***
Чимин встал с кровати, направившись к двери. Мысли его были наполнены только одним человеком. Юнги. Юнги. Юнги. Не то, чтобы Пак хотел снова заговорить с ним, он не мог поверить в то, что доктор возможно влюблен в него. Каково это, быть любимым? Это пугало блондина. «Я недостоин любви». Чимин считал, что над его чувствами снова надругались, он сделал давно вывод, поверив в это. Она попросту убивала его, следовательно поэтому он предпочитал больше одиночество. — Ты куда? — подал голос Тэхен, приподняв одну бровь. — Я скоро вернусь, — махнул рукой, закрывая за собой дверь. Парень быстрым шагом рванул по коридору. В его глазах плесали чёртики. Он злился, злился на самого себя. Отчасти и на Юнги тоже. В голове было столько вопросов, на которые он искал ответы. А эти ответы он мог получить только в кабинете врача. Подходя к тому самому кабинету, он, не постучавшись, зашёл внутрь. Дверь была открыта, значит врач был на месте. Увидев врача, стоящего у окна, его пыл сразу же потух. Когда Чимин видел Юнги, его тело тут же мякло, а ноги начинали неметь. Он не мог понять свой организм, почему так происходило. Чимину хотелось просто расплакаться, как младенец, закрыв руками лицо. Но он решил, что сдержиться, ни за что не показав свою слабость. — Что вы хотели? — отрезал Юнги. — Я.Я хотел с-спросить. Зачем вы так поступили? — У Чимина немного застряслись ноги, — У меня с головы не выходит тот вечер. Если вы ещё р-раз так поступите, то я… — Чимин не знал, что дальше сказать доктору. В голове он представлял эту картину чуточку иначе. Более уверенно и решительно. Но вышло, как вышло. Отчего глаза защипали от накапливающихся слез. Но парень сдержал себя. Юнги не спешил отвечать. Он медленным шагом направился в сторону Чимина, от чего зашуганный парень отскочил к ближайшей стене. — Не подходи ко мне, — Чимин закричал так громко, что его голос отскочил от пустых стен. Так испугавшись близости, он не заметил, как обратился к доктору на «ты». — Не собирался я вас трогать, просто хотел подойти чуть ближе, так разговаривать проще, — Юнги остановился на месте, чтобы не спугнуть ещё больше пациента, — Не волнуйся, если тебя так угнетает мысль о том поцелуе, давай все забудем, — доктор лишь пожал плечами, будто ничего и правда не было. Чимина злило это, очень. — Если мы все решили, тогда я пойду, — не дождавшись ответа, парень развернулся и, хлопнув дверью, пошел с кабинета прочь.***
— «На всё бы я пошла, только бы мне быть с ним и обрести бессмертную душу», — Тэхен лежал на коленях Чонгука, слушая, как тот читает ему. Он очень сильно любил сказку о Русалочке, поэтому мог слушать её бесконечно. Тэхен считал, что мораль этой сказки о том, что самое главное в жизни — любовь. Насколько она бывает светлой и бескорыстной. Парень не хотел принимать трагичную мораль о том, что не смотря на все усилия и пожертвования русалочки, принц все равно выбрал другую, поэтому он просил своего парня пропускать эту часть сказки. Внезапно в палату влетает Чимин. По лицу влюбленная парочка не могла понять, он сейчас злится или грустит. А может и то, и то. Он метался со стороны в сторону, громко пыхтя. Тэхен и Чонгук начали между собой метать взгляды по типу, кто спросит: «Что случилось?». — Давай ты, он же твой лучший друг, — шёпотом произнес Чонгук, хотя даже если бы сказал вслух, то Пак бы вряд ли услышал. — Чимин-а, что случилось? — глаза Тэхена быстро запрыгали по лицу друга, пытаясь прочитать между строк. — Этот чёртов индюк слишком много о себе возомнил, «давай всё забудем», — Чимин начал кривляться, передразнивая доктора. Он точно не заметил прихода медбрата, поэтому говорил открыто. Но повернув голову и заметив, что на кровати сидел Чонгук, он тут же замолчал, — Не говори только Мин Юнги это, прошу. — Я тебя не сдам, не волнуйся, — они втроём залились смехом, от чего Чимину