***
Юнги, вдволь отдохнувший, спустился на первый этаж в буфет. Протянув продавщице тысячу вон, он забрал шоколадку с орешками, которую так любила Дженни. Она дулась на него со вчерашнего вечера и не разговаривала. Но доктор знал, что от сладостей она никогда не откажется. Её было так легко подкупить вкусняшками, что это немного забавляло. Он было хотел уже уйти, но вновь взглянул на прилавок сладостей. Немного поразмыслив он протянул ещё тысячу вон и взял черничную шоколадку. Поднимаясь по ступенькам, все его мысли были забиты этой ночью. Было так тепло и хорошо. Он не знал, что и думать. Можно ли это принять за то, что Чимин больше не в обиде на Юнги? Зайдя в ординаторскую, он сразу заметил Дженни за столом, которая сидела и подписывала какие-то бумаги. Медсестра делала вид, что не замечает его, до тех пор, пока он не положил ей шоколадку перед лицом. Она наконец подняла на него глаза. Взяв в руки шоколадку, она тут же её открыла и запихнула в рот одну плитку. — Ты знаешь, как меня подкупить, это аж бесит, — Дженни тщательно пережёвывала шоколад, смотря в глаза доктору, — А теперь я жду подробностей. Что-нибудь произошло, когда я ушла? — Ну как тебе сказать, — Юнги почесал свой затылок и отвёл свои глаза от пристального взгляда медсестры, — Так получилось, что мы случайно вместе уснули. — Как это понимать «случайно уснули»? — Дженни была немного ошарашена, но не подавала виду, — И где, скажи мне на милость вы спали? Там же совсем маленький диван. — Ну я крепко его обнимал, поэтому мы кое-как вместились, — Юнги засмущался, рассказывая ей такие подробности. — А дальше что было? — Дженни уже не волновало то, что она ещё немного была обижена на него за такое поведение. Ей только попкорн сейчас подавай, она будет сидеть и внимательно слушать, как будто смотрит сопливый фильм про любовь. — Ничего. Утром нас застал Тэхён, поэтому Чимин резко вскочил и убежал, — Юнги облокотился на ближайшую стенку, спрятав руки в свои карманы. — О, ну вам повезло, что это был хотя бы Тэхён. Будь кто другой, слухи бы гуляли уже по всей больнице. А если бы это дошло до директора больницы, то думаю, тебе бы точно сейчас было бы ой как плохо. — Может тебе стоит поговорить с Чимином? — Честно признаться, я совсем не знаю, что сказать ему при встрече.***
Прошло несколько дней, Чимин и Юнги особо не пересекались. Доктор ходил на вечерний осмотр, но они так и не обмолвились ни словом. Но помимо вечернего обхода, они с Юнги не пересекались, он ни разу не появился в их беседке. Чимин иронично усмехнулся: то никому неизвестное место стало их. Пак хотел поговорить с доктором, но совершенно не знал о чём. О них? Нет никаких них. И никогда не было. Эта ночь была просто случайностью. Они просто оба уснули, в этом же нет ничего такого. Чимин успокаивал себя, что просто перенервничал в тот день, поэтому так быстро вырубился. И нет, не потому что ему было так хорошо в объятиях Юнги. Чимин взял всю волю в кулак и направился к кабинету врача. Он шёл уверенно и непоколебимо, но как только подошёл к двери, тут же занервничал. Ладошки вспотели, а коленки предательски задрожали. Пак не успел заметить, как обернул ладонь вокруг нужной ручки и потянул дверь на себя. — Это вы, Пак Чимин. Ну что ж, проходите, присаживайтесь, — Юнги рукой показал на кресло. — Я… Я пришёл извиниться за своё неподобающее поведение в тот вечер, — Пак низко поклонился, отчего его волосы упали ему на лоб, — Наверное я очень устал, поэтому уснул и доставил вам неудобства, — он ещё раз поклонился. — Не волнуйся, неудобств ты мне не принёс, я сам уснул сразу после тебя. Тоже очень устал в тот вечер, — Юнги слабо улыбнулся, почти незаметно, — Это ты меня извини, что не разбудил. — Тогда… Я наверное пойду. — Стой. У меня тут кое-что есть для тебя, погоди секунду, — Юнги начал рыться у себя в тумбочке, ища ту шоколадку с черникой, что он купил, так и не решившись отдать ее раньше, — Я купил её для себя, ты не подумай, — Мин застеснялся, — Просто я не захотел кушать её, поэтому возьми. Чимин молча принял шоколадку, удивившись, как доктор догадался о его любимом вкусе шоколада. За эти два года он не рассказывал ему о своих вкусовых предпочтениях. Ещё раз поклонившись врачу, он удалился с кабинета, направившись к себе в палату.