовал за ней, почему-то шиноби был уверен, что это был тот, кто ему нужен. –Стой, Саске, я знаю, что это ты, хватит избегать меня. — эти слова были проигнорированы и будто не услышаны, на секунду Наруто даже показалось, что он вовсе и ничего не говорил, а только подсознательно что-то крикнул. Хотя, если подумать, игнорировать друзей —  полностью соответствует стилю Учихи. –Да стой же, тебе говорят! — как и ожидалось — ноль внимания, дальше Узумаки предпочел бросить попытки докричаться до шиноби, и молча пытался его догнать, каждую секунду, пока он смотрел в спину Саске, ему казалось, что тот все отдаляется, будто он становится все дальше, а чем дальше — тем темнее, он идёт в самую сердцевину своего мрака. Он видит его, но упрямо продолжает идти вперёд, а руки, эти темные руки уже тянутся к нему — к своему самому заветному желанию. Они уже представляют, как впиваются своими когтями в тело, повреждают сердце, печень, и другие важные органы. Они представляют, как будет ломаться хрупкое тело в их объятиях, это принесет им высшее блаженство. Сейчас они терпеливо ждут, когда их жертва добровольно зайдет в ловушку, зайдет и останется там навсегда. Нет. Наруто не позволит. Не в этой в жизни. Парень резко хватает своего бывшего напарника по команде за предплечье, тянет на себя, и оба шиноби оказываются на земле. Узумаки, что оказался поверх Саске, прижал его тело к земле и в лицо рыкнул: –Ты…ты вообще смотришь, куда бежишь?! Придурок, они там! –Во-первых, какого хера, Наруто, слезь с меня сейчас же, а во-вторых, кто «Они»? — Учиха гневно смотрел на шиноби, будто тот виноват во всех проблемах мира. –Не слезу, сбежишь. –Конечно сбегу, что я забыл здесь с тобой. Давай заканчивай, слезай. У меня много дел. — голос, не принимающий отказов. –Ты никуда не уйдешь, у тебя нет дел. — проговаривая каждое слово, сказал Узумаки и прижал друга к земле сильнее. –Какой черт тебя укусил, слезь тебе говорю. — тон повысился. –Уже много лет, как укусил. Хватит избегать меня, прекрати. –Давай не будем начина… — договорить ему не дали. –И долго ты будешь игнорировать реальность? Долго будешь притворяться, что все хорошо? На сколько тебя ещё хватит? Сколько ещё будешь убегать от меня и остальных, сколько будет продолжаться эта погоня? Сколько лет ты ещё будешь винить себя, винить и ненавидеть? Долго ещё будешь прятаться в тени, думая, что все проблемы решаются только так? — кажется, Узумаки был прав, и эта правда больно ударила в глаза Учихи. – Наруто, замолкни, иначе… — глаза начали наполнятся безумным гневом, казалось, он сейчас разрушит и Узумаки, и все вокруг. –Что? Правда глаза режет? Думаешь, я побегаю за тобой и успокоюсь? Ох, как ты ошибаешься, так сильно, даже не представляешь насколько. — глаза Наруто тоже начали наполняться безумием, его уже не остановить. — Ты же не ненавидишь всех, ты просто ненавидишь себя! При всех, ты лишь надеваешь эту гребаную маску ненависти, пытаешься убить тех, кто дорог, потому что действительно привязан к ним. Они тебе очень дороги…очень…а ты, ты просто пытаешься подстроится под эту иллюзию безразличия ко всем, но…я вижу, вижу, что ты не такой, я чувствую твои эмоции и… — Узумаки понадобилось много сил, чтобы сказать эти слова…ему нужно перевести дух, чтобы продолжить, он ослабил хватку. Учиха несомненно воспользовался этим, он встал на ноги схватился за голову, и что есть силы крикнул: –Хватит! Отвяжись от меня! Убирайся! Видеть тебя не хочу!Проваливай! Уйди! — наконец он скосил взгляд на сгорбившегося над землёй Наруто. — Почему ты вечно преследуешь меня? Что ты черт возьми такого нашел во мне? хватит, остановись. Почему…почему? Почему?! Почему именно я?! — крики разносились эхом по всему лесу. –Потому что…ты мой друг. — Узумаки наконец поднял голову и посмотрел в глаза Учихе. На лице Наруто была та самая улыбка, но лишь на секунду, ведь уже спустя мгновение по этому лицу проехались кулаком и впечатали в землю всем телом. Изо рта плеснула кровь, Учиха схватил Узумаки за воротник и сказал чуть ли не крича: –Нет никаких друзей! Нет нас! Это ты, ты живёшь иллюзиями, ты никогда не был мне другом, никогда, ты всегда был для меня пустышкой, нет никаких нас, прекрати это.