Ты — моя судьба

***

Думал-думал Канавут, что работа в компании придётся ему по душе, так и ошибся. Оказывается, ездить каждый день к восьми часам в офис и сидеть там до пяти, копаясь в бумажках, нет так уж и весело, а даже весьма изнуряюще, хотя и работа сидячая. Целую неделю Канавут просыпается, и содрогается его мозг, как при десятибалльном землетрясении — и даже после самой лютой и синей пьянки такого не бывает! Он нудно и долго ноет, причитая каждое утро, пока собирается на работу, смотря на довольную морду своего друга, что не скрывает своего самодовольного чувства превосходства. Канавут уже задумывается о том, что, возможно, ему тоже стоило отучиться на филолога и, сидя дома, заниматься редактурой? Дёрнуло же его пойти на экономику. Впрочем, Сапп, к примеру, лишь умиляется с утренних психов Канавута. Он понимает, что такое поведение вполне нормально, ведь образ жизни Галфа перестраивается, и с непривычки ему так сложно. Он даже тайком снимает его на видео, ведь Галф с надутыми щеками, это что-то с чем-то! За то возвращается домой он просто в превосходном настроении! Удивительно, ой, то есть нет. Галф летящей походкой буквально влетает в квартиру всю неделю, кружится, улыбаясь и тараторя, рассказывает очередную историю о бесконечном флирте взглядами с Суппаситом. Сэйнт всегда долго и озорно смеётся с этого, ведь не понимает, как можно флиртовать взглядом. Но Канавут уверяет, что Мью смотрит так, что Нонг чувствует нежное касание к своей коже — настолько чувствен взгляд старшего. Галф расцветает с каждым днём, и это видно. Его глаза стали ярче, его лицо милее, а губы сочнее. Он сам стал мягче, и Сэйнт лишь с завистью отмечает, что прекрасное чувство делает человека воистину прекрасным, а отсюда и горький вывод, что с ним не так. Видимо, каждому своё. Сэйнт всю неделю проводит дома, работая над книгой Прука. Он дважды отказывает встрече Нэту, хотя тот крайне настойчиво проявляет свои просьбы о встрече, но ведь времени у Сэйнта совсем нет, а заодно и динамит своего родного старшего брата — Макса. Не специально это выходит, но Макс обижается на брата, а Сэйнт лишь скулит, глядя в потолок. Ну неужели так сложно понять, что он занят бывает? Всё-таки уже взрослый, на нём полно ответственности. А ещё, втихаря от самого себя, он думает о Зи. Ну куда без этого, конечно. Как же не растечься в лужицу от ублюдка, унижающего тебя? Слишком просто. День ото дня, а особенно в ночи, никак не лезет из головы образ красивого и уверенного в себе парня. И правда ведь идеальное лицо — одна бледность кожи чего стоит, а ряд прямых смолянистых ресниц. Воображение раз за разом рисует непозволительные картинки того, как мускулистые руки крепко обнимают стройное тело, как крепко прижимают к крупному телу, как сладкий голос шепчет клятвы о любви, правда потом резкой вспышкой всплывает более ужасающая реальность, и настроение тускнеет вместе с глазами. Чем слаще мечта, тем больнее возвращаться в реальный мир. Какова ирония. Сапп ждёт возвращения Галфа каждый день словно верный пёс, который нуждается в любви своего хозяина. Только Сэйнту нужен свет его друга, тот свет, что идёт из глубины его души, ведь он согревает и успокаивает Саппа, даёт чувство защиты, а о большем он и мечтать не может. Если подумать, то у Канавута проходит нереально бурная неделя, потому что для человека, попросту не привыкшего к такому образу жизни, сложно перестроиться. Сэйнту здесь больше повезло, ведь ему посчастливилось работать на дому, и он чётко для себя понял, что не смог бы работать как его друг, и это дало лишний повод для восхищения. Но чего греха таить, одно знакомство с Пруком всадило по психике Саппа так, что отходняки он ловить будет ещё ни одну неделю. Запахло депрессией — мм, но нет. Нет, нет и нет. Сидя дома, рядом с живым солнцем, Сэйнт точно знал, что снова его этот недуг не свалит, а потому сам для себя решил жить более открыто: и в плане эмоций, и в плане действий. Канавут, к слову, не один раз говорил за эти пять дней, что хочет как можно скорее отдохнуть, напиться, натанцеваться, так что Сэйнт уже подготавливал себя к возможному предложению о какой-нибудь вечеринке. Суббота наступает для Сэйнта как по щелчку пальца, для Галфа как секунды в константе. Он позволяет себе проспать до полудня, хотя спать ложится ещё в пятницу, часов в девять, но зато просыпается довольным и отдохнувшим. Теперь-то у него есть время поваляться в постели и вспомнить все те взгляды, улыбки, мимолётные касания… Ох, как же горит сердце! Он крепко прижимает к себе подушку, довольно улыбаясь. Как же всё-таки хорошо, что он пошёл в эту компанию! Это же точно судьба! Глаза Мью такие красивые и добрые, хотя с тем же в них видно что-то очень сильное и острое, но это лишь сильнее манит — этакая таинственность, и Галф сдаваться не собирается. Не просто так всё сложилось, не просто! Это сама судьба дала ему шанс, точно она, не иначе! Им. Так почему бы не рискнуть? Суппасит совершенно точно проявляет к нему интерес, как и Галф к нему. Значит просто нужно… — Проснулся? — раздаётся мягкий голос Сэйнта у входа, попивающего стакан молока. — Угу, — потягивается Канавут, довольно улыбаясь. — Я так сла-а-а-а-адко спал! Ух! — Дожил до выходных, — смеётся Сапп, намекая на пятидневное нытьё друга всё это время. — Пошли в клуб, — Галф сражает Саппа неожиданным предложением, медленно поднимаясь с кровати. Ему очень хочется выбраться куда-нибудь, развеяться, отдохнуть вместе с Сэйнтом. — Чего так вдруг? — Сапп недоверчиво смотрит на друга, что крадётся к нему. Хотя и готовил себя к этому, а итог один. — Что? Ничего! Просто так! Ну пошли-и-и-и! — канючит Канавут, обнимая Саппа за талию. — Пошли, — легко отвечает Сэйнт, а Галф во все глаза смотрит на друга. — Ты кто такой? — щурится. — И что сделал с моим другом? Да. Для Галфа такое лёгкое согласие Саппа, становится удивлением. Сэйнт совсем не любитель таких мест, потому это кажется странным, словно есть какой-то подвох. — Да ничего никто не делал, — смеясь, Сапп выбирается из объятий. — Просто хочется тоже отвлечься. И он не врёт. Конечно Сэйнт не думал об этом все эти дни, но если Галф предлагает, то почему бы и не согласиться? Не всё время дома сидеть, так ведь? Нужно и выбираться куда-нибудь, к тому же кто знает, может получится с кем-нибудь познакомиться. Галф кивает. Согласие друга весьма сильно поднимает его и без того приподнятое настроение. Кажется, вечер сегодня удастся. Они целый день дурачатся и шутят друг с другом. Не забывают позвать и друзей, но увы и ах, планы уже есть, даже у Нэта, а ведь он так сильно хотел увидеться с Сэйнтом, но что ж. Беда не велика, ведь ничто не сломит боевого настроя Галфа, который уже к восьми часам находится в полной боевой готовности. Уж не терпится выпить стаканчик какого-нибудь коктейля и танцевать, танцевать, танцевать! И желательно так, чтобы на утро он не чувствовались ни ноги, ни руки, ничего вообще. Поэтому, стоит парнем только зайти в клуб, Канавут довольно поджимает губы, сверкая глазами, смотря на друга.

