Несбывшийся сон моей любви

Обычный летний солнечный день и очередная рабочая смена для доктора Мин Юнги, которую он проведет в стенах больницы. Несомненно, он любил свою работу. Однако, каждый повторяющийся день выбивал его из колеи. Парень желал, чтобы этот день как можно скорее закончился. Помогал лишь один человек, благодаря которому Мин держался в стабильности. Пак Чимин, или же солнышко, как называл у себя в мыслях молодой психотерапевт. Этот человек призывал не унывать по жизни, не опускать руки вниз и не сдаваться из-за сущего пустяка. Чимин — особенный человек в жизни доктора, с ним он познакомился около двух лет назад. Тогда младший был совершенно обыкновенным человеком, не знающим горя и беды. Судьба же распорядилась иначе, поступила подло и сделала из него психически нездорового, боящегося каждого шороха.

***

       Десятое марта две тысячи пятнадцатый год. Этот день отпечатался надолго в памяти Чимина, повлекший за собой много злосчастных событий. Ему всего лишь девятнадцать лет. Как говорят люди, самая пора молодости и подходящее время для веселья, развлечений. Юноша встречался с студентом, обучающимся в престижном колледже. Казалось, что это любовь на всю жизнь до самой смерти. Их отношения казались сказкой для всех окружающих. Чимин любил до мурашек в коленях Минхо. Но не знали люди истинной правды об отношениях этих двух. Минхо избивал Чимина при каждой ошибке, взгляде на другого человека. Да, он бил его из-за каждого действия по выдуманной причине только для него самого. Пак пытался убежать от него, спрятаться и скрыться с глаз долой. Не учел того, что всякий раз его возлюбленный находил его буквально везде и всегда. Избиванием дело не заканчивалось, Минхо угрожал мальчишке тем, что распространит его интимные фотографии по старшой школе, где учился Пак. Когда всё-таки парень смог избавиться от своего сумасшедшего парня и расстаться с ним, тот сделал, что и обещал. Слил все фотографии по школе. Все стали указывать на него пальцем, издеваться и унижать. Именно все это произошло десятого марта две тысячи пятнадцатого года. День, когда разрушилась жизнь Пак Чимина. После такого у младшего развилось посттравматическое стрессовое расстройство. Сам Юнги познакомился с Чимином, когда тот пришёл на консультацию к нему. Все верили в Пака и в то, что он сможет вылечиться без госпитализации в больницу. Даже самый депрессивный и вечно унывающий Мин Юнги надеялся на исцеление своего пациента. Он видел в нем все только самое хорошее, как мальчишка сможет вернуться к прежней обычной жизни. Во время таких походов к психотерапевту, они сдружились и стали очень близкими друзьями. При том, все надежды рухнули, когда уже было поздно. А именно, слова, произнесенные доктором, убили морально родственников Пак Чимина. «К сожалению, мне жаль. Все наши методы и способы лечения бездейственны. Он останется таким на всю жизнь, если мы не положим вашего сына в психиатрическую больницу.» Да так сильно, что они отказались от него и скинули в больницу. Духа их больше не было уже несколько месяцев. Парень уже видел перед собой каждый божий день лекарства, спирт и одни те же лица медсестер, врачей. Каждый раз они спрашивают его: «Как у тебя дела, солнышко?». На что он отвечает уже заученное: «Спасибо, я радуюсь жизни». Все они, окружающие его люди, знали всю правду. Он лжет во благо другим. Каждый хотел помочь ему, но не знал как и чем.