— голос перешёл на шепот, еле слышный, но такой твердый. –Тебе ведь больно, да? больно из-за смерти Итачи? Ты винишь себя, верно? Хочешь искупить все грехи одиночеством? Считаешь, что не заслуживаешь друзей? Я ведь все верно сказал, но… — Наруто немного смягчился — я не думаю, что он был бы счастлив, смотря на тебя сверху, и видя, как ты убиваешь самого себя каждый чертов день. — голос был охрипшим, но он продолжал упрямо говорить, хоть у него и были все шансы превратиться в труп. –Прекрати! Pov Саске. Почему так больно?.. О чем он говорит? Почему эти слова так ранят? Я все ещё жив или в своем подсознании? Сердце…я снова слышу удары сердца. Удар. Второй. Третий. –Знаешь, Саске… — доносится голос совсем рядом, он ещё тут? — мне ведь тоже…бывает — я смотрю на него, весь во внимании, я жду чего-то… — больно. Я отпускаю его, взглядом пытаюсь найти за что зацепиться, лишь бы не смотреть тебе в глаза. Но ты упорно мигаешь у меня в поле зрения. Я нахожу силы посмотреть на тебя и вижу кровь… на губах, на лице, ты испачкан в грязи, и ты смотришь на меня с сожалением, с кучей непонятных мне эмоций. Ты продолжаешь смотреть, измученный мной, я снова причинил тебе боль. Осознание…резкое осознание ударило в голову, и все эмоции отразились на моем лице. Холод пробрал меня от кожи до костей, воздух в легких, кажется, закончился, и я, будто не под своим контролем, шарахнулся от тебя, упал, ноги понесли меня назад. Отползаю от тебя, смотрю шокированным взглядом…эта кровь, снова эта кровь на тебе, и в этот раз она, как и во все прошлые, из-за меня. Снова нанес тебе вред... Силы хватило, только чтобы сказать тихое: –Уходи… И вновь считаю удары сердца, но лучше бы оно не билось. Я вижу темноту, мрак, но тут есть одна ошибка… Ты, тебя тут не должно быть, исчезни, прошу, хоть раз послушай меня, оставь меня в этот раз. Я обещаю, ты больше не увидишь меня, я не смогу причинить тебе больше вреда, прошу, отпусти…я знаю, черт я знаю, я продолжаю тебя прогонять, но сердце внутри так и ноет от мучений, оно так и просит: Останься. Озари светом своей улыбки, спаси от мрака, что меня съедает, помоги мне, помоги справиться со всем, спаси меня от ненависти. Только не уходи, умоляю останься. Но я продолжу кричать в противовес: Ты мне не нужен, уходи. Ты для меня никто, перестань ввязываться в мою жизнь, убирайся, умри, ненавижу тебя. А сердце так и кричит: Да, люблю, черт возьми, прости за все, что говорю в глаза. Я не заслуживаю тебя, прости за боль, прости за муки, прости за бесконечную ложь. Кажется я ушел в сознание слишком далеко и надолго, надо возвращаться в реальность, но почему…ты уже стоишь, да и так близко. Хотя оно и к лучшему, я смогу слышать удары не только своего сердца и чувствовать не только свое дыхание, может это отвлечет. Слышу удары твоего сердца. Удар. Второй. Ещё один. Чувствую твои вздохи, каждый. Первый. Второй. Так тяжело дышишь. Или это я? Слишком близко. –Ты ведь тоже любишь меня, верно? — фраза шепотом, на грани слышимости, но ты слишком близко, чтобы я не услышал… Стоп. Что? Нет, не может быть. Мое воображение? Иллюзия? Да с чего бы в такой момент, какого?.. Конец Pov Саске. –Что за херню ты несёшь? — все наваждение и мрак пропали, остались два парня: Узумаки и Учиха, два шиноби, которые не видят дальше друг друга. –Херню? Ну если чувства человека для тебя херня, то… — Слишком близко, Саске было подумал, что надо сделать шаг назад, но сделав шаг назад — проиграл, поэтому… –Да, все чувства херня, которую вы — люди, выдумываете, а потом навязываете остальным. Просто уйди, и больше не возвращайся, прекрати это… –Не стыдно врать, глядя в глаза? Думаешь, не вижу твою вину во взгляде? Думаешь, не ощущаю любовь глубоко