скрытые желания

Пожалуй, самое нелюбимое в переездах — это паковать вещи. За все семнадцать лет у меня их собралось немало. Мы с семьей переезжаем в седьмой раз. Мой папа — военный, поэтому частые переезды стали для нас нормой. Наш новый дом находится в тихом квартале. Все соседи дружелюбные и милые, помогли нам с коробками и мебелью. Этот дом был моей мечтой со средней школы. Два этажа, две ванные, собственная комната и небольшой сад. Я был в восторге, ведь до этого мы жили исключительно в квартирах. И мне приходилось делить комнату со старшим братом. Но теперь у меня есть убежище, личное пространство. Разумеется, Питер занял самую большую комнату, не спросив меня. Зато мне достался красивый вид из окна. С вещами мы управились к вечеру, а на ужин решили заказать пиццу. После ухода мамы готовить никто из нас так и не научился. У нас не принято обсуждать эту тему. Отец считает, что такая слабачка-мать нам не нужна, поэтому запрещает упоминать ее имя. Он воспитывал нас один, и это было трудное для него время. Я понимаю. Но я также могу понять и мать. С ним невозможно поддерживать нормальную беседу. Все что от него получаешь — приказы. И отказов он не принимает. Мой брат быстро настроился на его волну. Он, как и папа, планирует пойти в армию сразу после учёбы. А вот мне до сих пор тяжело. Жаль, что мама не забрала меня с собой. Еще одна причина, по которой мне нелегко жить с ними, — я не вписываюсь в их рутину. С утра они первым делом совершают пробежку по району, пока я пытаюсь приготовить жалкое подобие яичницы. Позже за завтраком они обсуждают план тренировки, а я усердно делаю вид, что внимательно слушаю. Не хватало еще получить дополнительные наказания. Я не собираюсь идти по стопам своего отца. Я хочу поступить в университет в другом городе, и жить нормальной жизнью. Строгих режимов и деспотии мне хватило дома. — Я договорился по поводу школы, — внезапно произнес отец, поливая пиццу соусом. — В понедельник отнесете остальные документы. Питер лишь кивнул и продолжил трапезу, а вот я слегка напрягся. Быть новичком всегда трудно. Постоянно ощущаешь на себе оценивающие взгляды. Приходится все время спрашивать, где находится тот или иной кабинет. И в столовой за обедом всегда сидишь один в углу. Хотя я уже привык не заводить друзей. Не только потому, что в каждой школе меня считают чудиком. А еще потому, что, скорее всего, через год или может полгода, мы опять уедем.

