Мнимое прикосновение

      Смотришь на отражение, сидя перед зеркалом, пока над образом колдуют сразу несколько человек. Глубокие океаны, успевшие на днях словить волну усмирения и затихнуть, снова начинают бушевать. Надвигающийся шторм неизвестного оставляет свой след на плаву, на поверхности. Не заметить тяжело. Он, наверняка, не стал исключением.       Всеми силами пыталась показать свое безразличие, прикрыть улыбкой неутихающую боль, закрасить сияющими глазами несчастье и холодным поведением продемонстрировать равнодушие. Безуспешно. Рядом с ним слетают все маски и обнажается душа. Дан это знает, его всегда закаливал тот факт, что он, в отличии от других, может прикоснуться к тебе изнутри, позволить взлететь, тихо выговаривая на ушко буквы твоего имени. "Маленькая моя, может уже объявимся? — поглаживает наружную поверхность бедра, слегка надавливая на кожу, а свободной рукой держит за талию, чтобы не соскользнула с его колен. — Мы как дети, скрываемся даже от родных". Смеешься, наклоняешься ближе к Дану и прижимаешься всем телом к его торсу. Целуешь колючую щеку, после упираешься в нее носом и прерывисто дышишь. "Называя меня маленькой, ожидаешь по-настоящему взрослых поступков?" — закусываешь губу, по-прежнему лаская кожу лица. Он удовлетворенно вздыхает и укутывает тебя одеялом из рук. Спина покрывается мурашками от прикосновений, а внутри пылает огонь, разгораясь сильнее с каждым движением. Чувствуешь. "Что-то не нравится?" — произносит с хрипотцой и оставляет следы губ на плече. "Хочу с тобой только… Задержимся еще на денек, два?" — не можешь больше говорить ничего, кроме повторяющиеся фразы "с тобой".       Преображение происходит с невероятной скоростью, моментальная вспышка эмоций и попытки ее устранить скрываются за изумительной работой мастера. Одна деталь остается без изменений — глаза. Профессионализм даже самого успешного визажиста не закрасит, не сделает тон теплее или холоднее той энергии, что прячется внутри. — Все готово, — взмахивает кисточкой последний раз и вместе с тобой рассматривает отражение. — Прелестно. Во время съемок буду рядом и если что все сможем поправить, — словами поддержки она пытается снять напряжение, которым ты покрылась с головы до ног, и легкими хлопками по спине подбадривает. — Сделаем все, как хотели. — Спасибо, — благодаришь помощницу и наблюдаешь как она переглядывается с напарником, что-то шепчет на ухо и показывает глазами на дверь, неохотно кивает и снова переводит взгляд на тебя. — Тина, почему Дан решил вернуться? — кусает нижнюю губу, боится неоднозначной реакции на свой вопрос.       Чутье мастера не подводит, одно имя и у тебя содрогается тело, крошится в глубине стойкость и маленькими импульсами раздражает болевые точки, когда-то чувствовавшие его ласку, его прикосновения. — Вместе пропали, вместе появитесь, это ход такой? — голос молчавшего все это время мужчины, который заканчивает укладывать волосы, рассекает неловкую тишину. — Ходили слухи, что вы расстались. А вы вообще были вместе, чтоб расставаться?       Лучше бы он молчал. Горой посыпавшиеся вопросы загоняют в тупик, ты стоишь между собой и двумя парами, вопросительно смотрящих глаз. Возможно, за несколько секунд он не раз пожалел о своем вопросе, озадачив и себя и тебя.       Ты смутно помнишь причину вашего расхода, зато прекрасно помнишь все моменты, погружалась в них с головой, отказываясь воспринимать реальность без его присутствия. С ним больше, чем хорошо.       Разучились любить в один момент? Или проверяете сколько сможете друг без друга, насколько хватит воспоминаний?       Скучаешь. План по проектированию новой жизни провален вместе с уверенностью, что сможешь оттолкнуть его при попытке прикоснуться. Хочешь чувствовать по-настоящему, не мнимо, хочешь избавиться от навязчивых картинок и видеть желанную действительность. Хочешь снова раствориться в нем. Пугает, что он не чувствует того же, боишься, что так и останешься с ним в иллюзиях. — Почему я вернулся? — в дверном проеме, куда совсем недавно бросала взгляд помощница, появляется мужская фигура. Ты видишь его отражение в зеркале. — Я забыл про одну деталь, — жестом показывает всем выйти, те кивают и послушно удаляются.       Дан медленно подходит ближе, а ты, наблюдая за его шагами, пытаешься дышать как можно глубже. Не выходит, трясет сильнее. Он останавливается, упираясь ногами в спинку стула, и упорно сверлит взглядом через зеркало. — Какую деталь? — спрашиваешь вполголоса, словно стены могут вас услышать. — Тебя, — пронизывает насквозь своим голосом, лишая всякой возможности пошевелиться.       