Шанс на счастье

Через пять лет. Отель Sixty, Лос-Анджелес.

По иронии судьбы Гарри, будучи проездом в Лос-Анджелесе, остановился в том же отеле и даже в том же номере, что и пять лет назад, в ту ночь, когда их с Луи пути разошлись. Зайдя в номер, парень оглянулся. В памяти живо всплыла картина, как он, двадцати однолетний Гарри, лежит на кровати и слышит фразу: "Гарри Эдвард Стайлс, я люблю тебя", а следом за этим чёткое и холодное "нет", послужившее ответом на вопрос о том, любил ли он, Луи, человека своего пола. Это "нет", разбившее сердце юного парня на миллионы осколков, даже спустя долгое время, ни на день не уходило из воспоминаний. Грустно улыбнувшись нахлынувшим воспоминаниям, Гарри поставил свой чемодан у кровати, а сам подошёл к балконной двери, распахнув её настежь, впуская свежий воздух и шум улиц в свой номер. На телефон пришло уведомление из Twitter, Гарри сразу узнал это соцсеть по характерному звуковому сигналу. Выудив телефон из кармана узких джинс, Стайлс прочёл уведомление: "Сегодня, в 08:30PM в Staples Сenter, Лос-Анджелес, состоится концерт Луи Томлинсона. Вы приглашены, номер вашего приглашения 54839100." Закатив глаза, Гарри свайпнул пальцем в сторону, удалив уведомление. Несмотря на то, что с того вечера они с Луи не общаются, тот не перестаёт присылать ему приглашения на каждый свой концерт. Стайлс не посетил ни одного. Проверив, что самолёт только завтра днём, Гарри набрал номер ресепшен и заказал бутылку коньяка. В ожидании он вышел на балкон и закурил. Едкий дым заполнил рот и лёгкие, а потом красивыми, полу-прозрачными кольцами вырвался наружу. Только Гарри докурил, как в дверь постучали. "Хороший сервис." - подумал он, распахивая дверь. - Вау... - первое, что он смог сказать, увидев стоящего на пороге Луи. Томлинсон стоял с бутылкой коньяка, неловко улыбаясь и явно волнуясь. Наконец Гарри вернулся дар речи: - Луи Томлинсон теперь официантом подрабатывает? - Это было сказано с ноткой язвительности. Луи облегчённо улыбнулся, явно ожидавший, что перед ним сразу же захлопнут дверь. - И тебе привет, малыш Гарри. Неловкая тишина, нарушаемая только гулом машин, доносившемся с улицы, воцарилась в эту минуту. - Э, - разорвал её Гарри, - может бутылку-то отдашь? - Он протянул руку. Луи, видимо вовсе о ней забывший, сперва не понял, о чём речь, а потом, спохватившись, спрятал руку с бутылкой за спину, заявив, что если Гарри хочет её забрать, то он обязан его впустить. Стайлс постоял, похлопал глазами, явно обдумывая своё решение, и отошёл в сторону, давая Лу пройти в номер. - А тут ничего не изменилось с той ночи, верно? - Ставя бутылку на прикроватную тумбочку и обводя комнату взглядом, заметил Лу. Гарри ещё раз скептически обвёл её взглядом, сел на кресло, закинув ногу на ногу и в очередной раз съязвил: - Шторы вон поменялись, да и лживых мудаков тоже не стало. А, ой. - Он в упор посмотрел на Томлинсона. - Только шторы. Луи расхохотался, садясь на кровать. - Мда, сколько лет прошло... - с грустью в голосе произнёс он. Опять воцарилась тишина. - Придёшь на концерт сегодня? - Нет. - Почему? - А зачем? - Я думал, что... Лу не договорил, Гарри перебил его: - Ты только для этого пришёл? Если да, то проваливай. Если я сказал, что не приду на твой блять концерт, значит не приду! - Он вскочил с кресла и подлетел к двери, распахивая её, приглашающим жестом, предлагая Луи