…Татуировки чёрные Мы с тобой чёткие…

— Пошли сразу возьмём выпить, — кричит Галф Саппу на ухо. Он точно знает, что другу нужно выпить, чтобы расслабиться, но когда тащит его в сторону барной стойки, случайно врезается в спину незнакомца. — Простите!

…Не дают мне покоя…

— Да ничего, — хладнокровно. — Галф? — и голос резко меняется. Становится значительно теплее, и Сапп на это ухмыляется, сразу догадавшись, кого они встретили. «Ну точно шутки судьбы, не иначе». — Пи’Мью? — Галф выкатывает глаза на Суппасита, крепко сжимая руку друга. Вот это поворот. В планах. В жизни. Он же нормально одет? А накрашен? О боже, главное спокойствие. — Отдохнуть пришли? — Суппасит полностью поворачивается к парням, а Галф пытается не дышать, искренне веря, что тогда сердце биться так быстро не будет. В приглушённом мраке под сине-фиолетовом свечении огней, лицо Суппасита выглядит невероятно сексуально и статно.

…Мои глаза голодные…

— Да, — не сразу отвечает Канавут, чуть подвиснув. — Сэйнт, мой друг, — представляет Саппа Галф, чуть толкая парня вперёд. Внимательно смотрит на реакцию старшего, мало ли что. — Приятно, — пожимает руку Мью, приветливо улыбнувшись. Сапп чуть кланится, даря такую же улыбку в ответ, и Галфу становится очень легко на душе, что подрывает в нём заряды адреналина и эйфории. — Пошлите к нам? — и кивает в сторону столика, где уже сидят парни. Галф поигрывает языком на внутренней стороне щёк. Пойти-то хочется, ещё как, и по многим причинам, к примеру: никто не будет подкатывать, целый стол в распоряжении, ну или халявный алкоголь. Но согласиться сам не может, поэтому выжидающе смотрит на Саппа, но тот моментально кивает в знак согласия. Честно, ему не по себе, но портить кому-то вечер желания нет. Стеснению здесь не места, да и к тому же раз решил жить полной жизнью, то самое время начинать пытаться. И сегодняшняя ночь — лучшее время для попытки. И пока они идут туда, к Сэйнту подбивается какой-то парень, нагло пытаясь познакомиться. Приобнимает за талию, что-то вышёптывая в ухо. Мда уж. — Привет, — широко улыбается незнакомцам Галф, покорно сцепляя пальцы рук перед собой. Главное, всем понравится, ведь это друзья его парня, ну в фантазиях, конечно. — Это, — начинает Мью, — Джосс, Ом, Као и Зи. Улыбка за секунду слетает с лица Канавута, и он с откровенной неприязнью смотрит на Панита, который лишь в недоумении ведёт бровью на подобную реакцию. Он даже слегка растерялся с того, как резко сменился настрой парня, стоило ему услышать имя.

…Моя новелла, в музыке молодела…

— Урод какой-то… — шепчет Сапп, хватаясь за локоть друга. Он только отбился от навязчивого парня, как впадает в новый ступор, стоит посмотреть на лица, сидящие за столом. Прук сидит за столиком, куда их позвали. Ну супер просто. Вот тебе, блять, и жить полной жизнью. Тьфу ты, тавтология.

…Сегодня модно, быть для танца пригодным…

— Сэйнт! — широко улыбается Джосс, вставая. А его-то Сапп и не заметил. Стыдновато. — Садись! — и показывает на свободное место рядом с собой. Младший долго не раздумывает, чем снова удивляет Галфа, настрой которого более чем боевой, и покорно садится с краю. Лучше рядом с Джоссом, чем на одной стороне с Панитом. Но прежде чем сесть, Сэйнт ловит руку Галфа, что уже схватила стакан с колой. — Не надо, — отчётливо произносит он, уверенно смотря на друга. Это попусту того не стоит, но самое сладкое в происходящем то, что Сэйнт от себя не ожидал сам такого поведения. Статная осанка, уверенный голос, дерзкий взгляд. Видимо, поступок Галфа вдохнул уверенности, а внимание Вэйра дало чувство защиты. — Он заслужил, — не стесняясь, что их услышат, отвечает Канавут, непонимающе смотря на друга. Он не только вылить хочет, но и разбить об эту тупую башку, стакан, явно превосходящий её в стоимости.

…Пару глотков, мне легче…

— Что-то не так? — интересуется Ом, пытаясь разобраться в происходящем. А ведь это довольно-таки интересно. — Да, — спокойно отвечает Галф, прожигая взглядом Панита. — Какие-то проблемы? — уточняет Зи, дерзко смотря на Канавута.

…В танце ты холодела…

— Да, проблемы, — ещё грубее отвечает Галф, а у Мью глаза на лоб лезут. — Ты серьёзно будешь с ним, — и раздражённо кивает на Зи, — сидеть за одним столом? — спрашивает у Саппа. — Галф, — вмешивается Джосс. — Всё нормально, — и широко улыбается. Атмосфера накалилась не на шутку. И это нужно срочно исправлять. Фыркнув, Канавут смотрит на Суппасита, кивая вперёд. Мью послушно залезает первый, садясь рядом с Пруком, а следом лезет и Галф, усаживаясь прямо напротив Саппа. Тот виновато смотрит на Галфа, который крайне недоволен компанией. — А что у вас произошло-то? — весело спрашивает Као. — Поссорились что ли? Вот чего ты такой конфликтный? — и даёт лёгкий подзатыльник Пруку. Тот что-то бормочет, но Канавут не слушает.

…Я самый-самый молодой, музыка, давай накрой…

— Объяснишь? — шепчет на ухо Галфа Мью, пока Джосс забирает на себя всё внимание, меняя тему. — Он Сэйнта задирает, — шипит Галф. — Урод. — Так ты на него в тот раз ругался? — улыбается Суппасит, вспоминая, как смешно было слушать ругающегося Нонга. — Чего смешного? — недовольно смотрит он на Пи. — Галф, — окликает парня Ом, двигая стакан. — Спасибо, — вежливо улыбается Канавут, откидываясь на спинку кресла. Суппасит поворачивается полубоком, предпочитая к Галфу находиться лицом.

