My Queen...

помни: тебя тянет обратно не потому, что любовь или судьба, а потому, что так работает зависимость.

— Мы снова вместе... Мама, сидящая напротив меня, неловко улыбается, поглядывая на папу, пока я, уже минут десять, пытаюсь переварить последние новости... Жизнь очень странная штука, моя вкрай свихнулась. Новый день преподносит неожиданные сюрпризы с самого начала. Мама продолжает говорить, папа прячет глаза, а мне нечем дышать. Для них всё так просто... Я в шоке, в полном ступоре. Ещё утром меня волновал Ракитин, у которого я проснулась, а сейчас совсем ничего не понимаю. Самое важное, для меня лично, это то что двое ненавидящих друг друга людей, всю мою жизнь, сообщили мне о своём воссоединении. Чёрт, они собрались пожениться. Снова. И, кажется, они действительно счастливы. Такими я не видела родителей никогда. На моём телефоне зазвонил будильник, напоминание о том, что пора ехать в аэропорт. Мама не перестаёт сыпать на меня извинения, как и папа, а я не понимаю, что чувствую к ним. Слишком много всего было между нами, во мне живёт пустота из-за не любви родителей в детстве. Не ненависть, равнодушие. Когда-нибудь, я смогу их понять, надеюсь. Впрочем, плевать, пускай живут как хотят, может они действительно изменились, кто знает. Сейчас мне нужно ехать, быстро и решительно уйти, как было утром в квартире Егора. Прощаясь с родителями, обещая звонить почаще и отказавшись от предложения подвезти меня, я вернулась в тяжёлое утро. Если честно, я не помню, как попала в квартиру Егора, мой здравый смысл помахал мне ручкой, как только мы поцеловались у клуба. Вместо воспоминаний о ночи, остались синеватые следы на теле. Ракитин так и не научился контролировать силу своих прикосновений. Утром было стыдно, странно, неловко что ли. И я сбежала до того как Егор проснулся. Хоть мы и не говорили, я, наконец случилось, разобралась в себе. У меня рвёт от него крышу — однозначно. Но, сегодня, я впервые задумалась, а любовь ли это? Слепая привязанность, настолько сильная, что сметает отголоски моего разума. Осмысливая каждый пережитый момент с Егором, я всё больше сомневаюсь, что люблю его. Схожу по нему с ума — да. Но скорее от уже прожитых чувств, от привычки и самовнушения. Кажется, настоящие, искренние чувства, к нему, угасли во мне в кабинете врача, куда привела меня мама на аборт. Когда-то я пыталась ненавидеть Егора, но из этого ничего не вышло. В конце концов, я знала с кем вступаю в отношения, а о беременности он так и не узнал. Или я снова пытаюсь снять с него ответственность. Уже не важно, ведь теперь я знаю, что смогу жить и без него. Должна хотя бы попытаться... Хотя, я, как обычно, ни в чем не уверена... Выйдя из размышлений, я заметила, что порвала браслет на руке, тот самый дедушкин подарок. А за окном такси было место, где меня сбила машина. Это было так недавно, но в тоже время, будто, несколько лет назад. Чокнутый Михаил, поехавший от наркотиков и решивший, что все его проблемы из-за меня. Артур и торговля наркотиками... Артём говорил, что его убили в камере. Просто ненужный человек... Чтобы ничего не разболтал. Становится страшно жить в мире, где судьбу человека решают другие. Сегодня ты нужен, а завтра кормишь опарышей. Однако, теперь эти люди не проблема для меня. Странно, всё закончилось, как личные переживания, так более глобальные проблемы, а мне не легче. Совсем. Даже как-то грустно. И улетать уже не хочется. Не успев выйти из такси, я заметила Артёма, а кто-то обещал не провожать меня. Ненавижу прощания... И, что странно, Катю с Филом. Особенно рыжеволосая меня удивила своим присутствием. Это не просто странно. Это охренеть как странно. Прокрутив в голове наш вчерашний диалог, я вышла из машины. Мой белобрысый братец, хоть выглядит в последнее время счастливым, без кучи проблем, сейчас явно расстроен. Конечно, я собралась уехать, как он не отговаривал меня, ещё и ночью пропала опять... — Где тебя носит? — и тебе привет, братик.— Предупреждать о своих похождениях не учили? — Артём, резким движением, прижал меня к себе, пресекая тщетные попытки вдохнуть. — Ничего же не случилось? — качая головой, я улыбнулась ему в грудь, впервые за долгое время чувствуя некое облегчение. — И я написала тебе. — Ага, утром, мелочь, а я полночи думал где ты. — отстранившись, Артём вздохнул. — Не передумала? — Нет. — покосившись в сторону поодаль стоявших Фила и Кати, я неуверенно кивнула брату. — Прости, если заставила волноваться. — Ух ты, успокоительные начала пить? — усмехнувшись, Артём, снова, обнял меня. — Не ехидничай. Просто... — прервав саму себя, я прикусила губу. — Не важно, мне лучше и всё на этом. — Я рад, если это правда так. — Правда. Медленно, но верно, меня отпускает. — Хорошо. — ещё раз крепко сжав меня, Артём шагнул назад. — Ты опоздаешь на посадку, а тебя ещё ждут. Позвони, сразу как долетишь, хорошо? — Хорошо. — Не кисни. В самолёте не пей. И, вообще, возвращайся. — Щас заплачу. — улыбаясь, я пыталась скрыть, то