Дьявольское искушение

После дня рождения Эммы вся школа ещё неделю обсуждала этот грандиозный вечер, на что она лишь закатывала глаза. Да, ее родители постарались для гостей, но никак не для собственной дочери, и это огорчало. Но Свон сейчас не волновали ее отношения с родителями, она была полностью поглощена Реджиной. На протяжении всей недели Эмма пыталась поймать учителя, когда та осталась бы одна в своем классе, но каждый раз ей мешали. То другие ученики пытаются исправить свои оценки, прося задания у мисс Миллс. То директор общается со своей подругой. То педсоветы. Но в один день Эмма застала в классе Реджины Робина Локсли. Этот тип ей порядком не нравился. Каждый раз, когда она видела мисс Миллс в его компании, руки сжимались в кулаки, но Эмма старалась подавить свой гнев. Она понимала, что эти двое — коллеги и не имеет смысла ревновать, ведь Реджина продолжала отвечать ей взаимностью. Пусть они и не могли остаться наедине, но их взгляды говорили многое.

***

— Эмма, если нас увидят… — Нам хана, знаю, — закончила фразу Эмма и вернулась к бархатной коже на шее. — Помолчи, прошу. Я так соскучилась за эту неделю, и сейчас хочу немного тобой насытиться. Сидя на своем столе, Реджина позволяла Эмме целовать себя, а рукам блуждать вдоль всего тела. Она сама безумно соскучилась по девушке, и, каждый раз видя её в коридорах школы, была готова затащить в свой класс и зацеловать. Но будто им специально устроили проверку на прочность. — К тому же, я закрыла дверь на ключ, — шепнула Эмма в губы и продолжила их целовать. Уроки закончились полчаса назад, и почти все ученики отправились домой, а значит, никому не понадобится наведываться к мисс Миллс. — Это, интересно, зачем? — Реджина еле слышно застонала, когда ее соски сжали двумя пальцами через ткань. — Чтобы никто не помешал мне трахнуть тебя, — рыкнула Эмма, вплетая пальцы в густые волосы. Она не могла больше терпеть и ждать. Мозг невыносимо желал обладать этой женщиной. — Секс с учителем на его рабочем столе — фу, как банально, — сказала Миллс, но тут же ее улыбка слетела с губ, когда рука слегка сжала шею. Она не хотела признавать, но доминирующая Эмма её дико возбуждала, но этого она ей никогда не скажет, иначе кто-то зазнается. — А я всегда мечтала об этом. Реджина понимала, что уже не время останавливаться, к тому же ее нарастающее возбуждение отзывалось ноющей болью внизу живота. Она не хотела уезжать домой неудовлетворенной. — Ну так трахни меня, мисс Свон, — бросила она вызов и накрыла губы девушки в поцелуе. Эмме приходилось заглушать негромкие стоны поцелуями, но как же ей хотелось услышать Миллс во весь голос. Как же приятно осознавать, что женщина сгорает под твоими пальцами от удовольствия и просит взять её быстрее и сильнее. — Чёрт, детка, мне сносит крышу, — Эмма начала хаотично тереть возбужденный клитор под пальцами, ощущая обилие влаги. Как же она текла, это были непередаваемые ощущения. Реджина уже вся извивалась на своём рабочем столе. Ее губы припухли от частых поцелуев, волосы на голове были взъерошены, а блузка полностью расстегнута. Никто из учеников даже и подумать не мог, что их строгая мисс Миллс будет так эротично стонать от рук ученицы. И все это в школе. — Малыш, ты — чудо, — шепнула Реджина и тихо заскулила от накатившего на нее оргазма. Ей самой хотелось громко кричать от удовольствия, отчего лишь сильнее возбуждаешься, но в школе ещё могли остаться ученики. — Год я мечтала о тебе, — тяжело дышала Эмма, будто бы она получила оргазм. — И вот ты моя. В моих руках. — Сумасшедшая, — с особой нежностью Реджина поцеловала девушку. Быстрый секс помог снять напряжение, но как же хотелось встретиться в домашней обстановке. — Давай завтра поужинаем у меня дома. — Мм, ты хочешь, чтобы я тебя и на твоём столе в доме трахнула? — засмеялась Свон, помогая Реджине привести себя в порядок. — Стол — уже пройденный этап, — Реджина спрыгнула со стола и поправила свою задравшуюся юбку. — У меня есть много других поверхностей. — Шепнула Реджина, заставляя воображение Эммы поиграть. — А ещё у меня есть бассейн, в котором я тебя… — Так, если ты не остановишься, мы поедем прямо сейчас к тебе домой, — её голос стал ниже от возбуждения. — Нет, я не хочу тебя ласкать на своём рабочем столе. Я хочу увидеть тебя обнаженной на своей кровати, дорогая, — Реджина провела ноготочком по щеке, плавно опустившись на шею. Эмма выдержала этот томный голос и возбуждающие слова, но так хотелось поддаться искушению и засунуть руку брюнетки в свои штаны, чтобы показать, как она ждёт завтрашний вечер.