***

Послышался стук в дверь, Юнги повернулся и обратился к пришедшему: — Да, заходите, — не отвлекаясь от бумаг, которые он заполнял, краем глаза подсматривал на дверь. По кабинету раздались тихие шаги и шмыганье. — Здравствуйте, — едва слышимо раздалось в кабинете врача, — Юнги-щи. — Да, Пак Чимин? Вы чего-то хотели? — доктор сел на свое кресло, поднимая свой взгляд на посетителя. — Я вам мешаю? — уже более внято произнес пациент, боясь помешать врачу, — Я могу уйти. Это совсем не важно. — Ничего страшного, я как раз собирался идти на обед, — тот окинул мимолётным взглядом свой рабочий стол, — Я совсем уже засиделся здесь, поверьте. Моя голова болит из-за этого, — привыкший Мин никогда не делился о своем самочувствии с коллегами или друзьями. Он рассказывал все только этому славному парнишке, ведь тот никогда не упрекнет и будет внимательно слушать его, по необходимости поддерживать диалог и давать советы. Это одна из немногих причин, почему Юнги подпустил его к себе близко. Ведь немногие люди смогли добиться его внимания, а тем более дружбы с ним или хотя бы знакомства. — Присаживайтесь, чего стоите в проходе? — тот указал пальцем на рядом стоящее кресло, поднимая на мгновение уголки губ в улыбке. — Д-да, — ойкнул, усевшись на кресло по просьбе старшего. — Раз вам так плохо, то, — рядом с Мином Пак ощущал, как бьётся неравномерно и быстро его маленькое сердечко. Чимин лишь оправдывал этим свою болезнь. Не может же быть того, что он влюбился в своего доктора и друга! — Мы можем выйти на улицу, так как сегодня действительно чудесная погода. Я давно не видел, чтобы лето было таким прекрасным и тёплым. Вы не против? От неловкости и смешного вида доктор засмеялся, вызывая тем самым у пациента покраснение ушей. Ему нравилось смущать Чимина, ибо тот выглядел таким красивым, в те моменты. — Вы правы, Чимин, — сложил ногу на ногу, поворачиваясь к окну, разглядывая природу, — Не люблю, когда летом слишком прохладно или жарко. То самое, что надо, и мне нравится. Я давно не гулял с кем-то, так что давайте непременно сейчас сходим и развеемся. Я пойду отпрошу тебя у главврача, чтобы тебе разрешили выйти с больницы. И сам спрошу, можно ли мне на пару часов отлучиться. — Тогда, — тот приподнялся с кресла, едва не упав с него из-за слишком резких движений, — Ой-ой. Мне вас подождать здесь или внизу? — Подождите меня здесь. Я мигом переоденусь. А пока можете почитать что-нибудь,— подмигнул старший, уходя в свою «каморку». Юнги быстро снял с себя всю медицинскую одежду, натянул поспешно на себя джинсы и простенькую белую футболку. Выходя из комнатки, он ещё раз проверил все ли он взял. Направляясь уже к выходу, он приостановил Чимина за руку. — Погоди, для начала прими свои таблетки. Вдруг, у тебя опять начнется приступ на улице, — доктор подошёл к своему столу и вытащил с последнего ящика упаковку с таблетками. Оттуда он достал две таблетки разного цвета и подал их своему пациенту, — Думаю теперь можно и пойти погулять.

