Несбывшийся сон моей любви

— Здравствуйте, Мин Юнги, — остановила девушка коллегу, держав в руках коробку, в которой неизвестно что лежало, — Вам передал это какой-то парень. Велел отдать вам прямо в руки, возьмете? «Парень? Это мог быть Чимин, но он бы отдал мне лично, тогда кто?» — доктор взглянул на коробку, прожигая сущим взглядом. — Что за парень, Дженни? — обратился к медсестре, беря из ее рук посылку. — Это нам почтальон принес, передал нам коробку и сказал, что от какого-то молодого и красивого парня. Личность отправитель, к сожалению, скрыл. А вас не было на месте, поэтому передаю сейчас, — пожала плечами. — Ладно, спасибо тебе большое. Я побежал, а то не успеваю осмотреть медицинские карточки наших пациентов и доделать отчет. — Беги, конечно. Если встретишь Чимина, передавай ему от меня привет. Все хочу зайти к нему, посплетничать насчёт тебя, — засмеялась, прикрывая рот рукой. Несомненно, Мин рассказал об их отношениях близкой подруге, и та очень рада таким новостям. — Эй! — аккуратно толкнул плечом её, делая вид, что обиделся, — Не знал, что ты такая крыска, Дженни. — Чао! — показала язык и убежала поскорее. «Кх, что за детский сад? За это ты мне и нравишься, как человек. Надеюсь, что эта улыбка будет всегда красоваться на твоём лице», — улыбнулся психотерапевт, зайдя к себе в кабинет. Дел было много, однако, интерес больше притягивала заветная коробочка. Она была маленького размера и ртутного чёрного цвета. Сверху она была перевязана пышным красным бантом, будто там внутри лежало что-то интимное и прекрасное. Руки чесались, а брюнет и не стал сопротивляться открытию этой посылки. Развязав бант и затем открыв крышку, все вокруг остановилось. Внутри лежало много одинаковых записок. Брось Чимина, или он пострадает, — было выведено кровью. Чьей - неизвестно, возможно даже человеческой. А может эта была просто тёмная алая краска. Над бумажками лежали засушенные цветы, будто показывая, что в этом мире ничего не вечно. Мурашки пробежались по коже, а сами руки задрожали. Коробка упала на пол, из-за того, что руки не смогли её удержать. Пусть Юнги и психотерапевт, но от увиденного, все его поджилки затряслись, а в голове крутились разные ужасные мысли. От такого взброса любой здравый человек впал бы в панику или чего хуже — упал бы в обморок. — М-минхо? — даже голос дрогнул, — Зачем тебе это нужно? — брюнет ударил кулаком ближайшую стену, потому что теперь страх сменился злостью, — К чему весь этот цирк? Ты прошлое в жизни Чимина, отвали уже. Только сжимая кулаки, Юнги понимал одно: если он не выполнит его условия, Пак действительно может пострадать. Лечащий не хотел ни того, ни другого. Хотел лишь, чтобы младший всегда был рядом с ним. Но поскольку доктор слишком часто был занят своей работой, уследить за Чимином он бы не смог. Тогда-то и может произойти что-то ужасное. Немного посидев, поразмыслив, он решил ради блага Чимина бросить его, чтобы он всегда был в безопасности.

