время для старой басни

Первым, что раздалось из соседней комнаты, был грохот; затем ругань и ворчание. Можно было бы сравнить это с криком или чем-то более красивым, но, к величайшему сожалению, даже визгом назвать такое было сложно, скорее дряхлое хрипение. Впрочем, Принц уже достаточно планет повидала и говоров слышала, чтобы распознать, как там истошно матерились себе под нос. — Блять, блять, блять! Сучья дочь!.. Заскрипели половицы; кто-то заскребся ногтями по полу. Осталось выждать еще пару минут... Она ничего не сделала, чтобы остановить это. Ну, на самом деле — пробуждение после того, как в тебе сквозную дырку проделают, потом добьют шестью (а может и больше?) точными выстрелами в голову — не самое приятное, что может произойти. Но оболтусу, что сейчас ломал ногти, пытаясь разодрать пальцами пол, жутко повезло, что мальчишка из корпорации так и не сумел взломать систему воскрешений целиком, пусть у него и были исходные ключи, а потому ей не составило труда перезаписать некоторые данные. И вуаля — воскрешение произведено даже после полного магазина в голову. Ладно, мальчишка Прометиус выпустил больше шести пуль в одну безмозглую пустую головешку. Жаль, что получилось не совсем идеально. Код оказался сложнее, системы защиты не поддались полностью, а потому откатить тело до исходного — сохраненного — состояния не удалось, лишь на тот момент, когда первый выстрел прошелся по касательной по черепу. Или не жаль — чем слабее был человек в соседнем помещении, тем проще его было контролировать. Он был словно глупый мальчишка. И это корпоративный ассасин? Нынешние нравы отличались от тех, при каких родилась Принц. Подхватив кувшин с водой, она неспешным шагом направилась в соседнюю комнату. Зрелище внутри не удивило ее. Никс, этот безмозглый идиот, лежал на полу, царапая пальцами пол и оставляя красны борозды. Ногти потрескались; вдобавок, там же были видны капли крови. Разбередил рану на торсе. Действительно, столько хлопот. Она могла найти себе марионетку более послушную, но почему-то выбрала именно эту. Может, ей просто был симпатичен Никс. Что-то в этом глупом характере, в этом взгляде, словах. Он был самоуверенным трусливым глупцом, и это было забавно. Те, кто просто ведет себя так всегда лучше людей с мотивацией. Цель ослепляет. Без нее ты еще слепее. Принц он сразу не заметил, лишь когда ей удалось пинком перевернуть его на спину. Скрючившись, сжавшись в клубок, Никс резко поднял на нее взгляд и прошипел едва слышно: — А ты еще кто? Но затем его лицо прояснилось — ответ не требовался, он вспомнил. На губах лопнул кровавый пузырь. — Ты доставил мне хлопот еще больше, чем твоя глупая подружка, — Принц скривилась и подошла к Никсу сзади. Он был легче, чем в первый день, но все равно из него выходила довольно неприятная ноша с ее-то ростом. — Ты представляешь, сколько раз ты пытался умереть? — И воскрес бы, — выплюнул тот. Вялые попытки отбрыкнуться кончились так же быстро, как и его силы. Никс тяжело выдохнул и откинулся на простынь — подушку этот гаденыш не заслужил — после чего вяло взглянул на то, как его спасительница села рядом с пятнами крови. Он даже не удивился тому, что, стоило ей поднять руку прямо над алой лужей, вся кровь из деревянного пола поднялась в воздух и свернулась в ее пальцах в маленький красный шарик, который она закинула в рот. На мгновение под тусклым светом ламп стали видны ее зубы — острые клыки. Не человеческие. Скорее всего он догадался. Об отключении. Но она на всякий случай огласила эту информацию, чем вызвала у Никса ленивый смешок: — Ну конечно. — Ты довольно спокоен, хотя еще пару минут назад пытался разгромить мне тут все и порвать все швы. Принц скосила взгляд в сторону, увидев, как медленно Никс коснулся пропитавшихся кровью повязок на животе. Пора менять. Она не заметила, как язык змейкой скользнул по губам, но зато это углядел Никс. Резко подняв голову, он сузил глаза и проговорил еле слышно: — Не знал, что ты у нас такое чудовище. Кровью питаешься? — Баловство. Не пропадать же добру. — Для твоего внешнего вида в тебе маловато человеческого. — Ведьмы не стареют, — рассмеялась она. — Свою человечность я продала примерно в тот момент, когда мы с папашей открыли ящик Пандоры на той никому не нужной планетке. На вкус отвратительно. Кровь Никса слишком отдавала всей той дрянью, которую она смогла выторговать в медицинских автоматах. Потратить кучу денег на то, чтобы не дать ему умереть... Иногда она задумывалась о том, действительно ли это того стоило. И чем больше Принц об этом размышляла, тем больше у нее появлялось сомнений. Зло закусив губу, Никс, игнорируя потекшую по подбородку дорожку крови, схватился за волосы и сдавленно прошипел: — Поверить не могу!.. В плену у какой-то страхоебины, так еще и после того, как эта ебанутая проделала во мне дырень! — Ты не знал Гею и не любил ее, вот и результат, — фыркнула Принц. — Не неси чуши. — Фостер любил Гею, вот он и сумел ее прикончить. На мгновение взгляд Никса стал более осмысленным, но затем он истерично рассмеялся. Жалкое зрелище. В ответ на это Принц лишь пожала плечами, не слишком-то заботясь о происходящем — это были не ее проблемы, а Никса. Что он просто был глупой марионеткой в чужой игре. — Поверить не могу!.. Он ее грохнул! — Чтобы любить кого-то, тебе нужно знать, что любит он. Понять его