***

Утро понедельника я потратил на приглаживание непослушных волос. Ладони непроизвольно начинали потеть, стоило мне только подумать о новой школе. Позавтракать я уже не успевал, зато внешний вид более-менее был приличным. Отец решил подвести нас с братом. Но предупредил, что это в первый и последний раз. Будто мы его об этом просили. — Я вам не такси, — проворчал он, заворачивая к школьному двору. — В конце концов, есть автобус. Как только мы подъехали к воротам, я быстро отстегнул ремень и поспешил покинуть машину. Не хватало еще испортить себе настроение в первый день. В приемной мне выдали список учебников и расписание занятий. Первый урок — математика. Что может быть хуже? Только стоять у доски перед всем классом, пока учительница тебя представляет. — Это наш новый ученик Майк Уилер, верно? Я коротко кивнул и опустил голову, зажмуриваясь. Ненавижу эти пытки. Я и так сильно нервничаю, а теперь еще и весь класс это заметит. Кто вообще придумал таким образом знакомить учеников с новеньким? Кто-то из парней вяло похлопал, а кто-то присвистнул. Спасибо и на этом. Я бывал в таких школах, где меня унижали, стоило мне только войти в кабинет. Начинали выкрикивать, чтобы я убирался туда, откуда приехал. И что таким уродам как я тут не место. Удивительно, что здесь народ вроде цивилизованнее. Однако, кто знает, что случится на перемене. Я сильно выделялся на фоне остальных ребят, одетых в спортивную одежду или обычные джинсы. На мне была длинная белая рубашка и черные классические брюки — ну просто мечта для буллера. Учительница, похлопав меня по плечу, указала на последнюю парту и буквально через секунду начала объяснять новый материал. Хорошо, что я отучился в классе с ускоренным обучением. Так что все темы этого семестра уже прошел. Еле высидев три урока, я отправился в столовую. Но не для того, чтобы перекусить, а ради наблюдения. Я взял с собой свой любимый блокнот для зарисовок. Мое хобби, которое я скрываю от отца. В прошлом году, втайне от него, мне даже пришлось устроиться на подработку, чтобы купить альбомы и карандаши. Зайдя в столовую, я сразу заметил брата в окружении девчонок. Я беззлобно хмыкнул и двинулся к дальнему столику. Неудивительно, что за такой короткий срок у Питера появились поклонницы. Он всегда умел расположить к себе людей. Спортивное телосложение, глупая улыбка и тупые выходки делали из него принца на белом коне. В школе мы всегда делаем вид, что не знаем друг друга. Вряд ли кто-то специально будет выяснять, есть ли между нами родство. Я достал блокнот и стал оглядываться в поисках сегодняшней модели. Больше всего мне нравится рисовать забавные моменты. Вот, например, девушка пыталась открыть молоко. Но она слишком сильно сжала коробку, и в итоге молоко выплеснулось ей на блузку. Или вот парень приклеивает кусок колбасы на стол, перед этим смазывая его горчицей. Поэтому я и люблю рисовать в таких местах, здесь всегда есть чем разгуляться. Только я взял карандаш в руки, чтобы приступить к рисунку, как в столовую вошла небольшая толпа. У одного из них в руках был мегафон. Все они были одеты в одинаковые черные костюмы с белыми рубашками. На груди виднелся небольшой значок. — Наверное, местная элита или старосты, — подумал я, приступая к рисунку того парня. Неожиданно для всех, один из них поднялся на стол. Взяв мегафон, он прокашлялся и включил его. — Как вы все знаете, меня зовут Уилл Байерс, — уверенно произнес парень. — И я являюсь президентом студенческого совета. Наша команда уже давно пытается достучаться до директора с просьбой сменить поставщика продуктов. Вы только посмотрите, чем нас кормят. Этим даже стыдно дать собаке. Он спрыгнул и подошел к моему столу. Я инстинктивно попятился назад. Сердце бешено застучало в груди. Что он собирается сделать? — Некоторые из нас предпочитают вообще не питаться здесь. И правильно делают. Уилл посмотрел на меня и, улыбнувшись, пошел дальше. А я выдохнул с облегчением. Походив еще пару раз между рядов, он вернулся на тот стол. — Так что призываю всех вас подписать жалобу, которую я составил. Спасибо за внимание. Его свита зааплодировала и через пару секунд они удалились, словно ничего и не было. — Понравилось шоу? — прошепелявил кто-то за моей спиной. Я резко обернулся и увидел парня в дурацкой зеленой шляпе. А я еще переживал, что оделся как ботаник. Он добродушно улыбнулся, и я заметил причину, по которой он шепелявит. — Второй раз исправляю прикус, — объяснил он, показывая на брекеты. — Можно я присяду? Не дождавшись ответа, он уселся рядом и тут же схватил мой блокнот. — Так ты у нас художник, — я молча выдернул блокнот из его рук. — Прости, просто я жутко любопытный. Кстати, я Дастин Хендерсон. А ты? — Майк Уилер, — пробубнил я, собирая вещи со стола. — Точно-точно, новенький, — Дастин потер ладони. — Что ж, так и быть, я возьму на себя ответственность и покажу тебе все. Больше всего на свете я ненавижу людей, врывающихся в мое личное пространство. И как я уже говорил — заводить друзей не входило в мои планы. Но было в Дастине что-то такое, от чего мне захотелось последовать за ним. И, возможно, стать лучшими друзьями. Уверен, у нас есть масса общего. — Хорошо, — кивнул я, закидывая рюкзак на плечо. — Встретимся возле приемной в три. — Заметано, Майки.