в твоём сознании. Думаешь, не понимаю тебя? — с каждым словом парень был все ближе к Учихе, так близко, что тот чувствовал его дыхание на своих губах, но он не растеряется. –Хватит выдумывать, прекрати строить дружбу из обломков ненависти, перестань преследовать меня, повзрослей наконец, Узумаки, придурок, гребаный придурок. –Не хочу… — рука парня легла на скулу Учихе и начала поглаживать — не хочу взрослеть. Саске вздрогнул, но не оттолкнул. Он замер на месте, будто не в силах управлять своим телом. Внезапно Узумаки взял одну руку Саске в свою ладонь и приложил к своему сердцу. –Чувствуешь? Бьётся. И мы с тобой будем связаны, пока оно не замолкнет. Учиха уже сам не понимал, что говорит, что делает, что происходит, поэтому спросил: –А что сделать, чтобы оно…замолчало? — под его рукой все так же мирно бился живой орган. –Это легко, смотри. — парень достал катану из-за поясницы Учихи, аккуратно убрал запястье со своего сердца, приставил туда остриё и произнес — ты сейчас можешь взять это лезвие в свои руки и проткнуть меня, оно замолкнет, и мы больше не будем связаны. — улыбаясь, говорил парень. –А я не хочу, чтобы оно замолкало… — Учиха смотрел пустыми, серыми глазами на лезвие, поднесенное к сердцу, кажется, осознание ещё не пришло, и пока он не в себе, открытый разум все же сказал будто за него: –Тебе ведь больно от наших уз? Нет, я не хочу, чтобы оно замолкало, хочу слышать удары твоего сердца, чувствовать твои вздохи, хочу, чтобы ты был рядом, но я не хочу причинять тебе боль. –Саске. — Узумаки ожидал всего, но не этого. Глаза расширились, он шокировано смотрел на друга, который кажется так и не пришел в себя. Взгляд Учихи был все так же зациклен на катане у сердца, лезвие шевельнулось, юношу будто ударило током. Глаза Саске снова наполнились ярко черной краской, и взгляд стал менее пустым, пару секунд он просто смотрел на лезвие и выражение лица Узумаки, а уже спустя мгновение, оружие было сломано пополам и валялось примерно в десяти метрах от парней, Саске повалил Наруто, как только с катаной было покончено, и первым было: –Бляяядь, какое чидори тебя ударило, ты покончить с жизнью тут реши… — странный взгляд болтливого друга заставил Саске замолчать, и он вопросительно уставился на Узумаки, который сейчас кажется взорвется. – Любишь, значит. — Наруто довольно улыбнулся, лёжа под Саске, будто и не было всех криков несколько минут назад. –Кого? — Лицо Учихи надо было видеть, когда воспоминания с момента, как он ушел в себя начали приходить. — я тебя…что?! Это!.. это даже не я говорил, это мое подсознание, не накручивай себе, придурок, я сказал хватит ржать! — Наруто, кажется, сейчас умрет, только от смеха. –Оправдание получше придумай, может поверю. — к Узумаки постепенно начал приходить его привычный оптимизм. –Да хрен с тобой, все равно не поймёшь нихера. — Учиха устало вздохнул, встал с Узумаки и сел рядом. Странная атмосфера образовалась вокруг, только что они думали, что уничтожат друг друга, но в один момент все пропало, появилась какая-то пустота, и больше... спокойствие? Наруто немного успокоился от приступа смеха, он привстал, наблюдая за профилем Учихи…такой спокойный и безмятежный, когда не думает о ненависти, такой обычный и уютный. Узумаки подошёл к Саске сзади, положил руки на плечи, ими же перебрался дальше по контуру ключиц, обвил шею, положил голову на правое плечо и на выдохе произнес: –Ладно тебе дуться, сказал же, я тоже тебя люблю. — Узумаки по-детски улыбнулся и легонько чмокнул Учиху в скулу. –Ты совсем одурел? Думаешь, сижу обижаюсь на то, что признался тебе в разгар спора? Ты вообще в курсе, что мы пару минут назад уничтожить друг друга хотели, и сейчас ты мне говоришь о любви?! — от того, как это звучит Наруто искренне рассмеялся, но Учиху из объятий не выпустил, а тот и не вырывался, но всерьез раздражался от глупости блондина. –Хватит хихикать, идиота кусок! Ещё раз так с катаной или другим оружием сделаешь, я