***

Реджина вовсю суетилась на кухне, желая удивить Эмму своей готовкой. Изначально она хотела заказать что-нибудь из ресторана, и даже уже присмотрела, что именно, но в самый последний момент передумала. Она не хотела складывать о себе неверное впечатление, поэтому полдня провела возле плиты, запекая мясо по-французски. Они договорились встретиться в шесть вечера уже в доме Миллс. Сама хозяйка жутко нервничала, будто это было первое свидание в ее жизни. Она пыталась себя успокоить и даже выпила бокал красного вина, но лёгкая нервозность не покинула ее тело. Когда стол был накрыт, в духовке доготавливалось мясо, а сама Реджина стояла перед огромной гардеробной и не знала, что надеть. Хотелось вновь удивить Эмму и покорить ее сердце, которое итак уже было в ее руках. В конечном итоге Миллс остановилась на простом чёрном платье длиной по колено и с глубоким вырезом, но с закрытыми руками. Она так долго рассматривала себя в зеркало, желая довести образ до идеальности, что чуть не пропустила сигнал духовки, оповещающий о завершении приготовления. Было бы смешно сжечь их ужин.

***

Эмма нервничала не меньше Реджины. Но она думала, что брюнетка в принципе и не должна переживать. В конце концов, сколько у нее было свиданий за всю жизнь, а у Эммы толком и парня то не было. И конечно, предстоящий вечер щекотал ее нервы. Всю ночь она проворочалась в постели, думая, что надеть, как накраситься, стоит ли купить Реджине букет цветов. И ещё тысяча мыслей, которые не давали покоя. Тем не менее, Эмме все же удалось заснуть под утро и поспать до обеда. Из одежды она выбрала чёрные джинсы и такого же цвета блузку, которую заправила в штаны. Этот образ контрастировал с копной ее светлых длинных волос. И уже в шесть часов она стояла под дверью белого дома мисс Миллс с букетом в руках. Она так и не узнала, какие цветы любит женщина, поэтому надеялась, что лилии ей понравятся. — Я смотрю, наши мысли сходятся, — хихикнула Эмма, глядя на точно такого же цвета наряд, как у нее самой. — Ты тоже долго выбирала, что надеть? — Реджина отступила на шаг назад, пропуская девушку в дом. Она поблагодарила Эмму за чудесный букет и помогла снять куртку. — Ну с этим у меня обычно проблем нет, но перед нашим свиданием я перемерила половину гардероба, — Эмма заключила брюнетку в своих объятиях и нежно поцеловала в губы. — Привет. — Привет, — улыбнулась она, вовлекая девушку снова в поцелуй. Они могли так простоять намного дольше, чем того требовал приветственный поцелуй, но Миллс решила прервать их идиллию. Иначе до ужина они так и не доберутся. — Я тоже по тебе дико соскучилась, — прошептала Реджина и, взяв Эмму за руку, повела ее в сторону кухни. Часть ужина они посвятили обсуждению школы. Как никак это их общая тема. Эмма рассказывала смешные истории с уроков, что было очень забавно. Реджина и подумать не могла, что их класс до такой степени безбашенный, что они учителю биологии намазали доску мылом. Реджина знала тяжелый характер Зелины очень хорошо, и сама бы не решилась на такой поступок. Тогда весь класс Эммы писал объяснительные за свою выходку, но самой блондинке от этого было ни горячо, ни холодно. Ещё одна история Эммы была о том, как она встретила в одном баре Мэл Голд. Их встреча была крайне неожиданной. Эмма, конечно, не думала, что их директор постоянно сидит дома и читает книжки, но все же было неловко. Голд не стала читать девушке мораль и правила поведения в подобных местах, и они сошлись на том, что друг друга не видели. Этому рассказу Реджина была удивлена. Уж если бы она встретила Эмму ночью в подобном заведении, то отвела бы её домой. Мало ли что может случиться в барах, а девочка она красивая и хрупкая. — Я ещё выскажу нашему директору за это, — с наигранной строгостью в голосе произнесла Реджина и отпила немного вина. — Эй, не надо, ты меня не подставляй. Мы с ней договорились. — Интересные