…Где меня не достать…

— Не знал, что ты ходишь в такие места, — начинает диалог Мью. — Почему? — прыскает Канавут. Он вроде на пай-мальчика не похож, и нимба над головой нет. — Ну ты какой-то… правильный что ли, — ведёт бровью Мью, делая небольшой глоток напитка. — Да вроде нимба над головой не имею, — хмыкает Галф, потупляя глаза. — Извини за моё поведение. Не хотел испортить… — Всё нормально, — перебивает Суппасит. — Мы уже привыкли. Это нормально, поверь. Галф отрицательно качает головой, сам и не зная зачем, и смотрит на Сэйнта, которому вроде и комфортно. Он мило любезничает с Джоссом, иногда и с Омом говорит. Забавно наблюдать. Улыбка умиления озаряет лицо Галфа, а в глазах теплота. Видно, что Сэйнту некомфортно, но по-хорошему: стесняется, но смело пытается преодолеть это. И Джосс не кажется плохим человеком, и Ом, и Као, да все! Кроме Панита. А он, кстати, глаз с Сэйнта не сводит, и Галфу это кажется интересным. Он в наглую смотрит на профиль Прука, подмечая очевидный факт: правда красивый, но вот смотрит он на Сэйнта и Джосса крайне зло… даже что ли… ревностно?

…Ты так давно хотела…

— Нравится? — из мыслей вырывает голос Мью, и Галф, не подумав, на автомате, отвечает правду. — Красивый… Ой! — и прижимает руку к губам. Взгляд у Мью недовольный, даже строгий, пальцы руки стучат по столу. — Даже так. — Ты красивее, — снова вырывается прежде, чем Галф успевает подумать. Глаза округляются, губы сжимаются в тонкую линию, и он чувствует, как горят его уши, искренне надеясь, что Суппасит при таком свете не увидит этого. Но Мью видит, и взгляд его от услышанного снова становится мягким, как и его тон. — Тогда зачем так говоришь? Если он тебе не нравится… — Ну что это значит, — бурчит Галф, заметив, что Мью сидит ближе, чем раньше. — Если красивый, то значит нравится? Нравится это нравится, красивый это красивый, — и нервно, мелкими глотками пьёт свой напиток, покусывая край стакана зубами. — Так он красивый, а я нравлюсь? — забавляется с Нонгом старший. — Пи! — хмурит брови Галф, не поднимая глаз. Мью слишком близко, и посмотреть ему в глаза он просто не осмелится. К такому попросту ещё не готов. — Не будь таким. — Каким таким? — Суппасита явно увлекает такая игра. Ему нравится дразнить Канавута, потому что такая честная реакция является самым настоящим подарком. — Настойчивым… — себе под нос. — Ещё раз? — реально не слышит Мью. — Приставучим! — смело, прямо в глаза, а кулачком слабо бьёт в грудь. Стоп. Как давно Мью так близко к нему. А остальные что? Как неловко-то! Канавут неуверенно смотрит за Пи, но никому до них дела явно нет. Парни сидят и весело общаются, и к ним присоединился кто-то ещё! Что вокруг Суппасита за прострация такая, что ничего вокруг и не видно?! — Эй, — полушёпотом смеётся Мью, — как ты говоришь со своим Пи? — в шутку ругает. — Как? — походу градус смелости придал, ведь расслабленность в теле и уверенность в действиях и словах, быстро настигают Канавута. Смотрит прямо в манящие его глаза, стойко не собираясь сдаваться в их плен. — Грубо, — и широко улыбается, просто тепло и… о боже! У Галфа кажется сотни тысячи колокольчиков внутри звенят, дразня странным, незнакомым, но приятным чувством. Он чуть испуганно смотрит на Мью, и ему так хочется быть рядом, так хочется, чтобы этот человек был рядом, сейчас, завтра, потом… — Хочешь потанцевать? — спрашивает Суппасит, видя, что Нонгу становится некомфортно. Ему, конечно, нравится дразнить Галфа, но он не преследует желания поиздеваться. Ему напротив хочется уберечь, позаботиться, завоевать. Галф просто ему понравился, что же в этом такого? — Угу… Канавут поднимается на ноги, поправляя джинсы, и случайно смотрит на Прука. Тот сидит с совсем подавленным видом, прожигая взглядом ни в чём неповинный стакан. Да уж. Из крайности в крайность. «Странный». — Чего ты так смотришь на него? — спрашивает Суппасит, уводя младшего от столика в сторону. — Смотри на меня, — и поворачивается к Галфу, улыбаясь. — Смотрю- смотрю, — фыркает Канавут, начиная двигаться. Музыка играет неплохая, поэтому Галф быстро набирает темп. Расслабляется тоже довольно-таки быстро, хотя смотреть на танцующего Мью странно и забавно. Слегка истерично Канавут смеётся. Ну просто нереально странно понимать и видеть человека, на которого работаешь, таким простым и расслабленным, быть рядом с ним…

…Снова вышли за полночь Ну и с кем же ты ходишь?..

— Тебе весело? — спрашивает, широко улыбаясь, Мью. Он старается держаться как можно ближе к Галфу, одним взглядом отпугивая каждого-ую, кто думает или пытается к Нонгу подойти. — Да, — честно отвечает Галф. — Хотя странно здесь с тобой находиться, — откровенничает младший.

…В комнате ты Я хотел высоты…

— Почему же? — как бы случайно, Суппасит своей рукой касается руки Галфа, лёгкими касаниями кончиком пальцев поглаживая её. — Ну… я на тебя работаю, — пожимает плечами Канавут, продолжая танцевать, но медленнее. Совсем не хочется, что Пи руку убирал. — Разве ты не должен быть негодяем, по типу Прука? Эта песня повторно играет, или мне кажется? — Может, я и есть негодяй, — смеётся с такой логики Суппасит. — Да, повторно. — Не смеши меня, — недоверчиво щурится Галф, и вот хочется ему перестать улыбаться. Хочется, да не можется. — Почему? Мне нравится твоя улыбка, — прямо и обольстительно произносит Суппасит, а Галф робеет от такой прямоты. Тут и не деться уже никуда.

…Дым, дым, дым В комнате ты…

— Нравится? Да? — игриво язвит Галф, поворачиваясь к Мью спиной, продолжая танцевать так. Суппасит вскидывает бровью, в два шага сокращая расстояние между ними. Он утыкается носом в макушку Канавута, чувствуя, как тот напрягается. — Нравится, — самодовольно отвечает, — могу я обнять тебя? — серьёзно спрашивает Суппасит и, получив утвердительный кивок, аккуратно кладёт ладони на тонкую талию, и ведь за свободной кофтой такой грации не было видно. — Такой худенький, — умиляется Суппасит, едва ощутимо поглаживая. — Нужно больше кушать.

…Девчонка с волосами синими, синими…

— Не-е-е-ет, — совсем разулыбавшись, тянет Галф. Его пьянит такая близость с Мью, и он так трепетно относится к этому моменту. Канавуту очень нравится, как внимателен и осторожен к нему Суппасит. Галф это очень ценит.

…Ее душа покрыта инеем, инеем…

— Галф! — кто-то окликивает Канавута, и тот поворачивается, пытаясь найти зовущего его человек. — Сэйнт! Что случилось? — Я домой поеду, — говорит Сапп, подойдя ближе. — Устал уже. — Уверен? — обеспокоен Галф. — Он опять что-то сделал, да? — злится. — Что он сделал, Сэйнт? — Канавут готов взорваться. — Нет-нет, — машет руками Сапп, виновато улыбаясь. — Ты не так понял! Правда. Я на самом деле уже измотался. Эм… м… Джосс меня проводит, — и поджимает губы, отводя взгляд. Он видит, как улыбается Суппасит, и видит удивлённое, но расслабленное и ехидное выражение лица Галфа. Очень неловко становится. Очень. Галф кивает и, проводив друга взглядом, поворачивается к Мью. Самое лучшее, что могло произойти — это заиграть медленная музыка, и она играет.

