Горчица на Меду :D

      Всё подземелье окутала непроглядная тьма, в домах не горело ни одного огонька (кроме Гриллби, разумеется ;D), который мог бы указать дорогу. Все в подземелье дремали, кроме Папируса, наливающего уже одиннадцатую чашку кофе. Свет тусклой лампочки мягко ложился на усталое и взволнованное лицо Папса. Единственное, что нарушало полную тишину в подвале, это скрежетание карандаша по бумаге и непрерывные мысли Папируса, которые тот озвучивал, тихо бурча себе под нос (мда, все Папирусы одинаковые :D): П: Ничего не понимаю… Я уже прочитал все книги которые только у меня были, но «теории о перекрёстности параллельных миров» нигде нет. Я же точно помню, что читал об этом где-то. Это ведь первая полноценная работа нашего «отца», которая не была им отвергнута на следующий же день. Его перфекционизм меня до сих пор пугает… Хех, я удивлён, что он не успел изобрести бессмертие до своей же собственной кончины… - из него вырвался нервный смешок.       Папс определённо не был жесток и уж тем более безэмоционален, но он казалось, всю свою сознательную жизнь ненавидел своего «отца» и искренне радовался на его похоронах. Их «отец» был причиной того, что у Папируса было лишь 1 HP. И за свой просчёт в том эксперименте он винил лишь самого Папируса. Их «отец» был ужаснейшим монстром. Его эксперименты не ограничивались только Папирусом. Из-за них мог пострадать и Санс (Блу – я имею ввиду) – От этой мысли Папирус сжал карандаш в своей руке так, что он с треском разлетелся на куски. П: Слава Инку, что он уже сдох… - Его глазницы были пусты, а его тело переполняло магией от накипающей злости, которая так давно копилась в нём, что тикающая бомба вот-вот собиралась взорваться.

***

      Колкая, от переизбытка отрицательной магии, атмосфера разбудила Санса, который за десять часов сна в удобном коконе из одеяла уже успел достаточно выспаться. Низкий скелет лениво вставал с кровати, одевая непривычные для него глянцевые голубые сапоги, которые будь бы красными, точно понравились бы его «боссу». Закрыв за собой дверь комнаты Папса, он медленно спускался вниз на первый этаж, пытаясь найти источник отрицательной магии. Голова с похмелья, всё ещё болела и плохо соображала, из-за чего трещащая магия в воздухе ещё сильнее обычного вызывала мигрень. С: Он там «с ели рухнул» что ли. КАКОГО Х_Я ОН ТАМ ДЕЛАЕТ?!! У МЕНЯ УЖЕ ГОЛОВА РАСКАЛЫВАЕТСЯ!!! – Несмотря на злость, голос Санса всё ещё звучал немного сонно. Всё ещё зевая, он проходил мимо столика с телевизором и вдруг мельком увидел неровность на стене лестницы и вспомнил, что в их доме на этом месте была такая же потайная дверь, ведущая в подвал, в котором Санс когда-то работал над Гастер-бластером, скрываясь от Папируса и его работы. Дёрнув за ручку скрытую в стене и открыв дверь, он медленными шагами начал спускаться по лестнице, ведущей в подвал. Открыв дверь нараспашку, он впустил весь свет из гостиной, ослепив этим Папируса всё ещё записывающего заметки из разных книг в потрёпанную временем тетрадь. П: О, ты уже проснулся? – Сказал Папирус слегка изнемождённым голосом, всё ещё щуря свои глаза от яркого света, вырывающегося из двери. С: Ну как видишь, да. – Сказал Санс, продолжая зевать. П: Сейчас ночь так что иди, поспи ещё… С: Папирус, сейчас утро… П: ЧТО, УЖЕ?!! – Сказав это, он резко взбодрился и посмотрел на старомодные маятниковые часы, стоящие в углу комнаты. С: Да уже… НО Я НЕ ЛЮБЛЮ КОГДА МЕНЯ БУДЯТ МАГИЕЙ С УТРА ПОРАНЬШЕ!!! П: Оууу… прости, я просто тренировался… - Папс отводил взгляд в сторону, стараясь не показывать, что он врёт. Однако Санс всегда умел подмечать такие мелочи (чтобы вовремя понять, что самое время остановить плохую шутку или сбежать), так что сразу заметил это и твёрдо сказал: С: Папирус, я вижу, когда монстры мне врут, и я могу отличить позитивную магию от отрицательной… П: Я просто вспомнил о нашем… о своём б р а т е – он «через не хочу» пытался выговорить эту фразу, но смог рассказать только часть правды. С: Ладно… я вижу, что тебе тяжело сказать правду, так что как-нибудь в другой раз… Кстати может, позавтракаем? – Сказал Санс стараясь перевести тему. П: Ладно, но кто из нас будет готовить? С: Эммм… я не умею готовить, Папирус… П: А что ты по твоему вчера делал? Мне твоя лазанья понравилась… – со сладкой ухмылкой сказал Папс. С: Ч… что я вчера ещё натворил? - Из-за сильного смущения, Санс снова стал заикаться. П: Ты что не помнишь? Ну, давай тогда по списку: «1. Ты приготовил лазанью – ну я это уже озвучил 2. Ты всё время называл меня «босс» 3. Постоянно флиртовал со мной И наконец 4. Отпускал пошлые шуточки… очень много…» С: Я п… я п… правда делал ВСЁ это? – на щеках Санса уже во всю горел румянец. П: Да! Ты даже обещал, что будешь пфффф... называть меня «медок» - Лицо Санса начало краснеть ещё больше, под нескончаемый смех Папируса. Тот же попытавшись спародировать голос Санса, сказал: П: «в своей голове ты уже продвинулся горааааздо «глубже»?» - Папс засмеялся ещё громче, а Санс в свою очередь с головой забурился в свой голубой шарф, пытаясь скрыть нарастающий румянец. П: Ладно-ладно хе-хе пойду приготовлю завтрак, а ты пока приведи себя в порядок. – С лица Папируса всё ещё не сползала самодовольная улыбка. П(мысли): Это тебе за «тайник», бро хе-хе…