Когда-то сон окажется явью

      Меня зовут Нияма Аой. Я почти обычная ученица средней школы Намимори и член школьного совета. Мою жизнь можно было бы назвать спокойной, если бы не один удручающий факт: меня ненавидит демон нашей школы и это приносит кучу беспокойств.       Да что там говорить, в силу того, что я отчаянная трусиха, однажды Хибари Кёя доведет меня до инфаркта.       Вообще, он не всегда был таким. Буквально год назад он не смотрел на меня, как на худшего врага и не пускал жажду крови, когда я передавала ему школьные документы. Он не замечал меня, и я была просто одним из «травоядных». А потом случилось нападение на наших учеников школой Какуе и Хибари пошел разбираться. После возвращения, на одном из школьных собраний, где он присутствовал, я получила от него выговор за неподобающий вид.       К слову, мой внешний вид был в порядке. У меня просто были распущенные волосы. И именно это его вывело из себя.       Позже я узнала почему.       Оказалось, что у Хибари появилась непереносимость сакуры. Сакуракуро, что ли… В общем, с того момента, как узнала об этом, я и начала страдать из-за своей внешности. У меня были длинные прямые волосы цвета лепестков сакуры и тёмно-синие глаза на аккуратном идеальном личике. За мои волосы жители Намимори прозвали меня «леди Сакурой» и мне это нравилось. Я даже гордилась собой.       До того момента, пока Хибари не сказал, чтобы я подстриглась.       Хоть мне и было страшно, но это был верх наглости. Я ответила, что не под каким предлогом подстригаться не стану. Черт возьми, я люблю свои волосы не меньше, чем другие!       Но с того момента я начала заплетать их в две косички, которые были очень толстыми из-за большой густоты волос.       Стоит отметить ещё кое-что: в тот день Хибари Кёя разбил мне сердце своим отвращением и желанием меня подстричь. Ведь… он нравился мне.       И что хуже всего… он до сих пор мне нравится.       Я продолжаю любить человека, который прилюдно сказал, что ненавидит меня.       Мне в последнее время кажется, что я начинаю слетать с катушек. — Нияма-чан, у тебя и сегодня много работы в совете? — взволнованно спросила Киоко, когда я после уроков стала собирать тетради в сумку. — Да, наступил период, когда мы проверяем успеваемость учеников школы, — вздохнула я. — Не завидую тебе, — посочувствовала Хана. — В нашей школе учится не мало людей. — Ну, остаётся только сделать все как можно быстрее, — улыбнулась я.       «Работа в совете — это тлен», — думала я, просматривая оценки учащихся.       Я никогда не хотела быть членом студсовета. Это было желание моих родителей, которые хотели, чтобы я была работящей и не тратила время на всякую фигню.       На самом деле я не хочу быть работящей. Я хочу быть ленивой и тратить свое время на всякую фигню.       Я не хочу быть послушной и хорошей, но моя застенчивость и страх перед любой мелочью как раз таки и делает меня тем, кем я сейчас являюсь.       Это бесит. — Нияма-сан, ты проверяешь третьегодок? — спросил у меня президент. — Да. — Тогда… — он на секунду замялся. — Когда тебе попадутся оценки Сасагавы Рехея — отнеси их Хибари-сану. Он сказал, что они нужны ему.       У меня замерло сердце. — Хорошо.       «Члены совета — те ещё боязливые ублюдки», — мысленно повторяла я про себя, неся в руках тоненький листочек с ксерокопией оценок главы клуба бокса.       Они же знают, как Хибари меня ненавидит. Знают, что мне страшно идти к нему. Они все это знают и все равно отправляют меня к нему, чтобы самим лишний раз его не видеть. Он ведь и без меня легко выходит из себя. Хорошо, когда он отсутствует, и его заменяет Кусакабе Тетсуя, его зам. Но в последнее время Хибари никуда не пропадает.       Я подошла к двери кабинета дисциплинарного комитета и постучала.       Господи, пожалуйста, окажитесь там, Кусакабе-сан.       Я открыла дверь, вошла и увидела, что Бог меня не услышал.       В кабинете был лишь Хибари. Он сидел за столом и что-то писал. Подняв голову и увидев меня, его глаза опасно сощурились.       Я закусила губу и молча пошла к нему, чеканя каждый шаг. Ноги были словно из ваты, а руки мелко подрагивали. Я всеми силами старалась не выдавать, как мне страшно.       Опять стало обидно.       Лучше бы он и дальше относился ко мне как к травоядному. Неужели он даже не может скрыть то, насколько хочет забить меня до смерти? — Э-это оценки Сасагавы Рехея за прошлые месяцы… — подойдя к столу, тихо сказала я и двумя руками протянула листок.       Хибари молча взял его и сразу же отвернулся от меня.       Будто бы я грязь какая-то. — Да сколько можно?.. — нечаянно вырвалось у меня.       Я широко открыла глаза и закрыла рот руками.       Что я только что ляпнула?!       Зачем?! — М? — Хибари посмотрел на меня.       В этот же миг двери кабинета громко открылись. — Хибари!       Я обернулась.       К нам подскочил Сасагава Рехей. — Почему у моего клуба такой маленький бюджет?! Нам нужно больше боксерских груш! — возмутился он и заметил меня. — Ой! Ты экстремально занят? Тогда я завтра зайду! — Я не занят, — ответил Хибари и холодно посмотрел в мою сторону. — Она уже уходит. — Э? Правда? — переспросил у меня Рехей.       