…Goddamn it, I like it Pretty good, can't be shaken, yeah…

— Потанцуем? — тянет руку Мью, ласково смотря на Галфа, и тот принимает её. Он неуверенно кладёт руки на плечи Суппасита, и как-то расстояния между ними не остаётся: они почти щека к щеке, а сердце Галфа отплясывает чечётку, норовя выдать хозяина с потрохами. Никакая музыка не сможет перепеть звук чувства.

…Why you tryna ruin me? I'm fine with just me…

— А Джосс… — шёпотом начинает Канавут. — Он… ну…

…Kiss me down 'til I'm naked, yeah I just need you, need you, need you, need you…

— Джосс неплохой парень, — сразу отвечает Мью, вдруг резко и грубо сжимая руки на талии Канавута. Тот болезненно пискнул, вдруг ощутив, что его прижимают ещё ближе. — Перестань уже говорить о других, — слегка сипит голос прямо в ухо, обдавая горячим дыханием. У Галфа крупная дрожь по телу, а нужда в опоре оказывается слишком сильна. Он укладывает подбородок на плечо Мью, крепче обнимая его руками. И больше они не говорят. Нет нужды. Они просто стоят прижавшись друг к другу, порой переминаясь с ноги на ногу. Медленная песня уже заканчивается, но эти двое так и не отходят друг от друга, довольствуясь теплом чужого тела. Как-то сами по себе руки отпускают друг друга, и Мью предлагает Галфу поехать домой. Время близится к трём, и Канавут отвечает короткое: «Да». В конце концов, сегодня он получал в разы больше нежели планировал изначально. Его душа парит, его сердце, даже каждая клеточка тела. Он невероятно счастлив, что выражается в широкой улыбке, сверкающих глазах и его действиях: схватит Ноппакао и Суппасита под руки, пока они идут до машины первого.

…Такси-такси, вези, вези Вдоль ночных домов мимо чьих-то снов…

— Такси-такси-и-и, — подпевает Ноппакао себе под нос, вставляя ключ, — вези-вези-и-и, вдоль ночных дорог… — Что с ним? — непонимающе хмурится Галф, про себя смеясь с парня. Сам с удовольствием устраивается поближе к старшему.

…Встретим мы золотой рассвет…

— Он у нас просто сегодня за водителя, — открыто смеётся Суппасит, поигрывая бровями. — Непьющий! — понимает Канавут, с сочувствием смотря на Ноппакао. — Я недавно отболел, — объясняет Као, — пока ещё пью антибиотики. А вообще я ещё то-о-от пьянчуга! — Ну точно-о-о-о-о, — язвит Мью в ответ. — Бокал шампанского ему — и вперёд ногами! — Слышь! — наигранно обижается Ноппакао, переключая песню. Что-то бормочет про себя, но настроение явно хорошее. — Ха-ха-ха! — взрывается Галф. Это вечер явно принёс ему только хорошие эмоции! Не зря, ой не зря он и в компанию эту устроился, и в клуб сегодня пошёл.

…Вот и осталось лишь снять усталость И этот вечер мне душу лечит…

— Тебе всё понравилось? — мягко спрашивает Мью, чуть поворачиваясь к Канавуту. Глаза горят не столько градусом напитков, сколько острыми вспышками симпатии к парню. — Да-да-да! — радостно качает головой Галф, находясь в заведённом состоянии. — Было та-а-а-а-ак здорово! — и улыбается во все тридцать два зуба. — Спасибо. — Мне-то за что? — хмыкает Суппасит, а сам довольно улыбается, глаз с младшего не сводя. Внимательно изучает чужое лицо, поражаясь красоте этого парня.

…О-о-о-о, зеленоглазое такси, о-о о-о, притормози, притормози…

— Скрасил мой вечер, — показывает Галф кончик языка Мью, а тот тыкает ему под рёбра парой пальцев. — Щекотно! — сжимается Канавут, посмеиваясь. — А ты чего дразнишься? — наигранно дерзит Суппасит, продолжая более активно щекотать Нонга. На фоне измученно стонет Као, делая музыку громче — «О-о-о, зеленоглазое такси», а Галф смеётся, спиной соприкасаясь с дверью, пока Мью не оказывается рядом с ним лицом к лицу. Руки лежат на талии, уверенно сжимая её, сверкающий взгляд направлен прямо в сердце, а тёплое дыхание с приятным ароматом виски, касается губ. — Я не дразнюсь, — буркает Галф, надувая щёки. Дозволено посмущаться и в такой ситуации, и в таком положении, но мир, весь огромный мир сейчас заключён только в них двоих, и чувство мягкости, гармонии и тепла, слишком кажутся родными. Канавуту безусловно нравится происходящее, от этого безусловно вскипает кровь, порождая всякие желания. Нет никого кроме Мью, нет ничего кроме чувства, что медленно пронизывает свои корни в их души, чтобы разросшись, связать две души навсегда. — А язык кто показывал? — хрипловато шепчет Суппасит, секундно поджав губы в тонкую линию. Он вот-вот вскипит. Впервые в жизни Мью, чувствуя огромную похоть к человеку, превращает её в нежность и уважение. Всё, что ему хочется, это приласкать, позаботиться, защитить, разбаловать… — Я же чуть-чуть, — бормочет Канавут, дуя губы. Смотрит исподлобья, словно обида на века между ними и снова с улыбкой показывает кончик языка, соблазнительно показывающийся из приоткрытых пухлых губ. Всё-таки алкоголь в значительной степени смелости придаёт. Но всё это настолько сказочно. Мью прошибает настолько, что кулак звонко соприкасается со стеклом. Дышать становится тяжело, ведь кажется, что воздух в машине накалён до предела, хотя даже очертаний никаких не видно. Есть только один человек, полностью завладевший вниманием. Глаза не отрываются от губ Нонга, и мыслей больше нет никаких. Лишь эстетичное очертание пухлых линий, сочных, мягких, вкусных… Канавут дёргается от кулака, что оказывается чуть выше его головы, но язык обратно не засовывает. Уже не улыбается, покорёно и томно-выжидающе смотря на Пи. Суппасит заметно мнётся, но его ведут чувства и сердце, в котором они рождаются. Его губы приоткрываются, и он, наклонившись ближе, прикусывает острый кончик языка Канавута, смотря в его затуманенные, сверкающие наслаждением глаза. Галфа пронзает насквозь, и ему, возможно ненормально, кажется, что этот жест наполнен важностью и нежностью, серьёзностью и искренностью. Он видит по глазам Суппасита, что тот и сам измучен, ведь не способен противиться такому чувству. Мягкость вожделения и покалывающая разрядами нега… — Вы не уснули? — прикрикивает Као. — Подъезжаем! Суппасит отпускает язык Галфа, помогая ему подняться. Неловкости здесь пока что места нет, поэтому оба улыбаются, словно ничего и не было. Да и на душе легло. — Вот тут кажется, — бормочет под нос Ноппакао. — Давайте! — А откуда ты знаешь? — удивляется Галф, открывая дверь. — Я же Сэйнта отвозил, — отвечает с улыбкой парень, мягко смотря на младшего. Галф кивает, вылезая первым. За ним следует Мью, аккуратно прикрывая дверь. — Я пойду, — машет рукой Канавут, намереваясь сразу же уйти. Кажется, та буря эмоций, что сегодня весь вечер его бросала из стороны в сторону, стала слишком тяжёлой ношей для него. Нужно в уборную… скорее! — Куда это! — хватает за руку Суппасит. — Сто-о-о-о-ой, — и тянет на себя, заключая в объятия. У Галфа в груди, кажется, лёгкие устроили то ли бесбольный матч, то ли бадминтонный, но сердце явно мечется с огромной скоростью — лупит. — Я хочу ещё немного побыть рядом. Как же приятно. Голос… тепло… — Ну мне уже идти надо, — канючит Галф, наигранно пытаясь выбраться из объятий Мью. Рядом с ним даже организму лучше, однако идти-то надо! — Ну не хочу я, — в тон отвечает Суппасит, смеясь, но всё-таки отпускает. — Я напишу тебе завтра. — Угу… — Галф мило улыбается, смотря на Пи. — Был хороший вечер. Правда, здорово… — Не зацикливайся на нём, — непонятная фраза, и пальцы Суппасит ерошат волосы Нонга. — Дальше ведь будет и лучше, и больше. — Иди, Пи! — вспыхивает Канавут, начиная толкать Суппасита к машине. Тот смеётся, но садится. Смотрит, как фигура младшего скрывается за железной дверью, и выдыхает. Галф же несётся в квартиру со скоростью света. О да, его тошнит. Очень сильно. Он чудом успевает добежать до туалета, прежде чем содержимое желудка выходит из него. Знаете, бывает такое, вроде немного пьёшь и ешь, но сам вечер, именно в эмоциональном плане такие американские горки сильно сказываются на физическом состоянии — всё хорошо, но и такое бывает. Галф умывается холодной водой, следом вяло плетясь в спальню. Он заходит в комнату, освещённую ночником, и видит, что его друг уже спит. Желание поделиться случившимся огромное, но будить Сэйнта Канавут не решается, да и сам чувствует острую потребность во сне. Он ложится рядом, натягивая одеяло, за пару минут засыпая.