сердце. Ее рука медленно прикоснулась к ладони Никса, а пальцы переплелись. Она почувствовала, как задрожали его руки, а сам он сглотнул, наблюдая за ней испуганным взором. — Для начала, изучи его руки. Насколько длинны его пальцы? Шершавая ли у него кожа? Ладони теплые или холодные? Какие на вкус? — она медленно поднесла пальцы Никса ко рту и закусила один, отчего тот смешно дернулся. — А пот? Соленый или сладкий? Он не ответил, и на губах у Принц заиграла хитрая усмешка. Медленно она обвела языком его палец — от самого низа до изломанных ногтей. Вкус крови... Стоило ей подняться назад, к ее губам вел мокрый след от его руки. — Фостер хорошо знал это о твоей ненаглядной Гее. Он даже имя ее настоящее помнил, иначе и не называл, — Принц наклонилась ближе и улыбнулась, ощутив, как Никс хотел было дернуться назад, но безуспешно. — Поэтому ему удалось найти путь в ее сердце. И убить ее. Ведь любовь, как известно, убивает. — Как будто эта сучка убила меня поэтому, — с нервной улыбкой пробормотал Никс. Некоторые вещи он воспринимал слишком буквально... Резко откинувшись назад, она уставилась ему в глаза. Они все еще были мутны после пробуждения. Прошло много времени, но рана в животе еще толком не зажила. Гея проделала отличную работу, настолько радикально выжечь позвоночник и желудок — надо уметь. Она явно хорошо знала, что Никс не последует ее примеру и не захочет отходить от обговоренного плана, а потому он стал ей попросту не нужен. Видимо, именно она, а не корпоративный наследничек, и устроила ему удаление из систем воскрешений. Впрочем, одно дело — технологии, а совсем уже другое — настоящее чудо. Раньше бы ее назвали ведьмой за то, что она могла. Хоть это и не магия вовсе. Правда даже такого волшебства не хватало на что-то более серьезное, чем простое восстановление позвоночника и части внутренних органов. Ну ничего, Никс. Побегаешь без части кишечника. После такой дрянной смерти это не самое страшное, что может с тобой произойти. Постучав пальцем по губе, Принц утвердительно кивнула: — Да. Гее ты был никем. Хоть вы и перепихнулись пару раз. — Кто бы мог подумать... Все скатилось к банальным разборкам бывших.... — Как ты думаешь, что сделает Фостер, если узнает, что ты жив? — внезапно спросила Принц. Никс тупо уставился на нее, явно не ожидавший подобного вопроса. Чуть помедлив, он взглянул на нее с недоверием — словно думал, что Принц может выдать его своему недоубийце, но затем все же набрался смелости и дал ответ: — А что он может сделать? — Никс ощерился. — Задротище ебаное, испугается и нассыт в штанишки. — Ты скорее всего не помнишь, но именно он тебя и убил. Не Гея. Оскал на лице Никса стал бледнее, и он угрожающе сузил глаза: — Что? — Фостер нанес тебе последний удар, — Принц постучала пальцем по лбу. — Ты бы умер от ранений, полученных Геей, но в ту секунду ты был все еще жив. А потому полный магазин какого-то дерьмового пистолетика, найденного на помойке, оборвал твою жизнь. Дешево и глупо. Идеально подходит тебе. — Стрелять по трупам любое ссыкло умеет, — Никс раздраженно фыркнул. Сил на разговоры у него оставалось все меньше и меньше, это было слышно по голосу — ранее явная злость теперь едва полыхала. Никс выдохся, истратил весь тот лимит сил, что был у него после пробуждения. Он даже не мог ровно держать голову, и, стоило ему закончить фразу, как он тяжело откинулся назад и замолчал, лишь тяжело дыша. Стоило вколоть ему еще немного лекарств, подумалось Принц, но она не двинулась. — В следующий раз, если Фостер встретит тебя, что он сделает?.. Никс скосил на нее взгляд, но в этот раз ничего не ответил. — Наверное, он будет очень зол... Думаю, стоит ему увидеть тебя в таком состоянии, беспомощного, на одре смерти, он будет только рад... Постучав пальцем по губе, Принц хмыкнула. — Представь, как он отплатит тебе той же монетой за все то, что ты устроил. Отрежет тебе руку. Сломает пальцы. Выколет глаза. Вырвет язык. Потому что он будет очень и очень зол. Маленький Фостер перестал быть безобидной полевой мышкой и стал городской крысой, как ты или Гея. Глупая аналогия. Гея повторила ее несколько раз, словно в попытке надоумить Фостера на что-то... Но Принц понравилось. Все же, она любила мышей. Медленно Никс поднялся на локтях. Ого, какие подвиги! — Если я, — сглотнув, проговорил Никс и уставился ей в глаза, — городская крыса, то кто тогда ты? В ответ она нежно улыбнулась ему и мягким толчком заставила лечь обратно. Еще не время вскакивать на ноги. Сначала ране на животе нужно было зажить, а затем она сможет начать новый акт своей маленькой грандиозной игры, в которой группа из шести охотников за приключениями исполнит главную роль, принеся ей все необходимое на блюдечке. Ведь это было так в духе человечества — слепо плясать под дудку божеств, даже если они в них не верили. Даже если среди них были те, кто был на эти божества ужасающе похож. Никсу в этой игре тоже вновь найдется место. Что выберет Фостер? Вернется ли маленькая крыса в поле, где заживет спокойной и нормальной жизнью, или продолжит играться в городе, где ее в любой момент могут сожрать? Ох-х-х, они узнают. И главной проверкой на пути к этому будет Никс. Его маленькая никчемная жизнь. Наклонившись ближе, почти касаясь губами чужого уха, Принц прошептала: — Страшных городских крыс едят кошки. И легонько укусила за мочку.