Покрываешься эмоциональным ознобом и опускаешь веки. В воздухе появляются долгожданные слова. Пусть и думала до этого, что больше никогда не услышишь от него подобного, не почувствуешь, не увидишь, а если случится похожее, то не предашь значения. Ошиблась. Он здесь и ты не можешь оттолкнуть. Может выдаешь желаемое за действительное? Очередное воспоминание, картинка, голос. Сдашься своим фантазиям навсегда, чтобы впредь не видеть разрушающую реальность? — Мне пора, — как только он нагнулся, загоревшись желанием внести собственный вклад в твою прическу, принимаешь позицию игнорировать прикосновения. — Я всех предупредил по поводу твоего опоздания, — нашептывает на ухо, бережно убирая мешающую прядь, — нашего, — Дан не в первый раз за сегодня замечает твою специфическую реакцию, выдаешь себя с легкостью. Он пристально наблюдает, ему до чертиков нравится сводить тебя с ума. Он прекрасно справился с этой задачей еще задолго до этого. — Дрожишь, — подмечает очевидные вещи, легонько целуя в висок. — Поцеловал тебя и сразу спокойнее стало. Знаешь, мне как будто только этого не хватало, — запинается на секунду, — тебя, — снова повторяет это слово, помнит как тебя несколько минут назад пробрало от четырех букв. — Еще там, в коридоре, ты так прижалась ко мне, я сразу почувствовал тепло, которое не ощущал равно с той минуты, когда мы закрыли дверь в наше прекрасное. Не буду скрывать, искал что-то похожее, — отводит взгляд, — кого-то похожего, но ничего не принесло мне столько радости, сколько я могу испытать за пару секунд рядом с тобой. — Зачем ты это делаешь? — Что делаю? — Сводишь меня с ума.       Ухмыляется и позволяет себе сделать несколько шажков по телу, аккуратно погружаясь пальцами в подключичную ямку. Следишь в отражении за движениями и задерживаешь дыхание, когда его рука соскальзывает ниже. На секунду опускаешь веки, наслаждаясь происходящим, а затем вскакиваешь, получая сигнал из подкорки, словно перед тобой прямая угроза жизни. Прячешься в самый дальний угол от желаний, его трепетных касаний и прожигающих насквозь глаз. Обнимаешь себя и лбом слегка прислоняешься к стене, холодная преграда помогает ослабить огонь внутри, но как только чувствуешь его испепеляющий взгляд сзади, вспыхиваешь с двойной силой.       Ожидала другой реакции, если бы вы где-нибудь случайно встретились. Думала, что после всего закопала глубоко чувства и с легкостью покажешь как тебе все равно. Сейчас тебе не все равно, завтра будет не все равно и даже через пять будешь таять от одной мысли о нем.       Хоть тогда вы разошлись по обоюдному согласию, невидимая связь оказалась сильнее.       Дан бесшумно подходит со спины, уверенно разрушает некрепкий замок на талии и по-хозяйски заключает новый из своих рук. Не отталкиваешь, ждешь. — Устал без тебя, — зарывается в волосах, до конца портит прическу и крепче прижимает к себе. — Застряла в голове навсегда, постоянно думаю о нас, — наклонившись, целует в плечо, снова растворяешься рядом с ним, — не привыкну без тебя уже, — нежно касается носом щеки, — люблю.       Не можешь больше сдерживаться, ищешь его губы. Дан с удовольствием облегчает тебе задачу и первый накрывает поцелуем приоткрытый рот, разгуливает руками по телу, окончательно разворачивая твой корпус.       Жадно, сладко и неистово. Каждая клетка изнывает от удовольствия, раздражаясь его сбитым дыханием. Отметив расслабленность с твоей стороны, Дан решается на провокацию и прислоняется вплотную, чтобы ты смогла почувствовать исходящее желание сквозь одежду. Бросает в жар. Возбужденно выдыхаешь и обвиваешь шею, препятствуя любому расстоянию. Мужская рука тянется к выступающей шлейке и медленно стягивает ее вниз, одновременно даря прикосновения молочной коже. Забываешь обо всем, не пытаешься выяснить мнимо или реально происходит, тебе хорошо. — Тина! — нарушающий идиллию голос внезапно разносится по помещению. — Мы между прочим… — Паша забывает слова как только перед глазами предстает картинка ваших жарких объятий. Долго не думая, он выходит из комнаты, громко хлопая дверью.       Это возвращает тебе здравомыслие и ты понимаешь, что отдаешься в руки, которые так упорно хотела забыть, но постоянно утопала от мнимых прикосновений. Виновато опускаешь глаза, будто только что предала себя, свои новые принципы. Ничего не можешь поделать, как магнитом тянет обнять его. — Люди ждут, — тихо произносишь, отводя руки за спину, чтобы они снова не сделали лишних движений. — У нас одинаковые мысли по поводу наших отношений, — тактильно никак не воздействует, позволяет самостоятельно принять решение. — Почему мы сейчас должны разойтись? — Не хочешь повторять ошибку? — Ошибка, — грустная ухмылка мелькает на его лице, а взгляд поднимается вверх и так же быстро возвращается к твоим глазам, — пусть будешь ошибка. Именно она показала как много счастья я имею и как невыносимо быть без него. Иди ко мне, — видит растерянность, видит как ты теряешься в своем выборе и решает помочь. — Она научила нас большему, — обнимает и моментально чувствует взаимность. Без слов киваешь, размещая голову на груди. Он улыбается и целует макушку. — Я останусь, если позволишь? Хочу понаблюдать за процессом. — Оставайся, — воспоминания телефонного разговора заставляют поднять голову и вопросительно посмотреть на Дана. — А что ты говорил про одну площадку? — Скоро будут съемки нового клипа, буду очень рад твоему участию, — целует в губы и продолжает, — без тебя смысл будет не тот.