***

Сэйнту крайне неловко из-за сложившейся ситуации. Он чувствует свою вину, ведь Галф так реагирует из-за него, а быть зачинщиком разборок ему совсем не хочется. Так ещё и этот изучающий взгляд с него не спускается…

…Я самый-самый молодой, музыка, давай накрой…

— Расслабься, — шепчет Джосс рядом с ухом, и Сапп вздрагивает. Видимо с непривычки это действие кажется парню таким обжигающим. — Но… — Это привычное дело, — смеётся Джосс. — К Зи часто бывшие с такими разборками подходят, — и недовольно смотрит на друга, приподнимая бровь. — Но Галф не бывший! — шокировано шепчет Сэйнт, ближе склоняясь к Джоссу, и он не видит, как белеет лицо Панита, в отличие от Джосса, который довольную улыбку прячет поднеся ко рту стакан. — Да, — выдыхает Джосс, — но суть та же. Очередные разборки за его поведение. — Сэйнт, — обращается к Нонгу Ом, — а ты кем работаешь? Или учишься? — и снова всё внимание на Саппе, хотя, учитывая в каком положении Галф, то всё не так уж и плохо. — Редактором работаю, — улыбается уголками губ, робко смотря на Тхитивата. Тот выглядит весьма дружелюбно. Очень приятно, на самом деле. Даже сам от себя не ожидал такой оценки. — Моей книгой сейчас занимается, — как-то… обычно произносит Панит. Да, обычно. Сэйнт привык слышать грубости и насмешки, и такое просто общение для него в новинку. — И как тебе книга нашего оболтуса? — хихикает Као, получая лёгкий толчок локтём в бок от Зи.

…Но этого хватит чтобы влюбиться вновь…

Сэйнт мнётся, не зная, что ответить. Книга-то неплохая, но хвалить Панита нет никакого желания. А Зи ведь смотрит. Причём с интересом смотрит, наверное, да не наверное, а совершенно точно первый раз без злости и надменности, даже просто мягко. — Хватит, — вмешивается Джосс, — вы смущаете парня, и одну руку кладёт на спинку кресла. — Так пусть выпьет, расслабится, — предлагает Ноппакао, двигая полный стакан. — Ай! — недовольно фырчит Ом. — Сам не пьёшь, а других напоить стараешься! — и наигранно качает пальцем. Сэйнт смеётся про себя, но стакан принимает. Осторожно посматривает в сторону Мью и Галфа, и только удивляется, как всё хорошо и правильно у них идёт. Но вот только не даёт покоя чёрные глаза, что явственно направленны на него. Из-за этого Саппу не сидится на месте, и он то и дело ёрзает по креслу.

…Очи еле продрав…

— Хочешь потанцевать? — предлагает Джосс, чувствуя, как неловко Нонгу. Тот резко кивает в знак согласия, словно ему выпал шанс на миллион. Но избавиться от присутствия Прука это ведь… он и есть? Сэйнт залпом допивает напиток под свист Као. Он что-то говорит о том, что Сапп настоящий мужик, не испугался, но дальше ничего не слышит…

…Но жизнь поменяет краски…

— А что, в стакане что-то было? — слегка паникует Нонг. Он как-то слышал, что в клубах могут подмешивать запрещённые вещества.

…Вечер сменяет ночь…

— Нет, — Джосс осторожно приобнимает Саппа за талию, — просто Као туда алкоголя много налил. Никто из нас пить не смог. — Я не и почувствовал… — Забей, — широко улыбается Джосс, вставая перед Сэйнтом. — Давай танцевать. Сапп кивает, начиная плавные движения. Джосс восхищённо кивает, мол, не ожидал, и сам пускается в пляс. Им обоим весело, и как-то легко обрывается связь с другим миром. Сейчас есть только музыка и они, и Сэйнт правда расслаблен. Он хотел отвлечься — он это делает. Здесь нет места флирту или романтике, самое настоящее дурачество и озорство. Оба смеются, искренне получая удовольствие от происходящего. Но уже несколько песен спустя, Сэйнт, тяжело дыша, останавливается.

…Девочка хочет беса, Девочка хочет напеться…

— Устал? — улыбается Джосс, снова пытаясь приобнять Саппа, но рука Прука останавливает его.