Я глянула на недовольного Хибари и сама разозлилась. Во мне произошла какая-то вспышка.       Почему он думает, что имеет право ненавидеть меня за мою внешность? Это, вообще-то, то, чего не изменить! Почему его внешность мне понравилась, а моя ему нет? Только из-за этой грёбаной сакуры? Это же тупо! У него волосы такого же цвета, как и у моего отца, но я же не ненавижу его за это! — Правда, — ответила я Сасагаве и улыбнулась. — Бюджет клуба бокса мал по двум причинам. Первая — в нем состоит недостаточное количество людей. Если в клубе мало людей, значит и его бюджет будет маленьким. А вторая причина — Хибари-сан. — Хибари?!       Мы оба посмотрели на мрачного парня и мне опять стало не по себе. Однако я продолжила говорить, скрывая это. — Верно. В дисциплинарном комитете наибольшее количество людей, поэтому на них уходит слишком много денег, в следствии чего мы не можем давать остальным клубам столько, сколько они просят. Если вы поговорите с Хибари-саном он сможет отдать вам какую-то часть своего бюджета. Такое бывает среди клубов и комитетов.       Сказав все это я вышла.       Ну вот и все.       Хоть и по наслышке, но я знаю, что Сасагава Рехей — очень упертый и непробиваемый тип.       Ваш одноклассник достанет вас до печенок, Хибари-сан.       Это моя маленькая месть за поганое отношение. Я, конечно, трусиха, но топтать себя не позволю. Я все это время молчала, потому что думала, что он со временем остепенится и перестанет ко мне придираться. Но уже год прошел, а он все не успокаивается.       Так… грустно.       Когда я вернулась домой, родители меня несказанно обрадовали. Их на неделю пригласили в гости старые знакомые из города неподалеку. За ними даже приехал их сын, чтобы отвезти на собственной машине. Меня, разумеется, взять с собой было невозможно. Я не должна прерывать свою учебу и работу в совете.       Меня это устраивало. Проводить время со своими родителями я не любила.       Я любила тратить его на всякую фигню.       Как и сейчас. Стоило родителям уехать, я расплела дурацкие косы, забила на домашку и развалилась на кровати, читая мангу. Понимающая всё Хана даст мне завтра списать.       Так я промаялась до десяти вечера. Дальше мне захотелось чипсов с колой. Я незамедлительно переоделась в короткие шорты и лёгкую футболку, и вышла из дома.       В нашем доме есть закон, который устраивает меня больше всего: родители никогда не лазят у меня в комнате без моего присутствия и не контролируют, куда я спускаю карманные деньги. Им важно лишь то, чтобы их хватало ровно на месяц. Они считают, что поступая так, дают понять, что доверяют мне и что я сама могу принимать некоторые решения.       Хоть в этом мне повезло.       Перед тем как зайти в магазин и купить чего моей душе угодно, я решила прогуляться по ночному городу.       Благодаря Хибари в Намимори очень маленькая вероятность встретить плохую компанию или каких-то преступников. Хоть в этом ему спасибо. Мне всегда нравилось гулять по ночам. Такая необычная, таинственная атмосфера завораживает и умиротворяет. Жаль, что у меня комендантский час наступает в семь вечера.       Остановившись на мосту, я вдохнула теплый воздух и закрыла глаза, наслаждаясь идеальной тишиной.       И тут… — Что ты здесь делаешь?       Этот голос был подобен грому на безоблачном небе.       Я испуганно посмотрела влево. — Х-Хибари-сан!       В паре метров от места, где была я, стоял Хибари Кёя и окатывал меня своим ледяным взглядом. — Что вы... делаете... здесь? — растерянно спросила я. — Так поздно… — По-моему я тебя только что о том же спросил, — недовольно цыкнул он и чуть ли не вплотную подошёл ко мне.       Я сделала пару мелких шажков назад. — Что ученица средней школы делает на улице в одиннадцать часов ночи? — чеканя каждое слово спросил Хибари.       И опять этот дурацкий взгляд. — Я… гуляю… — почти честно ответила я и опустила голову.       Да, кому как не мне знать школьные правила. Находиться на улице так поздно запрещено всем ученикам любых школ. За такое и родителям могут позвонить, если информация дойдет до классного руководителя.       Это ж надо было так попасться.       Что мне теперь делать? Слёзно попросить его не рассказывать никому?       Ага, сейчас. Только так я ещё не унижалась перед этим деспотом! — Ты выжила из ума? — Хибари мой ответ не понравился.       Интересно, что было бы, скажи я ему что вышла за чипсами и газировкой? Мой статус примерной ученицы был бы вообще в дребезги разбит?       Интересно, очень-очень интересно. — Нет… просто… Мне надо было кое-что из продуктов купить и я решила немного прогуляться… — замямлила я, не поднимая головы.       А-а-а, поскорее бы это закончилось! Перед кем я вообще оправдываюсь?! — Это могли сделать твои родители, — отрезал Хибари. — Эм… У меня нет родителей, — случайно ляпнула я.       Блин, да что я, черт возьми, несу?! — Неужели? — скептически спросил Хибари.       И что мне делать?! Сказать правду или завраться ещё больше?!       Неожиданно Хибари сказал то, что заставило меня буквально уставиться на него. — У тебя есть родители. Отец, работающий в торговой компании, и мать — учительница биологии в средней школе Мидори.       Откуда он столько знает?!!!