что, действительно сейчас разревусь. — Пить не буду. Киснуть тоже. И вернусь. В гости хотя бы. — Я тебя люблю, мелочь. — новое, порывистое, объятие, и слёзы быстрым потоком обожгли щёки. — Не реви, а я поехал ждать твоего звонка. Поцеловав меня в лоб, Артём быстро ушёл к машине. Грустно так, будто больше не увижу его. Ещё и эти слёзы дурацкие. Именно из-за них, я не хотела, чтобы он приезжал в аэропорт. Мы уже достаточно говорили об отъезде и успели попрощаться. Пока я обнималась с братом, пропустила важную деталь. Катя заметно нервничая, крепко, до побеления костяшек, сжимала ладонь Фила, который заметно изменился после пребывания в больнице. Он наконец похож на человека. Живущего, а не существующего. Резкий поток воспоминаний из детства сбил меня с реального разговора. Пока я думала каким бывший одноклассник был в детстве, Катя отвела меня, как безвольную, в сторону и начала говорить. — Крис, ты чего? — Нормально всё, задумалась. — и как раньше пропустила все твои слова... — Да? — рыжеволосая кивнула, слабо улыбаясь. — На счёт Кирилла. — Катя осторожно коснулась пальцами моей ладони, на что, я взяла её за руку. — Я не злюсь на тебя. Серьёзно. Сначала да, но... Мы бы всё равно расстались, по факту давно должны были это сделать. Он боялся меня обидеть, зная моё нестабильное состояние. А я боялась остаться одна. Глупо, да? Как будто я старая дева какая-то. И я знаю, что ты ему нравилась всегда. Ты-то, конечно, не замечала этого. Но это так. Короче, к чему я... — тяжело вздохнув, Катя быстро подалась вперёд и обняла меня. — Я скучаю по тебе и не хочу, чтобы наша дружба развалилась из-за одного блондина. Что сегодня за день? Родители помирились, я вдруг к Егору остыла, Катя ещё... Обняв Катю в ответ, я ощутила странный прилив сил. Мне как будто вернули недостающую часть меня же. Часть, которую, я потеряла по своей вине. Как бы там не было с Кириллом, я поступила ужасно в отношении Кати. А что с Кириллом? Вот и новое размышление для меня... Но менять что-то уже поздно, а просто подумать можно и в самолёте. Столько всего происходит, что мой мозг не успевает принимать информацию. Скомканно прощаясь, извиняясь, а мне есть за что, с трудом сдерживая слёзы и обещая звонить и вернуться, я наконец попала в аэропорт. Ещё немного и всё закончиться... Осталась самая малость, совсем чуть-чуть. Сесть в самолёт и оставшись наедине с собой хорошенько подумать. Нужен ли мне этот переезд? Как продолжать общение с Катей? Что же всё-таки за чувства у меня к Егору? Как простить родителей? И, правда ли, во мне, что-то, ëкнуло, когда Катя говорила про Кирилла? Проходя паспортный контроль, я невольно думала о ещё одном человеке, влияющим на мою жизнь. Причём исключительно положительно. Как бы не хотелось забыть, но так как мы с Марком расстались, давит на меня где-то внутри. Я так надеялась на этот переезд, думая, что мысли отпустят меня, но ничего не получается. В этот раз из размышлений меня вывел голос диктора, посадка на рейс закончена. Тихо ругаясь себе под нос, я посмотрела на паспорт в руке. Кажется этот город так просто меня не отпустит. Умудрилась же... Стараясь не поддаваться истеричному порыву, я отошла от очереди. Нужно взять себя в руки, в свои дрожащие руки...Почему всегда всё наперекосяк?! Я, очевидно, магнит для неприятностей. Маленькая, ходячая, проблема.Егор прав, прям на все сто процентов. И вот мои мысли опять возвращаются к нему. Нужно покупать новый билет, а я не могу справиться с собой. Как перестать думать? Это так... Больно... — Привет... Вздрогнув от неожиданности, я быстро обернулась и успешно прослушала окончание фразы. Кирилл, кажется такой же как и всегда, стоял напротив, то ли только прилетевший, то ли собирающийся улетать, но... Что-то в нём изменилось. Не в нём, в моём восприятии... — Привет. — выдавить из себя ответ оказалось сложнее, чем отогнать от себя плохие мысли, особенно с дополнением, того что, я открыто пялюсь на него. — Ты чего такая печальная? — улыбаясь, Кирилл, шагнул ко мне ближе, отгораживая от толпы вокруг. — Я? На самолёт опоздала, совсем чуть-чуть. — непроизвольно улыбнувшись, я, кажется впервые, заметила проницательный взгляд парня. — Уже повеселее стала, что-то важное пропустишь? — не знаю о чём думал Кирилл, обняв меня за плечи, но я ощутила легкое покалывание в животе и ни о чем не думаю. — Ничего. А ты? — с неуверенной лëгкостью, я шагнула ближе, практически утыкаясь носом блондину в грудь. — Я домой, к родителям. — свободная до этого рука Кирилла, мягко легла мне на поясницу. — В гости значит, понятно. Продолжая улыбаться подобно умственно отсталой, я поднялась на носочки, мягко касаясь губами его губ. Вкус табака смешанного с мятной жвачкой, мгновенно проник ко мне в рот, вместе с языком Кирилла. Что я делаю? Не знаю. Но вечно ворчащий внутренний голос, наконец, заткнулся. Запуская одну руку Кириллу под куртку, А другой обнимая его за плечи, я понимала только, что всё это кажется таким лёгким... Таким правильным...