…Она веселится, сегодня не спится — И всё бы случилось бы, если бы не принцип…

— Поговорить надо. — Давай? — Джосс удивлён и не понимает, поэтому слегка растерян. Зи смотрит на Саппа, намекая, что он лишний. И это от взгляда Джосса не ускользает. — Я… отойду… — бормочет он, и правда решает сходить в туалет. Ему неприятно, что Зи снова так некрасиво себя повёл, но судя по его лицу, там что-то серьёзное. Хотя Сэйнт всё-таки позволяет себе улыбнуться, несмотря на то, что это мысли о Зи. Он явно бесится с того, что Сапп там присутствует, и что вообще он рядом с его другом, Джоссом. Сэйнт хихикает, заходя в нужную дверь. В туалете оказывается небольшая очередь, и Саппу приходится некоторое время постоять, потерпеть. И когда очередь доходит до него, он облегчённо выдыхает, справляя нужду. Он даже и не сразу замечает, что остаётся один и, вымыв руки, открывает дверь, чтобы выйти, утыкаясь носом в мужскую грудь.

…Зачем плохого, плохого, люблю! Плохого, плохого! Так я вляпалась по уши, мам…

— Ой! Прости… — начинает с озорной улыбкой Нонг, но подняв глаза, осекается. Прук. Ничего не сказав, не объяснив, хотя и глупо даже мысль подобную допускать, хватает Саппа под локоть вытягивая из туалета. Сэйнт недовольно ойкает, поддавшись давлению пальцев на своей руке. Брюнет тащит его не в сторону зала, а в сторону двух небольших колонн, возле которых стоит небольшой диван. На момент Сапп и правда теряется, ведь это всё походит на разборки влюблённых. «Хорошо, что никого нет». И о чём он вообще думает?! Зи грубовато прижимает его к стене, скрывая их от людей одной из колонн. Порой так подло проектируют здания! Ведь никто теперь не заметит и не поможет, в случае чего.

…В такого плохого, плохого парня, Плохого, плохого! Только в его руках я таяла…

— Что ты делаешь? — возмущённо вскрикивает Сапп, хмуря брови. И ему алкоголь смелости придаёт. Ещё раз терпеть не будет. Зи молчит, двигаясь ближе. Руки касаются стены по сторонам от головы Нонга, а лоб соприкасается со лбом Саппа. И Сэйнт замирает. Что это вообще такое? До дрожи непривычное поведение. Табун мурашек по коже. Панит так близко. Он чувствует его тепло, его запах и аромат одеколона, и голова предательски идёт кругом, как и сердце предательски пляшет, а душа трепещет. Бабочки в животе щедрыми взмахами крыльев разгоняют доселе незнакомое тепло. — Ты, — хладнокровный тон наконец-то нарушает тишину между ними, — что ты делаешь? — и чуть двигает головой, а Сапп сильнее вжимается в стену. — Что… — опускает суетливо бегающий взгляд. — Что я делаю? — и неуверенно смотрит исподлобья в чёрные, утягивающие в бездну, глаза. Голова кругом идёт явно не из-за напитка, что ему отдал Као. Голова кругом от тесной близости с этим раздражающим парнем. — Какого ты трёшься возле Джосса? — шипит Зи, двигаясь ещё ближе. О Боже. Сэйнт сейчас в обморок упадёт! Ему бы злиться и чувствовать отвращение, но от чего-то только слабость в ногах и дурманится сознание всё сильнее и сильнее. — Я не трусь! — уверенно произносит Сэйнт, чуть выпрямляясь. Он видит лёгкое замешательство в глазах напротив, но оно быстро пропадает. — Он нравится тебе? Сэйнт сглатывает. Что он вообще несёт? — Джосс кажется хорошим человеком… Зи сжимает губы до побеления, и глаза Саппа невольно опускаются на них. У них очень красивая форма. Они не такие большие, как у него, но очень изящные и допустимо пухлые. И, наверное, мягкие… — Скажи мне, — шепчет Зи, меняя наклон головы. Сэйнт вздрагивает, поднимая глаза, и боится дышать. Нос Зи касается его щеки, а на собственных губах он чувствует горячее дыхание Панита. Сэйнта секунда за секундой прошибает крупная дрожь, а бабочки в животе нещадно расправляют крылья. И сколько их там ещё? — Нравится? — Я сказал… — одними губами. Нега плотным полотном эйфории накрывает изнутри всю душу. — Давай же, — настаивает Зи, воздушно коснувшись верхней губы Саппа. — Скажи, — а дыхании Зи всё тяжелее и горячее. Его губы приоткрыты, и своих глаз от них Нонг оторвать не может. — Сказал, — настаивает Сапп, сжимая руки в кулаки. — Скажи мне, — буквально вжимается в младшего Панит, и того мажет. Он тяжело сглатывает, произнося едва уловимое: «Нет». Зи осторожно обхватывает нижнюю губу Сэйнта, легонько прикусывая. У Саппа внутри словно тысячи ярких, насыщенных фейерверков, что, пожалуй, дозволено сравнить с негой и эйфорией, взрывается. Томная истома наполняет его тело, как гелий шарик, и удержаться он может здесь только пока стоит рядом с Зи, пока может касаться его. Зи целует его не торопясь, очень аккуратно. Он ласкает каждую губу отдельно, прежде чем Сэйнт, неуверенно и дрожа, начинает ему отвечать. И именно в момент, когда подрагивающие уста Нонга начинают боязливо скользит по его, Зи вымученно выдыхает, словно только и ждал дозволения, проникая кончиком языка внутрь. Глаза Сэйнта широко распахиваются, но всё что он видит перед собой, это невероятно длинные, чёрные, прямые ресницы, и снова прикрывает свои. Это его первый поцелуй, и это первое прикосновение, первое скольжение, первое чувство чужой слюны в своём рту — для Саппа словно сотни тысяч слабых электрических разрядов, вызывают яркие всплески адреналина, неги и чего-то ещё, очень странного и непонятного. Сэйнту кажется, что внутри него целая бесконечная вселенная, которая неожиданно начала расширяться. Сапп шире приоткрывает рот. Его язык дрожит, но он касается языка напротив, неуверенно полизывая самый сок кончиком языка. И учитывая, что Зи буквально вжимается в него, Сэйнт чувствует, как Пи напрягается. Неизвестно, сколько они простояли, соединённые неожиданным, но необходимым, как оказалось, обоим поцелуем. Но Прук первый разрывает его, смотря на Нонга мутным взглядом. У Саппа в голове одна эйфория, а по телу бурлит тепло эмоций. Он поднимает блестящие глаза на своего неугомонного старшего, совершенно отрезанный от суровой реальности, где между ними такого просто не могло (должно) было произойти. Зи задумчиво смотрит на Нонга, кончиком языка полизывая свои зубы, а затем просто уходит, резко оторвавшись от стены. Сапп громко сглатывает, и едва ему удаётся устоять на ногах. Он даже и не предполагал, какую опору ему оказывал Панит, хотя с места не двигается. Дрожащими пальцами он проводит по припухшим влажным губам, а сердце начинает быстро-быстро метаться в груди, когда он понимает, что это слюна Зи. Чувство, что низ живота кипятком обдают от осознания этого… — Сэйнт? — взволнованный голос раздаётся прямо рядом с лицом, и Нонг отрешённо смотрит на Джосса, прибывая в полёте своих мыслей, совсем не задумываясь о том, как сейчас выглядит. — А? — и нервно улыбается, поджимая губы, облизывая их. От неожиданности, возможно, слегка перенервничал, или просто неосознанный жест, но щёки наливаются румянцем. Ещё бы. — Что случилось? — хмурится Вэйар, внимательно смотря на парня. — Что произошло? — Ничего, — очень воздушно вырывается ответ. А глаз нервно дёргается. — Но с тобой явно что-то не так, — а Джосс своего недоверия и не скрывает. — Всё нормально, — тихо отвечает Сапп, чересчур разнеженный случившимся. Сейчас не хочется ни с кем говорить, танцевать и развлекаться, а хочется поскорее домой, чтобы укрыться одеялом и… осознать. — Хочу домой. Пожалуй, поеду, — и наконец-то отрывается от стены. — Я отвезу тебя, — строго произносит Джосс, хватая Сэйнта за руку, начиная движение в сторону зала. — Стой-стой, — слегка паникует Сапп, — ты же пил. Тебе нельзя за руль. Парень останавливается, задумываясь о сказанном. А затем выдаёт то, что ещё сильнее удивляет Сэйнта, но, впрочем, возможности оспорить или не согласиться не даёт: — Поедем с Као. Он сегодня не пьёт. Жди меня у выхода. Сапп лишь моргает, краем глаза замечая Галфа с Мью. Облегчённо хмыкает, направляясь к ним, ведь друга точно нужно предупредить о своём уходе. Это Сапп и делает. Ему приятно видеть друга таким счастливым и радостным, и где-то на периферии сознания мелькает мысль, что у Галфа правильная здоровая история. Но ухватиться за неё сейчас невозможно. К тому же стоит услышать, что Джосс собирается его проводить, Суппасит начинает улыбаться, причём как-то… так… словно неверно понял его. В любом случае, Сапп быстро удаляется, направляясь к выходу, где его уже ждёт Джосс. Сэйнт смотрит на парня, что самоуверенно стоит возле двери, о чём-то думая. Джосс привлекательный, даже сексуальный, но от чего-то не вызывает тех же чувств, что и Прук. Какая ирония судьбы! И чем бы жизнь не шутила? Ведь он такой хороший… — Я даже не знаю, что сказать, — встречает Саппа возмущением. — Да я к Галфу ходил, — сразу начинает оправдываться, откровенно возмущаясь. — Ладно, пошли, — фыркает Джосс, снова утягивая за собой Сэйнта. Тот лишь обречённо выдыхает: кажется, доля у него такая, быть постоянно куда-то утянутым. — Нагулялся? — улыбаясь, спрашивает Као, открывая Нонгу заднюю дверь. — Угу, — буркает тот, прошмыгивая внутрь, и прежде чем дверь захлопывается, он слышит тихий вопрос Ноппакао, адресованный другу: «Что случилось?» Но что удивляет Сэйнта, так это серьёзный тон Ноппакао. Он, конечно, знает его не так долго, но парень вроде весельчак, ну и в общем… удивительно! Они какое-то время общаются, прежде чем садятся в машину, и Джосс, почему-то садится рядом с Саппом, а не с Као впереди. — Ну, поехали? — улыбчиво спрашивает Ноппакао, заводя машину. От этого парня Сэйнту становится спокойно: может он и ошибается, но Ноппакао такой простой, тёплый, даже нежный что ли. В любом случае, Сэйнту совершенно точно нравится Као — не в романтическом плане, а как человек. Из всей новой компании именно этот человек не вызывает смущения и тревог.