***

Остальные уроки пролетели незаметно. На последнем я как раз успел закончить набросок сцены из столовой. Уилл стоит на столе в костюме супермена. По-моему получилось очень неплохо. Когда я подошел к приемной, Дастин был уже там с каким-то парнем. — Это Лукас Синклер, — Дастин указал пальцем в парня. — Мы лучшие друзья с детского сада. — Я и сам могу представиться, — Лукас локтем толкнул друга в бок. — Приятно познакомиться. Он протянул руку, и я активно ее пожал. Лукас сильно отличался от друга в плане выбора одежды. На нем была серая худи и обычные черные джинсы. Никаких дурацких шляп или брекетов. — Начнем со спортзала, пожалуй. — Так почему вы сюда переехали? — спросил Лукас, когда мы заворачивали в другое крыло. — Обычно у нас мало бывает новичков в середине марта. — Отец военный, — мрачно произнес я. — Так что я, по сути, все время новичок. — М-да, — Дастин усмехнулся. — Нелегко тебе, наверное, каждый раз перестраиваться под новую школу. — Да, — я согласно кивнул. — Но пока это самая адекватная из всех, где я был. — Правда? — удивленно спросил Синклер. — А ты разве не видел, что в столовке сегодня было? И это, по-твоему, адекват? Я только открыл рот, чтобы ответить, но Хендерсон меня опередил. — Да брось, чувак. Согласись, что выходки Байерса - единственное интересное событие в этой скучной школе. Я улыбнулся уголками губ. — Значит, он часто устраивает подобное? — осторожно начал я. — И никто из учителей или завучей не делает ему замечаний? — Шутишь? — Дастин рассмеялся. — Директор бесится каждый раз. Он однажды заставил Уилла драить всю библиотеку в одиночку. Однако для нас остается загадкой, почему его еще не отчислили. — Зато в прошлом году ему удалось добиться того, чтобы нам поменяли полы в кабинете химии, — подметил Лукас. — Раньше там невозможно было находиться. Постоянно воняло лаком. — Так он что-то, типо местный рейнджер? — Можно и так сказать, — согласно кивнул Дастин. — Однако общается только со своей компашкой, больше никого к себе не подпускает. Мы вышли во двор школы и пожали руки на прощание. Я обернулся и стал взглядом искать остановку. Вдруг Дастин схватил за меня плечо, заставляя развернуться. — Кстати, какие планы на вечер, Майки?

***

В нашей семье помимо того, что мы всегда должны слушаться отца, есть ряд других правил. И одно из них –не пить. Так что на сегодняшней вечеринке мне придется обойтись газировкой. Я решил выбрать черную футболку с синими джинсами. Сверху надену толстовку и готово. Надеюсь, особого дресс-кода там не будет. Ближе к восьми я спустился вниз, чтобы взять ключи от дома. Питер, разумеется, тоже будет на вечеринке. И он уехал буквально за полчаса до меня. Отец как обычно отдал ему свою машину. Стоило мне вспомнить про отца, как тот появился в дверях прихожей. — Чтобы в десять был дома, — проворчал отец и вернулся в гостиную. Со вздохом я открыл дверь.

***

Когда я добрался до нужного адреса, вечеринка была уже в разгаре. На газоне я заметил отцовскую машину. Значит, Питер уже здесь. В гостиной Лукас с Дастином приветственно мне помахали, и я подошел к ним. — Ненавижу Рика Томпсона, — пробурчал Лукас, делая глоток из стакана. — Он опять пролил на меня пиво. Мать меня убьет. — Лукас, ты сейчас не об этом должен беспокоиться, — Дастин нервно поправлял галстук-бабочку. — Джессика дала зеленый свет, ты должен этим воспользоваться. Я понятия не имею, о ком они говорили, поэтому молча кивал на каждую фразу. Примерно через десять минут народу в доме стало еще больше. Музыка грохотала так, что соседний квартал наверняка мог нас услышать. Парни все еще спорили, стоит Лукасу подняться с Джессикой или нет. А я пассивно попивал газировку прямо из бутылки. Наконец, Лукас поднялся с дивана. Мы с Дастином облегченно вздохнули, потому что подумали, что он, все-таки, решился. Но не тут-то было. — Кажется, меня сейчас вырвет, — Синлер прикрыл рот и выбежал из комнаты. Дастин, вручив мне стакан, побежал за ним. М-да, могло быть и хуже. На самом деле я представлял вечеринки немного иначе. Думал, здесь подростки по-настоящему развлекаются. Ну, там играют в карты на раздевание или в бутылочку. А все, что я пока тут вижу — это как какая-то парочка слишком страстно целуется возле окна. Я достал телефон и написал Дастину, что мне пора домой. Зря я пришел. Надо было остаться дома и закончить рисунок. Я не знал, куда деть стаканчик, поэтому подумал отнести его на кухню. И видимо я пришел туда вовремя. На кухне было столпотворение, все кричали и хлопали. А в центре комнате на столе танцевал какой-то парень. Я подошел поближе, чтобы разглядеть его. На нем была фиолетовая прозрачная блузка, а на лице красовалась блестящая серебристая маска. Движения были медленными, словно он пытался загипнотизировать зрителей. Я с открытым ртом наблюдал за ним, стоя в дверях кухни. Парень опустился на колени и прогнулся в спине. От такого зрелища у меня пробежали мурашки. Я был заворожен его пластикой. Когда он закончил, все еще громче зааплодировали. Парень легко спрыгнул со стола и скрылся в другой комнате. Я моментально последовал за ним. Не знаю, что двигало мной в тот момент. Однако мне дико хотелось узнать, кто же скрывается за маской.