у вас договорённости за моей спиной, — фыркнула Миллс. А если бы с Эммой что-то случилось, Мэл бы сказала, что не видела её в том баре? — Ты что, ревнуешь? — воодушевилась Свон. Все же это было очень приятно. — Вовсе нет, просто я переживаю за тебя. — Не переживай. Главное, что я сейчас здесь и с тобой, — Эмма взяла Реджину за руку и сжала её. Как бы она не любила своих родителей, они все же ей не дали ласки и заботы в той мере, в которой требовалось маленькому человечку. И сейчас, уже взрослая Эмма, пыталась получить все это от своей девушки. — Ты очень вкусно готовишь. — Спасибо, дорогая, — от простого комплимента все внутри затрепетало. — Надеюсь, когда-нибудь ты мне приготовишь вкусный завтрак в постель, — Эмма отрезала кусочек мяса и отправила его в рот. — Только если ты ночью хорошо постараешься, — Реджина выдала эту фразу прежде, чем подумала. На ее щеках образовался лёгкий багрянец, который она попыталась скрыть за бокалом вина. — Если я ночью хорошо постараюсь, то вряд ли ты утром встанешь с постели, — Эмма уже успела представить эту ситуацию в своей голове, а в трусиках стало влажно. — Звучит очень возбуждающе, — тяжело сглотнула Миллс. — Ты намокла? — прямо спросила Эмма. Сейчас обеим уже было не до ужина. — Думаю, да, — она закусила губу. — Я чувствую, как мой клитор заныл. У Эммы от этих слов все пересохло в горле, но она не спешила набрасываться на брюнетку. — Ты хочешь, чтобы я поиграла с ним языком? — она знала толк в подобных играх. — Чёрт! — рыкнула Миллс. Теперь она отчётливо ощущала свое мокрое белье. — Продолжай. — Ты мне не ответила. — Да. — Что да? — настаивала Эмма. Она скрестила ноги под столом от дикого желания. — Эмма, — Реджина сверлила ее взглядом, сжимая в руках вилку. Удивительно, как юная девушка умело манипулировала ею. — Да, я хочу, чтобы ты меня поласкала языком. — Ты закончила с ужином? — резкая смена темы не понравилась Миллс. — Да. — Тогда пойдём. Взяв брюнетку за руку, Эмма отвела её в гостиную. Конечно, можно было сразу переместиться в спальню, но Свон понравился большой черный диван, стоящий посреди комнаты. Реджина выгнула бровь в недоумении и присела на диван. Она наблюдала за тем, как девушка медленно опускается в кресло напротив, закидывая ногу на ногу. Было одновременно и интересно, что сейчас будет делать Эмма, и вместе с этим Реджину охватила лёгкая злость, что девушка так легко прервала их игру. — А теперь расскажи мне о своей самой сокровенной фантазии. Реджина попыталась собрать мысли в кучу, но из-за возбуждения и выпитого за ужином вина было трудно соображать. — Например, я мечтаю тебя привязать к кровати и трахать до потери сознания, — Миллс тяжело сглотнула, пока мелкая дрожь начала пробегать по всему телу. — Знаю, банально, но, черт. Как же это заводит. Ты лежишь в красном белье на кровати и выкрикиваешь моё имя каждый раз, когда я касаюсь тебя языком. Дрожащая рука сжала край чёрного платья. Самообладание испарялось на глазах, и если Реджина вдруг набросится на свою ученицу, разрывая на ней блузку, то её можно будет понять. Своими играми Эмма завела ее до предела. — Еще чуть-чуть и я сама тебя трахну, — Миллс прикрыла глаза, что было очень зря. — Проведи пальцами по своим трусикам, — скомандовала Эмма, выгнув бровь. Она чувствовала себя на каком-то кастинге со взрослым рейтингом, но останавливаться не была готова. — Хочешь понаблюдать? — со всей грациозностью Реджина скинула одну ногу с другой и слегка развела их в стороны. В конце концов, в эту игру можно играть вдвоём, и она сделает так, что Эмма сама ее начнёт умолять. Дразнящими движениями пальцы руки гуляли по бедру, с каждым разом поднимаясь все выше. Серый взгляд не отрывался от этих манипуляций. — Реджина, по трусикам, — повторила Эмма. — Мне некуда спешить, — хмыкнула Миллс, поднимаясь ещё медленнее. Она не собиралась давать Эмме то, чего она хочет так быстро. — Решила