тебя лично придушу и буду издеваться над тобой самыми мучительным пытками. –Ладно-ладно, но ты сам спросил, как сделать так, чтобы мое сердце замолчало, так что это у своего сознания спрашивай, спасатель хренов. – Да много что говорит тебе мое подсознание, скажет самоубийство совершить — пойдешь убиваться? – Если это твое подсознание, почему нет? — Узумаки всерьез удивился. –Да нахер я с тобой спорю. — Учиха попытался вылезти из хватки, на что его прижали сильнее, — эй отпу… — Узумаки аккуратно убрал руки, молча обошел Саске, сел напротив него, и улыбнулся: –Смотреть тебе в глаза приятнее, чем бесконечно пялится на твою спину в погоне. –Я не просил за мной гоняться. –Твое сердце этого хотело. — Наруто приложил теперь уже свою ладонь к сердцу Учихи, на что Саске оттолкнул ладонь и сказал: –И какого хера тебе знать, что творится в моем сердце? Навыдумывал в себе телепата. — Учиха прикрыл глаза, но уже через секунду распахнул их от мягкого прикосновения. Наруто аккуратно провел ладонью по ключицам, прорисовал дорожку по шее пальцами, повел по подбородку до скулы, на ней остановился. До этого заворожённый на пальцах взгляд, устремился на приоткрытые губы Учихи, что так и тянули к себе. Узумаки изучал лицо Саске: эти глаза, взгляд в них, черты лица, скулы. Наруто придвинулся максимально близко, сглотнул слюну, что образовалась за время изучения, наклонился к губам Саске, и тихо, в самые губы, почти одним дыханием спросил: –Можно?.. Учиха сообразил, к чему идут действия Узумаки, и, не отвечая на вопрос, сам впился в губы блондина поцелуем, тот незамедлительно начал отвечать. Саске зарылся руками в волосы шиноби, целовал сначала аккуратно, нежно, изучая, немного позже жадно, требовательно. В один момент брюнету стало мало, он скользнул языком меж губ напарника, и моментально получив доступ к проникновению, парень юркнул внутрь, изучая каждый миллиметр, и наконец встретился с другим языком. Поцелуй стал ещё более влажным, воздуха стало совсем не хватать. Брюнет повалил блондина на землю, наконец он оторвался от губ. Наруто лежал под ним, глаза были затуманены, взгляд рассеян, весь растрепаный, готовый ко всему. Учиха наклонился к ключице и начал оставлять местами бледно-красные, а где-то алые следы, дальше обзору мешала ветровка. –Узумаки, тебе не кажется, что одежда немного мешает? –Очень… — парень вскинул бедра вверх и потёрся эрекцией о штаны брюнета, давая понять, что одежда мешает критично. Повторять второй раз не пришлось, Саске стянул с блондина уже ставший стандартным оранжевый костюм, и ему открылся шикарный вид на тело. Хотелось прямо сейчас взять его, но он не причинит ему боль, никогда больше. Саске наклонился к ключице и кончиком носа повел до груди, там он слегка провел языком по затвердевшим от возбуждения соскам, повел языком ниже, вплоть до резинки нижнего белья. –Саске, прошу… — Брюнет сразу понял о чём просит парень и, не медля, продолжил. Учиха зубами опустил единственную оставшуюся вещь, и его взору открылась полностью обнаженная эрекция, которая уже истекала свойственной жидкостью. Парень слизнул с головки каплю, и продолжил взаимодействовать только с ней, слегка дразня. Наруто недовольно простонал что-то нечленораздельное, но уже через секунду громко ахнул — Саске взял его полностью, ловкий язык активно изучал каждое место, ласкал все возможные зоны, и в один момент… –Саске! — Наруто схватил Учиху за голову, и хотел ее отвести, но тот сопротивлялся, хоть и прекрасно понял к чему это. — Придурок! Я сейчас… — Наруто с громким полувскриком-полустоном излился прямо в рот Учихе. –Саске, какого хрена ты творишь?! — Наруто взволнованно начал вертеться в поискать того, чем можно вытереть рот Саске — выплевывай куда-нибудь скорее! Учиха лишь пожал плечами, проглотил семя и, слизнув остатки на губах, произнес: –А ты…вкусный однако. — Сказать, что Наруто был в шоке — ничего не сказать. –Что?