стало чуточку легче. — Так, чего мы тут сидим. Может пойдём прогуляемся во дворе больницы, подышим свежим воздухом? — Тэхен указал пальцем на дверь. — Н-нет. Я тут. — Пак замешкался. Он понимал, что будет «третьим лишним» на прогулке. Смотреть на них уж было очень печально, потому что среди них Чимин чувствовал себя несчастным, — забыл кое-что. Мне нужно тренироваться в танцах, ведь так я расстеряю весь опыт, что я набирал с годами. И правда, блондин увлекался танцами. Даже в средней и старшей школе он пропускал учебу ради своего хобби. Бывало, что выступал на конкурсах или фестивалях. Сейчас же с каждым годом опыт и профессионализм ухудшался, что в свою очередь огорчало юношу. — Ты же вроде, — Чонгук смешно нахмурил брови, — оставил их, чтобы восстановиться и вернуться позже? — Но мой опыт явно хуже, чем в прошлые годы. За время, которое я здесь лежу, наверняка забылись кое-какие элементы. Может быть, после лечения я смогу попасть на танцевальный конкурс в Сеуле, — воскликнул тот, хлопая от возбужденности. — Хорошо, — Тэ подошел к нему, едва коснувшись рукой чужого плеча, — Смотри, будь осторожным. Не хватало того, чтобы тебя в травматологию перенаправили, — Ким улыбнулся напоследок, уведя за собой Чона.***
Была довольно ясная погода. Бескрайнее синее небо простиралось над головой, а солнце светило очень ярко. Под ногами ощущается густая трава, усеянная цветастыми огоньками летних цветков: маков, колокольчиков, ромашек, над которыми порхают разноцветные бабочки. Рядом стоит высокое дерево, на нём вот только поспели новые сорта сочных яблок. Тэхен бежит к нему, желая отведать свежий фрукт. Чонгук следует за ним. Неизвестно, что может учудить старший. Ким останавливается у дерева, поднимая голову вверх, и на носочках пытается дотянуться к ближайшей ветке. Он не учел того, что с невысоким ростом не удастся этого сделать. Медбрат подходит сзади, громко вздыхая. — Хен, что же ты хочешь сделать опять? — сложив руки на груди, недовольно произнес младший. Чон конечно не против, но старший совершал каждый раз вычурные поступки. Не хотелось, чтобы и в этот раз Чонгуку приходилось разваривать кашу самому. — Я хочу попробовать эти яблоки, — показал пальцем на ветку, вновь пытаясь подпрыгнуть и сорвать. — Ты не боишься, что они могут быть ядовиты? — усмехнулся тот, смотря на неудачные попытки парня, и чуть было не засмеялся в голос. — Чонгук, прости, но ты смеешься? Эти яблони растут здесь. Не хотят же здешние садовники отравить пациентов, — Ким повернулся, легонько ударяя рукой по чужой груди. — Кто же знает, милый мой. Тебе помочь? — Да ладно! Неужели ты догадался, и года не прошло, — не отвечая, Чонгук с легкостью усадил старшего на свои плечи,— Не так резко! Я же могу упасть, — довольный парень наконец-то дотянулся до ветки и сорвал самое красное яблоко, что там было. — Ты легкий, словно пушинка. Поверь, уронить тебя будет достаточно сложно. — после Гук почувствовал, как по его плечам бьют, — Йа! — и Чон осторожно валится на землю, но осторожно так, чтобы не пострадал парень, — Будешь знать, как не доверять мне! Тэхен упал прямо на самого Чонгука, да так, что приземлился сверху на него. Минута молчания, затем Ким приближается к чужому лицу и замирает на мгновение. Яблоко уже укатилось в другую сторону, а о нем наш гений уже явно забыл. Чон улыбается, рассматривая вблизи родное лицо. Все такое идеальное, драгоценное, что описывало Ким Тэхена. Старший уже примкнул вплотную, касаясь столь манящих и нежных губ своими. Дыхание младшего участилось, сердце екнуло и по коленкам пробежались сотни тысяч мурашек. Отстранившись спустя нескольких минут, Тэ тихо прошептал на ухо: «Я люблю тебя». — Я тоже люблю тебя, мой Тэхенни,— на лицах обоих красовались улыбки. Они счастливы и влюблены. Любовь Тэхена и Чонгука — пример того, что любовь все-таки существует.