Его мир

Никогда прежде он не гнал на предельной скорости. Никогда! Никогда на «красный». Никогда! Сломя голову и ничего не видя перед собой. Никогда… В глазах пелена ярости, сознание «вышло из чата»... Очнулся рядом с домом. Сидящим в снегу… Мать подбежала. Тоже ревёт… Или всё же рада, что живой? – Сыно-о-ок... Хватит. Пожалей себя и нас... Остановись... Надо. Надо было ещё раньше всё прекратить. Но когда? Когда? Когда она сказала, что беременна? Надо было послать и не церемониться? Так он и не церемонился – предложил аборт и вообще усомнился в своём отцовстве. А она через две недели замуж вышла! Как?! И отрезала все отношения к хуям собачьим, сказав: «Не печалься, Ромео! Не твой ребёнок – гуляй!» Не его... Радоваться?.. Возможно, и радовался. Хотя до конца не отпустило, но стало чуть легче. Немного... Закончил первый курс военки – родители подарили машину. Закончил второй. Стал встречаться с «хорошей девушкой». Отучился третий, четвёртый. Все ждали свадьбы. И опять она. Вспыхнула яркой вспышкой, улыбалась, шутила. Вот тогда? Тогда надо было пройти мимо и не оборачиваться. Бежать со всех ног! А он не смог... Знал, что у неё дочь. Муж любящий. И сын – совсем кроха. Тогда когда? Когда надо было всё прекратить? В одиннадцатом? Когда закончил школу с лучшим аттестатом и родители умоляли: «Брось её! Не пара тебе. Жизнь сломает. Пережуёт и выплюнет. У неё не то что парней, мужиков очереди!» Не верил. Никому не верил. Любил и защищал, планы строил... Пока сам на вранье не поймал. До утра прождал у дома, оборвав все телефоны. А она явилась как ни в чём не бывало! В глаза смотрела и клялась, что гуляла с подругой. С той самой, с которой он её полночи искал! Надо было, надо было тогда бросать. Пережил бы, перегорело. А он помучился, кулаки в кровь о стену сбил, но простил. Глубоко в сердце, что ж поделаешь. Нет, раньше. Когда? Когда в десятом внезапно добился поцелуя и к груди «получил допуск»? Когда всё впервые – ласки, невероятные эмоции, секс? Волшебный секс, страстный и необузданный. Ходил и светился весь, как солнышко. Нет, и тогда уже было поздно. Когда же? В восьмом, когда впервые защитил от химички, доказав, что юбка «приличной длины»? Все смеялись, кроме него. А он пёр напролом, завалил аргументами и победил. А потом за школой бил пацанам морды, расчищал себе путь, пытаясь завоевать её внимание. Смеялась! Звонко. И голову запрокидывала. А вечерами встречалась с отцом своей подружки... Люди шушукались. Развелись. Не стало ещё одной семьи. Вот тогда, тогда надо было остановиться. Сейчас это понятно. Но в пятнадцать? «Паруса алые» и душа нараспашку. Родители? А зачем? Сам, всё сам. Кто б когда спрашивал совета и оглядывался?.. И теперь сам. Годы выноса мозга. Ночи напролёт вопрос: «Чей ребенок?» Не отпускает… Жизнь столкнула, разговор откровенный. «Дочь твоя», и «вина твоя», и «я твоя», а муж? – «Муж объелся груш». Сбежал тогда, напился. Лучше сдохнуть? Проще! Проще сдохнуть, чем сделать выбор. Никто не поймёт. Никто! Ни его родители, ни её. Он – успешный, надежда всех, гордость. Стены в грамотах и медалях, будущее как на тарелочке. Давно уже лейтенант и погоны заслуженные. И как? Как разрушить чужие грёзы и... привести в дом? Как? И кого? Её с целым шлейфом пикантных историй? Готовую семью со своими проблемами? Лишить родителей «знакомства, смотрин, помолвки, радости ожидании первого внука, волнительной поездки в роддом, детского лепета, протянутых ручонок и...» Мир рушится… Как убить чужие мечты? Не простят. Никогда не простят... И сердце в хлам. И сердце рвётся. Выть хочется в голос и кричать от бессилия. Всё реже дома и всё чаще пропадает. Нравится играть в тайную семью? Нравится