убраться. Тот грустно усмехнулся, встал и уже хотел выйти, как вдруг замер. - Я не уйду. Гарри выгнул бровь, как бы спрашивая: "с какого это хуя?" - Не уйду и всё. - Отрезал Луи, встав к стене, справа от двери. - Так, - серьёзно произнёс Гарри, подходя к Лу, - либо ты уходишь сам, либо я вышвыриваю тебя отсюда. Луи это почему-то развеселило и он с вызовом бросил: - Попробуй. Гарри как смерч налетел на Лу, хватая его за грудки. Их взгляды встретились. Былая страсть прошлых лет, прошлые обиды, которые никто из них не отпустил, слились в единый шар, готовый лопнуть прямо сейчас, накрыв обоих с головой. Даже спустя пять лет, Гарри не перестал любить Луи, поэтому в эту секунду, когда Томлинсон стоял так близко, когда его манящие губы были всего в паре сантиметров от его собственных, он не удержался и вцепился в них. В этом страстном, жарком поцелуе выплеснулась вся обида, копившаяся долгие годы, вся боль, причиненная этими же губами. Гарри жадно хватал губы Лу своими, прижимая его к холодной стене. - Я, я хочу тебя... - прошептал он, не переставая целовать. Луи, ничего не ответив, начал расстёгивать пуговицы на рубашке парня, освобождая тело от лишней в этот момент ткани. Гарри хотел помочь Лу стянуть футболку, но Томлинсон справился сам, и вот их горящие обнажённые торсы соприкоснулись, прижимаясь всё ближе друг к другу. Рука Гарри непроизвольно скользнула вниз по животу, нащупала пуговицу джинс и бесцеремонно залезла внутрь. Жаркие поцелуи сильно возбудили Томлинсона, поэтому его член был уже твёрдым и оставлял на нижнем белье мокрые пятна, свидетельствующие о сильном возбуждении. Стайлс стянул с него джинсы вместе бельём, освобождая уже взгоряченный член из плена тесной ткани. Пенис моментально дёрнулся и ударился о живот своего владельца. Гарри опустился на колени, одной рукой берясь за член, а второй сильно сжимая ягодицу Луи, вынуждая его тихо стонать. Работая сперва языком, Гарри начал с головки, лаская каждый её миллиметр, потом прошёлся по всему периметру пульсирующего прибора и наконец взял его полностью. Интенсивно работая ртом и параллельно играя языком с головкой, он помогал себе и рукой, заставляя Лу стонать громче от непередаваемого экстаза. - Я по-почти в-всё... - еле как произнёс Луи, цепляясь пальцами за волосы парня. Лу думал, что Гарри остановится, но тот продолжил свои манипуляции, ускоряя темп, вынудив Луи кончить в эту же секунду. Белая вязкая жидкость, стекая по члену, потянулась тонкой ниточкой от рта Стайлса к пенису Лу, когда тот закончил и встал с колен, вытирая рот пальцами. Луи, поражённый и приятно удивлённый, пялился на Гарри. - Когда ты стал таким гуру минета? - С усмешкой наконец спросил он. - Мне двадцать шесть лет, я и не такое умею. - Подмигнул ему Стайлс. - ты спал с другими мужчинами? - Вопрос прозвучал с ноткой разочарования в голосе. Непонимающе Гарри посмотрел на Луи. - Э, ну да... я же не должен был уйти в монахи из-а того, что ты мудак. - Он помолчал, а потом до него дошло. - Стоп. У тебя не было никого после меня? - В голосе слышался восторг. Лу в ответ пожал плечами и потёр шею. - Только девушки, но мне не нравилось... Гарри рассмеялся. - А ты оказывается верный, Луи. Не ожидал признаюсь, не ожидал. - А зачем мне были другие парни, если я люблю только тебя? Гарри дёрнулся, будто его окатили ледяной водой. На лице отразилась вся вселенская боль этого