***

— Здравствуй, мой милый, — на чужие плечи опустились руки, чуть сжимая их. Быть может, Чимин и заметил дрожание голоса, но Юнги пытался не выдавать этого. Доктор назначил встречу им в той самой беседке, чтобы лично сказать в глаза. Бросить по смс или иными способами парень не хотел. Расставаться надо по-человечески. — Что же ты хотел? — встрепенулся, поворачиваясь в сторону старшего, — Что-то случилось? «Черт, он заметил! Не подавай вида, Юнги!» — кусая губы, старший обошел и уселся на карточки перед больным. — У меня для тебя есть две новости, только мне нужно сказать тебе это наедине, — взяв в руки чужие, взглянул в глаза. — Да? Фух, — выдохнул тот, склоняя голову. Рано вздыхать, самое худшее только впереди, — А какие? — Одна хорошая, — улыбнулся чуть ярче. Самое лучшее в любых ситуациях — улыбаться, дабы остаться скрытным, — Другая плохая. С какой мне начать? — С хорошей, конечно. — Твоя болезнь отступает, поэтому администрация хочет выписать тебя в ближайшее время, — несомненно, это вполне благоприятная новость. Хотя, куда теперь пойдет Чимин? — Юнги, это же хорошо! Я могу жить у тебя, ты же не против? — огонек загорелся в чужих глазах. Свобода! Этого так долго желал и хотел блондин, да еще теперь с ним всегда старший. — Чимин, — взяв за подбородок, заставил смотреть на себя, — Конечно, я рад за тебя. Только дослушай меня до конца, пожалуйста. — Слушаю, — хлопая глазами, Чимин уселся ровнее, положив руки на колени. — Мне жаль, но, — он выпустил чужие руки из своих, — Мы должны расстаться. Мне надоели эти отношения. — Что? — вскрикнул во все горло, соскакивая с сиденья, — Почему? У нас же все хорошо, — потом Пак упал на колени перед ним, уткнувшись головой в траву, — Не уходи, пожалуйста. Я прошу тебя, пожалуйста. — Встань, — Юнги подал руку и помог встать ему. Чимин сразу же прижался к нему, стараясь удержать его хотя бы физически. — Назови мне причину, что я сделал не так?! — Чимин был в ярости и в отчаянии, слёзы уже давно начали стекать по щекам, отчего лицо младшего тут же стало красным. — Даже не знаю, как мягче тебе об это сказать. Ты как прочитанная книга. Когда читаешь в первый раз, всегда интересно, а когда читаешь во второй раз, уже становится скучно. Юнги специально придумал такую причину для расставания, чтобы Чимин злился на него, чтобы не пытался вернуться. Доктор еле сдерживался, чтобы не прижать к себе это хрупкое, дрожащее тело перед собой. Он не любил смотреть, как плачет Пак, но сжав кулаки, остался стоять на месте. Спустя пару минут, первым с места сдвинулся Юнги. Он посмотрел ледяным взглядом на парня, что не мог успокить свою истерику и, развернувшись, просто ушёл. А Чимин же просто упал на влажную и холодную траву. Его маленькие кулаки сжали землю, бросив её куда-то в сторону. От злости и обиды он кричал и плакал во всё горло, совершенно не заботясь, что кто-то может это услышать. «Почему он так поступил? Неужели я и правда надоел ему?» Обязательно рекомендуется включить песню SLANDER feat. Dylan Matthew — Love is Gone (Acoustic). Пак уселся обратно на сиденье, вытирая слезы со своих щек, которые даже не намеривались останавливаться ни на секунду. Надо как-то успокоиться, взять себя в руки и затем что-то предпринимать. Он уставился в небо, и тут же в голове проносятся слова песни. Песня, услышанная по радио когда-то, так поразила его, что лирика запомнилась ему навсегда. Сама она очень душевная, оставила след в душе парня. Как думал блондин, он не умеет петь от слова совсем, однако, выходило довольно неплохо, и мог бы посоревноваться с кем-нибудь из айдолов. Лучший способ остановить боль хоть на время — выразить ее через что-нибудь, поэтому Чимин начинает тихо петь. «Я прошу, пожалуйста, просто останься со мной., Мне жаль, не оставляй меня, я хочу что бы ты был со мной здесь.  — пропел умоляющим голосом, соединив ладони вместе и смотря в небо. Хоть и доктор ушел, он находился неподалеку, попросту младший не мог видеть его. Посреди улицы психотерапевт услышал этот надрывистый голос, просящий остаться хоть недолго. Мин остановился, прижимая ладонь к своему сердцу. Его сердцу тоже больно. Также, как и Чимину. «Сколько у тебя талантов! Ты еще петь умеешь, да ты настоящий ангел, жаль, что теперь не мой», — тем временем в душе все метало, рвало и разбивалось на кусочки. Как старший мог упустить и потерять такого искреннего, доброго по истине человека? Мин бы рванул обратно, попросил прощения и больше бы не отпускал его от себя ни на шаг куда-либо. Только не может, не может, чёрт возьми! Завыл бы на весь мир об этом, но Чхве Минхо не позволит, он точно не отступит от них. Я не могу дышать, я так слаб, я знаю это не легко. Не говори мне что твоя любовь прошла, что любовь твоя прошла,  — последние строчки песни, а затем снова впал в истерику из-за чувств, вложенных в пение этой песни. Чимин точно не сможет без Юнги. Он будет любить его до того, как не окажется под землёй, укутанной червями. Свое сердце Пак отдал Юнги, который вмиг разбил его, как фарфоровую чашку.