меня подразнить? — Свон поднялась с места и начала расправляться со своей блузкой, расстегивая каждую пуговицу. — Как и ты меня, — Реджина закусила губу, глядя на красное кружевное белье. — Мне нравится. — Если хочешь, чтобы я дальше разделась, придётся следовать моим просьбам, — Эмма положила руки на своей ремень, но не спешила его снимать. Она ждала, когда Реджина последует правилам их общей игры. Рука плавно опустилась на чёрный шелк между бедрами и начала поглаживать. Как бы Реджина не любила подчиняться, сейчас она была не против продолжить эту игру. Эмма быстро осталась в нижнем белье, победно приподнимая подбородок, и села на бедра женщины. — Я люблю тебя, — шепнула Эмма в губы. Она боялась испортить момент своим признанием, если вдруг оно будет не взаимным. Наверное, нужно было сначала все хорошо обдумать, а потом уже… — И я люблю тебя, солнышко, — улыбнулась Реджина. Вряд ли бы у нее хватило смелости первой признаться в своих чувствах, но она испытала такое облегчение, когда услышала эти слова из уст Эммы. — А теперь будь добра, — она взяла Реджину за запястье и приблизила к своим трусикам. — Подари мне удовольствие. — Ты очень притягательна, когда возбуждена, — Реджина перевела взгляд на свою руку, которой управляла Эмма. Она видела и ощущала, насколько девушка желает её, и это чувство опьяняло. Давно Миллс не чувствовала себя такой желанной. — Реджина, я не просто возбуждена, — Эмма погрузила ее прохладную руку в свои трусики и мимолетно вздрогнула от контраста температуры. — Я очень возбуждена. — Позволь мне. Эмма отпустила руку Реджины, позволяя ей самой испытать эти эмоции — когда доводишь любимого человека до оргазма. Она пыталась захватить пухлые от поцелуев губы снова и снова, но из-за напряжения во всем теле поцелуи получались смазанные. Бедра пытались поймать ритм, который задавала Реджина, дразня, но Эмма решила немного схитрить. Переместившись на одно бедро, Свон отодвинула ее трусики в сторону и коснулась горячего места. — От твоих действий теперь зависят и мои действия, — усмехнулась Эмма. Она понимала, что секс — это не только конечный оргазм, но и все удовольствие, которое ты получаешь от самого процесса, но сейчас ее тело больше не могло выносить такой пытки. Все изнывало от желания. — Хитрая, — тяжело задышала Миллс. Ей пришлось играть по правилам, что заводило ещё сильнее. Дыхание участилось, пальцы хаотично ласкали возбужденные места, а в воздухе царил запах похоти и разврата. Эмма отошла не сразу после оргазма. Она сидела на диване рядом с Реджиной, закинув на ее бёдра ноги, и тяжело дышала. Она и подумать не могла, как хорошо ей будет с этой женщиной, которая несколько месяцев назад ее динамила и не отвечала взаимностью на знаки внимания. А сейчас она пытается привести свое дыхание в норму. Ее тяжело вздымающаяся грудь говорит о том, что ей самой безумно хорошо. — Никогда такого не испытывала, — призналась Миллс. Может, после этих слов Эмма немного зазнается, но Реджина не видела ничего плохого в таком комплименты. — Приятно это слышать, — улыбнулась Эмма, поглаживая розоватую щеку Реджины. — Мне тоже очень хорошо. Немного придя в себя, Эмма вновь потянулась за поцелуями, но не с целью вновь возбудить брюнетку, а просто немного поласкать. — Давай на Рождество куда-нибудь поедем, — предложила Свон. — Куда? — она была не против отдохнуть с Эммой в какой-нибудь домике на берегу моря, но присутствует много нюансов. — Как ты свой отъезд объяснишь родителям? — Скажу, что мы с тобой подружились. У нас всего лишь пятнадцать лет разница. Это мало. — Это будет подозрительно. Я не хочу проблем ни с твоими родителями, ни со своим начальством, — она ласково перебирала светлые локоны, ощущая трепет во всем теле. Хотелось парить от счастья по комнате. — Не будет проблем, верь мне, — Эмма оставила мимолетный поцелуй на губах, а после опустила голову на грудь.

