Анна

***       Она помнит, что та прогулка не сильно изменила их отношения. Они не говорили ни о работе, ни о своих личных воспоминаниях. Обсуждали книги и недавно просмотренные фильмы, причем в её копилке их было гораздо меньше. И даже номерами телефонов не обменялись. Просто попрощались у метро и больше не виделись.       Она тогда сильно похудела, ведь её не отпускала мысль, что она сделала что-то не так, раз он даже не захотел продолжить знакомство. Девушка часами стояла у зеркала, рассматривая свое отражение, ища недостатки. Со временем она пришла к выводу, что, скорее всего, оказалась скучным собеседником.       В таких раздумьях прошло пару недель, и её неуверенность превратилась в раздражение на этого голубоглазого мужчину, что посмел посеять зерно сомнений в себе.       В один из дней, когда до Рождества оставалось всего ничего, она оббегала магазины в поисках последних подарков друзьям. Ей показалось, что она увидела его в магазине напротив, сосредоточенно что-то выбирающего. Девушка решила не заходить туда, хоть и планировала изначально. Её и без того уязвленное самолюбие не готово было встречаться с ним снова. Поняв, что настроение уже далеко не праздничное, она направилась в свою маленькую квартирку на окраине города. Квартирка была совсем крохотной, вмещая в себя небольшую ванную, кухню, спальню и прихожую. И хоть её жилье не было дорогим, девушка вложила немало усилий, чтобы привести его в приемлемый вид. Она самостоятельно переклеивала здесь обои, вместе с друзьями затаскивала и собирала мебель. Они часто собирались всей компанией у нее дома, поедая пиццу с вином или чем покрепче. Сейчас же уюта добавляли небольшая ель с минимальным количеством игрушек и гирлянда в изголовье кровати.       Весь остаток дня она занималась упаковкой подарков. На удивление, их было много, хоть и не очень дорогих. Она крутила в руке маленькую коробочку с серебряными запонками, сама не зная, зачем купила подарок для него. Просто они попались ей на глаза, и она подумала о нем. И вот сейчас, рассматривая их, она не могла решить, что с ними делать. Из раздумий её вывела трель телефона. Номер ей был не знаком, но любопытство пересилило и вот она уже жмет кнопку приема вызова. В трубке раздается молчание, и только потом хриплое:       — Привет!       Этот голос! Она узнала бы его из тысячи. Но откуда у него её номер? И как давно? И почему он звонит только сейчас?       — Привет, — она старается говорить как можно спокойнее. Ещё не хватало, чтобы он подумал, будто она восторженная дурочка.       — Это Том! — замявшись, произносит он. — Как ты?       — Всё отлично, Том. Как сам? — она продолжает вертеть в руках коробку, размышляя что с ней делать.       — Спасибо! Всё хорошо. Только вот… — он замолкает. Она ждет продолжения фразы, но слышит только его тяжёлое дыхание.       — Эй! Ты там в порядке?!       — Эмм… да, не волнуйся! Просто чувствую себя подростком, который впервые звонит девушке, — в трубке раздается напряжённый смех, и она не может сдержать ответной улыбки. — Эй! Чему ты улыбаешься?       — Ты забавный! Откуда у тебя мой номер?       — М-м-м… разве это важно? — она слышит, как он меряет комнату шагами.       — Ну, как минимум, это странно. Не находишь? — девушка зажимает трубку плечом и берет в руки упаковочную бумагу. «Всё-таки не зря купила ему подарок».       — Скажем так, у меня есть знакомый, который смог мне в этом помочь.       — Тогда следующий вопрос. Зачем ты звонишь? — бормочет, зажимая зубами скотч.       — Сам не знаю. Заметил тебя сегодня на улице и решил набрать. Я тебя от чего-то отвлекаю? — он напряжённо вздыхает.       — О, нет, что ты! Я совершенно не занята, — её пальцы зажимают края бумаги, скрепляя их кусочком скотча.       — Тогда как насчет того, чтобы поужинать сегодня? Где-то через час?       Девушка застывает, так и не приклеив последний уголок.       — Алло! Ты здесь? — на том конце послышался нервный смешок.       — А, что? Да я здесь. Хорошо, через час. И где? — заклеивает последний уголок, любуясь узором серебристой бумаги.       — Я заеду за тобой, — и, не прощаясь, он положил трубку.       Она еще минут десять сидела неподвижно, смотря в одну точку. Её шокировал их диалог, и, если уж быть честной, пугала его осведомлённость о ней. Но время шло, и она решила, что нет смысла отказываться от ужина. Тем более с ним. Тем более после того, как он все эти дни снился ей.       И вот она уже стоит перед зеркалом в простом черном платье и красит губы. Её брови хмурятся, когда она придирчиво рассматривает своё отражение. Раздаётся звонок, и она спешит открыть дверь. И вот перед ней стоит он. Как всегда элегантен в своей простоте, и только голубые глаза улыбаются ей.       Они застывают на пороге, будто это очередная случайная встреча, и они к ней совершенно не готовы.       — Привет! — он делает шаг вперед, намереваясь переступить эту нелепую преграду, что разделяет их.       — Привет! — она отступает вглубь квартиры, давая ему возможность прикрыть дверь.       — Готова? — его взгляд скользит по её фигуре, задерживаясь на ногах, так выгодно подчёркнутых длиной платья.       — Да! Только пальто накину.       Его руки тянутся к пальто на вешалке. Как истинный джентльмен, он помогает ей его надеть. Том пробегает глазами по вешалке, пальцы цепляют шарф и накидывают на её шею.       — Не хочу, чтобы ты замёрзла, — на его губах играет нежная улыбка.       Она как сейчас помнит: заснеженные улицы Лондона, тот уютный ресторанчик и терпкий вкус вина, его заразительный смех и искреннее удивление, когда она протянула ему злополучную коробку и попросила не открывать до Рождества. Они бродили по городу до глубокой ночи. Тогда же он и рассказал чем занимается, и не переставал удивляться, что она никогда о нем не слышала. Его крайне удивляло, что она так далека от его мира. А потом было мучительное прощание и нежный поцелуй перед дверью её квартиры. Девушка коснулась подушечками пальцев своих губ, вспоминая, как его теплые и немного сухие губы касались её. Тот первый поцелуй можно даже назвать целомудренным. Он был совсем лёгким, даже невесомым, и только его изящные ладони, сжимающие её талию, говорили о том, каких трудов ему это стоило. Оторвавшись от неё, он лишь бросил короткое: «Пока», и поспешил удалиться, будто за ним гналась стая гончих.       Ей ничего не оставалось, кроме как смотреть ему вслед, касаясь пальцами своих губ.