…Пока я понимаю — меня не поймут Пока я люблю — меня не любят…

— Ты в порядке? — голос прямо в ухо вырывает Сэйнта из мыслей. Он даже не заметил, как Као включил музыку. — Да, всё хорошо, Пи, — мило улыбается Сапп, сжимая руки на коленях. Рука Джосса отставлена в сторону, создавая вид косвенного объятия, и от этого Нонгу не по себе. Ему не хочется быть неверно понятым, учитывая, как начали складываться обстоятельства, да и сам не хочет что-то не так понять.

…Ты там я тут, ты с ним, я с ней Привет, пока, прости, окей…

— Что Зи сказал тебе? — голос Джосса ровный, но строгий, и Сапп не решается повернуть голову в его сторону, ведь лицо Вэйара буквально в паре миллиметрах. — Эм… — Нонг мнётся, явно не ожидавший настолько прямого вопроса. Честно, отвечать не хочется: делиться произошедшим он точно не будет, а придумать какую-то лёгкую ложь он попросту не в состоянии. — Я знаю, что вы о чём-то говорили, Сэйнт, — недовольно выдыхает парень. Сапп видит, что Вэйар явно раздражён. И невольно Сапп двигается в сторону, что не ускользает от прожигающего взгляда. — Сэйнт? О чём вы говорили? Что он сделал тебе?

…Я к своей печали сам построил маршрут…

— Ничего он мне не делал, — отмахивается Сапп, двигаясь к противоположной двери. Лучше просто в окно смотреть, нежели вести беседу в таком тоне. — Почему ты врёшь? — однако, Вэйар явно не собирается сдаваться. Он придвигается к Нонгу, заглядывая в глаза. Сапп от такого движения дёргается, полностью лишённый пути к отступлению. — Я не вру, — слегка хмурит брови, но голос тихий, — он правда ничего плохого мне не сделал, а говорить… передавать наш диалог, — и отводит взгляд, — не думаю, что обязан.

…Когда целовал ее губы пьяным у клуба…

— Вот как, — неожиданно улыбается Джосс, привлекая подавленный и виноватый взгляд Саппа. — А ты всё-таки умеешь и зубки показывать, только вот непонятно, почему со мной? Он относится к тебе так плохо, а я стараюсь помочь, пытаюсь стать тебе не посторонним. — Прости меня, — Нонг моментально ощущает вину, стоит ему сказать ту смелую фразу, — просто ты так давил на меня… я… не могу, когда на меня давят. Я не со зла…