бренного мира. - Всё в порядке? - Взволнованным тоном спросил Лу, смотря на Гарри, не смотревшим теперь на него. - Я... я хочу чтобы ты ушёл. - Тихо, не поворачивая головы, произнёс Гарри. - Почему? - Блять, Луи, ты серьёзно не понимаешь? - Стайлс понял на него взгляд. - Мы не общались пять лет, а сейчас ты думаешь, что можешь вот так просто заявиться, я тебе отсосу и всё? Можешь снова вешать лапшу мне на уши? Я всё это время пытался забыть тебя, вычеркнуть из своей жизни! Я не твоя игрушка, к которой ты можешь то вернуться, то опять забросить! - Он уже переходил на крик. Луи, натягивая трусы и джинсы, подошёл к Гарри, пытаясь поймать его взгляд, но тот всё время отворачивался. - Но ведь это не я всё тогда закончил... это ты утром сказал, что между нами всё кончено и перестал со мной говорить, не дав шанса на объяснения. - Серьёзно?! - Воскликнул Гарри. - Виноват я? Ты сказал, что любишь меня, а потом в этой ёбаной бутылочке утверждал обратное! Тебя не спрашивали о том, ёбешься ли ты с парнями, тебя спросили о чувствах! Я тебя спросил о чувствах! - Гарри, ты понимаешь что ты несешь?! - Лу уже сам переходил на крик. - Я не мог ответить по-другому! Если б там были только наши ребята, то я бы сказал правду! - Да у тебя всегда отмазка: "Я не могу признаться. Потом, Гарри. Сейчас не время для каминг-аута." А когда оно? Когда это самое время? - Гарри уже не кричал, сил на это не было. Голос стал обречённым, выражавшим всю душевную боль. - Прости... - прошептал Луи, подходя к двери. - На хуй твои извинения, тебя на хуй. - Прорычал Гарри, открывая бутылку коньяка. - Съёбывай, не могу больше видеть тебя. - И присосался губами к бутылке, глотая терпкую жидкость, обжигающую горло. - Можно в душ сходить и обещаю, я уйду... - Промямлил Томлинсон. - Делай что хочешь, но съеби отсюда. - Равнодушно бросил Гарри, поднимая с пола свою рубашку, снятую в порыве страсти. Через десять минут Лу уже не было, а через полчаса Гарри принесли новую бутылку коньяка. Только он её открыл, как на телефон пришло уведомление, что концерт начался. Злостно швырнув мобильник на кроватью, Гарри, уже изрядно пьяный, чуть пошатываясь, с сигаретой в одной руке и бутылкой коньяка в другой, вышел на балкон, чтобы глотнуть свежего воздуха. Голова гудела не столько от выпитого спиртного, сколько от мыслей о том, зачем приезжал Луи, зачем он, Гарри, позволил себе слабость, в виде ублажения того, кто когда-то разбил ему сердце. Почему всё в этом дурацком мире так сложно... Минут через двадцать поток его мыслей был прерван уведомлением из Twitter, пришедшим на телефон, валяющийся на кровати. Гарри не обратил бы на него никакого внимания, но вот пришло ещё одно, затем ещё и ещё. - Что за нахуй. - Выругался Гарри, заходя обратно в комнату. Новые уведомления продолжали и продолжали приходить. Гневно Гарри поставил бутылку на пол, пролив немного содержимого на белый ковёр, оставив на нам некрасивое пятно. - Да твою же мать, сука! - Опять выругался парень, беря наконец телефон, который, как ему показалось, даже нагрелся от всё приходящих и приходящих уведомлений. Пробежав глазами по парочке из них, Стайлс часто-часто заморгал, не веря, что глаза его не обманывают. Пролистал вверх. Нет, глаза не лгали ему. Каждый вновь пришедший пост содержал примерно одни те же слова: «ЛУИ ТОМЛИНСОН НА СВОЁМ КОНЦЕРТЕ В ЛОС-АНДЖЕЛЕСЕ СОВЕРШИЛ КАМИНГ-АУТ».