скрываться и врать? Нравится??? Никому не пожелаешь такой жизни. Она рядом, улыбается, голову запрокидывает, смеётся звонко. Изменилась? Изменилась ли? Вместе вечерами. Огонь в камине. Тепло. Детям книги читает, спать укладывает – настоящая семья. Маленький островок счастливой жизни в густом непролазном лесу людских судеб. А дома отец. И мать. Не дураки ведь. Догадаться не сложно – кто-то есть. Кто? «Военная тайна». Бережёт? Кого? От чего? «Не простят. Я – дерьмо. Я тогда предал её и ребёнка, а теперь предаю родителей». «Безумству храбрых поём мы песню...» А жить как? Всегда вот так разрываться? Стоит ли? Да кто ж знает? Жизнь беспощадна – никаких гарантий, НИКОМУ и НИКОГДА. А она смеётся, звонко... В суд на развод подала. Настоял на установлении отцовства. Тест сдали. Осталось дождаться результата. А вдруг? Вдруг всегда врала и ребёнок не его? И не бывшего мужа??? Кто ж правду знает... Говорят, если любишь женщину, любишь и её детей. Любит. А правда кому нужна? Нужна ли? Можно без неё прожить, без правды? А если ВРЁТ? И всегда врала??? Так ЛЮБИТ же! Сдохнуть проще, чем сделать неверный шаг… Сдохнуть проще, чем узнать, что врала… Сдохнуть проще, чем подтвердить «наличие» родной дочери и в очередной раз почувствовать себя говном, слабаком, предателем, желавшим восемнадцатилетней девочке аборта… Нет, этой вины не исчерпать. Сдохнуть… Да, было бы проще. Всем. Наверное, всем… А мать? А отец? А она с детьми? Сколько? Сколько надо времени, чтобы осознать и принять решение? Сколько лет можно мучить всех? Сколько, чтобы перестать быть трусом и говном и не втаптывать себя в грязь? Признаться во всём отцу. Выгонит? Перестанет разговаривать? Даст по морде? Что??? Сдохнуть проще. В горячую точку проще, в самую дальнюю страну. Или изводить всех дальше? Нет, очередная трусость. – Сыно-о-ок… Слава Богу, живой... – Ма-а-ам… прости… – Горячим по щекам. Сердце сжалось и отчаянно замерло. – Прости-и-и… Не смогу я без неё… – Я знаю… – Я дерьмо, мам… Вы не такого… не такого сына хотели… – Мы хотели… Мы всегда хотели видеть тебя счастливым. – А я УРОД! Я не оправдал… ничего не оправдал… – У каждого своя судьба. Нельзя исправить только смерть. – Я люблю её, мам… – Уверен? – Уверен. И дочь у нас… – Это ещё доказать надо. – Ты знала? – Догадывалась… – А отец? – Нет. Просто не понимает, что происходит, но сердечное пьёт каждый день. – Ма-а-ам, он же не простит… – Любящий родитель всегда простит. – Не простит. – Откуда тебе знать? Настоящие родители прощают и лесбиянок, и геев. Кто-то всю жизнь носит на руках ребёнка-инвалида. А ты? – Я не инвалид, разве только на голову. – Ты принял решение? – Да. Я не могу предать дважды… Я должен попробовать, иначе всю жизнь буду дерьмом, буду жалеть, что не дал нам шанс. – Значит, уйдёшь к ней? – Да. Но сначала поговорю с отцом. – Это будет сложно. – Мам… Я очень боюсь вас потерять! – ухватил её за руку. – Очень! Но и так всё оставлять нельзя. – Нельзя, – тяжёлый вздох. – Он скоро должен приехать. – Хорошо. – Да, там тебе письмо заказное пришло, на комоде найдёшь. – Письмо? – На документы похоже. – А?.. – Ладно, – погладила по мокрой щеке. – Иди в дом. И ничего не бойся... – Поцеловала. Тишина. Только снег валит тяжёлыми хлопьями. Вскрыл помятый конверт. Внутри фирменный, под защитой. Читает: «Тест на отцовство по ДНК… Заказ № 21071996…» Открыть нельзя игнорировать. Покрутил в руках, засмеялся, запрокинув голову назад. Засмеялся, как больной. И… выбросил в мусор. «Будь что будет. Больше не могу метаться и стоять на распутье. Отец, надеюсь, ты поймёшь». Он принял решение. Бесповоротно. Невозможно жить в состоянии внутренней войны. Пусть будет мир. В душе мир. Его мир.