***

— Я же тебе говорила, все будет улетно, — Эмма чуть ли не прыгала на месте посреди аэропорта. — Посиди, дорогая, а то сейчас всю энергию потратишь. А нам лететь долго, — Миллс листала буклет авиакомпании. Их рейс отложили на два часа, что немного подпортило настроение, но глядя на счастливую девушку, вся злость ушла моментально. — Я в предвкушении, Реджина, — она плюхнулась на скамью рядом с брюнеткой. — Я вижу, ты очень возбуждена эмоционально. — Не только эмоционально, — она игриво посмотрела на любимую и положила ладонь на ее колено поверх джинсов. — На что ты намекаешь? — Миллс прищурилась. Перед отъездом из дома они с Эммой успели расслабиться, да не один раз, и что, она опять возбуждена? — У тебя когда-нибудь был секс в туалете? — Что? Нет, — слишком эмоционально воскликнула Миллс, а после обернулась по сторонам. — И не будет. — Ну почему? — Это грязно, — Реджина аж вздрогнула, хотя она не раз представляла себе подобный опыт. — Это очень сексуально, — Эмма наклонилась ближе, желая кое-что шепнуть на ушко, а то неподалёку сидящая бабуля слишком пристально на них смотрела. — Я бы опустилась перед тобой на колени, сняла твои джинсы и те синие кружевные трусики, которые с самого утра уже пропитаны твоей влагой. Миллс тяжело задышала. — У тебя слишком хороший аппетит. Я не в том возрасте, солнышко, чтобы столько раз и в таких местах, — Реджина тоже старалась говорить тише. — Ты не в том возрасте, чтобы жаловаться на свой возраст, Реджина. В любом случае, в нашем домике я с тебя не слезу. — Чувствую, весёлый будет отдых, — вздохнула она. — О, да.