…Так выводишь разговорами Песнями беспонтовыми…

— Вот как, — мягко произносит Вэйар. — Буду иметь ввиду. — Он ничего плохого не сказал мне… в этот раз, — Сапп чуть приподнимает уголки губ. — Удивительно, — и издаёт озорной смешок. — И правда удивительно, — вздыхает Джосс, вспоминая, что отчебучивает его друг по отношению к Саппу. — Мы приехали, голубки, — весёлый голос Као вызывает в Сэйнта крайне возмутительное смущение! Какие ещё голубки?! Почему сегодня его не так понимают? Но молчит, благодарит, аккуратно покидая машину. — Стой, Сэйнт, — взволнованный Джосс, неуклюже запнувшись, вылезает следом, а Сапп улыбается, не скрывая. — Ха-ха, — чешет затылок, сам испытывая неловкость. — Можно взять твой номер? Давно хочу, но… — Конечно, — перебивает Сапп, забирая из рука Вэйара смартфон, который никак не решался дать Нонгу. Шатен быстро набирает свой номер, нажимая на кнопку вызова, сбрасывая. — Вот, — и с широкой улыбкой возвращает. — Спасибо за этот вечер, Пи… — Давай не будем? — теперь перебивает Джосс. — Не зови меня «Пи», мне не нравится. — Ох, ладно… Так вот… спасибо за этот вечер, Джосс, и спасибо, что так часто меня подбадриваешь. Ты хороший человек, а значит и друг хороший, — и Сапп умильно улыбается, смотря на старшего. Тень разочарования скользит по лицу Вэйара, но тот быстро берёт себя в руки, отвечая улыбкой на улыбку. — Извини, если вёл себя слишком настойчиво. — Нет-нет. Я был груб… — Ну хва-а-а-а-а-а-а-атит уже, — хихикая, ноет Као. — Милуются и милуются! — Чёрт, Као, — недовольный фырчит Джосс. — Прости, — и снова улыбается. — Я пойду?.. — Сэйнту поскорее хочется домой. Такой лавины смущения за раз — много! — Конечно… Джосс неуверенно тянет руки, чтобы обнять Нонга, и Сэйнт позволяет. Пару раз похлопав Вэйара по спине, Сапп аккуратно освобождается от тяжёлой хватки, заходя в подъезд. Лифт, ключи, квартира. Потрачено пятнадцать минут, но чувства такого нет. Сэйнт вообще в прострации, плывёт по помещению, улыбаясь. Просто улыбаясь, потому что внутри так тепло и приятно! Он раздевается, натягивая на себя ночные шорты и футболку, внезапно останавливаясь. Берёт в руки свою рубашку, поднося её к носу, и не ошибается: от неё на самом деле пахнет Зи. Парень опускается на кресло, прижимая к себе тонкую ткань, а сам улыбается, словно сумасшедший. И внезапно чувствует вину: как извращенец какой-то! Откладывает ткань в сторону, но косо смотрит на неё, поджимая губы, что норовят расползтись в улыбке. Он поднимается, легонько прыгая на месте. Счастье в нём бурлит, переполняя! Первый поцелуй… так сладко и неописуемо волшебно, сказочно! Падает на кровать, обнимая подушку, а глаза невольно закрываются, и совсем не сон окутывает парня. Сладкое воспоминание об интимном касании губ другого человека к его губам. Пальцы снова проводят по собственным устам, надавливая на них. И снова в жар бросает, прямо в груди, причём так неожиданно, что даже больновато, но с послевкусием головокружительной истомы. — М-хк, — радостно хнычет Сапп в подушку. В памяти так чётко отражается Панит, что снизу ощущается прилив небывалого тепла. Зи был так настойчив. Страсть буквально сочилась из него, с поразительной плавностью окутывая и невинного Сэйнта. Да. Прук непременно опытен во многих сферах отношений, и он вскружил Нонгу голову. Так ароматный, красивый, с виду холодный, но внутри он просто невероятно горячий — даже вулкан, яростно извергающий магму, не сравнится с его темпераментом. Шальная, безумная мысль, что между ними может что-то получится, быстро раздразнивает Сэйнта на недозволительные мечты — уж слишком сильно Панит красив и обаятелен, чтобы сопротивляться. Когда Сэйнт стоял, прижатый мощным телом к стене, то готов был душу отдать — настолько безумно обжигающим и острым было это чувство, а ведь он даже не может дать точного описания ему! И за эфирными мечтами, шатен всё-таки засыпает, с самой искренней улыбкой на лице. + Бонус 1: Диалог Зи и Джосса в клубе. — Что ты делаешь? — грубо спрашивает брюнет, стоит Сэйнту отойти. — Чего не так-то? — возмущается парень. — Ну не нравится он тебе и что? Это не значит, что я не могу им интересоваться, или… — Не лезь к нему, — уверенно произносит Зи, делая шаг к другу. — Да что с тобой не так? — раздражённо прикрикивает Вэйар. — А с тобой что? — в тон отвечает Панит. — Тебе больше приударить не за кем что ли? — Да меня больше интересует твоя реакция на мои попытки приударить конкретно за Сэйнтом! — нервно грубит Джосс. — Или он нравится тебе? — озадаченно спрашивает Вэйар. — Чего? — шипит Зи, словно не расслышал сказанной чуши. — Он меня бесит! И всё. Ясно? — Ага, — хмыкает Джосс. — Он тебя бесит, потому ты так накинулся на меня, да? Панит поджимает губы, зло смотря на друга. — Я тебе всё сказал, Джосс, — ровно произносит Зи, разворачиваясь, чтобы уйти. — И я всё сказал, Зи, — отвечает ему Вэйар, прежде чем друг скрывается в толпе людей. + Бонус 2: Диалог Као и Джосса в машине. — Что это было, Джосс? — смеётся в голос Ноппакао, смотря на рядом севшего друга. — Я думал тебе сзади больше нравится, — намекает парень на то, что Вэйар предпочёл ехать сзади с Саппом. — Отвали, — грубит Джосс. — Прости. — Да ничего, — хмыкает Као, выезжая с улицы. — Так объяснишь? Или я чего не понимаю? Что между тобой и Сэйнтом, что между Зи и Сэйнтом? — Да донимает он его, — выдыхает Джосс, — причём конкретно. Издевается. — А? Почему? — Као сильно удивляется. — Сэйнт сделал ему что-то? — Нет, — как очевидное. — Ты Зи не знаешь что ли? Ребёнок-задира, что не взрослеет. Ведёт себя как урод, — устало трёт переносицу. — А тебе что? Неужели Сэйнт тебе нравится? — игриво спрашивает Као. — Да, — честно отвечает. — Нравится. Не понимаю как он может не нравится. — О как, — Ноппакао не ожидал такой серьёзности, ведь изначально весь этот диалог был затеян в шутку. — И что делать будешь? Не думаю, что он разделяет твои чувства. — Знаю… Као хмурится, смотря на подавленного друга. В его голове много мыслей, но пока он не соберёт их все, не угомонит, чтобы привести в порядок, решает умолчать о том, что с Сэйнтом он знаком. Сначала следует всё хорошенько обдумать. + Бонус 3: Диалог Као и Мью. — Вы с Джоссом меня сегодня убиваете, — хмыкает Ноппакао, — но не жалуюсь. Становится всё интереснее. — Ты о чём? — поднимает бровь Суппасит. — Да Джосс на Сэйнта запал походу, а тот на него… увы и ах! — Ха, — смешок, — думается мне, что Сэйнту больше приглянулся Зи. — С чего ты взял? — смеётся Као. — Джосс мне сказал, что наш пуся не особо обходителен с этим малышом. — Да? Хотя это объясняет и реакцию Галфа, и кое-какие его слова… — А что он сказал? — интересуется Ноппакао. — Да забей, — отмахивается Суппасит. — В любом случае, Галф меня реально интересует. Не допущу, чтобы что-то или кто-то, — выдыхает, — всё испортил. — Так ты серьёзно настроен к нему? — Да. Есть в нём что-то такое… — Ну и что же? — хмыкает Као. — Не похож на твоих бывших. Вообще. — Но всё же в нём что-то есть, — настаивает Суппасит. — Он красивый, в нём много грации. А ещё он юркий, или нет… он бывает таким дерзким, хотя сам излучает нежность! — Ты псих, Суппасит! Не знаю я, в каком месте ты заметил нежность в этом парне. — Много ты понимаешь… Као ведёт бровями, предпочитая промолчать. В голове становится всё больше и больше мыслей, которые требуют разбора.