***

Какое-то время они просто шли молча, наслаждаясь погодой. На удивление, на улице было мало людей, что очень редко бывает в выходные дни. Небольшой ветер поднимал пыль с дорог и колыхал ветки деревьев, от чего шли небольшие мурашки по телу. Но теплые лучи солнца все равно согревали. Юнги часто ловил на себе взгляды Пака, но Чимин тут же отворачивался, когда понимал, что его спалили. Доктор хотел что-то сказать младшему, только вот его речь уже заранее прервалась. Мимо них пробежали беззаботные, счастливые ребята. Видно, они играли в прятки или в ещё какие-нибудь детские игры. Также за толпой бежала девочка в цветастом платье, на вид ей было около трех лет, не больше. Малышка обронила на землю прямо перед ногами Чимина маленькую куколку, которую тут же поднял парень. На его лице появилась улыбка. «Видимо, скучает по тем же временам, когда был ребенком, не задумываясь о завтрашнем дне и заботах, которые позже появились у него,» — наблюдая за ситуацией, пронеслось в мыслях психотерапевта. — Чего же стоите? — похлопал легонько по плечу старший, привлекая к себе внимание, — Задумались о детстве или о чем-то другом? Ну же, идите скорее за ней. А то малютка будет плакать из-за потери, — взглядом окинул детскую игрушку в руках Пака. — Д-да, конечно, — шелохнулся тот, смотря в удаляющиеся детские фигуры,— Подождете меня, доктор? Я мигом, только ждите, и я вернусь обязательно. Не успел догнать ребятишек, как поблизости послышался детский плач и громкое шмыганье. Оба тут же моментально обернулись в сторону источника этого звука, увидев ту самую маленькую девочку. Она сидела на траве, вытирая своими ручками глазки, и оглядывалась по сторонам в поисках чего-то. А искала по всей видимости ту самую куколку, драгоценную для нее. Пак оглянулся на старшего, который подтолкнул вперед, давая зеленый свет. Парень скорее подбежал к малышке, усевшись перед ней. Она подняла свои светло-карие глазки на пришедшего, перестав плакать и потянув ручки к нему. Чимин улыбнулся, вручив заветное в ее руки. — Хесу! — восторженно вскрикнула та, прижимая к своим щечкам куклу, — Ты вернулась, а я тебя повсюду искала,— из-за слез, девочка начала шмыгать носом,— Спасибо вам, оппа. Прикрывая глаза, младший широко улыбнулся ребенку. На что малышка ответила ему той же улыбкой. — Милая, — ответил Чимин, доставая из кармана небольшой платок,— Больше не теряй свою Хесу, ей без тебя очень плохо будет. У тебя сопли пошли, подойди поближе, — девочка вскочила на ножки и подошла ближе, тем временем Пак вытер платком сопли. После убрал ткань в карман, уже встав на ноги, — Беги к своим друзьям, они было уже потеряли тебя. Расти большой! — До свидания, оппа! — помахала на прощание ручкой, засмеявшись во все свое горло и поскорее побежала в другую сторону. Пак также помахал в ответ, улыбаясь впервые за несколько месяцев искренне и от всей своей души. Наблюдая за этой картиной со стороны, Юнги не мог не умилиться с самого Чимина. Улыбался пациент очень редко, ведь для этого совсем не было повода. Да, он улыбался. Однако, это была не та улыбка, как думал Юнги. Она была для других фальшивой и натянутой, а сейчас же он видел на лице младшего неподдельную. Доктор подошел сзади, чтобы не испугать Пака, аккуратно положил свою руку на его плечо. — Молодец, вы все правильно сделали. И даже во время разговора не было тревожности. Шаг за шагом мы сможем побороть вашу болезнь, с вашей помощью. — утешал тот, отводя взгляд вдаль. Чимин повернулся к Юнги, осмысливая только что сказанное доктором. — Доктор, — засмеялся, прикрывая рот ладонью, — Перед вами я буду предельно честен, ибо мне надоело врать окружающим. Я хочу сказать вам настоящую правду. Вы действительно верите в то, что я излечусь? Пожалуйста, не смешите этим меня, — остановился на минуту, прочищая горло, — Но я не верю в это. Меня все кормят завтраками, точнее я не могу назвать это так. Вы видите это сами, что у меня никакого прогресса. Остановить его было невозможно, но строгий взгляд старшего заставил остановить многословие, исходящее от младшего. — Пак Чимин, пожалуйста, послушайте же, — убрал руку, вздыхая глубоко и нервно, — Почему вы не верите в себя? А знаете ли вы ответ на этот вопрос? — спросил, ожидая ответ пару минут Но его так и не последовало, — Видите, вы сами не можете ответить самому себе. Это вбили вам ваши родители. Вы же, в свою очередь, слепо и наивно слушаете их. Запомните на всю вашу оставшуюся жизнь: Никогда, ни за что не верьте никому. Верьте лишь в себя и свои силы. Если вы захотите преодолеть все, то это непременно у вас получится. Давайте сменим тему, а то вижу как вы уже побледнели из-за одного слова о ваших родственниках. Может быть, — старший оглянулся по сторонам, увидев неподалеку фургончик, — вы хотите сладкую вату? Парень сразу же повернулся в сторону, находя глазами тот самый фургончик, о коем ранее говорил доктор. Чимин активно закивал, будто вновь возвращаясь в свое детство, потому что обожал вату. — Тогда, чего же мы ждем, доктор? Пойдемте скорее, пока никто не забрал последнее. — Юнги улыбнулся, поведя за собой парнишку. Купили они сладкую вату со вкусом клубники, уж очень сильно любил ее Пак. А заплатить соизволил доктор, так как у больного не было денег. Если же проще говорить, родители ему не высылали даже этого, не говоря уже о еде. Прошло уже несколько часов с их прогулки, на улице уже вечерело, поэтому они решили поискать, где можно посидеть. Спустя несколько метров, они нашли деревянную скамейку, где и решили остановиться. Юнги сел первым, положив руку на спинку скамьи. — Вы не замерзли? А то уже похолодало к вечеру, — Мин подсел чуть ближе к Чимину, чтобы согреть его и согреться самому. Посидев так еще минут десять в полной тишине и Юнги подняв правую руку, посмотрел на свои наручные часы. Время показывало девять часов вечера. До вечернего обхода оставалось пятнадцать минут, поэтому им нужно поторопиться. Доктор встал, поправив свою футболку, протянул руку Паку, чтобы помочь ему встать. Отряхнув штаны и футболку от остатков еды, Юнги схватил за руку Чимина и, не объяснив тому ничего, рванул с места. Они бежали со всех ног, но Пак немного отставал, поэтому Юнги приходилось тянуть его за собой. Пока они бежали, ветер обдувал лицо, от чего щеки и нос краснели от холода. Бежать уже не было сил, но останавливаться было нельзя. Из-за опоздания доктора могли понизить в должности или даже уволить. Главный врач часто делал замечания Мину. То за опоздания, то за курение на территории больницы. А это замечание могло быть последним для него. Добежав до больницы они остановились отдышаться. Чимин облокотил руки на колени, чтобы перевести дух. Легкие не выдерживали, а ноги немного тряслись от такого напряжения. До обхода оставалось минуты 3, поэтому они шли уже спокойным шагом до больницы, чтобы немного успокоить свое дыхание.