… Больной придурок! — Саске лишь пожал плечами, и уставился на член Узумаки. –Ты только кончил, у тебя снова стоит, ты в курсе? — Теперь очередь Учихи смеяться. –То е…ты куда смотришь, совсем извращенец?! — От возмущения Наруто покраснел, кажется, он готов набросится на Учиху прямо сейчас. Саске неопределенно хмыкнул, но забывать про собственное возбуждение не хотел, и начал снимать верхнюю одежду. Блондин задержал дыхание, далеко не каждый день увидишь, как Учиха раздевается… Теперь уже взгляду Наруто, открылся полностью обнаженный торс Саске, безумно захотелось прикоснуться… Раньше он видел только спину, чёртову спину, которая бесконечно отдалялась от него…но не сейчас…в эту минуту, в эту секунду, сейчас он так близко, можно протянуть руку и коснуться его, чувствовать рядом. Пока Узумаки задумался, брюнет уже полностью снял одежду с себя. Учиха поднес два пальца ко рту блондина, а тот, не колеблясь ни секунды, взял их в рот и обильно начал смачивать слюной, эти пальцы… Парень бы отдал все, чтобы каждый день просыпаться от прикосновения этих рук. Наконец Учиха посчитал, что достаточно смачивания, вытащил пальцы, раздвинул ноги Узумаки, и приставил их к колечку мышц. –Ты точно готов. — Блондин гневно рыкнул ибо — хватит разговаривать, делай раз начал. Брюнет осторожно ввел первый палец и почувствовал лёгкое напряжение, поэтому наклонился и вовлек Наруто в горячий и влажный поцелуй, чтобы смягчить ощущения. –Расслабься. — в губы прошептал брюнет. Узумаки попытался расслабиться, стало немного легче, и первый палец уже спокойно растягивал стенки, постепенно Саске добавил и второй палец, параллельно сминая губы Наруто в своих и поглаживая его бедро. Блондин понемногу привык к количеству пальцев, и когда 3 пальца свободно входили и растягивали, Саске направил их в нужном направлении и... –Саа-а-аске, прошу, войди. Скорее…— по телу прошла сладкая судорога, ужасно приятное ощущение… Учиха аккуратно приставил свой обильно смазанный естественной смазкой член ко входу и начал медленно, пытаясь не причинить боли, входить, сначала, очевидно, было сопротивление, Саске попытался отвлечь Наруто, лаская каждый участок его тела, постепенно стенки начали поддаваться, и парень смог войти полностью, сначала блондин издал стон, наполненный болью, но потом Учиха немного сменил ракурс, приподнял Наруто за бедра и снова проникнул, и теперь, Узумаки замер на секунду, а потом изо рта вырвался сладкий, с нотками удовольствия полустон, решив, что так будет удобнее обоим, Саске продолжил двигаться в этом положении, а Наруто двигался бедрами навстречу. От этих движений исходили соответствующие звуки, которые могли услышать посторонние, решившие прогуляться по лесу шиноби. Но кому сейчас до них есть дело?… Спустя несколько минут повторяющихся движений Узумаки выгнулся и вскрикнул: –Я сейчас!… — по лицу было понятно, о чем речь, поэтому не задумываясь ни на секунду, Саске ответил: –Давай вместе. — уже спустя мгновение раздались два голоса в унисон, с именами обоих шиноби, Саске излился в Наруто, а тот кончил себе на живот. Брюнет в бессилии упал на парня, сдвинулся с него, и предпочел минуту просто полежать лицом к небу. –Оденься сначала, потом лежи, — фыркнул Узумаки доставая свой оранжевый костюм. Оба парня оделись и решили ещё немного времени провести на природе. Саске просто улёгся на траву, спокойно и так же безмятежно наблюдая за небом и облаками, плывущими по нему. –Что теперь? — подойдя к Учихе, спрашивал Наруто. –Считай нас, кем хочешь. ты знаешь два факта, черт, блядь. Да, я тебя люблю, ты меня тоже, но… –Но? — Кажется, в жизни Наруто так не волновался. –В Коноху не вернусь. — снова холодный уверенный голос. –Вот идиота кусок, чем она тебе так не нравится? — Узумаки уселся рядом и надуто смотрел на Учиху. –Во-первых, не вижу смысла — деревня как деревня, Во-вторых меня там и не примут, В-третьих не хочу жить там, где моего брата считают убийцей и преступником… –Да черт с тобой, — Блондин сидел молча