***

— Пак Чимин, подойдите ко мне в кабинет, пожалуйста, — Юнги не дожидаясь ответа, тут же вышел из палаты. Чимин лениво встал с кровати и побрел к выходу, шаркая своими тапочками. Идя по длинным коридорам, парень почувствовал небольшое покалывание в районе живота от волнения. Это как первое выступление на сцене. Или получение приза на конкурсе. Именно так он сейчас чувствовал себя. Подойдя к двери в кабинет врача, он стоял около нее пару минут, не решавшись зайти. Но поймав на себе озадаченные взгляды медсестер, он тут же открыл дверь. — Я т-тут, вы чего-то хотели, доктор Мин Юнги? — он остался стоять у выхода, перебираясь с ноги на ногу. –Я просто хотел спросить, как вы себя чувствуете после нашей прогулки? — Юнги встал со своего кресла, облокотившись на свой стол, — Проходите, присаживайтесь, я же не кусаюсь. Доктор подошёл к Чимину, который уже сел. Обойдя кресло, Юнги присел на корточки перед своим пациентом, взяв его за руки, чтобы тот перестал их сжимать. –Я ч-чувствую себя хорошо. Прохладный вечерний воздух пошел мне на пользу. Спасибо, что спросили, — Чимин аккуратно вытащил свои руки из хватки доктора, — Если это все, что вы хотели, то я наверное пойду, уже достаточно поздно, нужно ложиться спать. — Подождите, я ещё кое-что хотел спросить, — Юнги встал, пройдя к двери, защелкнул дверную защёлку и снова подошёл к Чимину, — Точнее, хотел кое-что проверить. Я в последние пару месяцев каждый день думаю только о вашем здоровье, забывая о других пациентах. А на сегодняшней прогулке, я что-то почувствовал, будто это была не дружеская прогулка, — Юнги схватился за затылок пациента, — Заранее извините меня, пожалуйста. — Ч-что? — Коленки задрожали, когда же старший закрыл дверь на щеколду. Подобное уже случалось с ним, поэтому страх в нем повышался с каждой секундой, а сердце отплясывало чечетку. Все это напомнило времена, а именно то, как избивал Минхо в прошлом. Начало же было похожим, как все происходит сейчас. Доверие было же большее, чем страх в данный момент. Пак доверился старшему, надеясь на то, что он не поступит с ним так низко и подло, — Что вы хотите сделать, Мин Юнги? — прошептал едва слышимо, вжимаясь в кресло. Доктор притянулся к Чимину и нежно прикоснулся к его губам. Это был чувственный поцелуй, и даже можно сказать осторожный. Ведь и так напугал бедного парня, о чем Мин сам изначально догадывался. Внутри него что-то перевернулось. Он почувствовал что-то большее, поняв сразу же. Доктор Мин Юнги влюблен в своего пациента, ещё к тому же и друга.