минуту, а потом начал, — кстати, слышал у нас ещё один отступник в Конохе появился? Наивный дурак такой. — улыбаясь, рассказывал Наруто. –Даже не удивлен, что он ушел, ну и кто этот счастливчик? — усмехнулся Саске и без особого интереса, но ждал ответа. –Да вот, за своим недопарнем передругом увязаться решил, вот идиот, правда? — улыбаясь ещё шире, спрашивал Узумаки, брюнет сделал серьезный взгляд, перевел его с неба на улыбающегося блондина, кажется, вошёл в суть дела и: –Вот придурок! Говорил же, нельзя со мной видеться, чертов… Да что б тебя, ты вернёшься в Коноху. — последние слова Саске произнес четко, выделяя каждую букву. – Если ты вернёшься — вернусь с тобой, ты уйдешь — уйду с тобой. — Учиха даже привстал и ошарашенно смотрел на Узумаки, будто он, какое-то нереальное явление природы. Немного успокоив бурю несказанного, все же проговорил: –Ты обо что головой ударился? Ты сейчас идёшь и возвращаешься в деревню. — голос твердый, это приказ, но Саске все ещё не понимал, как можно было променять мечту стать Хокаге, на…кто он ему? –Ты не решаешь за людей, Учиха, если дорогой мне человек уходит, любая цель теряет свой смысл, да, я хотел стать Хокаге, это был смысл моей жизни, но сейчас…сейчас я осознал одну важную вещь: если я стану Хокаге, но тебя так и не будет рядом, это не принесет мне счастья. Как казалось в детстве, ещё с момента как мы познакомились, между нами была необычная связь, с каждым днём она нарастала, превращалась в дружбу, а потом эти нити уз стали ещё крепче. Ты покинул деревню, и нити начали разрываться, но наша связь слишком крепкая, чтобы разорваться из-за такой мелочи. Эти узы, они скреплялись многие годы, и ты не представляешь, с какой болью они будут разрываться, поэтому сейчас, мы с тобой, только я и ты, отдельно от этого мира. Конечно, Саске осознал всю глубину их связи уже давно, конечно ,его задели слова Узумаки, но внешне он лишь фыркнул, перевел взгляд и выругался: –Вот придурок, делай, что хочешь. — Учиха лег обратно и прикрыл глаза. Наруто положил голову на грудь Учихе и искренне рассмеялся, Саске не осмыслил причину смеха, но сведя все уже на тараканы в голове Наруто, просто зарылся пальцами в его волосы и начал перебирать локоны, а тот все продолжал хохотать. –Вот мы идиоты. — все так же смеясь, спустя время, сказал Наруто. Он успокоился, на лице его сияла улыбка, такая яркая, что, казалось, весь мир перестал существовать… Только я и ты, твоя улыбка, твой смех, кажется, теперь, смотря на тебя, лежащего у меня на груди, я осознал очень важную вещь… Сколько бы ненависти и мрака не прятал в себе мир, сколько бы не натягивалась наша нить, как бы она не погрязла в тени, темнота, что съедала меня вместе с ненавистью, при твоём появлении, резко потеряли свои способности, я больше не чувствую, что мое тело разрывается от темных рук, так и пытающихся забрать меня в свои объятия, больше не ощущаю пустоты внутри. Я вижу смысл жизни, кажется, уже мирно засыпающий на моей груди. Твое умиротворённое дыхание. Тепло, которое ты даришь просто лёжа на мне. Биение твоего сердца… Удар. Второй. Третий. Нет, я все так же слышу свое, но теперь два сердца бьются в унисон. Помнится, Итачи говорил, что мое сердце ему дороже собственного, кажется, теперь эта фраза будет принадлежать Узумаки. Его жизнь действительно дорога мне, дорога, как ничто другое в этом мире. Ты уже мертв, Итачи, но я продолжаю вспоминать твои фразы, и теперь, кажется, я готов ответить на вопрос, мучающий меня много лет. –Любил ли я тебя? Да, определенно любил, но осознание пришло слишком поздно, когда ты уже сверху наблюдаешь за картиной моего существования, а может, может я уже и не просто существую, у меня появился новый смысл жизни, новая цель — оберегать его, ценой жизни. И все-таки… В жизни существует свет. Совсем непримечательный, маленький лучик света, но он есть, у каждого, стоит лишь присмотреться внимательнее. В моей жизни… Твой свет, для моей тьмы.